Часть 24

Переступив порог дома, Микки закрыл входную дверь и, вздохнув, прислонился к ней спиной. Он закрыл глаза. Внутри него не зародилось тех огненных и смертельно опасных чувств, с которыми он проводил последние дни с Дженной тогда, восемь лет назад. Сердце в груди стучало спокойно и мерно, но как-то очень сильно – словно там-там, гонг, который пытался вывести его «демонов» из долгого сна. Но, кажется, их кома была слишком сильна. Пока что. Вновь вздохнув, брюнет запрокинул голову, упираясь затылком в дверь. Воспоминания об окончании благородного вечера кружились под закрытыми веками, и их хотелось выдрать из памяти! Но пока не получалось. И только огромные волевые усилия помогали Микки не думать о том, а, вернее, о ТОЙ, которую он увидел среди богато одетой толпы. Он не хотел думать о ней. Не хотел помнить. И ведь он не помнил! Микки не вспоминал о Дженне на протяжении этих долгих восьми лет, сделав вид, будто и не было никогда ни её, ни того месяца в зальцбургском замке. Было только помешательство, до которого она его довела. Его из памяти выбросить было невозможно. Микки казалось, что, даже, если он добровольно пойдёт на лоботомию и забудет всю свою жизнь, то воспоминания о тех трёх месяцах ада и агонии всё равно останутся жить. И сегодня, каких-то полчаса тому назад он вновь увидел ту, которая воплощала в себе память о его кошмаре. У него даже не возникло других мыслей, кроме как уйти. Ему не хотелось бередить прошлое и дразнить своих «чертей» свежим «мясом», которое некогда было для них самым желанным. Он пощадил её однажды, спас, едва ли не ценой собственной жизни, хотя она этого совсем не заслуживала. Но платить подобную цену ещё раз он бы не намерен. Она того не стоила. «Нужно было убить её ещё тогда», - подумал Микки и мотнул головой, отгоняя прочь непрошеные мысли, которые, чёрт побери, крутились вокруг этой девушки! Нет. Не думать о ней. Просто не думать. Это ведь так просто! Она не сделала сейчас ничего такого, чтобы Микки думал о ней. Всего лишь взгляд длиною в три секунды. Всего лишь встреча глазами среди множества других людей. Этот момент не стоит совершенно ничего и не заслуживает того, чтобы о нём думать, раз за разом воскрешая и прокручивая в памяти. Снежно-белое платье, светлые волосы – с годами они потеряли свой пшеничный отлив, бирюзовые глаза… Хватит. Микки открыл глаза и сжал кулаки, отнимая голову от двери. Словно по щелчку пальцев он вышел из непонятного транса, который оцепенением сковывал всё тело и покрывал инеем мысли. Быстро преодолев гостиную и расстегнув на ходу пиджак, едва не вырвав пуговицы с корнем, Микки открыл дверь на кухню. За столом сидела Николь, на малой громкости смотря по телевизору какой-то фильм. - Дженнифер приехала? Женщина испуганно распахнула глаза и повернула голову, смотря на Микки, который чёрной тенью, поглощающей свет, стоял на пороге комнаты. Тон его голоса был сейчас стальным и невероятно звучным, пусть брюнет и близко не кричал. От этого тона всё внутри съеживалось. - Да, приехала, - кивнула Николь и поспешила добавить: - Она сейчас в душе. Домработница хотела ещё что-то сказать, но Микки не стал слушать. Круто развернувшись, он быстрым шагом направился на второй этаж. Поднявшись по лестнице и пройдя несколько метров по тёмному коридору, он остановился перед дверью, из-за которой доносился шум воды, и, не раздумывая ни секунды, открыл её, заходя внутрь. В ванной комнате было жарко и влажно, вовсю шумела вода. Зеркало и стеклянные дверцы шкафчика над раковиной запотели; за матовыми из-за конденсата дверцами душевой кабины угадывался силуэт Дженнифер. Она смывала с волос остатки шампуня и что-то тихо напевала себе под нос, совершенно не подозревая о том, что в комнате она уже не одна. Микки закрыл за собой дверь и подошёл к душевой кабине, в которой плескалась его девушка. Сняв пиджак, брюнет отложил его на сушилку для одежды. И, открыв дверцы душа, он шагнул внутрь, под горячие струи. Сквозь гул воды Дженнифер услышала, как открываются дверцы и, открыв глаза, которые заливало мощными потоками, и проморгавшись, развернулась, тут же сталкиваясь с Микки. Он стоял слишком близко. Промокшая до нитки белоснежная рубашка, налипшая на тело, чёрные костюмные брюки, начищенные туфли – Микки даже не разулся. И слишком глубокий и такой тёмный, проникающий в самые дальние уголки души, взгляд. Всё это создавало такой странный и слишком притягательный образ, что Дженнифер невольно сглотнула, смотря на парня и не имея сил, чтобы отвести от него взгляда. - Микки, что… - попыталась сказать она, но брюнет не позволил ей этого. Он приложил палец к губам Дженнифер, призывая её к молчанию – слова сейчас были слишком лишними и ненужными, они могли разрушить и без того пошатнувшееся равновесие. И в следующую секунду Микки притянул её к себе, впиваясь в губы властным, требовательным поцелуем. Дженнифер несколько опешила от такого напора. Нет, Микки всегда был напорист, но сейчас в его поцелуе, в его движениях, в его взгляде и энергетике было нечто такое, что казалось девушке незнакомым и заставляло её волноваться и не знать, как правильно реагировать на действия парня. Микки целовал её грубо, держа лицо в ладонях и прикусывая губы почти до крови, отчего они стали совсем алыми. Запоздало Дженнифер начала отвечать на поцелуй, но ей никак не удавалось попасть в слишком жёсткий и безумный ритм Микки. Ей казалось, будто ещё секунда и он на самом деле укусит её, вонзит зубы в плоть, пустив горячую тёмно-алую кровь. Но Дженнифер гнала подобные совершенно сумасшедшие мысли прочь. Микки не причинит ей вреда. Никогда. Она была в этом так отчаянно и глупо уверена. Брюнет целовал её до боли, пытаясь стереть этим жёстким, грубым поцелуем ненужные мысли из своей головы. Дженнифер была его лекарством, пусть и весьма бездарным. Но она всегда была рядом, всегда была готова на всё. И сейчас она тоже должна помочь. Микки сильно прикусил нижнюю губу девушки, и она с трудом удержалась от того, чтобы не пискнуть от боли. Ещё крупица усилия со стороны брюнета и по её подбородку точно потечёт кровь, прокладывая пугающие и такие завораживающие дорожки по нежной загорелой коже. Дженнифер не смела отказать Микки, никогда не смела. И никогда не хотела. Но она обняла его за плечи, нежно поглаживая, пытаясь немного утихомирить слишком огненный пыл парня. - Микки… - разорвав, поцелуй, попыталась обратиться к брюнету Дженнифер, но он вновь не позволил ей сказать. Сейчас своей болтовнёй она бесила его. Вновь коротко поцеловав её, прикусив припухшую нижнюю губу, Микки припал губами к шее девушки, там, где под тонкой кожей бился сбитый пульс. Он оставлял на нежной коже ощущения своих горячих поцелуев и неяркие отметины засосов. Дженнифер прикрыла глаза и запрокинула голову, расслабляясь и наслаждаясь ласками любимого, трепетно поглаживая его по плечу. Боль от укусов и ощущение некой странности поведения Микки улетучивались с каждым мгновением, оставляя в теле девушки лишь медленно разгорающееся желание. Прикоснувшись губами к острой хрупкой ключице Дженнифер, Микки скользнул ладонями по её тонкой талии, оглаживая горячую влажную кожу. Накрыв ладонью грудь девушки, он не болезненно, но ощутимо сжал её, одновременно, слегка прикусывая кожу на её плече. Дженнифер вздохнула, окончательно закрывая глаза и всё сильнее чувствуя нарастающее возбуждение. На их головы продолжали литься струи слишком горячей воды, стекая по телам и лаская там, куда ещё не добрались руки. Обхватив Дженнифер за талию, Микки сильнее прижал её к себе, позволяя ей почувствовать степень своего возбуждения. Его просто каменный член упёрся ей в низ живота, и девушка не смогла сдержать томного вздоха, вновь запрокидывая голову и так призывно размыкая разалевшиеся пухлые губки. Новый поцелуй в шею, под самым ухом, заставил дрожь пройти по телу Дженнифер и у неё подкосились колени - расслабление от горячего душа и близость Микки делали своё дело, если бы она не держалась за плечи брюнета, и, если бы он крепко не сжимал её в своих руках, она бы точно упала перед ним на колени. «А, может быть, это и неплохо…», - подумала Дженнифер и приоткрыла глаза, блестящим от возбуждения взглядом смотря на Микки; в её взгляде читалась игривость. Встав на цыпочки, она прикоснулась губами к шее Микки, целуя и чувствуя, как мощно бьётся пульс в его сонной артерии. Наградив шею брюнета ещё несколькими поцелуями, Дженнифер расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки и трепетно прикоснулась губами к оголившемуся участку тела. Микки вздохнул и прикрыл глаза, слегка запрокидывая голову и позволяя Дженнифер временно взять инициативу в свои руки. Сейчас она всё делала правильно и, не став долго тянуть, опустилась перед парнем на колени. Немного дрожащими пальчиками она расстегнула ремень на его брюках и пуговицу, потянула язычок молнии вниз. Расстегнув штаны Микки, Дженнифер провела по его напряженному члену пальцами сквозь ткань трусов, и это прикосновение отдалось и в её теле трепетом. Приспустив брюки брюнета, девушка прикоснулась губами к его каменному органу, целуя через ткань тёмно-серых боксеров. Она прикасалась к нему нежно и так чувственно, касаясь языком мокрой, немного шершавой ткани. Не став надолго останавливаться на подобных слишком скромных ласках, Дженнифер поддела резинку трусов Микки и приспустила их, выпуская на волю налитый кровью каменный член и сразу же обхватывая губами обжигающую головку. Брюнет слегка прикусил губу, из-под полуопущенных ресниц смотря на стоящую перед ним на коленях девушку. Её глаза были закрыты, пушистые ресницы едва заметно трепетали, что смотрелось так очаровательно. Она придерживала его член около основания рукой и неспешно и так приятно скользила горячими влажными губами по стволу, не спеша приступать к более активным действиям и брать в рот больше длины, трудясь над «верхушкой». Микки убрал мокрые пряди с лица Дженнифер, откидывая их назад, и положил ладонь ей на затылок, зарываясь пальцами в волосы и слегка массируя кожу у корней. Он несильно надавил ей на затылок, побуждая взять его член глубже, и девушка покорно исполнила его просьбу. Она погрузила член Микки в рот наполовину, неспешно скользя по нему губами вверх и вниз, затем подалась головой вперёд, беря глубже. Уже совсем скоро орган парня почти полностью был у неё во рту. Дженнифер скользила по нему огненным кольцом губ, чувствуя его языком, нёбом и глоткой и шумно дыша носом, не желая ни на секунду прерывать сладкую ласку. Глубоко вдохнув, девушка взяла ещё глубже – головка упёрлась ей в горло, и начала активно двигать головой вверх-вниз. Дженнифер старалась доставить брюнету максимум удовольствия и у неё это неплохо получалось. Пухлые, мягкие и влажные губы дарили сильнейшее наслаждение, а умелые движения руки, которой она поглаживала и нежно сминала яички парня, вдвое усиливая его и без того сильные ощущения. Микки окончательно закрыл глаза и запрокинул голову назад, слегка поддаваясь бёдрами навстречу горячему влажному рту и придерживая голову девушки одной рукой. Почувствовав, что Микки сжал её волосы сильнее, Дженнифер начала скользить губами по его члену ещё быстрее, качая головой и прокладывая языком по каменной плоти влажные дорожки. Дыхание брюнета было шумным и хриплым; под закрытыми веками всё полыхало алым. Он чувствовал скорое наступление оргазма и уже сам двигал бёдрами навстречу рту девушки, отчего она едва не подавилась, но быстро справилась с ощущением удушья и чаще задышала, всё активнее и активнее насаживаясь на орган Микки. Прошло около минуты, и он кончил, стискивая зубы и жмуря глаза. Чувствуя конвульсивные движения парня, Дженнифер продолжала скользить губами по его члену, часто сглатывая обильно выделяющуюся слюну вперемешку со спермой брюнета. Терпкий солоноватый вкус его семени дразнил вкусовые рецепторы, и девушка громко причмокивала, испивая его до последней капли. Когда Микки перестал подаваться бёдрами ей навстречу, расслабляясь и тяжело дыша после пережитого оргазма, Дженнифер ещё несколько раз насадилась ртом на его член, с каждым разом передвигаясь ближе к головке, пока вовсе не выпустила его изо рта. Она взглянула на блестящую от её слюны головку, после чего подняла взгляд к лицу парня и облизнула губы. Дженнифер тоже тяжело дышала: ей было трудно делать это от влажного пара, которым была заполнена ванная комната, и возбуждения. Шумно выдохнув, Микки открыл глаза, смотря на девушку. Сейчас она постаралась на славу и наилучшим образом реализовала своё желание доставить любимому наслаждение. Губы брюнета тронула лёгкая, едва заметная улыбка. Взгляд его был несколько затуманен пережитым удовольствием, но картинка постепенно прояснялась. Стенка душевой кабины, полка с разнообразными ванными принадлежностями, высоко установленная лейка душа, из которой продолжала литься горячая вода. И она, Дженнифер – мечта миллионов мужчин и страшный сон жён, которые ревнуют своих благоверных к её изображениям на страницах журналов или в интернете, понимая, что им до неё слишком далеко. Микки протянул руку и убрал с лица Дженнифер прядь мокрых волос. Сейчас, стоя перед ним на коленях, она была невероятно красива и выглядела так, будто именно для этого она и была рождена. У прекрасных и успешных девочек всегда есть слабости… И Микки любезно играл роль этой «слабости» для Дженнифер. Он прикоснулся кончиками пальцев к её щеке, нежно проводя по ней. Девушка приласкалась к руке Микки, подобно котёнку. Помутнение оргазма окончательно покинуло брюнета, делая его взор кристально ясным, в сознании ещё осталась крупица приятной расслабленности. Он смотрел на Дженнифер сверху, рассматривая её, будто видел впервые. Ему всегда нравилось так пристально разглядывать даже самых знакомых людей. Копна светлых волос. Высокие скулы. Аккуратный, идеально ровный носик. Пухлые, всё ещё алеющие после грубых поцелуев и усердной «работы» губы. Пушистые ресницы. Бирюзовые глаза… Микки моргнул и, открыв глаза,  нахмурился, продолжая смотреть в такие доверчивые и полные любви к нему глаза Дженнифер. Карие. У неё всегда были светло-карие глаза. И сейчас они тоже оставались такими. И галлюцинации не посещали брюнета, а просто его разум решил пошутить, подменив одну характеристику Дженнифер отличительной особенностью Дженны. От приятной расслабленности в теле и в сознании не осталось и следа, и Микки скривил губы, как от гадкого вкуса – гадкого вкуса собственных мыслей. - Микки, может быть… - произнесла Дженнифер, медленно поднимаясь на ноги и кротко смотря на парня. Ей хотелось продолжения, потому что от возбуждения по-прежнему тянуло внизу живота, что заставляло её сжимать бёдра и переминаться с ноги на ногу. - Да, - повелительно и твёрдо ответил брюнет, так и не дав девушке договорить, и легко подхватил её, закидывая на плечо. Он покинул душевую кабину, а после и ванную комнату, оставляя воду продолжать течь бурным горячим потоком и стремительно направляясь в сторону спальни. Зайдя в комнату, Микки подошёл к кровати и сбросил на неё Дженнифер. Капли воды, сорвавшись с её тела, осели алмазами на тёмно-синем покрывале – как звёзды на ночном небе. - Ничего не говори, - понизив голос, произнёс Микки и приложил палец к губам девушки, когда она открыла рот, предвидя её попытки что-то сказать. Он снял с себя мокрую рубашку и отбросил её на пол, после чего избавил себя и от остальной одежды и обуви. Дженнифер сладко потянулась, оставляя руки заведенными за голову, выгнула спину. Встав на колени между ног девушки, Микки дёрнул её на себя, рывком укладывая бёдрами к себе на колени, и вошёл в неё, срывая с губ сладостный стон. Он сразу же начал двигаться, мощными толчками врываясь в её тело и пытаясь раствориться в своих ощущениях.