Глава 5. Серро-де-Лус

      Драко стоял на небольшом утёсе возле дома, откуда открывался потрясающий вид на бескрайнюю синеву. Лёгкий бриз шевелил белые, почти платиновые, волосы, а послеобеденное солнце золотистыми бликами играло на волнах. Воздух был наполнен свежестью моря и ароматом цветущих роз, которые разводил Драко, вопреки здравому смыслу (по мнению его семьи). Порталом было решено воспользоваться здесь, поскольку это место находилось вдали от глаз магглов и любопытных волшебников.       — Неплохо, — раздался позади голос Гермионы, которая (если верить часам), пришла немного раньше и теперь, встав рядом, уставилась вдаль, как это делал Малфой.       Драко, окинув её взглядом, усмехнулся:       — Ты пришла раньше времени, Грейнджер. Захотелось побыть со мной наедине?       Гермиона скрестила руки на груди и сверкнула глазами в его сторону.       — Конечно, думала о тебе каждую ночь. Всё боялась, что ты от страха помрёшь, не дожив до экспедиции.       — Ты переживала за меня! — Драко приложил руки к груди с театральным ужасом. — Я тронут до глубины души. Хотя, если честно, после долгих месяцев кропотливой работы рядом с тобой, мне уже ничего не страшно.       Гермиона фыркнула, но тут же сделала серьёзное лицо. Драко не без удовольствия заметил, как ветер играет её растрёпанными локонами, а тонкие женские пальцы нервно постукивают по обложке записной книжки.       — Ох уж этот твой паранойяльный синдром. Расслабься, Грейнджер, это же Коста-Рика — солнце, пальмы, обезьяны-воришки…       — …ядовитые лягушки, магические паразиты и, если нам очень повезёт, местные вампиры-кровососы, — продолжила она, загибая пальцы.       — А вот это уже звучит интересно! Хотя, — Драко притворно задумался, — тебе бы больше понравились вампиры-библиотекари. Те, что перед укусом проверяют, нет ли у тебя просроченных книг.       Где-то внизу с шумом разбилась волна, поднимая столп брызг. Драко поднял глаза на чаек, которые кружили над ними и громко кричали, будто посмеиваясь над их тревожностью.       — Кстати, а ты уверен, что готов к тропикам? Там же влажность. Твой драгоценный гель для волос может не выдержать.       — Правда больно, Грейнджер, — патетически вздохнул Драко. — Ты ударила ниже пояса.       Оба неожиданно рассмеялись, но тут же, словно по команде, сделали вид, что просто кашляют. Драко столько времени провёл вместе с Грейнджер, пытаясь найти нужные книги, переводя сотни древних рун, расшифровывая старинные тексты, что он к ней действительно привык, вот только… Драко сам себе не смог бы ответить на вопрос: «Кто они теперь друг другу?» Точно не враги, не неприятели, да и не друзья, просто… Просто.       Драко покосился на профиль Гермионы — решительный, с вечно нахмуренными бровями, даже когда она просто смотрела на море. Он помнил, как эти брови хмурились над пергаментом с рунами, которые никак не хотели складываться во что-то связное. Помнил, как она сотню раз поправляла его произношение древнеанглийских слов, стуча палочкой по столу, чем выбешивала его до зубного скрежета. Помнил, как однажды, засидевшись за полночь в его гостиной, она уснула прямо в кресле, уткнувшись носом в фолиант, и он тогда накрыл её пледом. Сам не зная зачем. Просто.       Ветер усилился, принеся с моря солёную влагу. Платиновые волосы хлестнули Драко по глазам, вырывая из плена неуместных воспоминаний.       — Грейнджер, — вдруг тихо сказал он, не поворачиваясь к ней. — Зачем тебе это всё нужно?       Гермиона удивленно моргнула, оторвавшись от разглядывания горизонта. Наверное, вопрос был слишком личным для их привычных рабочих бесед, но Драко действительно хотел его задать.       — Потому что это будет важное открытие для магического общества, — без раздумий ответила она, но потом опустила глаза к скалам и уже тише добавила: — Или потому, что это сейчас единственное, что имеет для меня смысл.       — Вечно лезешь в самое пекло, чтобы проверить, действительно ли огонь жжётся, — покачал головой Драко, прекрасно понимая, что Гермиона имела ввиду.       — А ты? — Она повернулась, заправив за ухо покачивающуюся на ветру прядь волос. — Ты-то зачем согласился? Неужели из любви к науке?       Драко усмехнулся.       — Может, я тоже хочу проверить, жжётся ли огонь?       Он замолчал, совсем не весело улыбаясь пролетающим мимо чайкам. Грейнджер, как и он, была одинока. Иначе не проводила бы всё своё свободное время в его неприятной компании. И он бы не ждал её каждый вечер, если бы был кто-то, кто…       — Знаешь, если я там всё-таки погибну…       В этот момент они услышали хлопки, и на поляне появились остальные члены команды с разницей в несколько секунд. Драко не стал заканчивать фразу.       Чарли Роуз, высокий рыжеволосый мужчина с добродушным лицом, весело махая, подбежал к Драко и Гермионе и жизнерадостно пожал руки обоим. Билли Лотерс, тяжёлой поступью шагнув к ним, всем своим видом, включающим отсутствие улыбки и нахмуренный взгляд, ясно давал понять: он не из тех, кто любит вести светские беседы. Лотерс лишь кивнул Драко и встал в стороне, снимая рюкзак. А вот Эмма Толкин, напротив, сияла улыбкой. Её золотистые волосы переливались в солнечных лучах, а глаза — ярко-голубые, как море, перед которым они все стояли, — сразу же нашли Драко.       — Здесь так красиво, — сказала она, оглядываясь вокруг. — Какой вид… Как бы я хотела здесь жить!       Драко улыбнулся, поймав взгляд Гермионы, которая тут же закатила глаза.       — Ну, если захочешь погостить после миссии, двери открыты, — он нарочито томно протянул слова, наблюдая, как Грейнджер сжимает кулаки.       Эмма была… хорошенькой. Самая молодая в их команде. Когда Гермиона рассказывала о её выдающихся навыках в колдомедицине, она как-то упустила информацию о не менее выдающихся «навыках» некоторых частей её тела.       — Ох, я бы с радостью! — Эмма подошла ближе, игриво поправляя прядь волос.       Чарли рассмеялся:       — Может, сначала доберёмся до Коста-Рики?       — А что нас ждёт по прибытию, Чарли? — спросил Драко, переводя тему, но все ещё насмешливо поглядывая в сторону Гермионы.       — Нас встретит вождь местной общины Рикардо Солис, — ответил Чарли. — Прекрасный человек, кстати. Знает о местной магии больше, чем кто-либо ещё. Говорит, рад будет показать нам свои земли. А ещё сегодня у них праздник. Считайте, нам повезло.       — Праздник? — Драко приподнял бровь. — Надеюсь, ничего серьёзного?       — Ну, это как повезёт, — засмеялся Чарли. — Они люди шибко гостеприимные и обожают веселиться. И местный ром волшебный в прямом смысле.       — Люблю ром! — хихикнула Эмма.       — Не стоит забывать, зачем мы едем, — сурово заметила Гермиона, которая выглядела сурово, под стать Билли.       — Конечно, конечно, Грейнджер, — Драко подмигнул Эмме. — Но кто сказал, что работа и удовольствие не могут идти рука об руку?       Гермиона фыркнула и отвернулась.       А Билли, до этого молчавший и не сводивший взгляда с наручных часов, наконец пробурчал:       — Осталась минута.       Все пятеро сбились в кучу и уцепились за края записной книжки, которую держала в руках Гермиона.       Эмма улыбнулась Драко. И он бросил последний взгляд на кудрявую ведьму — просто чтобы убедиться, что она все ещё раздражена, — прежде чем его рвануло крюком за живот, а ноги оторвались от земли.

***

      Солнце, пробиваясь сквозь пушистые, словно игрушечные облака, рассыпалось золотыми бликами по кронам гигантских деревьев. Воздух дрожал от зноя, наполненный густым ароматом цветов, морской соли, фруктовых плодов и ванили. Под ногами, вместо привычной земли, струился живой ковёр из ярко-зелёного мха, мерцающего, будто усыпанного тысячами крошечных светлячков.       Драко стоял на краю высокого холма в оцепенении рядом с остальными членами команды, сжав в пальцах волшебную палочку. Его привычная маска холодного равнодушия дала трещину: он не мог оторвать взгляда от города, раскинувшегося перед ними.       Серро-де-Лус.       Деревья-исполины, в три раза шире самых могучих дубов Хогвартса, вздымались к небу; их основания, покрытые блестящей корой, переплетались с постройками. Дома не просто располагались среди деревьев — они будто вырастали из стволов, образуя многоуровневые конструкции. Стволы расходились, создавая прочные основания для построек, а ветви, переплетаясь, становились естественными стенами и крышами.       Деревья соединялись между собой мостами, по которым сновали люди в ярких одеждах. Некоторые из них носились по воздуху верхом на огромных птицах, чьи перья переливались всеми цветами радуги. Где-то внизу, в зелёной дымке джунглей, звенели колокольчики, были слышны смех и странные, мелодичные напевы.       — Ну что, Малфой, — раздался голос Гермионы, в котором явно улавливалось торжество, — всё ещё считаешь, что настоящие волшебники живут только в мрачных поместьях?       Драко хотел ответить ей колкостью, но в этот момент воздух позади дрогнул, и на поляну трансгрессировал человек. Высокий, широкоплечий, с кожей цвета тёплой меди и седыми волосами, собранными в небрежный пучок. Его лицо было изрезано морщинами, и судя по ослепительной улыбке, от нескончаемого смеха. Тёмные глаза, с золотистыми искорками внутри, излучали неописуемый восторг.       — Bienvenidos amigos! — прогремел мужской голос, и, прежде чем Драко успел среагировать, мощные руки обхватили его — и вот он уже беспомощно болтался в воздухе, всем телом выражая протест.       — М-м-м… — выдавил Малфой, абсолютно растерянный и определённо смущённый столь ярым проявлением гостеприимства.       Загорелый мужчина выпустил Драко из объятий и рассмеялся — громко, искренне, от всего сердца. Он поднял руку, и оранжевая мантия с золотистыми узорами заколыхалась, вспыхнув на ярком солнце.       — Никаких «м-м-м», mi amigo inglés! Здесь, в Серро-де-Лус, мы живём в полную силу! Меня зовут Рикардо Солис, но все здесь меня называют Тайра. На языке борука моё имя означает «сила и дух».        Он повернулся к остальным, которые восхищённо таращились на вождя, застыв в немом изумлении перед этим ураганом жизнерадостности.       — Вы — mis queridos invitados! — Тайра взмахнул волшебной палочкой, и в воздухе появилось шесть чашек с дымящимся напитком изумрудного цвета. — Vida verde! Немного бодрит, немного веселит, а если переборщить, — он лукаво подмигнул, — можешь проснуться в обнимку с обезьяной!       Драко осторожно пригубил. Напиток взорвался во рту фейерверком ощущений: сладкий, терпкий, с лёгкой горчинкой и невероятным послевкусием.       — Чёрт возьми… — вырвалось у него совершенно непроизвольно.       Вождь торжествующе хлопнул в ладоши, когда все, как один, замерли с широко раскрытыми глазами, поражённые вкусом.       — Видите? Даже вы не устояли! А теперь — вперёд! Покажу вам наш город! Только предупреждаю, — он понизил голос, делая драматическую паузу, — если увидите летающую змею — не пугайтесь. Это всего лишь Карлос. Он обожает пугать гостей.       Как будто в подтверждение его слов, где-то в листве раздалось театральное шипение. Эмма вздрогнула, а Тайра вновь разразился заливистым смехом.       Они двинулись вперёд по извилистым тропам.       Вокруг с визгом носились между домами босоногие дети, гоняя светящихся жуков, похожих на драгоценные камни. Каждый жук, пойманный в ладошки, начинал звенеть — тоненько, как колокольчик, и тогда ребятишки заливисто смеялись, снова отпуская его в воздух.       Взрослые при помощи магии очищали дорожки от опавшей листвы, запускали в небо волшебных птиц, сложенных из живых листьев, и украшали дома светящимися звёздами. Ветки деревьев трансфигурировались в огромные зонты самых невероятных форм и размеров, а камни на дорогах превращались в большие фонари.       В самом центре Серро-де-Лус раскинулся шумный рынок. Загорелые торговцы с добродушными морщинками у глаз раскладывали необычные товары, переговариваясь на певучем наречии. На резных подставках из светлого дерева стояли калебасы — высушенные тыквы с дымящимися зельями внутри, которые вызвали у Драко, как у зельевара, особенный интерес. Одни жидкости переливались всеми оттенками заката, другие пузырились, а третьи издавали странное шипение. Рядом сверкали амулеты из перьев райских птиц, мерно покачиваясь от дуновения ветра и создавая едва слышный перезвон. В необычных плетёных корзинках лежали необычные фрукты — разноцветные, округлые, с бархатистой кожурой.       Повсюду пестрели букеты из невиданных цветов — то алых, то переходящих в лазурный, то вспыхивающих золотым. Их лёгкий, ненавязчивый аромат заволакивал всю улицу, и Драко не мог не отметить, насколько это было прекрасно.       Между рядами стояли и знакомые предметы: котлы причудливых форм, стопки пергаментов со стеклянными чернильницами, связки перьев, различные книги и, насколько Драко мог понять по картинкам на обложках, даже учебники.       Каждый встречный — будь то седовласый старик или девчушка с корзиной фруктов — светился искренней радостью. Их доброжелательность была настолько заразительна, что даже Драко, обычно строгий и чопорный, не мог сдержать ответную улыбку.       Гермиона шла рядом, и он невольно поймал её взгляд. Она улыбалась, широко распахнув глаза, словно боялась упустить хоть каплю этого сказочного мира. Так по-настоящему, без тени привычной сдержанности.       — Это просто волшебно, — восхищённо прошептала Эмма, крутя головой во все стороны.       — Sí, señorita! — улыбнулся вождь, обернувшись на поражённых красотой этого невероятного места иностранцев. — Сегодня вечером у нас будет праздник, queridos amigos.       Казалось, что Драко попал в какой-то совершенно неведомый мир. Буйство красок, величие природы, уникальная магия, которую он не встречал до этого, — словно прекрасный сон. Неужели это всё реально?       Он поднял голову и увидел… мосты.       Они извивались между стволами гигантских деревьев. Но, присмотревшись, Драко понял, что это были живые лианы, толщиной в руку, покрытые пёстрыми цветами. По ним туда-сюда сновали люди, некоторые просто шли, другие — парили, едва касаясь ногами, словно их тела не подчинялись законам земного притяжения.       — Левитация? — невольно вырвалось у него.       — Нет, дружба! — рассмеялся Тайра, указывая на крошечных, переливающихся ящериц, сидящих у людей на плечах. — Духолазы. Наши маленькие союзники. Дарят свою лёгкость тем, кто заслужил доверие.       Над головой пролетела стая радужных, невероятно красивых птиц с длинными хвостами, перья которых переливались, как опал. Одна, самая крупная, спикировала вниз и устроилась на плече у Тайры, любопытно разглядывая чужаков.       — Не бойтесь, кетцаль просто прилетела поздороваться, — ухмыльнулся вождь.       Птица склонила голову, и Драко, против собственного ожидания, протянул руку. Кетцаль аккуратно клюнула его в палец, и по коже разлилось странное, приятное тепло.       — Теперь ты отмечен, — пояснил Тайра. — Духи леса будут знать тебя.       Это место казалось по-настоящему волшебным даже для волшебников. Вода струилась повсюду — не в привычных руслах, а по воздуху возле деревьев, извиваясь, как змейки. Ручейки сбегали с листьев, собирались в прозрачные сферы, висящие между ветвями, и снова распадались на капли, чтобы напоить корни.       Минут двадцать спустя тропа вывела их к воде. Драко, поселившийся у самого моря и считавший себя знатоком морских пейзажей, приготовился к привычной картине: синим волнам, золотому песку, крикам чаек. Но то, что открылось его взору, заставило сердце пропустить удар.       Карибское море лежало перед ним, словно расплавленная бирюза в оправе из белоснежного песка. Вода переливалась всеми оттенками синего — от нежно-лазурного у берега до глубокого индиго у горизонта, где море сливалось с небом светлой линией. Волны искрились на солнце, ослепляя своей яркостью, а белая пена была похожа на кружево, раскиданное по воде.       Сквозь кристально чистую толщу виднелся целый мир: коралловые сады переливались розовым, лиловым и оранжевым, словно подводные цветы; стайки рыб-ангелов с неоновой чешуёй метались между ветвистыми отростками; а где-то в глубине мелькнула тень ската.       Вдали, на скалистом выступе, сидела группа местных волшебников. Они играли на странных инструментах, похожих на раковины больших улиток, и музыка сливалась с шумом прибоя в единую песню. В такт их мелодии дельфины выпрыгивали из воды, и их мокрые спины сверкали на солнце.       — Вы будете жить здесь, — сказал вождь, указывая на небольшие деревянные бунгало, стоящие на берегу моря. — Тут тихо, спокойно и, на мой взгляд, самый красивый вид. Я надеюсь, вам у нас понравится.       — Claro, Tyra. Gracias! — сказал улыбающийся во весь рот Чарли и низко поклонился вождю.       — Всё! Ни слова больше! — Тайра похлопал Чарли по плечу одной рукой, а другой подтолкнул Билли в сторону хижин. — Внутри вас ждёт еда и постель. Отдыхайте, гуляйте, наслаждайтесь. Мне нужно помочь моим товарищам готовиться к празднику. Я приду за вами перед его началом. Nos vemos!       Тайра улыбнулся самой очаровательной и добродушной улыбкой, резко крутанулся вокруг своей оси и исчез с негромким хлопком.       Их бунгало стояли на песчаном берегу, чуть приподнятые над землёй на деревянных сваях — видимо, на случай приливов или тропических ливней. Крыши, крытые пальмовыми листьями, напоминали огромные птичьи гнёзда, уютно примостившиеся среди зелени.       Команда заняла две хижины: в первую поселились девушки, во вторую — мужчины. Конечно, Драко не прельщала жизнь с другими людьми, но в атмосфере этого невероятного места, такие мелочи казались ему сущей ерундой.       Бунгало внутри было намного просторнее, чем казалось снаружи. Стены из переплетённого бамбука пропускали мягкий свет, падающий сквозь щели. Вместо привычных кроватей здесь были подвесные плетёные гамаки из прочной хлопковой ткани — каждый в своём углу, — укрытые лёгкими покрывалами с вышитыми замысловатыми узорами.       Посередине стоял низкий стол из цельного куска красного дерева, на нём — глиняные кувшины с прохладной водой, источавшие лёгкий аромат лайма и мяты. Рядом в плетёных корзинках лежали спелые фрукты: манго с золотистой кожицей, фиолетовая маракуйя, сморщенная от спелости, и удивительные оранжевые и синие плоды странных форм, которые Драко заприметил ещё на рынке. Свежие кукурузные лепёшки, ещё тёплые, были аккуратно сложены стопкой на широком пальмовом листе, а рядом в маленькой деревянной ступке дымилась ароматная паста из перцев и трав. Видимо, местная приправа.       Вместо потолка висели десятки стеклянных шаров, которые пропускали солнечные лучи, рассеивающиеся под разными углами.       — Недурно, — пробормотал Билли, бросая свои вещи на гамак, который жалобно скрипнул под тяжестью рюкзака.       Драко, впрочем, его не сильно слушал. Он медленно обошёл бунгало по периметру, касаясь пальцами гладкого бамбука. Приблизился к круглому окну без стёкол — лишь прозрачная ткань, защищающая от надоедливых насекомых, слегка колыхалась на ветру. Вид открывался прямо на море: бирюзовые волны, белый песок и силуэты дельфинов, прыгающих в лучах яркого солнца.       Сзади послышалась возня: Чарли уже вовсю копошился, разбирая вещи, а Билли молча залез в гамак, скрестив руки на груди и, кажется, мгновенно задремал. Драко позавидовал такой способности отключаться по желанию.       Он подумал о том, как странно устроена жизнь. Ещё несколько лет назад Драко и представить не мог, что будет стоять в хижине на берегу Карибского моря, желая отправиться в одно из самых опасных приключений в своей жизни. Удивительно, какие судьба может преподносить сюрпризы. Весьма кучерявые, кстати.       Мысли прервал громкий плеск за окном. Драко выглянул наружу и увидел, что прямо у берега, на мелководье, стояла Эмма. Она подвернула штаны, босая зашла в воду по колено и теперь с визгом отскакивала от набегающих волн. В руках она держала какую-то огромную раковину, прижимая её к груди.       — Эмма! — крикнул Чарли в окно. — Там крабы! Они больно щиплются!       Эмма обернулась, сверкнула улыбкой и помахала раковиной, показывая, что не боится никаких крабов.       Драко облокотился на подоконник, прикрытый лёгкой тканью, и машинально следил за Эммой, которая всё ещё резвилась в воде, собирая ракушки. Она была красивой. Яркой, лёгкой, как эти тропические бабочки, что порхали между цветами. Она смотрела на него с нескрываемым восхищением, и это приятно щекотало самолюбие.       Но взгляд Драко невольно скользнул чуть в сторону, туда, где на веранде соседнего бунгало находилась Гермиона.       Она не пошла купаться. Вместо этого сидела в плетёном кресле, поджав под себя ноги, и что-то сосредоточенно записывала в свой неизменный блокнот. Ветер трепал её кудри, она то и дело отбрасывала их с лица раздражённым жестом, но даже не поднимала головы от записей. Рядом с ней на перилах сидела разноцветная ящерица, что была на рынке, — духолаз, кажется. Ящерица склонила голову, разглядывая каракули Гермионы, и, судя по всему, находила их крайне занимательными.       Драко невольно улыбнулся. Только Грейнджер могла заниматься работой даже в райском уголке. Только она могла найти общий язык с местной фауной быстрее, чем с собственной командой. И только глядя на неё, сосредоточенную, вечно нахмуренную, вечно что-то доказывающую миру, Драко чувствовал, что у них всё обязательно получится.       Эмма была красивой. Но Гермиона была… живой. Настоящей до кончиков пальцев, перепачканных чернилами.       Драко тряхнул головой, отгоняя неуместные мысли. С Грейнджер всегда всё было слишком сложно. А он, чёрт возьми, устал от сложностей.       — Эх, — вздохнул позади Чарли, плюхаясь за стол, — как же я скучал по этому месту.       Драко даже не сомневался. Он уже точно знал, что будет когда-нибудь скучать по этому месту, простому и волшебному одновременно.