4. Должное и желаемое

Ни шага куда не нужно, пределы — здесь.

Дарёна Хэйл.

      Переговоры прошли вполне себе успешно. Альберу и Ким Рок Су в итоге ударили по рукам, согласовали документ, чётко обозначив права и обязанности обеих сторон, и на этом всё могло бы завершиться: команда Альберу, выгрузив вещи, своими силами уезжает, и Ким Рок Су откладывает информацию о их существовании на потом.       Однако было в этом что-то не то. Ким Рок Су окинул взглядом эту разношёрстную компанию, то, сколько людей сновало по кораблю – самые запоздавшие переселенцы, как сказала Розалин – и увидел потенциал. Почему-то ему хотелось снова поговорить с Альберу, узнать об остальных его подчинённых, разобраться в делах его мафии и просто переключиться на эту новую тему. Полузадушенное любопытство всколыхнулось, и Ким Рок Су сам этому удивился.       Последние несколько лет его не могло заинтересовать ничего, кроме непосредственных обязанностей и нескончаемых обязательств.       Сходя с трапа, он обдумывал, как много скажет Чон Со Хуну, который каким-то образом умудрился стать доверенным лицом, и какую информацию передаст в общее знание своей «мафии». Дела крутились в его голове громким роем, спотыкались о расписание и безжалостно расчленялись, делегировались и распределялись по времени. Ким Рок Су не мог позволить себе ничего меньшего, чем эффективность: от его действий зависели слишком многие, чтобы пренебрегать ответственностью.       Чон Со Хуну и основной массе – о новой союзной организации. Ким Мин А – просьба согласования деталей с поставщиками, перекупщиками и прочими. Бэ Пух Рому – просьба усилить патрули на новых границах с группировкой Альберу.       Минута размышлений, и он уже делегировал. Ещё полминуты разговора, и Ким Мин А узнала о своих обязанностях и обещалась передать просьбу Бэ Пух Рому. Ким Рок Су шёл по направлению к машине, зная заранее каждый шаг этого дня, контролируя себя и всё, что будет делать.       Так почему даже обдумывание элементарного ощущалось настолько... тяжело?       Спина ныла после тренировок, и глубокие вдохи отзывались болью в грудине. Запись действовала на тело и нервы, даже план и структура не помогали. Ким Рок Су шёл и хмурился, пока не почувствовал неподалёку чужое присутствие и не остановился.       Из тени трущоб к ним выходил мечник, стоявший позади Альберу во время первых переговоров. В его движениях не было никакой грации, но виднелись резкость и отсутствие суеты. Он не кричал языком тела, а двигался так, словно привык экономить энергию и сливаться с фоном.       – Я не доверяю тебе, – он скользнул взглядом по Ким Рок Су, – не доверяю вам.       Ким Рок Су выгнул бровь.       – Я не поддерживаю эту политику, – и ушёл, будто просто проходил мимо.       Ким Рок Су и Ким Мин А сели в машину, ведь что ещё им оставалось делать?       – Он агрессивен, – спустя какое-то время тишины начала Ким Мин А.       – И нападёт при первой же возможности.       Ким Рок Су даже не знал имени этого мечника, но видел его недовольство во время обсуждений, видел его взъерошенный, но в то же время опасный облик и ощущал источаемую им вязкую неприязнь каждое мгновение этого короткого монолога.       Не то чтобы Ким Рок Су вообще планировал обманывать Альберу – ему это невыгодно. Не имеет смысла настраивать против себя такую большую группу, которая в правильных условиях может быть неплохим союзником. Ким Рок Су так прочно держался на своём месте лишь потому, что не упускал шансов и выжимал все соки из любых возможностей.       День пролетел в суете. Запись на повторе проигрывала разговор с мечником, Ким Рок Су связывался с информаторами, попутно выполняя свои ежедневные обязанности, организовывал скорое собрание своих ближайших подчинённых для объяснения нового контракта и ни на секунду не прекращал обдумывать. Жизнь давно превратилась в алгоритм, последовательность одних и тех же действий, перечисление того, что и когда надо сделать, и Ким Рок Су не пытался бороться.       На этот раз за ему хотелось сесть и потратить время на пустые размышления. Его информаторы едва ли найдут что-то стоящее по этой группе, о которой никто ничего не знал до их прибытия, но что бы рассказал Ким Рок Су сам Альберу, если бы он попросил объяснений? Почему власть в этой группе распределилась так странно и неравномерно? Почему Альберу выбрал именно улыбчивый образ? Как он в своём молодом возрасте справляется с лидерством? Как Розалин вписывается в эту иерархию, почему она возилась с той машиной и как умудрилась не заметить приближения Ким Рок Су? Зачем они вообще приплыли?       Ким Рок Су впервые за долгое время обнаружил, что просто обязан знать. В нём заговорило не желание накапливать информацию в практических целях, а тот вопрошающий интерес, присутствовавший при жизни с его первой командой.       Ким Рок Су сидел в своём кабинете, растрачиваясь на горы дел, и не знал, должен ли он уделять время этим раздумьям. Всегда есть что-то, что ему нужно сделать; никогда не будет достаточно, но всегда можно больше – команде, безопасности, его кругу, который он обещался защитить. Чем тратить время на что-то бесплодное и очевидно бессмысленное, лучше составить план тренировок, вывести команду на охоту за монстрами, укрепить свои позиции и заняться тысячью других дел.       Ким Рок Су есть, куда себя применить и что реализовать, но почему-то его тянет в этой бессмыслице, которая его не касается. Ему не должно быть никакого дела ни до Альберу, ни до Розалин, ни до мечника, которых он видел лишь несколько раз и вряд ли будет видеть регулярно.       Так почему мыслями он возвращается туда?       – Эй, лидер-ним! – Сознание Ким Рок Су тут же переключилось на реальность и слишком громкого Чон Со Хуна. – Ты так и не пообедал!       Ким Рок Су невыразительно посмотрел на него, невпечатлённый таким началом очередного бессмысленного разговора.       – Что за собрание у нас намечается? – Чон Со Хун закрыл дверь и уселся на край стола, болтая ногами.       Этой непосредственности можно было только удивляться.       – Когда начнётся, тогда и узнаешь.       – У-у-у, всё загадками говорите. Я всегда говорил Мин А, что вы, лидер, тайная королева драмы, – Чон Со Хуна, бесподобного наглеца, не прервал и не смутил бы даже безранговый монстр прямо здесь и сейчас.       Ким Рок Су даже не махнул рукой в его сторону, а просто вернулся к документам, зная, что реагировать на его выходки собственным же нервам дороже.       Он почти отчаянно игнорировал записи, показывавшие ему другого непосредственного наглеца, улыбавшегося во все тридцать два и называвшего его донсеном.       – Уже поздно, лидер. Не хотите развеяться? Посидим у меня, поболтаем, чего-нибудь съедим-выпьем, – внезапно на лице Чон Со Хуна проявился проблеск серьёзности, как будто он действительно считал, что Ким Рок Су может согласиться.       В этом не было смысла, и всё же Ким Рок Су вспомнил тихие, скромные и убогие празднования успешных миссий в команде Ли Су Хёка, вечеринки по дню рождения, от которых было одно название, и улыбчивые лица тех, кто уже потерян. Тогда Ким Рок Су чувствовал себя защищённым и настолько в безопасности, насколько это было возможно. Он не доверял миру, но доверял двум людям, не был ни за кого в ответе, а только выступал поддержкой и получал поддержку в ответ. Тогда Ким Рок Су был... наверное, счастлив. Ни про какой другой период жизни так сказать не получилось бы.       И всё же, сколько бы и о чём Ким Рок Су ни думал, он для себя решил свой курс и путь.       – Нет.       Никакие заверения Чон Со Хуна не помогли, и в который раз он ушёл ни с чем. То, что он вообще спрашивал, говорило о том, что Ким Рок Су вновь подпустил кого-то к себе слишком близко.       Ким Рок Су вздохнул и уронил голову на руки. Казалось, его провалам не было ни конца ни края.       На автомате он провёл тренировку, закончил с отчётами, проверил реестр зафиксированных поблизости монстров и составил стратегии борьбы с каждым. Привычный, контролируемый ритм теперь казался имитацией бурной деятельности, а не чем-то стоящим и настоящим. Маленькое приключение с мореходами, казалось, закончилось, и оставалось только провести собрание и по необходимости связаться с группой после их «заселения». Несмотря на то, что длилась эта невнятная суета отсилы несколько дней, возвращаться к жизни без интриги и ожидания большего было и странно, и скучно.       Ким Рок Су нахмурился собственным мыслям, откинул их в сторону и направился домой. Всегда действие, никогда не слишком долгое размышление, способное потопить; всегда одиночество, никогда не компания, которую можно – и обязательно случится – потерять. Ким Рок Су знал, что делает, и зачем, но внезапно ощутил стагнацию после этого глотка свежего воздуха. Предчувствие в нём волновалось, будто что-то назревало, и Ким Рок Су прислушался, хотя и разобрался с проблемой переселенцев.       Уж к чему-чему, а к изменениям он был готов в любой момент.       Тонула ночь, и Ким Рок Су видел пустые и бесцельные сны-ощущения-записи, слишком похожие на его наполненную и ответственную жизнь.