Глава 12

Пока Элеонора шла в свою комнату, Трейси лежала у себя на кровати в общежитии, читая книгу по Заклиниям. В комнату вошла Пэнси и Дафна, обе пересмеиваясь презрительным смехом. —Сама Элеонора Блэквэил решила извиниться за розыгрыш. —тут же Трейси навострила уши, делая вид, что читает.—Неужели у этой стервы проснулась совесть. Она даже не знает, что я чувствовала в тот момент. Нужно тоже как-то опозорить ее, чтобы мы все вместе посмеялись.—пролепетала Пэнси, садясь на кровать. Дафна только и делала, что поддакивала. —«Пэнси, ты не заслужила этого, прости».— кривляясь, пародировала голос Элеонора. Что? Элеонора извинилась за розыгрыш? Зачем? Паркинсон унижала меня столько раз, унижала наши друзей, саму Элеонору.—Трейси тут же погрузилась в мысли, даже не заметив, как смотрит в одну точку не моргая. Это тут же заметила Пэнси, и, подмигнув своей подружке, повернулась к Трейси с коварной усмешкой: —А ты, Дэвис? Когда извинишься передо мной?—с ухмылкой проговорила она, выжидающе смотря на слизеринку. Трейси резко подняла голову на сокурсницу, одарив ее холодным взглядом. Закрыв книгу, она начала: —Даже если на меня направят дуло пистолета, ты никогда не услышишь от меня извинений. —последние слова Трейси особенно выделила, ее глаза блеснули от злости. Дэвис резко встала и направилась в ванную, не желая слушать ответ от двух змей. Паркинсон скривила гримасу наигранной жалости и повернулась к подруге, закатив глаза. Трейси стояла напротив зеркала, облокотившись ладонями на раковину. Она закрыла глаза, начав думать, зачем Элеонора извинилась. Неужели ей стало жалко Паркинсон? После стольких лет унижения, издевательств. Неужели. Зачем?! Она меня унижала! Травила! Издевалась! Элеонора сама была рада, этому розыгрышу. Сама пошла к близнецам Уизли за ними. А теперь выходит она извинилась? Она..она извинилась перед человеком, который портил жизнь всем ее близким. Мне...Почему она это сделала? Почему она считает, что Пэнси, не заслужила этого? А я заслужила этого? Я заслужила всего этого? Все эти унижения из-за частоты крови, статуса семьи, родителей... Трейси была зла и чувствовала обиду. Как близкая подруга простила их главного врага с первого курса? Как она посмела? Чувство предательства повисло у Трейси в душе. Она решила, что завтра сразу же на завтраке все выскажет Элеоноре. Всё. Без сглаживания углов. Все, что она почувствовала, когда узнала это. На следующий день за завтраком Элеонора заняла свободное место возле Теодора. Подруги не было видно за столом. Многие слизеринцы обсуждали завтрашний матч по квиддичу и то, как они разнесут Гриффиндор. Нотт расспрашивал про вчерашнее задание с Малфоем, и остался ли он жив вообще. Элеонора и забыла, что сегодня ей еще придется патрулировать с ним замок. От чего девушка устало застонала, не желая проводить с ним еще полтора часа своего времени. -Элеонора, на пару слов.—знакомый голос подруги раздался за спиной девушки, от чего та от неожиданности, чуть не подавилась тыквенным соком. Голос был холодный, бесчувственный и совсем не дружелюбный. Элеонора кивнула и встала из-за стола, идя за подругой на выход из Большого зала. Завернув за угол коридора, в котором недавно Элеонора просила прощения у Пэнси, они остановились. Она прищурилась, смотря на подругу с непониманием. Трейси сделала глубокий выдох, после чего начала: —Ты извинилась перед Паркинсон. Элеонора сглотнула, понимая к чему ведет Трейси. —Ты извинилась перед ней. Сказал ей, что она не заслужила такого...А я заслужила? Она не дает мне нормально жить уже пятый год. Постоянные унижения, издевки. Она издевалась над тобой, над Гермионой, Гарри...Я не понимаю зачем? Ты же так хотела тоже «высказать ей все без слов». Мы же вместе продумали этот план. Мы смеялись над ней громче всех в тот день. Элеонора резко перебила ее: —Во-первых, я не говорила ей, что она не заслуживает этого. Во-вторых, с того момента, как я подслушала их расставания с Малфоем, то, как она плакала, мне было очень тягостно на душе. Мне было ее...жаль. Я сама не понимала, почему мне было ее настолько жаль, хотя я прекрасно понимала, что она заслужила этого. Но...я правда испытывала к ней сочувствие.—голос девушки дрожал, она не хотела никому говорить, что чувствовала на душе. Она заглянула в глаза Трейси, но они не выражали никаких эмоций. Элеонора прикусила нижнюю губу, стараясь скрыть следы тревоги. —Все равно, мне обидно.—сказала девушка, обходя Элеонору, постепенно удаляясь в конце коридора. Она осталась одна. Эла наблюдала, как удалялась фигура подруги все дальше и дальше от нее. Девушка тяжело сглотнула, начала возвращаться назад. Все равно что подумают другие. Я сделала это для себя. В первую очередь для себя. Нужно просто поговорить с Трейси, когда она остынет и успокоиться. Я сказала всю правду, что чувствовала и это главное. —успокаивала себя девушка. На паре по Истории Магии Элеонора сидела вместе с Гермионой, с которой давно не проводила время. Дисциплина была довольно важной, но многие, например Рон и Гарри, засыпали на ней. А слизеринцы, по типу Кребба и Гойла, бросались в друг друга бумажками. Но даже Гермиона решила отвлечься, чтобы рассказать Элеоноре о важной новости. —Эла, в воскресенье в час дня в «Кабаней голове». Мы решили придумать кое-что против Амбридж.—шептала она на ухо аккуратно, чтобы никто не услышал. Элеонора кивнула, широко улыбнувшись. Наконец-то что-то будет против этой мерзкой горгульи. —И передай Трейси тоже, пусть приходит. Элеонора сжала губы, и слабо кивнула в ответ. Теперь нужно как-то сказать Трейси, и похоже придется написать ей письмо. По лицу Дэвис было понятно, что поговорить с ней можно будет еще не скоро. Вечером Элеонора вышла из свой комнаты на дежурство старост. С Малфоем. Она шагнула вниз по винтовой лестнице, ведущей из ее комнаты в гостиную. Внизу ее уже ждал Малфой. Он сидел в кресле, словно на троне: ноги вытянуты, руки свободно раскинуты, взгляд ленивый, но в то же время настороженный. Увидев ее, губы скривились в надменной усмешке. —Ты, оказывается, и в правду не знаешь, что такое пунктуальность. Элеонора смерила его холодным взглядом. —Знаешь, я не тороплюсь туда, где мне не очень хочется быть. То есть, на встрече с тобой. —она подошла ближе, вставая примерно в семи футах от него. Он приподнял брови, начал медленно подниматься с кресла. —Сразу с ядом, даже не поздороваешься?—он подошел ближе, вставав напротив, сокращая расстояние. Взгляд Элеоноры упал на новый значок на его мантии. Это была железная корона с надписью внутри «Уизли–наш король». Она прищурилась, рассматривая значок тщательнее, но после резко пошла к двери на выход из гостиной старост. Малфой лишь усмехнулся и пошел следом за девушкой, он заметил взгляд Элеоноры на его значке. Он сделал их специально для завтрашней игры в квиддич и раздал в большом количестве по факультету. Выйдя в пустые коридоры замка, в нос ударил запах привычной сырости и блюд с кухни. Ночью все спят. Но замок-нет. Слышны шорохи в углах коридоров, треск факелов, завывание ветра в щелях замка. Элеонора и Драко шли рядом. Бок о бок. Но в полной, напряженной тишине. Но Малфой все равно сорвался первый на разговор. —Завтра будет величайший день в истории.—начал он в своей привычной манере общения: растянутые слова с чувством собственного самодовольства.—День, когда мы разгромим Гриффиндор в клочья. Элеонора даже не посмотрела в его сторону, холодно бросила в ответ: —Ты говоришь так каждый год. —И это правда так случается. Но завтра они узнают, что такое настоящий позор. Ты слышала, что ласка–Уизли теперь врать в их команде? Не думал, что у них все настолько плохо. Взять в вратари такого идиота. Он упадет с метлы в первые двадцать минут игры. Элеонора слегка рассеялась, слушая реплики Малфоя. —Говорит человек, которого взяли в команду только потому что его отец купил место. Забыл, как падал первые игры? Малфой лишь ядовито улыбнулся и продолжил выводить Элеонору. Они завернули за угол коридора, где фонари горели намного тусклее обычного. —В этом году у нас есть кое-что для Гриффинора и для самого Уизли. Ты заметила мой значок «Уизли– наш король», и не только это. Уизли не выдержит этот матч, и с позором свалится с метлы. Завтра я выйду на поле, и весь замок будет смотреть только на меня.— надменным голос говорил парень, обходя стопку пергамента, валяющуюся на полу. Вероятно какой-то первокурсник выронил, уча в беге материал. Элеонора лишь устала усмехнулась раздутому его Малфоя. —Бедный замок.—ответила она.—Смотри так часто на пустоту, и сам отупеешь. Малфой коротко рассмеялся. —Ты пытаешься уколотить, но звучишь как завистница. —Зависть?—ее голос стал ниже, тверже.—К тебе? Мальчишка, который цепляется за чужие фамилии, потому что своей силы нет? Нет, Малфой. Единственное чувство, которое ты можешь вызвать–усталость.—Элеонора спокойной выговаривала каждое слово, даже не смотря на парня, идущего рядом. Малфой резко повернулся к ней, с раздражением на лице. —Не слишком ли ты дерзишь для той, кто со мной один на один? —Я буду дерзить столько, сколько позволяет твое ничтожество. Малфой резко остановился, схватит Элеонору за запястье, таща ее ближе к себе. Он развернул ее лицом к себе. На лице Драко была злость, его глаза потемнели от оскорбления, челюсть была сжата настолько сильно, что скулы были ярко выражены. —Я смотрю язычок длинный. —Да, и ты очень бесишь из-за этого. На миг между ними повисла тишина. Напряжение было густым, как дым. Малфой наклонил голову чуть в бок, смотря жестким взглядом прямо в глаза девушке. —Знаешь, иногда я думаю, что тебе нравится провоцировать. Специально лезешь под руку. —Нет, мне нравится ставить тебя на место.—спокойно ответила Элеонора, почти шепотом.—И пока что, оно возле твоих ботинок. Он задержался еще на мгновение, словно думая, что делать дальше. Но потом отпустил, давая Элеоноре отойти. Они двинулись дальше по коридорам, изредка отчитывая студентов за поздние прогулки. В основном патрулирование тянулось в их словесной дуэли. Малфой пытался сново и сново вернуться к теме завтрашнего матча: рассказывал, как они «разобьют Гриффиндор вдребезги», как Рон «осрамит себя на глазах у всего замка». Но каждый раз Элеонора сбивала его напыщенность ядовитыми фразами: —Ты говоришь так, будто уже проиграл и оправдываешься. —Чем больше ты кричишь о победе, тем меньше в нее веришь. —Интересно, а твоя метла выдержит твое раздутое эго? К концу патруля его самодовольство уже выглядело натянутым. Они вернулись в гостиную старост. Малфой толкнул дверь в башню старост Слизерина, пропуская ее вперед. Элеонора, поднявшись по винтовой лестнице, остановилась возле двери в свою комнату, ждя Малфоя. —Удачи завтра,—произнесла она.—Тебе она понадобиться не меньше Рона. И с этими словами она скрылась в двери своей комнаты, оставив Малфоя стоять одного. Невыносима. Просто невыносима. Язычок слишком длинный, когда-то придется его укоротить. Утром следующего дня было холодным и ясным. Сквозь окна замка пробивался белый свет, от которого стены казались еще суровыми и ледяными. Элеонора, едва ли выйдя из спали, ощутила, как морозное дыхание сквозняков пробивается даже под польто. Она поправила шарф и вышла–внизу ее ждали друзья. В общей комнате старост она заметила Рона и Гермиону. Гермиона выглядела собранной, как всегда: поверх свитера с золотым львом был накинут длинный плащ, волосы аккуратно собраны в косу. Рон же–бледный, с красными ушами, нервно теребил край рукава. —Доброе утро,—негромко сказала Элеонора, стараясь сделать голос намного мягче. —Утро...—буркнул Рон так, будто каждое слово давалось ему с трудом. Гермиона бросила на Элеонору благодарный взгляд: она знала, что любая поддержка сейчас нужна Рону, как воздух. Они втроем двинулись к Большому залу. Элеонора думала, как бы аккуратно сказать Гермионе о новых значках, которые придумал Малфой, но так, чтобы Рон не услышал. Ему не нужна лишняя тревога. Когда они свернули в правое крыло, навстречу вышел Гарри. Он выглядел сосредоточенным, но держался куда спокойнее, чем Рон. —Ну, как ты?—сразу спросил он друга, переживая за его состояние перед игрой. —Ужасно,—хрипло признался он.—Похоже, я сошел с ума, когда согласился играть. Элеонора скосила глаза на Рона, спокойной, но твердо произнесла: —Ты слишком много думаешь о поражении. Вратарь, который боится пропустить, обязательно пропустит. Рон бросил на нее отчаянный взгляд. —Она права.—поддержала Гермиона.—Лучше сосредоточится на том, что уже умеешь. Но слова поддержки не доходили до Рона. Он шел, как–будто в полусне, зацепившись мыслями за собственный страх. Большой зал был наполнен шумом и гулом голосов. Красно–золотые и зелено–серебряные шарфы мелькали повсюду, словно сигнальные огни. Взгляд Гарри привлекли значки на мантиях Слизерина, он пытался разглядеть их получше, чтобы прочесть надпись, но не смог. Как только Рон зашёл в зал, ему стали кричать, аплодировать и здороваться, но все сопровождалось язвительным смехом. Малфой, Кребб и Гойл начали махать ему, смеясь, чуть ли не в лицо. Рон тут же побледнел, и его уши залились красным. Он устремил взгляд вниз, опуская плечи. —Не обращай на них внимание, Рон. Ты отлично играешь.—тут же начал подбадривать Гарри.—Вспомни, как на тренировке ты отбил квоффл так, что он попал в кольцо на другой стороне поля. Даже Фред и Джордж гордились тобой. Рон лишь кивнул, идя дальше по Большому залу. Элеонора устроилась за столом Гриффиндора с Гермионой. Рон плюхнулся напротив, возле Гарри и Джинни, и с видом приговоренного уставился в тарелку. Элеонора наклонилась к Гермионе и шепнула: —Видишь эти значки у слизеринцев? Эти значки придумал Малфой, чтобы запугать Рона. На них написано «Уизли–наш король». Гермиона тихо ахнула, моментально ее взгляд стал суровым. Она оглянулась назад, дабы увидеть их. И теперь почти весь стол Слизерина, носил значки. Гермиона подозвала рукой Гарри, тихо прошептала ему на ухо, что Рон ни в коем случае не должен увидеть значки и тем более прочитать надпись. Гарри сурово бросил взгляд на слизеринцев, смотря, как они заранее начинали праздновать свою победу. —Как самочувствие?—спросила Джинни. Рон смотрел на остаток молока в тарелке, как будто не прочь был в нем утопиться. —Он волнуется.—отозвался Гарри. —Это хороший знак.—успокоила Гермиона.— Я заметила: лучше всего сдаешь экзамены, когда немного волнуешься. Элеонора закивала, поддерживая слова подруги. —Привет,—протянул у них за спиной сонный голос.Гарри поднял голову. Это пришла к ним от стола когтевранцев Полумна Лавгуд. Множество лиц смотрело в их сторону, кое-кто смеялся и показал пальцем. Она соорудила шляпу в виде львиной головы в натуральную величину, которая держалась у нее на голове. —Я болею за Гриффиндор.—сообщила Луна, показав на шляпу, что было уже излишне.—Посмотрите, что мы умеем. Она постучала по шляпе волшебной палочкой: лев разинул пасть и издал весьма правдоподобный рев, заставивший всех поблизости вздрогнуть. —Неплохо, да?—радостно спросила девочка.—Я еще хотела, чтобы она жевала змею, но времени не хватило. В общем желаю удачи, Рон. И она побрела обратно к столу Когтеврана. Но их спокойствие длилось не долго. К ним подбежала Анджелина Джонсон с Кети Белл и Алисией Спиннет. —Когда закончите,—сказала Анджелина .—идем прямо на поле, выясняем погодные условия, и сразу в раздевалку. —Скоро будем,—ответит Гарри.— Рону нужно позавтракать. Однако через десять минут было понятно, что Рон больше ничего съесть не сможет. И он с Гарри встали из-за стола в сторону выхода. —Удачи, Рон.—сказала Гермиона и, вставая на цыпочки, поцеловала его в щеку.—И тебе, Гарри. —У тебя всё получится.—нежно сказала Элеонора. Парни удалилась, Гарри старался быстрее вывести Рона из Зала в вестибюль, чтобы он не увидел значки. Девочки остались вместе, спокойно завтракая перед матчем, обсуждая, кто будет следующим учителем Прорицания. Завтрак уже потихоньку подходил к концу, некоторые студенты уже уходили из Зала в сторону квиддичного поля. —Кхэ-кхэ.—раздался сдался высокий женский кашель за спиной Элеоноры. Развернувшись, она увидела Амбридж, стоящую во всем розовом с милой улыбкой. —Доброе утро, профессор.—серьезным голос сказала девушка, напрягшись. —Мисс Блэквэил, я не припомню, чтобы вы были в Гриффиндоре.—с гнусной улыбкой парировала жаба. —Да, но... —И у вас нет никакого права сидеть за столом Гриффиндора. Минус пять очков с Слизерина.—слегка рассмеялась женщина, обнажив белые клыки зубов. И громко выдохнув, она направилась в сторону выхода. Элеонора проводила ее взглядом злобы, закатив глаза она повернулась к подругам. —Мерзкая жаба.—зло пробурчала девушка. —Не переживай, тем более мы с Гарри кое-что придумали.—сказала Гермиона, и в глазах блеснула тень азарта. Позже девушки втроем шли к полю по квиддичу. Мороз заметно подмораживал фаланги пальцев. Благо, Элеонора взяла перчатки. Больше половина трибун уже была занята болельщиками. Девушки заняли место по середине поля, сев возле болельщиков из Гриффиндора и Когтеврана. Небольшой ветерок, теребил волосы Элеоноры. Солнце было скрыто за тучами, но видимость была хорошая. Спустя несколько минут трибуны уже были полностью заполнены, и команды Слизерина и Гриффиндора начала выходить на поля ровной шеренгой. Мадам Трюк подозвала капитанов команды и велела им пожать руки. Анджелина Джонсон и Адриан Пьюси подошли ближе к друг другу и протянули руки для рукопожатия. Адриан грубо сжал руку Анджелины, как-будто пытаясь сломать ей пальцы. Но лицо девушки не дрогнуло. Спустя минуту раздался звук свистка, мячи были выпущены–началась игра. Все четырнадцать игроков направились на свои позиции. Гарри начал осматривать свою сторону поля в поисках снитча. В точности, как начал делать Малфой на своей стороне. Краем глаза он увидел, как Рон устремился к своим кольцам, полный отчаяния. —Давай, Рон...—не громко прошептала Гермиона. —С мячом Джонсон, она овладела квоффлом, какой игрок эта девушка, я годами это твержу, а она не хочет идти со мной на свидание!— —ДЖОРДАН!— крикнула профессор Макгонагалл. —Биографический факт, профессор, для оживления репортажа...Она уходит от Уоррингтона, обводит Монтегю, она...ох... ее настиг бладжер от Крэбба, Монтегю перехватывает квоффл, Монтегю устремляется к кольцам соперника...Отличный бладжер Джордж Уизли, точно в голову Монтегю. Монтегю выпускает квоффл, мяч у Кэти Белл, она продвигается с мячом, пас назад Алисии Спиннет...—оживленные комментарии Ли Джордана разносились по полю. Элеонора с энтузиазмом наблюдала за игрой. Вдруг с трибун факультета Слизерин студенты начали напевать песню. С каждым разом она набирала обороты, и вот наконец-то Элеонора услышала слова. Рональд Уизли- наш король! Рональд Уизли-наш герой! Перед кольцами дырой Так всегда и стой! Квоффл Рон поймать не может Победить он нам поможет На помойке он родился Слизерину пригодился! Глаза Элеоноры расширились, рот открылся от шока, брови нахмурились. Раздражение начало наполнять тело. Джинни ахнула от слов. Гермиона разозлилась. —Алисия возвращает квоффл Анджелине!—закричал Ли в микрофон. Он изо всех сил старался заглушить слова песни.—Анджелина...перед ней один лишь голкипер...БРОСОК...а-а-а! Голкипер Слизерина взял мяча; он бросил его Уоррингтону, тот мчался к воротам зигзагом между Алисией и Кэти. Пение начало набирать обороты, по мере приближения Кассиуса к Рону. Рональд Уизли- наш король! Рональд Уизли-наш герой! Перед кольцами дырой Так всегда и стой! Три девушки, переживая, наблюдали за игрой. С квоффлом Уоррингтон приближается к Рону. Одинокий Рон парил перед тремя кольцами. Уоррингтон приближается, он уже недосягаемости для бладжеров, перед ним только голкипер. Трибуна Слизерина загрохотала: Перед кольцами дырой Так всегда и стой! Кассиус готовится к броску. Рон спикировал, растопырив руки, и квоффл пролетел между ними прямо в среднее кольцо. —Слизерин выходит вперед!—раздался голос Ли Джордана среди воплей и свиста болельщиков.—Десять–ноль, ведет Слизерин. Слизеринцы запели еще громче. НА ПОМОЙКЕ ОН РОДИЛСЯ, СЛИЗЕРИНУ ПРИГОДИЛСЯ! —Мяч у Гриффиндора, и Кэти Белл стремительно продвигается вперед,—мужественно выкрикивал Ли, хотя его голос тонул в оглушительном пении. КВОФФЛ РОН ПОЙМАТЬ НЕ МОЖЕТ, ПОБЕДИТЬ ОН НАМ ПОМОЖЕТ! —Они просто издеваются над ним!—яростно крикнула Элеонора, наблюдая, как Пэнси Паркинсон дирижирует хором слизеринцев. РОНАЛЬД УИЗЛИ – НАШ КОРОЛЬ! РОНАЛЬД УИЗЛИ – НАШ ГЕРОЙ! Гарри и Малфой кружили над полем в поисках снитча. Малфой решил пролететь ниже среди трибун, и Элеонора услышала, как он громко поет: НА ПОМОЙКЕ ОН РОДИЛСЯ... Элеонора, скалясь, проводила Малфоя взглядом ненависти. —И снова Уоррингтон,—орал Ли,—пасует Пьюси. Пьюси обходит Спиннет...Давай Анджелина, ты сможешь его перехватить...не удалось... РОНАЛЬД УИЗЛИ – НАШ КОРОЛЬ! РОНАЛЬД УИЗЛИ – НАШ ГЕРОЙ! –И Пьюси снова уходит от Анджелины и стремится к кольцам...Внимание, Рон! Пьюси забил в левое кольцо, от чего слизеринцы уже орали песню. —Двадцать–ноль в пользу Слизерина.—прокомментировал Ли. НА ПОМОЙКЕ ОН РОДИЛСЯ СЛИЗЕРИНУ ПРИГОДИЛСЯ! Гарри все еще кружил с Малфоем, снитча нигде не было видно. Рон уже трясся от того, насколько сильно над ним издеваются. Слизеринцев наоборот это забавляло еще сильнее. Сердце Элеоноры разрывалось, когда она смотрела на бедного парня. Рон пропустил еще два гола. Трибуна Слизерина орала так, что казалось они вот–вот сорвут голос. КВОФФЛ РОН ПОЙМАТЬ НЕ МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ ОН НАМ ПОМОЖЕТ! И вот первый гол в пользу Гриффиндора от Кэти Белл. —Сорок–десят в пользу Слизерина. Пустяки, можно нагнать. И снова мяч у Пьюси...—подбадривающе говорил Джордан. И вот Гарри заметил его, крохотный золотистый мячик парил в футе над землей, поблизости от слизеринских шестов. Он резко спикировал... А слева, прилипнув к метле, серебристо-зеленым пятном несся Малфой. Рон снова и снова пропускал мячи, но надежда была на Гарри. Снитч обогнул подножие одного из шестов и направился к противоположным трибунам. Это было на руку Малфою, он находился куда ближе. Гарри резко развернул «Молнию» и начал мчатся к противоположной стороне. Рон снова пропустил два мяча... НА ПОМОЙКЕ ОН РОДИЛСЯ СЛИЗЕРИНУ ПРИГОДИЛСЯ! В трех футах от земли Гарри оторвал руку от метлы и потянулся к снитчу. А справа начинает тянутся Малфой, растопырив пальцы. Две отчаянных секунды, свист в ушах–и все кончено. Пальцы Гарри схватили маленький мячик, ногти Малфоя запоздало скребанули его по руке. Гарри направил метлу вверх, сжимая в руке снитч. Гриффиндор разразился ликующими криками. —Элеонора! Мы выиграли!—бросаясь в объятия, прокричала Джинни. Элеонора крепко обняла подругу, разделяя с ней радость. БАХ. Бладжер, который запустил Крэбб, ударил прямо в крестец ловца, от чего Гарри полетел вниз с метлы. Благо расстояние было всего лишь пять или шесть футов в высоту. К Гарри подлетела Анджелина, помогая ему подняться. Мадам Трюк подлетела к Крэббу, чтобы отчитать того за удар бладжером. В тот момент к ним подлетел и Малфой. Белый от ярости, с деланной ухмылкой на лице. —Спас Уизли от позора? Хуже вратаря я и не видел...но он же на помойке родился. Тебе понравились мои стишки, Поттер? Гарри не ответил, он повернулся к своей команде, которые один за другим приземлялись возле него. —Мы хотели сочинить еще пару строк... Но вот только рифм не нашли к «толстой» и «уродине», хотели и про маму его спеть...—крикнул Малфой, смотря, как Алисия и Кэти обнимают Гарри. —...и к «бездарному тупице» это про его отца. Фред и Джордж, услышав это, напряглись и повернулись к Малфою. —Бросьте! Бесится, что проиграл, ничтожество...—сказала Анджелина, схватив руку Фреда. —Но ты ведь любишь эту семейку, а, Поттер? Каникулы у них проводишь ? Как только вонь эту выносишь, не пойму. Хотя, пожив у маглов , небось и помойке рад? Гарри вцепился в Джорджа. Анджелина, Алисия и Кэти втроем удерживали Фреда, рвавшегося к Малфою, а тот смеялся им в лицо. —Девочки, там Малфой что-то говорит Гарри.—переживая , сказала Джинни. —Пошлите спустимся.— предложила Элеонора. И они втроем, почти бежали к лестнице с трибун. Малфой и команда Гриффиндора находилась не далеко от них. До них оставалось считанные футы, девушки прибавили шаг, и наконец услышали, что сказал Малфой. Джинни поменялась в лице. Глаза Элеоноры округлились от услышанного. Гермиона нахмурилась, смотря на парня злобным взглядом. —А может ты помнишь, как воняло в доме у твоей матери,—пятясь продолжил Малфой,— и в свинарнике Уизли узнаешь родной запах? Гарри не заметил, как отпустил Джорджа. Секунда и они оба мчались к Малфою. Волшебную палочку уже не было времени доставать, кулаком, в котором был зажат снитч, он врезал Малфою в челюсть. Костяшки пальцев треснули. Джордж ударил врага в живот, и продолжил колотить Малфоя кулаками по лицу, стоя над ним сверху. Гарри пнул Малфоя из-за всех сил в ребро. Трибуны заревели возгласами и свистом, все стали наблюдать за дракой. Элеонора ахнула, глаза выпучились на сцену. Малфоя колотили кулаками. Она оцепенела , глаза уперлись в разъяренного Джорджа, и окровавленного Малфоя. Чувство тревоги за Джорджа и Гарри переполняли ее изнутри. Сердце стало учащенно биться. —Гарри! ГАРРИ! ДЖОРДЖ! СТОЙТЕ!— крики девушек заполонили стадион. На них оглянулась Мадам Трюк и запустила в парней отталкивающие заклинание. Гарри и Джордж были отброшены на несколько футов назад. У Джорджа вспухла губа; Фреда насилу удерживали три охотницы. Малфой лежал в собственной крови. Нос был сломан, кровь из него лилась вниз по губам и подбородку, пачкая форму. На челюсти появилась глубокая ссадина, из которой лилась алая кровь. От ударов Джорджа багрово–синий синяк расползся от скул к векам. От удара Гарри его ребро сломалось. Нижняя губа была разбита. С правой брови сочилась кровь. Он корчился на земле, стонал и хныкал. Белёсые волосы прилипну к лицу. —ПОТТЕР! УИЗЛИ! МАРШ В МОЙ КАБИНЕТ! ЖИВО!—кричала Макгонагалл, спустившаяся с трибуны. Гарри и Джордж молча пошли к выходу, оба тяжело дыша. —Он это заслужил...—сквозь стиснутые зубы проговорила Джинни, смотря на хнычущего Малфоя. К нему подошли Мадам Трюк, Пюси и Блетчли. Они подняли Малфоя и потащили его в больничное крыло. Фред к тому моменту уже немного утихомирился, но все равно казалось, что он вот-вот набросится на него. —Фред...—позвала его Джинни. Но тот сразу развернулся и пошел в сторону раздевалок. Людей на квиддичном поле осталось меньше половины, все потихоньку начали уходить с поля. Элеонора глянула на лица охотниц, они были одновременно в шоке и ярости. Она подошла ближе к девушкам. —Малфой просто ничтожество, он это заслужил! Но вы выиграли. Поздравляю...— она старалась выдавить улыбку, но она получилась слабой. Элеонора не отошла от сцены драки. Еще никто не отошел. Алисия, Кэти и Анджелина сначала с подозрением переглянулись, но потом мило улыбнулись, видя, как девушка искренне поздравила их с победой. —Спасибо. Ты не такая, как другие слизеринцы.—проговорила Алисия, слегка улыбнувшись девушке , после чего ушла в раздевалку, как и другие девочки. Джинни, Гермиона и Элеонора шли вместе до замка. Параллельно Джинни крыла матом Малфоя: —Никто не имеет право говорить так о моей семье! О маме Гарри! Сукин сын Малфой! Он все это заслужил! —Да, но Гарри и Джордж будут наказаны!—в отчаянии отозвалось Элеонора. Она нервно прикусила нижнюю губу, переживая за состояние Гарри, Рона и близнецов.—Надеюсь, что не у Амбридж... —Это нечестно!—рявкнула Джинни, грубо пнув камень под ногой. —Это так несправедливо...Гарри защищал свою семью. Но теперь...Амбридж наверняка воспользуется этим, чтобы наказать его.—голос Гермионы дрогнул, но она постаралась быстро взять себя в руки. Вернувшись в замок уже было время обеда. Аппетит после всей ситуации у Элеоноры пропал уж очень сильно. Она прямиком пошла в библиотеку, чтобы взять книги для задания по Зельеварению, Астрономии и Трансфигурации. Войдя в библиотеку, ее встретила лишь одна Мадам Пинс, которая что-то быстро заполняла в бланке. Она усмирила Элеонору холодным взглядом исподлобья, осматривая с ног до головы, особенно уделяя внимание чистоте рук. Девушка быстро поздоровалась с библиотекарем, и направила в нужные секции. Взяв две нужные книги, она пошла за третье, которая находилась в самом далеком углу библиотеки. Библиотека была пуста. Все студенты, вероятно, находились в Большом зале. Завернув туда, ее взгляд упал на Рона, который сидел возле окна. Она тихо подошла поближе и положила руку ему на плечо. Парень быстро развернулся с испуганными глазами. Его глаза покраснели, лицо покрылось красными пятнами, тоскливый взгляд. Лицо Элеоноры моментально смягчилось, брови сошлись воедино. —Рон...т...ты не виноват.—дрожащим голосом проговорила она, положив руку ему на плечо. Он грустно отвернулся обратно, смотря вниз на свои руки. —Чем я думал...завтра же откажусь играть. Я во всем виноват...—еле промямлил Рон, не переводя взгляд на Элеонору. —Нет, Рон...нет. Ты не виноват в этом, каждый бы так отреагировал на эту песню. Я бы тоже..—чувство тяжести накрыло Элу, ее голос дрожал, в горле встал ком. —Я просто ноль...—буркнул Рон, его плечи опустили ниже. Элеонора сжала его плечо чуть сильнее, словно пыталась передать через прикосновение хоть немного тепла. —Не смей так о себе говорить, Рон.—ее голос дрогнул, и в груди все сжалось, будто сердце перевязали тугой веревкой. Он покачал головой, губы дрожали. —Ты не понимаешь...я подвел всех. Элеонора на секунду закрыла глаза, стараясь сдержать слезинку. Она медленно выдохнула, усаживаясь рядом. —Я понимаю больше, чем ты думаешь. Ошибки бывают у каждого. Но ты не ноль, Рон. Ты – часть команды. И...мой друг... Рон прикусит губу, но впервые за все время коротко взглянул на нее. Его уши все еще были красные, но в глазах блеснула искра благодарности. Элеонора поддалась чуть вперед, чтобы словить его взгляд. —Ты думаешь, что все смотрят только на твои ошибки, но это не так. Мы – твои друзья. И мы видим тебя, Рон, а не игру.—ее голос стал мягче, теплее, хотя внутри все еще сжималось от боли за него. Рон шумно втянул носом, провел рукой по лицу, будто пытаясь стереть собственный стыд с лица.Плечи перестали дрожать, а дыхание постепенно начинало выравниваться. —Спасибо, Эла...—пробормотал он, и уголки его губ дрогнули в слабой попытке улыбнутся. Она медленно убрала руку с его плеча, поднялась, и, не делая резких движений, сказала: —Я оставлю тебя...отдышись, наберись сил... Она нашла нужную книгу,развернулась и ушла, оставляя его в тишине библиотеки. Сердце у нее колотилось, горло все еще перехватывало. Но она знала – Рону нужно немного побыть одному. Вернувшись в комнату, девушка не раздумывая села писать письмо Трейси, о завтрашней встречи в Кабанье голове. Она окунула перо в чернильницу и принялась выводить буквы. Трейси, Гермиона, попросила передать, чтобы ты завтра приходила в Кабанью голову в час дня. Они придумали что-то против «жабы». Элеонора. Она быстро запечатала письмо, и побежала в совятню. Благо, что та была очень близко к башне, и идти было меньше десяти минут. Выйдя с башни старост, на встречу шел Малфой с Адрианом и Майлзом. Его нос уже был восстановлен Мадам Помфри. На губе, брови и челюсти красовались глубокие ссадины. Багровый синяк все так же тянулся по лицу. Хоть и его ребро уже было восстановлено, он все равно шел тяжело, держась за него. Вероятно, там тоже есть синяк. Пюси немного придерживал его, идя рядом. Элеонора остановила свой взгляд, рассматривая его лицо. Малфой одарил ее надменным взглядом, прежде чем войти в башню. Она усмехнулась, видя, что он получил за свои гнусные слова. По пути в совятню ни один из студентом не попадался на виду. Спокойно отдав письмо, девушка вернулась в спалю, садясь делать задания. По Трансфигурации Макгонагалл задала сделать таблицу всех пяти законов трансфигурации Гампа с примерами и исключениями. По Астрономии начертить карту с точным обозначением двенадцати основных созвездий. А по Зельеварению эссе на 16 дюймов пергамента «Рассмотреть использование драконье крови в зельях: ценность, опасности и известные примеры применения». Мучится приходилось только с эссе. Снейп любил задавать огромные задания. Но в конечном итоге, Элеонора закончила писать его почти перед началом ужина. В коридоре повесили еще один новый декрет об образовании от Амбридж.

Декрет об образовании №25

Отныне генеральному инспектору принадлежит решающие слово в определении наказания, санкции, а так же лишение привилегий, данных учеников Хогвартса, и право изменять таковые наказания, санкции и ограничения привилегий в сторону преподавателей.

Элеонора напряглась, прочитав содержание декрета. И глубоко вздохнув, зашла в Большой зал. На ужине Элеонора предпочла сидеть одна. В тишине и спокойствии. Трейси тоже сидела одна на другом конце стола. Элеонора заметила, как сова скинула ей письмо. Трейси прищурилась, читая имя отправителя. Она распаковала письмо, ее глаза быстро пробежались по строкам, после чего ее взгляд устремился вдоль стола в поисках Элеоноры. Она несколько секунду рассматривала Элеонору, после чего поджала губы, убрала письмо в карман мантии и продолжила есть. Подождав, пока Амбридж уйдет с ужина, Элеонора встала из-за стола, направляясь к столу Гриффиндора к Гарри и близнецам Уизли. Подходя ближе, она увидела, что костяшки правой руки Гарри были перемотаны бинтом. Она подошла ближе, аккуратно положив руку на плечо Гарри. —Как у вас самочувствие?—мягко спросила она, переводя взгляд с Гарри на Фреда и Джорджа. Тот стиснул зубы, и сложил губы в одну тонкую прямую линию. —Нас исключили из команды навсегда.—раздраженно поговорил парень. Элеонора нахмурилась, обеспокоено смотря на всех троих. —Как? Почему? Гермиона тут же взяла инициативу на себя, начиная рассказывать, как в кабинет к Макгонагалл вошла Амбридж и показала новый декрет об образовании, в котором написано, что за ней «последнее слово». И запретила Гарри, Джорджу и Фреду играть в квиддич в команде навсегда. Элеонора тяжело сглотнула, переводя взгляд с подруги на парней. Фред и Джордж раздраженно встали из-за стола и пошли к выходу из Зала. Гарри все так же раздраженно сидел за столом, зыркая на других студентов. Элеонора поджала губы и удалилась от них, зная, что у Гарри нет настроения, и отвечать он будет очень и очень язвительно. В полдень следующего дня Элеонора одевалась для выхода в Хогсмид. На улице заметно похолодало. Элеонора надела серые джинсы, с серой кофтой на замке, накинула черное пальто, ботинки и вышла из комнаты. Возле ворот с задней стороны замка собралась огромная толпа людей. Филч проверял разрешения родителей на посещение Хогсмида. Погода была не из лучших, ветер был сильный, будто бы сейчас собьет с ног, а солнце все так же было скрыто за огромными грозовыми тучами. Элеонора посильнее прижала воротник ближе к шее, направилась ближе к группе. В толпе она разглядела Гермиону с Роном и Гарри и направилась к ним. Филч, постоянно с кислой физиономией, дотошно проверял разрешение каждое разрешение учеников. Ему будто нравилось отправлять учеников без разрешения обратно в замок. —Следующий! Разрешение есть? Нет? Марш обратно в замок! — рычал он на третьекурсника, у которого бумажку испортил дождь. —Привет, Эла!—радостно поприветствовал Гермиона. —Хоть погода и мерзкая, это лучше, чем сидеть под надзором Амбридж.—буркнул Рон, поправляя куртку. Они прошли проверку, и наконец вся компания, в которой входили так же некоторые студенты Гриффиндора, Пуффендуя и Когтеврана, отправились по дороге в Хогсмид. Деревня встретила их тем же ветром, что и замок: вывески скрипели, стекла дрожали, и где-то с крыш капала вода после дождя. Подходя к Кабанье голове, Элеонора с интересом рассматривала старое здание. Дверь скрипнула, и они вошли внутрь. Запах пыли, алкоголя и мокрых собак ударил в нос. Пол был липкий, а на столах лежал какой-то серый налет. —Фу!—отозвалась Джинни, морщась при виде паба. —Зато нас здесь никто не подслушает.—заметила Элеонора, разглядывая почти пустой зал. Они поднялись на второй этаж трактира в отдельную комнату, где соединили столы вместе и расставили стулья. Постепенно начали подтягиваться оставшиеся ученики. Вскоре за длинным столом собралось ровно тридцать человек. Гермиона поднялась со стула, вставая перед всеми, сложив руки на груди. —Я собрала вас всех, потому что в школе происходит несправедливость. Мы должны учится защищаться, а Амбридж нам этого не дает. Все зашумели: —И что ты предлагаешь?—спросил Эрни Макииллан, староста Пуффендуя. —Нам нужен учитель...хороший учитель. Который имеет опыт в сражениях. Это...Гарри. —сказала Гермиона, поворачиваясь к нему. Гарри поджал губы, опуская взгляд вниз. Много кто его считает лжецом и чокнутым. —Зачем?— резко спросил Энтони Голдстейн. —Зачем? Сами-Знаете-Кто вернулся!— грубо ответил Рон, не веря до сих пор, что есть люди, которые не верят в возвращение темного мага. —А где доказательства? Может Поттер расскажет, как был убит Диггори? —язвительно опять спросил Энтони. —Я не собираюсь говорить о Седрике. Если вы за этим пришла, можете уходить.—ядовито ответит Гарри, чуть ли не срываясь на парня. —А это правда, что ты владеешь заклинанием патронуса? —легкий, невинный голос Полумны раздался из-за угла, привлекая внимание. —Да, а на третьем курсе дрался с сотней дементров сразу!— поддерживающий голос Рона раздался недалеко от Элеоноры. —А в прошлом году он правда сражался с Сами-Знаете-Кем.—спокойно сказал Элеонора, переводя взгляд с одного конца стола на другой. —Постой.—холодно ответил Гарри.—Послушайте, это звучит круто, когда вы говорите об этом, но на деле. Когда ты на волоске от верной смерти, или твой друг умирает у тебя на глазах...Вы не знаете, что это такое...—растерянно говорил Гарри, смотря на всех людей. —Ты прав, Гарри, мы не знаем. Но...наступили очень темные времена, а мы...не обучаемся защищать себя перед темной силой, которая ждёт нас в будущем...Ты можешь показать нам то, что умеешь, то, что хотя бы немного защитит нас в будущем...—сказал Гермиона дрожащим голосом, пытаясь подобрать правильные слова. Гарри начал мешкаться, смотря на всех студентов перед собой. Он тяжело сглотнул и ответил: —Хорошо, я попробую... Победоносная улыбка легла на лицо Гермионы, одарив ей Гарри. —Но как мы назовем нашу...организацию?—поинтересовалась Ханна Аббот. —Ну можно, например, ОД. Расшифровывается как «Оборонное Движение».—предложила когтеврана Чжоу Чанг. Все резко закивали, соглашаясь с предложением. —Да, но может лучше как «Отряд Дамблдора»?—предложила Джинни, смотря на реакцию студентов. —Да!—резко подхватила ее Элеонора.—Дамблдор как раз против этого бреда, который идет с Министерства. Гермиона победно улыбнулась всем, беря в руки листок бумаги и магловскую ручку. На самой верхней части листка был заголовок «Отряд Дамблдора». Снизу каждый человек пишет свое имя и фамилию, а так же ставит подпись. Все тридцать человек по очереди подходили к листку. И вот спустя немного времени был составлен список людей, которые хотят пойти против Амбридж и в целом режима Министерства. Один маленький, но грандиозный шаг в пользу правды был сделан. По дороге в замок Гарри, Рон, Гермиона, Джинни, близнецы и Элеонора думали, где проводить первые занятия ОД. —Визжащая хижина?—предложила Элеонора. —Она слишком меленькая.—сказал Гарри, уже замерший от холода. —Запретный лес?—предложила уже Джинни. —Там слишком опасно.—отрезал Гарри сново. Зайдя на территорию школы с задней стороны замка, Гарри сказал, что к концу недели каждый должен предложить место, где Отряд Дамблдора сможет тренироваться. К несчастью, Долорес Амбридж стояла на балконе башни над студентами и услышала их разговор... __________ аккаунт в тик токе: veileleonor