Глава 21. В Блэк-хаусе

      Сириус издал звук протеста, когда появившийся в больничной палате старый Кикимер перенес его в тот дом, из которого он всеми силами пытался вырваться всю свою юность и который оставил навсегда, когда ему стукнуло шестнадцать. Блэк-хаус, с которым у него не было связано никаких хороших воспоминаний. Ему даже показалось, что он снова слышит голос покойной матери.       В этот момент открылась дверь и Сириус на мгновение снова уверовал в то, что он сошел с ума и что все происходящее ему снится. На пороге, одетая в темно-зеленое старинное платье, стояла Вальбурга.       - Ну, здравствуй, наследник, – заговорила женщина. – Нам наконец удалось вернуть тебя в лоно родного дома.       - Я лучше буду жить в канаве, – огрызнулся Сириус, ощетинившись.       - Я передам твои слова крестнику. И мы посмотрим, как он заставит тебя передумать, – ответила Вальбурга. – Ведь, в отличие от тебя, он слушает старших и знает, что ослабленный маг не может долго и полноценно выживать, не находясь рядом с алтарем своего Рода. И покуда ты все еще Блэк, ты будешь здесь.       Сириус стиснул зубы. Он не знал, насколько угроза матери сообщить обо всем Гарри реальна, но ему хватало понимания, чтобы признать ее правоту. Крестник не позволит ему выбросить на ветер собственную жизнь и рискнуть сбежать куда подальше.       - Хочешь сказать, что ты еще не отрезала меня? – с горькой усмешкой спросил он у матери – Как же, ведь у тебя был кто получше, когда я сбежал. Сам уступил место и добивать после круциатуса не пришлось.       - Ты – мой старший сын. И покуда на тебе нет гнева самой Магии, ты наследник. Нравится ли это кому-то из нас или нет, – произнесла Вальбурга и повернулась к двери. – Сейчас просто сделай одолжение хотя бы крестнику и отлежись как следует. Десять лет с дементорами никого не красят. Кикимер позже принесет зелья для ускорения восстановления. А я пойду ждать вестей от Регулуса. Поговорим позже.       Сириус демонстративно не стал утруждать себя ответом, но, к его удивлению, мать лишь вздохнула и неодобрительно покачала головой. Никакого заклятья в него не прилетело. Даже сравнительно безвредного жалящего. Подменили ее что ли?

***

      Он лежал в кровати уже около трех часов, от скуки листая какую-то подвернувшуюся под руку книгу по дуэлингу, когда дверь в комнату снова открылась и Сириус увидел бледного и статного, идеального брата. Регулус чуть улыбнулся и переступил порог с легким кивком. Бродяга вздохнул, огрызаться на младшего как-то не хотелось, поэтому он чуть приподнял перевязанную руку в знак того, что заметил его и здоровается.       - Наверное, у меня действительно глюки, – заговорил он. – Меня допросили и оправдали. Со Снеггом мы провели в одной комнате сутки и не поубивали друг друга. Мать жива и внезапно стала ко мне лояльной и почти человечной. Теперь ты на моем пороге, хотя с концами пропал, после того, как волохался в ногах Волан-де-Морта. Должно быть, я спятил, как наша дражайшая кузина.       Регулус чуть улыбнулся и сел в кресло возле стола.       - Да, могу понять, как это выглядит в твоих глазах, брат, – ответил он. – Но я хотел, как раз поговорить с тобой о некоторых вопросах, которые касаются нашей семьи и Гарри.       Сириус посмотрел на брата и нахмурился. Его беспокоили его слова о крестнике. Тем временем Регулус вытащил из внутреннего кармана мантии лист пергамента и отлевитировал его к нему. Рефлекторно Сириус поймал листок, замечая на нем какие-то записи.       - Что это? – спросил он.       - Моя проверка крови, которую я прошел несколько лет назад, – ответил Регулус. – Прочти.       Сириус перевернул пергамент и пробежался глазами по строчкам, останавливаясь через одну и перечитывая заново.       - Воскрешены? – его голос прозвучал сипло, и брат пододвинул ему стакан с водой – Привязка к Гарри? Что это значит?       - Ты читал семейные хроники? – спросил в ответ Регулус – Те, которые посвящены некромантии и связанным с нею вопросам?       Сириус медленно поднял взгляд на брата. Он бы предпочел не читать всю эту тьму, но не то, чтобы у него был выбор. Однако сейчас он судорожно пытался хоть что-то вспомнить из тех рукописей.       - Читал, но… - он не закончил.       И великая благодать, что это был Регулус, а не мать… Та за такое его бы по меньшей мере выпорола и заставила написать эссе на три пергаментных свитка на тему некромантии и прочего. И еще вопрос, что из этого хуже. Брат же только вздохнул и принялся объяснять.       - Некромантия – это раздел Магии, посвященный вопросам Жизни и Смерти, а также воскрешения, – кратко напомнил он и задумчиво продолжил: – Я думаю, что это был тот самый день, когда Госпожа забрала Гарри у его тетки, поскольку он был едва жив, когда я увидел его впервые лежащим на алтаре. Должно быть, Госпожа разочаровалась в живых опекунах Наследника и потому лично провела ритуал и вызвала из-за грани меня, матушку, родителей Лили и мать Дамблдора с его младшей сестрой – ровесницей Гарри. Она велела позаботиться о мальчике и оберегать его. И, как итог…       - Не удивительно, что он похож на уменьшенную версию тебя, – вздохнул Сириус. – Значит и его мать круциатусами кормит?       Регулус вздохнул.       - Она никогда не хотела применять эти чары к тебе. Это было тяжелое решение, но она не видела другого способа.       - Конечно, защищай ее. Это же я порченный сын. Нежеланный наследник, – насупился Сириус, глядя на брата исподлобья.       - Ты не понимаешь, – покачал головой Регулус. – Это было не наказание. Это была попытка лечения.       - Ага… Пыточным заклятьем. Очень правдоподобно, – фыркнул Сириус, закатывая глаза.       - Сириус, круциатус был придуман не для пыток. А для разрушения ментальных закладок. И было это до того, как менталистика развилась достаточно сильно, чтобы снимать их другим способом, – ответил Регулус. – Об этом написано в родовых книгах по целительству прошлых веков. Это даже не темная магия! Матушка переживала, что кто-то контролирует тебя, поскольку твое поведение изменилось слишком резко и внезапно. Что ты из бунтующего подростка превратился в ярого революционера без капли здравого смысла в голове. Подозревала Дамблдора и, как мне кажется, не факт, что безосновательно, учитывая то, как он с тобой обошелся, пытаясь добраться до Гарри.       Сириус промолчал. К Дамблдору у него и у самого были вопросы, но он не желал слушать оправданий матери. Потому что это она пытала его, а не директор. Регулус тем временем продолжал пытаться увещевать его.       - Я вижу, что ты не веришь мне, но ты слишком плохо думаешь о нашей матери. Да, она строга и иногда сурова, но она по-своему заботилась о нас. Этот мир временами жесток, а наше положение наследников древнего Рода дополнительно делает нас желанной добычей. Посмотри, что сделали с Гарри. И только ради того, чтобы иметь над ним власть. Его выкинули из мира, отрезали от корней и родовой поддержки и едва не убили. И, не вмешайся Госпожа, из него можно было бы вылепить, что душе угодно, – глаза Регулуса горели изнутри. – Матушка боялась, что ты попал под чье-то магическое влияние, что принимаемые тобой решения и показываемые реакции не принадлежат тебе. Что кто-то распоряжается тобой, как пешкой на шахматной доске. А следом за тобой этот кто-то будет контролировать и весь Род, ведь ты Наследник. И кто знает, к каким кошмарным последствиям для потомков это приведет. Поэтому, не видя иного пути, она решилась прибегнуть к старым методам снятия контроля, сделав вид, что это очередное наказание. Она предпочла рискнуть твоей любовью к ней, чем будущим семьи.       Сириус упрямо поджал губы. Его беспокоило то, что какая-то его часть верит брату.       - Но ведь есть более цивилизованные способы, – ответил он наконец. – Та же проверка крови. Она же показывает все воздействие и не только чары, но и зелья.       Регулус посмотрел на него с печалью в темных глазах.       - А ты уверен, что шестнадцатилетний ты согласился бы на нее? Это же кровь, а все, что связано с кровью – черное колдовство, а ты у нас весь такой ратуешь за свет, – сказал он. – Думаю, когда оклемаешься, тебе стоит пересмотреть мои воспоминания о тебе. Со стороны заметить резкость изменений проще.       Сириус пожал плечами. Прошло слишком много времени и потому он уже ни в чем был не уверен. Однако разговор с братом немного примирил его с необходимостью снова находиться в этом доме.       - Отдохни, Сириус, – Регулус поднялся на ноги. – Тебе еще тяжело так много говорить и слушать. Думаю, Гарри навестит тебя, когда сам восстановится и разберется с делами. Матушка готовит его, Ариану и Гермиону к грядущему балу в честь Наследника Поттеров. А, думаю, ты еще не забыл, какое это важное, но утомительное мероприятие. И, будь уверен, ты будешь на нем. Как его опекун, ты просто не можешь пропустить бал, если не хочешь, чтобы на твоего крестника все косились и смеялись за его спиной до конца дней. Так что советую почитать что-нибудь про этикет. На дуэлях тебе все равно не драться в ближайшую пару лет так точно.       Сириус насупился, сжимая в руках книгу, которую читал до прихода брата. Он ненавидел этикет и все эти светские условности, но он не хотел подставлять под удар Гарри. Ведь за это Джеймс и Лили его не простят. Только поэтому он, смирившись, взял томик, который протянул ему Регулус.

***

      Гермиона сильно нервничала, когда входила в почти неприметный дом на небольшой площади почти на окраине Лондона. Сегодня был ее первый практический урок по этикету, принятому в высшем обществе магического мира. Будучи в Хогвартсе, она много читала о нем и нередко обсуждала непонятные вещи с Арианой, которая владела материалом чуть лучше.       Ее родители также уделяли этому время, но чуть в меньшей степени, чем она. Все же они считались в Магической Британии иностранцами, а потому им были простительны некоторые ошибки, в отличие от нее. Она была волшебницей и более того, по ее поведению могли судить не только о ней, но и Гарри. А его девочка подставлять не хотела и отчасти боялась.       Поэтому сейчас Гермиона постучала в дверь лондонской резиденции Блэков, которые решили, что обучать ее здесь будет удобнее, чем в поместье Поттеров, куда ни она, ни ее родители не могли добраться самостоятельно. И первым практическим испытанием для нее было ответить на пригласительное письмо.       Дверь открыл эльф и воззрился на нее почти исподлобья, но скорее хмуро, чем с недовольством. Гермиона неуверенно протянула ему карточку, форма которой была вложена в письмо Блэков. В книгах она вычитала, что на приемах эльфы нередко исполняют роль дворецких и объявляют о гостях хозяину дома. А самому гостю необходимо было представиться, передав визитку с отпечатком своей магии.       Домовик принял карточку и отступил с легким поклоном, позволяя войти в дом. Гермиона и ее родители переступили порог и невольно осмотрелись. В отличие от дома Гарри здесь превалировали темные и зеленоватые оттенки. А мебель была из черного, а не красного дерева.       На лестнице стояла хозяйка, которой домовик передал карточку. Осмотрев ее, Вальбурга чуть кивнула, а Гермиона внутренне сжалась в ожидании своей оценки. Однако женщина лишь поздоровалась и пригласила их в гостиную. И уже только заняв свои места и велев подать чай, Леди Блэк сочла возможным озвучить свое мнение о том, что успела показать Гермиона.       - До приемлемого уровня еще далеко, но то, что ты изучала этот вопрос, заметно, – сказала женщина. – Полностью подготовить тебя мы не успеем, поскольку на полное изучение уходят годы, но на первый раз достаточно убедительно показать, что работа в нужном направлении ведется.       - Я… Я понимаю, – тихо ответила Гермиона, сжимая руки на коленях и опуская голову.       - Подними голову, – велела Вальбурга с нотками строгости. – Голову склоняет раб, свободный маг может опустить взгляд, но никогда не должен опускать голову, если это не поклон и не выражение согласия.       - П-простите, – Гермиона подчинилась и закусила губу, она читала об этом, но ею все еще управляли привычки.       - И не кусай губы, – добавила женщина. – Помни, чем больше эмоций, особенно слабости, ты показываешь, тем проще тобой манипулировать и естественнее пренебрегать. Твое лицо – это щит. Если ты можешь полностью контролировать его, то это само по себе может стать основанием для уважения окружающих, ведь в первую очередь обращают внимание на одежду, мимику и поведение.       - Я понимаю, – Гермиона попыталась взять себя в руки.       - Теперь что касается твоей подготовки, – вновь вернулась к основной теме Вальбурга. – То, как я уже сказала, обучить тебя всему, тем более за такой короткий срок физически невозможно, даже если ты будешь пить зелья, улучшающие восприятие и запоминание информации. Однако не выпустить тебя на бал Наследника Поттеров тоже нельзя, потому что это, наверное, главное мероприятие, на котором тебя можно представить обществу и заявить о твоем статусе вассала древнего Рода. По этой причине мы сосредоточимся только на некоторых аспектах. Во-первых, общение и обращения к другим людям. Это один из первых аспектов, на которые обращают внимание. Во-вторых, столовый этикет, его важность сложно преувеличить. И, в-третьих, танцы. Да, мы не можем исключить, что тебя пригласят на танец. Ты красивая девушка, имеешь статус и если не сильно очернишь себя в остальном, то Наследникам незазорно и не позорно будет уделить тебе внимание.       Гермиона неловко кивнула, хотя мысль о танцах заставила ее покраснеть. Вальбурга тем временем устроила ей настоящий экзамен по тому материалу, который она уже знала и о котором слышала впервые, чтобы понять, о чем она успела прочитать. Ей предстояло еще многое изучить.