Глава 19. После суда, часть 2

      В палате некоторое время царило молчание. Северус пытался проанализировать то, что узнал, когда ему вспомнились упомянутые мимоходом слова Блэка, которые заставили его внутренне напрячься.       - Ты сказал, что Поттер едва не распрощался с жизнью, – пробормотал он, хмурясь. – Что ты имел в виду? Очередное твое преувеличение?       - Если бы, – вздохнул Блэк. – Уж не знаю, что у тебя за отношения с крестником, но он как с цепи сорвался, когда ты рухнул там в зале. Едва все там не разнес магией. При этом не обычным выбросом, сильным, но кратким, а так, словно трубу прорвало. Сила из него хлестала только так. Остановить его смогла только Госпожа, предупредив, что в противном случае он просто умрет.       - Там была куча мракоборцев. Почему не оглушили? – недоуменно спросил Северус.       - Пытались, – с горечью усмехнулся Блэк. – Вот только ни одно заклятье не смогло пробиться сквозь кокон из непрерывно рвущейся наружу магии. Ведь что ни говори, а Поттеры – сильный Род.       В палате снова повисла тишина. Северус, узнав все самое важное на данный момент, испытывал непреодолимое желание отравить жизнь Блэку так, как тот отравлял его собственную на протяжении многих лет. Подумав, он решил не отказывать себе в этом удовольствии.       - Так значит, ты сбежал из дома, – заметил он, чуть усмехнувшись. – Что, роль любимого сына оказалась слишком неподходящей для Сириуса Блэка, которому все дозволено?       - Да чтоб тебя. Не лезь туда, о чем не знаешь, Снегг! – рыкнул бывший узник – Любимый сын? Ха. Ты путаешь меня с Регулусом. Вот этот напыщенный кусок льда был любим нашей дражайшей матушкой. Что же до меня, то я – Наследник и на этом моя роль в семье закончилась. Да я и узнал, что такое любовь, только впервые побывав в гостях у Джеймса и вырвавшись из этого склепа под названием дом в Хогвартс.       Слова Блэка резанули что-то на подсознании Северуса. К тому же он, будучи умелым и талантливым менталистом, улавливал скрытую за иронией и бравадой боль, которые уже не прятали под собой родовые артефакты.       - Я слышал от Лили, что твой отец был тем еще уродом. Даже большим, чем ты, – неожиданно заговорил Блэк.       Северус сжал зубы. Это был удар ниже пояса со стороны старого врага, но он не собирался показывать то, что его слова его задели хоть в какой-то мере.       - Можешь не верить мне, но тебе еще повезло, что он был магглом, – продолжил узник. – Ну, что он мог с тобой сделать в физическом плане? Ударить кулаком? Выпороть ремнем? В худшем случае ударить бутылкой? Уверен, твоя мать после этого втихаря отпаивала тебя зельями или ты сам варил их в кастрюле на кухне. У меня не было таких уловок, когда мать порола меня плетью или посылала в меня режущее или жалящее. Я смог только сбежать, разорвав все связи и отношения с семьей после того, как она запустила в меня круциатусом.       Северус почувствовал, что его желудок свело, когда Блэк издал безрадостный лающий смех. Что-то подсказывало ему, что старый недруг не лжет, хотя это рушило тот образ самоуверенного и всеми любимого сорвиголовы с гриффиндора.       Против воли он задумался о масках, которых видел за эти несколько лет учительства уже не мало у собственных учеников. Да, его самого семейное насилие замкнуло в себе и озлобило почти на весь мир, но ведь он уже видел и примеры того, что так бывает не всегда, что некоторые бросаются в другую крайность. Было похоже, что Блэк был именно из этой категории.

***

      Гарри с трудом удерживал глаза открытыми, когда беспросветная тьма и холод, окутавшие его на несколько долгих мгновений, сменились голубоватым светом факелов ритуального зала его Рода.       - Ложись на алтарь, – велела Госпожа. – Пусть магия стабилизируется в тебе.       Гарри рассеянно кивнул и шагнул к камню. На него тяжелыми волнами накатывались усталость и истощение, до этого неощутимые из-за зашкаливающего адреналина. Он медленно опустился на алтарь, Госпожа остановилась в изголовье и провела холодными пальцами по его волосам. Сам же он почти физически ощущал, как его тело пропитывается магией Рода.       - Будь здесь, – тихий голос Госпожи коснулся его ушей, когда она склонилась ниже. – Я проверю тех двоих.       - Они выживут? – тихо спросил Гарри.       - Если смогут справиться с истощением, – ответила Госпожа и ее губы коснулись его лба.       Гарри слабо улыбнулся, еще ощутив холодный поцелуй, который ему так часто снился в детстве, прежде чем его сознание погрузилось во тьму.

***

      Он очнулся, даже не зная, сколько прошло времени. Тело ощущалось тяжелым, как и голова, но истощение уже вроде отступило, оставляя только усталость. Гарри с трудом сел и соскользнул с алтаря, медленно направляясь к выходу. Ему определенно нужно было поесть и, возможно, принять зелья.       - Тинки, – позвал он, едва выйдя из ритуального зала.       Домовик появился с хлопком и воззрился на него своими большими карими глазами.       - Хозяин Гарри. Тинки просит прощения. Тинки и другие домовики не заметили вашего возвращения, – пропищал он.       - Ничего, – сказал Гарри. – Перенеси меня в столовую и принеси какую-нибудь еду. Я очень устал. Сегодня я потратил много сил. И мои вещи. Нужно забрать их с вокзала.       - Хозяин Том уже забрал, – сообщил домовик, перенеся мальчика в столовую. – Тинки сейчас подаст еду. Скупу принести восстанавливающее зелье из лаборатории?       - Да, – кивнул Гарри. – Я хочу все же суметь поесть и еще хотел бы принять ванну. Слушание было нервным. А без зелья, боюсь, я просто усну прямо сейчас.       Домовик кивнул и исчез. Меньше чем через минуту на его месте появился Скуп и передал Гарри флакон. Мальчик кивнул и сделал глоток. В этот момент в столовую вошла бабушка.       - Гарри? Мы не слышали, как ты вернулся, – сказала женщина. – Как все прошло? Ты очень бледен. Хорошо себя чувствуешь?       - Устал, – ответил мальчик и благодарно кивнул Тинки, который принес обед. – Сириус и профессор Снегг в больнице. Я бы хотел позже навестить их. Там… все было сложно. И у меня был выброс, поэтому сейчас у меня совсем нет сил, хотя алтарь уже немного помог мне восстановиться.       - Хорошо. Не буду отвлекать. Ешь и ложись. Позже расскажешь обо всем, – Эдит провела пальцами по его волосам.       Гарри кивнул и заставил себя съесть немного супа и кусок пудинга, запивая все сладким чаем. После этого он отправился в ванную и велел домовикам присмотреть за ним, поскольку усталость становилась все сильнее. А он бы хотел все же спать в предназначенном для этого месте.

***

      Руфус Скримджер остановил взгляд на сидящем напротив него мужчине. Молодой Блэк был без палочки и родовых защитных артефактов, но держал лицо, хотя не мог не нервничать. Его темные глаза остановились на лице мракоборца.       - Что с Сириусом? – задал он явно мучающий его вопрос – Я слышал от ваших коллег, что в зал суда даже вызывали целителей.       Руфус вздохнул, вспоминая недавние события.       - Невиновен, – ответил он наконец. – Но остальное… Боюсь даже представить себе завтрашние заголовки. Он сейчас в Мунго вместе со свидетелем. Будем надеяться, что выкарабкаются после всех своих сумасбродств. Один чуть не самоубился за нарушение уже не действующего обета, другой полез снимать с первого все утратившие силу обязательства. А Поттер на пару с Госпожой руководили всем этим бедламом.       - Ох… Я вам искренне сочувствую, – вздохнул Блэк. – Но я рад, что Сириус наконец был услышан. Он и так слишком долго был вынужден молчать.       - То же касается и вас, – заметил Руфус, разворачивая свиток и беря в руку перо для допроса. – Вы считались пропавшим без вести в течении по меньшей мере восьми лет и еще четыре тщательно скрывались от магической общественности. Хотелось бы знать, где вы были и почему скрывали свое возвращение.       Блэк задумался, опустив подбородок на руки, которые обе были чистыми. Никакой черной метки или ее следов не было. Хотя более ранние показания мужчины, данные под сывороткой, подтвердили тот факт, что он был пожирателем смерти в течении примерно года. До своего исчезновения.       - Я стал сторонником Темного Лорда еще со школы, – заговорил он. – Многие его идеи, касающиеся развития Магии, были близки мне и моей семье. И я не имею в виду геноцид магглов и магглорожденных, который в то время еще не начался. Сейчас многие этого не помнят, но Темный Лорд в начале своего восхождения был всего лишь харизматичным и умелым политиком. Да, оппозиционным действующей власти, но абсолютно адекватным и здравомыслящим.       Руфус чуть нахмурил брови. Ему не очень хотелось слушать историю от сотворения мира. Блэк заметил это и слегка усмехнулся.       - Я понимаю, что вы устали после заседания, но мне необходимо дать вам контекст, чтобы вы поняли то, почему я пришел к определенным выводам, которые предопределили мои поступки и решения в дальнейшем, - он провел рукой по своим волосам и продолжил: - Изначально ни у кого из нас не было меток, но постепенно в поведении Темного Лорда стала проявляться паранойя и он, как потомок древнего Рода, решил обезопасить себя Магией. Кто-то принимал вассалитет, кто-то побратимство, но в результате все стали рабами. А вы должны понимать, что это значит. Раб не может не разделять убеждения господина, но в то же время это позволило мне заглянуть глубже и отследить резкие ухудшения в ментальном и психическом состоянии Лорда. И это… кое-что напомнило мне.       Блэк сделал глоток воды, а Руфус кратко записал его показания, обдумывая их. Свидетель тоже показал на суде, что весь ближний круг был рабами Того самого. Это… Объясняло некоторые вещи в поведении бывших пожирателей смерти.       - Не мне вам объяснять, что мой Род имеет предрасположенность к так называемым темным искусствам, поскольку они являются одним из наших Родовых Даров, – продолжил мужчина. – По этой причине в нашей библиотеке хранится немало книг, написанных нашими предками, которые глубоко изучали этот раздел Магии. И что бы все ни думали в большей степени с исключительно научным интересом. В числе прочего, один из моих предков рассматривал пути, которые подобная Магия может предложить в качестве инструментов бессмертия. И, наблюдая за изменениями, которые происходили в Лорде, я вспомнил о том, что тот, хоть и ратовал за уважение законов Магии, жаждал стать неприкосновенным для Госпожи. Поэтому, стремясь достичь этого, он создал крестражи.       Руфус сжал перо в своей руке, нутром ощущая, что напал на ранее недоступный след. Он не знал многого, но слышал о подобном. Хотя и не связывал данный раздел темных искусств с Тем самым. Его взгляд упал на поблекший и словно хрупкий металл медальона в экранирующем ларце из зачарованного стекла. Его ранее принес его собеседник, когда явился на его порог в первый раз.       - Значит этот медальон? – спросил он Блэка и тот кивнул.       - Я понимал, что Темный Лорд создает крестражи, и знал, к чему это приведет. Поскольку каждый крестраж разрывает душу мага, это приводит к потере своей личности, безумию и паранойе. Я не знаю, сколько всего он их создал, но явно не один. Этот он создал должно быть незадолго до моего исчезновения. Он взял моего домовика, чтобы проверить систему ловушек и поместить крестраж в тайник. Сразу после этого я прошел их, зная, что и где, и отдал добытый крестраж Кикимеру, приказав уничтожить. А меня настиг откат за предательство хозяина, ведь уничтожение гаранта его бессмертия не может не считаться серьезным вредом. В результате я был… Давайте назовем это стазисом и получил свободу четыре года назад в обмен на то, что обеспечу наследнику Поттеров безопасное и благополучное детство вдали от всех политических интриг, в которые этого ребенка втянули с младенчества. Чем я и занимался вместе с теми, кто получил такое же задание.       Руфус задумчиво кивнул. Он отнюдь не был глупцом и прекрасно понимал, что откат за подобное действие однозначен – смерть. А ведь юный Поттер явно ходит под покровительством не кого-нибудь, а Госпожи. В такие моменты он очень не любил свою работу.