Часть 23

У нас есть огонь,

А у кого есть спички?

Посмотри вокруг,

На море масок, и

Иди сюда, все идите!

Добро пожаловать на грандиозный бал,

Куда сильный бежит, чтобы спрятаться

И где слабый остается величественным.

Я не посыпаю пеплом вокруг,

Но есть вещи,

Которые плавят пластик.

Попробуй и поищи глубже, если можешь. Thousand foot krutch, Welcome to the masquerade©

Взяв с подноса бокал виски, Микки сделал маленький глоток – едва пригубил напиток, и вновь развернулся лицом к залу. Он был очень просторным и выдержанным в золотистых, кремовых и светло-кофейных оттенках. Под потолком искрила, заливая всё своим светом, огромная люстра, в длинных окнах синели опустившиеся на Берлин сумерки. Изнутри здание Администрации города напоминало скорее дворец, нежели место, где люди работают и решают важные и очень важные вопросы. Вокруг прохаживались и мило и непринуждённо разговаривали со своими знакомыми мужчины и женщины в дорогих костюмах и вечерник платьях в пол. Вечер купался в атмосфере роскоши и все, присутствующие здесь, скорее лукавили душой, делая вид, что им есть дело до психически больных детей, ради которых все здесь и собрались. Просто, благотворительность нынче в моде. А ещё она помогает очистить душу от грехов. Многие так думают. Несмотря на обилие людей вокруг, никто не пытался навязать Микки своё общество. И это очень радовало его. Где-то неподалёку бегал Стюарт, разговаривая то с одним гостем вечера, то с другим. Сейчас Микки ещё больше уверился в том, что правильно сделал, взяв помощника с собой – он перетягивал всё внимание на себя и спасал от него начальника. Он никогда не жаловал светские, лишенные смысла, беседы, уж лучше весь вечер молчать. - Добрый вечер. Микки обернулся, услышав приветствие. Перед ним стоял немолодой мужчина в тёмно-синем костюме и с белым галстуком на белоснежной рубашке – достаточно интересное и необычное сочетание. - Добрый вечер, - также поздоровался брюнет, оглядывая мужчину. - Я – Фидель Кеплер, - представился он, - организатор вечера. - Да, мистер Кеплер, я знаю. - И я обхожу здесь всех и знакомлюсь с теми, кого ещё не знаю. - Благородное желание – узнать лично своих гостей, - слегка кивнул Микки. - Да, мне кажется, что так будет правильнее. Как только мужчина замолчал, предвидя его следующий вопрос, брюнет представился: - Микки Гумперт. - Микки Гумперт, - повторил за парнем Фидель, слегка кивая и протягивая ему ладонь для рукопожатия. Микки ответил на него. – Скажите, мистер Гумперт, а чем вы занимаетесь? Извините, если я бестактен, просто я впервые вас вижу, а на подобные мероприятия обычно приходит устоявшаяся публика. - У меня клубный бизнес. - Владеете сетью ночных клубов? - Да. Ответ Микки был и ложью, и одновременно, правдой, ведь «Алая плоть» действительно начинала работать только вечером и потому по праву могла зваться ночным клубом. Только танцы в нём были далеко не главным развлечением… - И как называется ваша сеть? – без задней мысли поинтересовался мужчина. В последние годы он, вообще, переосмыслил всю свою жизнь и начал искренне и от души интересоваться другими людьми. Он всегда был добрым, но желание жить достойно и обеспечить соответствующую жизнь своей семье вынуждало его не всегда идти честным путём. - Я уверен, что вы всё равно о нём ничего не слышали, - ответил Микки. - Вы не здешний? - Да. И в Германии нет моего клуба. - Для не немца вы прекрасно владеете языком, - слегка кивнул Фидель. Микки воздержался от вздоха, который был бы сейчас так уместен. - Я австриец, - так было ответить проще, чем говорить, что он наполовину немец, и пытаться объяснить его непростую историю с множеством переездов и смен семей. - Точно, - слегка улыбнулся мужчина, - я иногда забываю, что в Австрии также говорят на немецком языке. - Да, полагаю, трудно запомнить, что ваш язык является родным ещё для какой-то страны. - И в таком случае стоит вспомнить, что некогда мы были единой империей, так что, отчасти мы все являемся земляками. - Да, - сдержанно кивнул Микки. Если изначально мистер Кеплер показался ему милым и приятным собеседником, то теперь он начинал утомлять его. Но на его радость мужчина не стал донимать его и дальше, а вскоре откланялся и перешёл к другому гостю вечера – своему старому знакомому. Проводив его взглядом, Микки вздохнул и огляделся в поисках Стюарта. Помощник стоял в противоположном конце зала, увлечённо беседуя с высокой дамой в зелёном платье и двумя мужчинами. «Интересно, есть ли хоть один человек, с которым Стюарт не сможет завязать разговора?», - подумал парень, смотря на болтающего помощника. Судя по лицам его собеседников, они были довольны его обществом. Либо очень хорошо притворялись. И Микки больше склонялся ко второму варианту, потому что все гости данного вечера были богатыми, успешными, а многие ещё в той или иной степени представляли власть. Такие люди на высшем уровне умеют блефовать и делать вид, что им нравится собеседник. Стюарт повернул голову, с улыбкой смотря на Микки, а после кивнул в его сторону. Высокая дама также повернулась, заинтересовано смотря на парня. Ему это не понравилось, но, кажется, будет не избежать разговора с ней. В подтверждении его мыслей дама направилась к нему. Она была очень высокой и худой, слишком длинное платье прикрывало туфли на высоких каблуках, делая её похожей на телефонный столб. Микки сделал глоток виски, наблюдая за тем, как она приближается к нему. - Добрый вечер, Микки, - произнесла она, подойдя к парню. – Ничего, если я буду называть вас по имени? - Нет, я не против, - сдержано ответил брюнет. – А как мне обращаться к вам? - А вы не знаете меня? - Я в Германии впервые, - соврал Микки. - Тогда, понятно, - слегка кивнула женщина. Она помолчала немного, затем, вспомнив, что не представилась, сказала: - Я – Малена Шваб Мюллер. Обращайтесь ко мне просто – Малена, Микки. - Как скажите, - также кивнул брюнет. – Насколько я понимаю, Малена, вы хотите со мной нечто обсудить? - Вы очень проницательны, Микки, - широко улыбнулась женщина. - Тогда – я весь внимание. - Это хорошо, - кивнула Малена и встала ближе к парню, сразу давая понять, что разговор им предстоит личный и не предназначенный для посторонних ушей. Не сложно было догадаться о том, чему он будет посвящён… - Микки, - продолжила женщина, - я бы хотела обсудить с вами возможность открытия вашего клуба в Германии. Никак не выдав то, что его уже слишком давно утомили подобные предложения, Микки ответил: - Я бы с удовольствием выслушал вас, Малена. Но не вижу смысла тратить ваше время, потому что исполнение вашей просьбы невозможно. - Не спешите отказываться, Микки. Я подошла к вам не с просьбой, а с деловым предложением. Я – далеко не последний человек в стране, с множеством связей. Ко мне прислушиваются. И я бы хотела стать соучредителем вашего бизнеса в Германии. Поверьте, вы только выиграете от нашего сотрудничества. И я, так сказать, получу то, что желаю, - она слегка улыбнулась. – А я давно хочу посещать «Алую плоть» на постоянной основе. И мой муж и любовник… Она замолчала, поняв, что сказала лишнего, упомянув про свою внебрачную связь. - Не беспокойтесь, Малена, - произнёс Микки, видя реакцию женщины на собственные слова, - я не тот человек, который станет трепаться о вашей личной жизни направо и налево. Считайте, что я ничего не слышал. - Было бы очень хорошо, если бы это было так. Так, о чём я говорила? Ах, точно. Я уже бывала в «Алой плоти», но это крайне неудобно – ездить в другую страну, чтобы хорошо провести время. Намного лучше, когда такое место есть в твоём городе. - Я бы предложил вам переехать в страну, где есть клуб, раз вы так хотите его посещать, но, наверное, это будет звучать грубо. Малена немного непонимающе посмотрела на парня. Получалось, что он всё равно озвучил свою не слишком любезную мысль, но то, что он сделал это в предположительном контексте, не позволяло разозлиться или обидеться, как-то указать ему на то, что он не прав и должен извиниться. Микки же спокойно наблюдал эту задумчивую гамму эмоций на лице женщины. Она явно не привыкла к подобному общению и к таким ходам. Прошло не меньше минуты прежде, чем женщина вновь что-то сказала. - Да, полагаю, это было бы логичным выходом, - произнесла она, вздохнув. – Но я люблю Германию и не желаю её покидать. - Тогда, миссис Шваб Мюллер, я ничем не могу вам помочь. - Может быть, вы всё-таки дослушаете меня, Микки? Эта женщина была очень напориста и не желала сдаваться. Микки было глубоко всё равно на её старания. Но, решив, что, раз она хочет потратить на него своё время, то будет жестоко ей в этом отказать, он ответил, слегка кивая: - Хорошо, Малена. Я готов вас выслушать. Только нам стоит удалиться куда-нибудь, где не будет посторонних. Раз вы были в клубе, то точно должны знать его строгие правила и то, что не посвященные не должны знать о нём. - Конечно, Микки, - кивнула женщина. – Если вы не против, то пройдёмте на второй этаж, в один из кабинетов. Там нам точно никто не помешает. - Я не против, Малена. Пошлите. Микки сделал ещё один глоток виски и направился вслед за дамой, покидая главный зал и выходя в такой же шикарный, но тёмный коридор с мозаичными паркетными полами. По лестнице Малена поднималась первой, так как именно она показывала дорогу, и Микки всё время казалось, что она вот-вот запутается ногами в подоле платья и упадёт. Она и правда цеплялась туфлями за подол, но это не привело к падению, что было хорошо, потому что держать эту женщину в объятиях брюнету не хотелось, а не словить её, если бы она падала, было бы слишком некультурным. Дойдя до дверей в один из кабинетов, они зашли внутрь. Включать свет Малена не стала, а для Микки это совершенно не было необходимым. К тому же, в большое окно кабинета лился светло-оранжевый свет фонаря, не позволяя им потеряться во тьме. Они расположились на диване и, повернувшись к Микки и оглядев его в этом мраке, женщина произнесла: - Думаю, я могу начать? - Начинайте, Малена. - Я бы хотела предложить вам открыть клуб в Германии и принять мою помощь в этом, потому что у меня есть идеи относительно того, как сделать его ещё более успешным. - И какие же? – поинтересовался брюнет, хотя на самом деле слова собеседницы не вызывали в нём совершенно никакого интереса. - Я бы охарактеризовала свои предложения общим определением: «Меньше запретов». Понимаете ли, Микки, в вашем клубе слишком много запретов...  И многие из-за этого не посещают его, потому что им нравится атмосфера, но не нравится то, что они не могут дать себе полную волю. - Я так понимаю, что вы говорите про какие-то конкретные сексуальные предпочтения? - Можно сказать и так. Например, Микки, почему вы запрещаете вход в клуб для несовершеннолетних? Насколько я знаю, так было не всегда. - Да, первые три года существования «Алой плоти» такого правила не существовало. - Тогда, почему же вы вдруг приняли его? - Потому что я начал расширять бизнес, а, соответственно, у него начала расширяться аудитория. И я посчитал, что некоторые моменты отныне лучше прописать в правилах. - Но почему именно это правило? - Извините, Малена, но я не обязан отчитываться вам, - не грубо, но твёрдо ответил Микки. - Вы извините меня, если я в чём-то не права. Просто, есть достаточно людей, которые бы были совсем не прочь провести время с молоденькой девушкой. - Это правило упирается в другое фундаментальное правило клуба – добровольность его посещения. За три года, когда ещё не было правила про несовершеннолетних, такая посетительница была всего одна. Это говорит о том, что столь молодые люди не заинтересованы в посещение «Алой плоти». - Но ведь их могли бы приводить более зрелые посетители? - И именно это и попирает правило добровольности. Как мне подсказывает опыт, «левую» девушку или парня в клуб никто не поведет. Кому нужно потом лишний раз марать руки и убирать свидетеля, пусть даже ради хорошего секса? А поставлять в «Плоть» несовершеннолетних проституток я не стану. Для тех, кто желает подобных забав, есть множество элитных борделей, где исполнят любую их прихоть. - Вы очень принципиальны, Микки. Брюнет беззвучно вздохнул. Сколько раз он уже слышал это, когда его просили о чём-то этаком члены клуба? Кажется, бесконечность… - Можно сказать и так, - ответил брюнет. – Я предпочитаю придерживаться ровной и жёсткой тактики в ведении бизнеса. - Возможно, именно эта ваша директивность и привлекает многих в вашем клубе, - слегка кивнула Малена. - Да, она обеспечивает членам клуба безопасность, которая позволяет им спокойно отдохнуть и расслабиться. - Похвально. Знаете, я знала одного человека, у которого был подобный бизнес, но он прогорел на третьем году существования – обширная утечка информации, скандал в прессе, судебные иски… А ваш клуб, если я не ошибаюсь, существует уже десять лет. - Вы не ошибаетесь. - Так, Микки, - вернулась к первоначальной теме Малена, - вы категорически отказываетесь от всякого рода реноваций в вашем бизнесе? - Реновация предполагает улучшение без разрушения структуры первоначального материала. Так что, полагаю, здесь более уместен термин – инновация. А инноваций в своём клубе я не планирую, люди любят его таким, какой он есть. А новшества зачастую приносят лишь хаос. Малена слегка нахмурилась. И вновь у Микки получилось сказать так, чтобы она не знала, что ответить и как правильно понимать его слова. Его ответ казался несколько грубым, потому что так прямо указывать собеседнику на его ошибку не принято, но в то же время он был деловым и содержательным. Это путало. - Хорошо, Микки, - подумав, вздохнула Малена. – Если вы не хотите изменять структуру уже имеющегося бизнеса, то я предлагаю вам открыть родственный ему. - Малена, если вы так хотите открытия расширенной версии «Алой плоти», то предлагаю вам сделать это самостоятельно. Я не боюсь конкурентов. Женщина вскинула бровь, смотря на брюнета. Только сейчас до неё начало доходить то, что он изначально знал, что ответит отказом, а согласился на разговор с ней просто из вежливости. - Полагаю, вы не измените своего решения и будете отвечать мне отказами и дальше? – спросила Малена. - Я не отвечаю вам отказом, а предлагаю альтернативы. Но, если я когда-нибудь решу открыть клуб в Германии, я обязательно свяжусь с вами, если вы не потеряете к нему интерес, конечно. - Значит, вы планируете открыть «Алую плоть» здесь в ближайшее время? - Я не планирую этого, - поправил женщину Микки. – Но я не отрицаю такой возможности. - Тогда, думаю, можно считать наш разговор оконченным? - Если у вас нет ко мне больше никаких предложений или вопросов, то – да. - У меня есть один вопрос, Микки. Подскажите, когда состоится ближайший тематический вечер в каком-нибудь клубе Европы? - Малена, а вы являетесь членом клуба? – вопросом на вопрос ответил парень. - Нет. Я посещаю его редко. - Тогда, я не могу ответить на ваш вопрос. На тематические вечера запрещён вход не членам клуба. - Правда? – удивилась женщина. - Да, - слегка кивнул брюнет. – И, судя по вашему удивлению, где-то вас пропустили, несмотря на правила. Так что, мне придётся заняться поиском того, кто плюёт на установленные правила и позволяет себе своеволие. - Я никогда не была на тематическом вечере, Микки. Просто, я знаю о том, что они бывают в «Плоти». И мне бы хотелось поучаствовать в одном из них. - Тогда, Малена, могу вам только посоветовать стать членом клуба. В таком случае вы будете осведомлены обо всех мероприятиях, проходящих в его стенах в любой стране мира, и сможете посетить тот вечер, который придётся вам по вкусу. - Хорошо, Микки, я вас услышала, - кивнула женщина. Она помолчала немного, оглядывая погружённое во мрак помещение, после чего вновь взглянула на брюнета и сказала: - В таком случае, мы можем вернуться в зал. Если, конечно, вы не хотите мне что-то сказать. - Нет, Малена, я сказал вам всё, что хотел, - ответил Микки и встал. Открыв дверь и пропустив даму вперёд, он также покинул кабинет. Они вернулись в зал, где Малена вернулась к своим знакомым, от разговора с которым она отвлеклась ради Микки – Стюарта с ними больше не было. Зайдя в огромную комнату, где происходило основное действие вечера, Микки взял со столика новый бокал виски, но сразу пить не стал. Хотелось просто немного расслабиться, а не напиваться в хлам, что было очень просто сделать, если бесконтрольно опрокидывать в себя бокал за бокалом крепкого напитка. Взяв бокал, брюнет отошёл к небольшому диванчику, на котором никто не сидел. Он неспешно огляделся в поисках помощника, которого нигде не было видно, наверное, отошёл в туалет. Не найдя Стюарта, Микки сел и сделал маленький глоток виски. Так как разговаривать с кем-то Микки не хотел, он коротал время за рассматриванием других гостей вечера. И среди них его взгляд привлекла одна особа. Это была молодая девушка, шатенка, которая очень ярко выделялась на фоне остальных гостей. Она была облачена в неприлично короткое для подобного мероприятия платье светло-жёлтого цвета с объёмной кокеткой на бёдрах. Но подобную вольность ей можно было простить, потому что у неё была невероятно хорошенькая фигура. Она вся была невероятно прелестна. И она оглядывалась по сторонам, будто ища кого-то или что-то, крутя в руках тонконогий бокал шампанского. В очередной раз повернувшись, она увидела Микки и замерла, смотря на него. «Неужели меня ищет?», - подумал парень и неспешно поднёс к губам бокал, делая маленький глоток горького напитка. Гадать долго Микки не пришлось. Решившись и глубоко вдохнув для пущей уверенности, очаровательная девушка направилась к нему. - Здравствуй, - произнесла она, подойдя к парню. По её смущенной улыбке и нервным движением ухоженных пальчиков с аккуратным французским маникюром было заметно, что она очень волнуется. - Здравствуй, - ответил Микки, слегка кивая пока ещё незнакомке. - Как тебя зовут? - Микки. - А я Луиза Циммерман, - шире улыбнулась девушка, а затем, ещё больше смутившись, добавила: - Просто Луиза. - Хорошо, просто Луиза, - слегка приподняв уголки губ в улыбке, произнёс Микки. – Приятно познакомиться. - Мне тоже очень приятно. Замолчав, девушка взглянула на свободное место на диване рядом с Микки. - Присядешь? – любезно спросил брюнет, проследив взгляд Луизы. Кивнув, девушка села. Она пыталась вести себя спокойно, но всё в ней по-прежнему выдавало жуткое волнение. - Не нужно так нервничать, Луиза, - произнёс Микки, разворачиваясь корпусом к собеседнице. – По-моему, ты не делаешь сейчас ничего такого, чтобы так переживать. Девушка ещё более смущенно улыбнулась и опустила голову. - Мне мама тоже так говорит всегда: «Не волнуйся, Луиза. Нервы – годы жизни крадут». - Твоя мать – мудрая женщина. - Да, она часто говорит очень стоящие вещи… Луиза так по-детски говорила о матери и выглядела максимум на двадцать лет. Это смотрелось невероятно очаровательно и мило. И у неё была очень красивая и открытая улыбка, пусть она и была сейчас немного изломана смущением. - Скажи, Луиза, как ты оказалась здесь? – спросил Микки, решая помочь волнующейся девушке завязать диалог. – Обычно люди начинают интересоваться благотворительностью в более старшем возрасте. - Но ты тоже молод. - Но я явно старше тебя. Он помолчал пару секунд, затем спросил: - Сколько тебе лет? - Восемнадцать. Он слегка приподнял уголки губ в ухмылке. И что она забыла здесь? - А мне двадцать восемь. Видишь, я оказался прав, - произнёс брюнет, слегка кивая. - Да, прав… Луиза прикусила губу и огляделась, ища столик, чтобы поставить бокал. Поставив его, она положила руки на колени и сказала: - А подобные мероприятия мне просто очень нравятся. По-моему, это так хорошо и правильно – помогать тем, кому повезло не так, как тебе. Микки вновь едва заметно ухмыльнулся. Она была похожа на ангелочка. На милого, не знающего мира ангелочка, которого ещё не успели растоптать и ткнуть лицом в грязь. - И чем же ты занимаешься, чтобы в восемнадцать лет иметь деньги на благотворительность? – поинтересовался брюнет, ставя локоть на спинку дивана и подпирая голову рукой, внимательно смотря на собеседницу. И вновь она смутилась. Но пока ещё это продолжало умилять. - Это не мои деньги, а родительские. Вернее, дедушкины. Своё дело я пока ещё только начинаю… - И что же ты начинаешь? - У меня салон перевоплощений. Это такое место, куда может прийти любой человек, который хочет измениться, и там ему помогут подобрать правильный, подходящий для него и удобный стиль: одежду, причёску, макияж, если это женщина. - Интересно… Хочешь помогать людям становиться лучше? - Если честно, с детства это было моей мечтой, - смущённо улыбнулась Луиза. – Если салон будет пользоваться успехом, и я буду расширяться, то я потом планирую включать в услуги ещё и «внутреннюю помощь», привлекать к работе психологов… - Очень благородные устремления, Луиза. Надеюсь, у тебя всё получится, и ты не разочаруешься в своём деле и в своей мечте. - Да, я тоже очень надеюсь. Пока что клиентов немного, как и прибыли. - Начинать бизнес всегда сложно. Если будешь усердно работать, то велики шансы на то, что у тебя всё получится. - А у тебя тоже свой бизнес? – предположила Луиза. - Да, клубный. - А я не очень люблю ночные клубы… - Да, они по нраву далеко не всем. На радость Микки, Луиза не стала расспрашивать его о бизнесе, потому что придумывать очередную ложь он не хотел, ему было элементарно лень это делать, а говорить правду этой девушке точно не следовало. Во-первых, он тоже следовал правилам «Алой плоти», которые требовали неразглашения данных о клубе. Во-вторых, Луиза точно не была похожа на потенциальную посетительницу «Плоти», такому смущённому ангелку не место в краю порока и похоти. - И давно ты интересуешься подобными вечерами? – спросил Микки. - Самостоятельно посещаю совсем недавно. А ты? - Лет шесть. И, может быть, у тебя уже есть излюбленная линия помощи, контингент людей, которые тебя больше всего волнуют? Или, может быть, тебе больше нравится помогать животным? - Мне всем нравится помогать. Но сегодняшний вечер для меня особенный. - И почему же? Луиза вновь опустила взгляд, но на этот раз не в смущении. В её глазах отразилась грусть и, одновременно, что-то очень светлое, идущее прямо от сердца. - Брат моей мамы, мой дядя, страдает имбецильностью. Вернее, страдал. Он умер год назад. -  Соболезную. - Спасибо… Пусть он и был не таким, как все, но я его очень любила. Он был очень светлым. - Да, такие люди, как большие дети. Луиза помолчала какое-то время, затем подняла взгляд на Микки и произнесла: - Наверное, я говорю что-то не то. Если честно, я впервые с кем-то знакомлюсь самостоятельно. - Всегда приятно быть первым, - слегка улыбнулся Микки – лишь приподнял уголки губ. – И для первого раза ты справляешься вполне сносно. - Если так, то хорошо, - тоже улыбнулась девушка. – Ужасно не люблю чувствовать себя неловко, но почему-то именно так всегда и получается. - Думаю, со временем ты научишься с этим справляться. Луиза открыла рот, чтобы ответить, но в её клатче на блестящей толстой цепочке приятной мелодией зазвенел мобильный телефон. - Извини, - произнесла девушка и, достав аппарат, отошла в сторону. «Даже удивительно, что она такая культурная в восемнадцать лет и знает, что разговаривать по телефону при реальном собеседнике считается некультурным и является проявлением неуважения», - подумал Микки, провожая девушку взглядом. Телефонный разговор Луизы продлился недолго, и она вернулась к Микки. - Микки, - виновато начала девушка, - мне мама звонила и просила вернуться домой. Ей нужно уехать, а дома остаётся моя младшая сестрёнка. Если она останется с домработницей, то будет очень переживать. - Езжай, Луиза, всё в порядке. Она слегка улыбнулась, вновь начиная так мило смущаться, и спросила: - Микки, может быть… дашь мне свой номер телефона? - Да, конечно, - кивнул брюнет. Взяв протянутый девушкой телефон, он вбил в него свой номер и, сохранив его, вернул аппарат владелице. - Сейчас нужно ещё сделать пожертвование, - произнесла Луиза, убирая телефон в клатч, - и спешить домой. - Пошли, я покажу тебе, где это сделать. Внеся свою лепту в помощь «особенным» детям, Луиза и Микки попрощались, и девушка покинула здание Администрации, спеша к своей семилетней сестрёнке. Едва Микки вернулся на диван и взял оставленный бокал виски, как к нему подоспел Стюарт. - Вижу, ничего не изменилось, - улыбаясь во все тридцать два зуба, произнёс мужчина. – Где бы ты не появлялся, Микки, с тобой рядом непременно оказывается какая-нибудь прекрасная дама. Перестав улыбаться, помощник уже серьёзно добавил, спрашивая: - А как же Дженнифер? - Стюарт, прошу тебя, только не нужно читать мне нотации. Не пытайся этого делать, - слегка поморщился брюнет и отпил виски. – Она на десять лет младше меня и мозгами ещё совсем наивный ребёнок. Мы просто разговаривали. Помощник вновь открыл рот, но Микки не дал ему сказать, поднимая руку и говоря: - Всё, хватит, Стюарт. Не нужно капать мне на мозг. Ты же знаешь, как я не люблю этого. Он залпом допил остатки виски и встал. - Ты куда? – спросил мужчина. - В туалет, - холодно ответил Микки и, развернувшись, быстрым шагом покинул зал. Дойдя до двери с табличкой «Мужской туалет», он зашёл внутрь и, подойдя к приоткрытому окну, закурил. В главном зале курить было нельзя – чёртова дань моде на здоровый образ жизни, а выходить на улицу Микки не хотелось. Потому туалет показался ему самым подходящим местом для того, чтобы восстановить понизившийся уровень никотина в крови. Делая мерные затяжки, он выдыхал дым в окно, с лёгким прищуром смотря в уже совсем тёмное небо, сверля его взглядом, будто хотел прожечь дыру и увидеть то, что кроется по ту сторону привычного всем мира. Он выкурил две с половиной сигареты – организм столько не требовал, но просил мозг, которому хотелось немного разнообразить шикарный и благородный, но всё равно слишком приторный и скучный вечер. Бросив очередной окурок в унитаз и смыв его, Микки покинул туалет и направился обратно в главный зал. Стюарт по-прежнему оставался где-то недалеко, но больше не приставал с расспросами или своими любимыми эмоциональными разговорами. Прошёл ещё один час. Гости прибывали и уходили. Планировалось, что вечер должен длиться примерно до двенадцати часов ночи, а сейчас была лишь половина десятого, потому в здание Администрации прибыли ещё далеко не все, кто желал помочь больным детям. Несмотря на своё нежелание это делать, Микки всё равно ввязался в светскую беседу с одной дамой с перекаченными и слишком кричаще красными губами и её спутником. - Как так, Микки, - произнесла женщина, - вы совсем ничего не видели в Берлине? Поверьте, в нашем городе полно более чем достойных внимания мест. - Я не слишком люблю рассматривать достопримечательности, - сдержанно ответил брюнет. - Зря, очень зря. - Может быть… Разговор этот не продлился слишком долго, и вскоре мужчина и женщина покинули Микки. Рядом вновь оказался Стюарт, который пытался понять, стоит ли подходить к начальнику или лучше этого не делать. Остановившись на втором варианте, мужчина остался стоять неподалёку, а после отошёл, быстро находя новых собеседников. - Не хотите выпить? Микки повернул голову на голос. Рядом стоял официант с подносом с виски. Воздержавшись от ответа, брюнет слегка кивнул и взял один бокал, делая совсем маленький глоток крепкого напитка, который сразу же начал приятно горчить на языке. Постояв ещё немного, Микки нахмурился. Его терзало странное, но очень сильное ощущение - будто кто-то смотрит в спину, сверля её взглядом. Такие ощущения никогда не обманывают. «Неужели ещё кто-то меня узнал и хочет попросить меня об открытии клуба в Германии?», - подумал Микки, поджимая губы и слегка кривя их. Слишком уж отчётливо и сильно ощущался этот взгляд, чтобы принадлежать случайному человеку, который просто рассматривает незнакомца. Вздохнув и вернув своему лицу нормальное выражение, Микки обернулся. Того, кто так пристально смотрел на него, он нашёл сразу же. Там, на середине огромного зала, среди размерено прохаживающихся и любезно болтающих людей в дорогих костюмах стояла девушка. Белоснежное, слово горный снег, облегающее платье чуть ниже колен, длинные светлые волосы, бирюзовые глаза… Но глаза эти сейчас не были подобны ясному летнему небу, а походили на зловещую и опасную глубину океана, их взгляд ощущался тяжелее самой огромной монолитной гранитной плиты. Это была она. Дженна. Она изменилась за прошедшие восемь лет, повзрослела, но Микки всё равно потребовалась всего доля мгновения, чтобы узнать её. Девушка неподвижно стояла, сверля Микки тяжёлым взглядом, который был подобен выстрелу в упор из базуки. И брюнет тоже не двигался, смотря на неё в ответ. Его лицо не выражало при этом никаких эмоций, и только взгляд с каждым утёкшим в воронку времени мгновением становился всё более хмурым, тяжёлым и тёмным. Их напряженный, способный убить того, кто встанет на «линии огня» зрительный контакт стальным тросом протянулся через роскошный зал. И он длился всего несколько секунд, но показался Микки бесконечностью: люди вокруг начали передвигаться, словно в замедленной съёмке, а время стало липким. В этот момент вечер для него закончился. Так и не дрогнув ни единым мускулом лица, Микки развернулся и пошёл к выходу из здания. Для сегодняшнего вечера он арендовал машину и сейчас это пришлось как нельзя кстати, потому что избавляло его от необходимости ждать такси. И его автомобиль как раз был припаркован около самого крыльца. Сев в машину, Микки завёл двигатель и, проигнорировав наличие зеркала заднего вида, обернулся, медленно сдавая назад и пытаясь не задеть другие автомобили. Развернувшись, он подъехал к воротам. Он не оборачивался и даже не смотрел в зеркало. Выехав на улицу, Микки вклинился в редкий поток других машин и, надавив на педаль газа, устремился в ночь, к очередному дому, который он временно называл «своим». Мимо проносились фонари и огни витрин, яркие вывески. Они сливались в единое световое пятно, пропадая где-то позади. Микки не обращал на эти раздражающие огни никакого внимания, тяжёлым и ничего не выражающим взглядом смотря на бегущую впереди дорогу. И в его горько-шоколадных глазах в этот момент закипала, булькая, вязкая чёрная ртуть.