Chapter 9: I — In Case of Emergency

      Комната выглядит точно так, как он её помнит. Всё выкрашено в белый цвет, от пола до стен и радиаторов отопления, а открытые шторы мягко колышутся на утреннем ветерке. Одно из окон приоткрыто, впуская шум уличного движения, приближающегося к часу пик, внешний мир смешивается с суровыми голосами и гудками машин, которые разносятся по коридору. Если он закроет глаза, этого будет почти достаточно, чтобы забыть, где находится.       Он сидит на краешке стула, опёршись на колени, и наблюдает за женщиной, лежащей рядом с ним на больничной койке. Элли Миллер не привязана к одному из этих пугающих мониторов, как он. К ней не подсоединены провода или трубки, по комнате не разносится биение её сердца. Она просто лежит и спит, как ни в чём не бывало. Он знает, что это не так. Что-то действительно произошло.       Врачи сказали, что ему не стоит беспокоиться, что с ней всё будет в порядке, что у неё лишь незначительные травмы. Они продолжают говорить ему, что ей очень повезло. Он продолжает уговаривать их замолчать, потому что, если бы ей действительно повезло, она бы вообще не пострадала.       — Сэр?       Её голос — хриплый и хрупкий шёпот, полный боли и сонливости, — мгновенно заставляет его вскочить на ноги и оказаться рядом с ней. Он находит её взгляд и с облегчением обнаруживает, что он ясный и сосредоточенный.       — Миллер, — приветствует он её.       Она медленно моргает, глядя на него.       — Что ты здесь делаешь? Где мы?       — В больнице, — коротко отвечает он. — Как ты себя чувствуешь?       — Хм.       Она немного поёрзала под одеялом, без сомнения, оценивая свои конечности, и поморщилась от боли.       — Как будто меня сбил грузовик, — заключает она.       — Так я и думал.       Он не мог не почувствовать, как слегка дернулась его губа.       Её глаза расширились.       — Меня сбил грузовик?       — Машина, — поправляет он её.       — А...       Она оглядывается по сторонам, осматривая комнату. Наконец её взгляд возвращается к нему.       — Что ты здесь делаешь?       — Поверь, я удивлён не меньше твоего, — парирует он. — Не подумала сообщить мне, что я твой контакт в экстренных ситуациях?       Она фыркает, а затем морщится от боли.       — Ты действительно ожидал, что это будет Джо?       — У тебя есть сестра!       У неё хватает порядочности выглядеть хотя бы немного пристыженной.       — Мы с Люси не очень-то общаемся.       Она на мгновение поднимает глаза и опускает их на свои руки, сложенные поверх уродливого зелёного покрывала.       — Наверное, я просто подумала, что ты самая подходящая кандидатура.       Он озадаченно смотрит на неё.       — Прости.       — Нет, ты права, это удобно, — вздыхает он. — Но тебе действительно следовало сказать мне.       Она пристально смотрит на него, и он видит, как в её голове возникает сотня и один вопрос. Он чем-то удивил её, но не может понять, чем именно. Он решает пока не обращать на это внимания.       — Помнишь, что произошло прошлой ночью?       Миллер поморщилась и указала на своё тело.       — Очевидно, меня сбила машина.       — Расскажи мне, что ещё ты помнишь.       Харди отступает на шаг и прислоняется к стене. Миллер, кажется, воспринимает всё это очень спокойно, однако он понимает, что под поверхностью бурлит страх.       — Я поздно возвращалась домой.       Лицо Миллер искажается от сосредоточенности.       — Я не помню, как вернулась домой.       — Это потому, что ты так и не вернулась.       — Я не...       Она на мгновение задумывается, а затем:       — О боже, Фред! Где он? С ним всё в порядке?       — Он с Люси, — он быстро успокаивает её.       — Хорошо. Ладно.       Она глубоко вздыхает, немного успокаиваясь.       — Что произошло?       — Судя по всему, ты ввязалась в драку.       Он приподнимает бровь.       — Всё ещё не вспоминаешь?       Она качает головой.       — Свидетель видел, как ты спорила посреди дороги. Тебя толкнули, и ты потеряла равновесие. Там была другая машина... — он внезапно останавливается и качает головой. — Это был несчастный случай.       Миллер внимательно наблюдает за ним, пытаясь понять смысл его объяснений. Через несколько минут она сдаётся и пожимает плечами.       — Я ничего не помню. По крайней мере, пока.       — Я не удивлён, — сухо говорит он. — Кратковременная потеря памяти — распространённый побочный эффект от удара по голове.       Она хихикает, а он улыбается, испытывая облегчение от того, что она, кажется, хорошо ко всему этому относится. Между ними воцаряется приятное молчание. Харди наблюдает, как Миллер откидывает одеяло и осматривает свои травмы. Врачи не солгали, когда сказали, что ей очень повезло. Большая повязка закрывает её бок, где кожа была оцарапана асфальтом, однако, по крайней мере, она ничего себе не сломала.       — Ты не мог бы... — она неохотно указывает на одеяла, которые откинула ногой.       Увидев его удивлённо поднятые брови, она похлопывает по бинтам.       — Наверное, мне не стоит слишком напрягаться из-за этого.       Конечно, она права. Он отталкивается от стены и выпрямляется. Покрывало грубо отодвигается в сторону, когда он натягивает тонкую белую простыню, которая прикрывает её, до плеча. Затем он накрывает её более плотным покрывалом и складывает простыню по краю. Миллер не сводит с него глаз, пока тот работает. У неё такое чувство, будто она ребёнок, которого укладывают спать в свою кроватку.       — А твой — по-прежнему Тесс?       Вопрос вылетает сам собой, застигая их обоих врасплох.       Он замирает при звуке её имени. Ему требуется некоторое время, чтобы связать вопрос с контекстом. Он бросает на неё непонимающий взгляд, потому что Тесс по-прежнему числится в списке его контактов в экстренных ситуациях, и раньше это его не беспокоило, но внезапно он понимает, почему. Поэтому он отвечает на её вопрос единственным логичным объяснением, которое может найти:       — Она мать Дэйзи.       Она не отвечает, а он не вдаётся в подробности. Тишина, которая наполняет комнату, больше не кажется приятной.       Элли пытается повернуться на бок, чтобы получше его разглядеть, и слегка морщится, поскольку это давит на её бок. Она протягивает руку и слегка касается его плеча, чтобы привлечь внимание.       — Спасибо тебе.       — Что?       Он сосредотачивается на ней.       — За то, что остался здесь.       — Да, — говорит он и потирает затылок, внезапно почувствовав неловкость. — Конечно.

***

      Когда Элли просыпается позже в тот же день, Харди снова оказывается рядом. Он переоделся в костюм и выглядит несколько лучше, чем раньше. В руках он держит папку с делом, которую она видела накануне. Он тупо смотрит на неё, погружённый в свои мысли.       — Привет, — тихо зовёт она.       Он вскидывает голову и откладывает папку. В два больших шага он снова оказывается рядом с ней, на этот раз присаживаясь на край кровати.       — Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, — отвечает она и подавляет зевок. — Устала.       Он морщится.       — Наверное, это из-за лекарств, которые тебе дали.       — Хм, могу поспорить.       Она указывает на стул, на который он бросил бумаги.       — Над чем ты работаешь?       Она ожидала, что Харди протянет руку и покажет ей их, но вместо этого он остался сидеть, пристально глядя на неё.       — Я тут подумал... — начинает он, затем останавливается и изучает стену позади неё.       — Да? — она игриво тычет его в руку, когда он не продолжает. — О чём?       Харди мягко отталкивает её руку и пристально смотрит на неё, взглядом заставляя отнестись серьёзно к тому, что он собирается сказать.       — Прости, — быстро извиняется она. — Больше никаких шуток.       Он не отрывает от неё взгляда, когда встаёт и тянется не за бумагами, а за своим пальто.       — Может быть, ты и права.       Элли приходится прикусить губу, чтобы не сказать «я всегда права», пока она наблюдает, как Харди достаёт свой телефон.       Снова садясь, он протягивает его ей.       — Смотри.       Она смотрит на устройство, не понимая, что это значит. Повертев его в руках, она окончательно не понимает, к чему он клонит.       Харди выжидающе смотрит на неё и, по-видимому, немного смущён. Она замечает, что его пальцы теребят кончик галстука. Когда с её стороны проходит слишком много времени без какой-либо реакции, он нерешительно спрашивает:       — Это нормально?       Она смотрит на него извиняющимся взглядом:       — Я не совсем понимаю.       Она пытается вернуть ему телефон, но Харди качает головой. Он протягивает руку и нажимает кнопку «Домой».       — Смотри, — повторяет он, а затем нажимает кнопку экстренного вызова.       На экране появляются два варианта.       — Что это?       Харди трёт глаза и разочарованно стонет.       — Это я спрашиваю. Потому что ты забыла это сделать.       — Это было не нарочно! — возражает она. —Я просто не думала, что это будет такой проблемой.       — Ради бога, Миллер, перестань сама делать из этого проблему. Просто скажи «да» или «нет».       — Это ты делаешь из этого проблему! — восклицает она и тычет пальцем ему в грудь, что когда-то могло быть угрожающим жестом, но сейчас её тон лёгок и граничит с игривостью. — Я имею в виду, это же не предложение руки и сердца.       Она понимает, что зашла слишком далеко, когда видит, как на его лице промелькнула обида, и тут же сожалеет о своём последнем замечании. Она не хотела причинить ему боль.       — Харди...       — Забудь.       Он выхватывает телефон у неё из рук и спрыгивает с кровати.       — Глупая была идея.       — Подожди, извини.       Она хватает его за рукав большим и указательным пальцами и мягко тянет, чтобы удержать.       — Я имела в виду «да».       Он поворачивается.       — Что?       — Да, Харди, я буду твоим контактом в экстренных ситуациях, — заявляет она так официально, как только может.       Он прищуривает глаза. В конце концов, кажется, он приходит к выводу, что она не шутит с ним.       — Спасибо.       — Не за что.       Она тепло улыбается, а затем расплывается в улыбке и добавляет:       — Но не жди, что я буду бегать за тобой ещё как минимум неделю.       — Отлично, — фыркает он. — Если что-нибудь случится, я попрошу их поставить мою кровать рядом с твоей.       — Ты уверен в этом? — улыбается она.       — Если подумать, мне придётся быть очень осторожным, пока тебя не выпишут.