9. Войд

      –Г-господин Войд! – послышалось за пределами кареты. – Мы опаздываем. Не прикажете ли ускориться?       Возница прекрасно знал ответ Войда и все же не мог не поинтересоваться, ведь он мог опоздать на первые же занятия в академии на двадцать, а то и на тридцать минут. Услышал он, однако, то, чего с досадой и ожидал:       – Нет нужды. Закури, Митра, если тебе делать нечего. А я же предпочту, чтобы ты все-таки не беспокоил мой покой и продолжал путь.       – …Д-да, господин, – сказал вспотевший возница Митра, ведя вороную тройку.       Надо сказать, карета у Войда была крайне необычная – полностью черная с занавешенными окнами и с отсутствием какого-либо освещения внутри. Войд сидел в полной темноте; единственный свет давало небольшое окно, выходящее к Митре, правда и то справлялось с задачей посредственно – солнце было с противоположной стороны. Но освещение и не было заботой Войда – все было ровно так, как ему нужно. В темноте можно полностью отдаться своим мыслям и воображению (даже если картины в его голове в основном тоже были полны черного цвета).       В руках у Войда была коробка импортного из Ламента зефира, покрытого шоколадом; к несчастью для него самого, сладости в Анорте, его родной стране, были на порядок хуже тех, что привозились из южного государства. Но он, в отличие от его “подруги” детства, Ноа (Ноа не считала Войда своим другом), не брезговал и охотно пробовал еду, сделанную “сидящими на зарплате бездельниками”, как выражалась сама Ноа. Порой он даже лакомился прямо перед ее лицом, чтобы посмотреть, как мило она на него злится.       “Ох, Ноа, – в мыслях озвучивал Войд. – Девочка еще не знает, что нас определили в один класс. Уже представляю выражение довольства и счастья на ее вечно хмуром лице. О-о-о, это будет стоить того, чтобы скрывать в каком я классе все то время, пока мы были дома”       – Хм-хм-хм, ха-ха-ха… – тихо посмеялся Войд. Митра за все время прислуживания Войду понял, что на этот смех можно не реагировать. В целом реагировать не стоило ни на одно его слово, покуда там не было бы прямого к нему обращения, – вот как считал Митра.       – Мы почти приехали, господин Войд.       – Чудесно.       Выйдя из кареты, Войд сразу же защурился от ненавистного солнца. Войд был высоким молодым человеком, но из-за привычки сильно сутулиться он казался размером примерно с Митру, который ростом особо не выделялся. Почти все в Войде было черным: черная рубашка навыпуск с длинными рукавами, черные мешковатые брюки, черные волосы, черные глаза, – всё ярко контрастировало с его бледной кожей. Шел он налегке, ведь все те вещи, что он с собой привез, тащить до общежития будет лично Митра.       Что до Митры, тот выглядел слишком отлично от Войда, чтобы кто-то заподозрил в нем его прислугу. Его веснушчатое лицо с рыжими волосами напоминало солнце, а карие глаза, – следствие авигоризма, – подтверждали, что он не то что не обидит мухи, а скорее всего даже и не сможет. Из одежды на нем были черные шорты до колен и черная жилетка, под которой была белая рубашка и черный галстук. Ему не очень нравилось, что его одеяние по цвету во многом пересекалась с вещами Войда, но поделать он ничего не мог – таков был уставной наряд в семье, которой он прислуживал. Единственное, что он бы при всем желании не стал менять, – это черный картуз, личный подарок Войда.       – Веди, друг мой. Я, к сожалению, забыл, куда именно мне нужно идти. Лора, конечно, говорила, но это в первую очередь ее проблема, раз она решила понадеяться, что эта информация останется в моей памяти.       – Именно поэтому она также сообщила мне, – со вздохом сказал Митра.       – Да, да, конечно. Ты молодец, Митра, – сказал Войд, взъерошивая волосы Митры.       – Прекратите, господин Войд… – В голосе Митры звучала заметная усталость. Все-таки выдержать всю поездку на поезде, а затем еще и несколько часов на лошадях вместе с Войдом было тяжко. К слову, карета была привезена на станцию, с которой они отправились, заранее, ведь ехать с другими лошадьми и на другой повозке Войд отказывался.       В это же время в классе уже как двадцать минут должны были начаться занятия.       – Хочешь сказать, что тебе правда не жарко?.. – спросила Ноа у рядом сидящего Анте. Тот как обычно сидел в распахнутом пальто на белую рубашку.       – Ты уже спрашивала. Нет, мне не жарко.       – Ты действительно очень странный, – повторила вчерашние слова Ноа, обмахиваясь толстой тетрадью одной рукой, а второй смахивая капли пота со лба. Ноа была из тех людей, кто носил одну большую тетрадь для вообще всех предметов, разграничивая записи по ним разноцветными закладками. Перед лицом Анте же лежала обычная серенькая тонкая тетрадка, которую дай боже хватит на один предмет.       – И чего вы шепчетесь? Мне, знаете ли, тоже скучно, – сказала Лора, сидя на учительском столе (именно “на”, а не “за”) и медленно махая ногами.       – Может, начнем без него? – спросил Виктор. Ему не хотелось терять кусок урока в первый же день, но основная причина его торопливости все же состояла в том, что Юнона все никак не могла усидеть на месте и успела уже развить порядка десятка тем для разговора, далеко не все из которых был способен поддержать Виктор.       – Может, и стоит… Ладно, дети, начнем наше первое занятие по общим основам- Речь Лоры прервал легкий стук в дверь.       – Неужели. Входи, входи, – сказала Лора, мгновенно открывая дверь.       – Здравствуй, Лора! Прошу простить мне мою задержку. Наслаждался поездкой. Все-таки не каждый день бываешь у границы, где так тепло и хорошо, – сказал Войд, преувеличенно жестикулируя.       – Я, честно, даже не знаю, что тебе ответить… – сказала Лора со вздохом. Митра был не единственный, кто вечно уставал от его речи и действий.       – …А что ТЫ здесь забыл? Разве ты не говорил, что у тебя класс А-1? – спросила Ноа, сверля гневным взглядом не очень уважаемого ею парня.       – А-1? Видит бог, я совершил страшную ошибку! Сказал малышке Ноа совсем не ту цифру. Я тоже из А-0, – сказал Войд, криво ухмыляясь.       – Не называй меня так. – На лице Ноа соединялись в единое целое отчаяние, разочарование и гнев.       Стоит выделить, что все в классе смотрели на Войда по-разному. Лора и Ноа, как уже было упомянуто выше, смотрели с усталостью и раздражением соответственно. Рита глядела со стеснительным интересом, Виктор и Юнона – с удивлением из-за его слов и поведения. Один только Анте выглядел растерянно и даже немного испуганно.       Дело было в том, что во внешности Войда была одна конкретная и не самая часто встречающаяся особенность: по его лицу, начиная от глаз, в сторону шеи шли черноватые вены. Это были энергетические цепи, которые и позволяли человеку пользоваться энергией. У большинства людей они никак не выделялись внешне, но в особых случаях, – зачастую когда человек проходит через очень интенсивные тренировки, – их можно было заметить на тех местах тела, откуда энергия исходила чаще всего. В случае Войда это были глаза, что как раз-таки и настораживало Анте.       – Ты хоть представься, – побудила его Лора, носком тыкая его ногу.       – Точно, где мои манеры. Меня зовут Войд, Войд Ревери. Задержался на один день по причине важных и неотложных дел. Отныне я ваш одноклассник, – вывалив все это, Войд как-то неустойчиво, словно марионетка, поклонился и оскалил зубы.       – Прошу любить и жаловать, ближайшие три года вам все равно от него не избавиться, – на лице Лоры появилась гримаса театрального отчаяния. – Сидеть сзади или спереди Ноа я тебе запрещаю. Можешь сесть за парту справа от Анте.       – Анте? – спросил Войд.       – Тот, кто сидит за партой с Ноа.       – Вас понял, – сказал Войд и сел за вторую парту второго ряда. Ноа была благодарна Лоре за то, что не позволила ему сесть рядом с ней. Также она была благодарна Анте за то, что тот выступал в качестве живого щита между нею и претенциозным темноволосым парнем.       – Войд. Войд Ревери, – повторил Войд шепотом лично для Анте, протягивая тому руку. Анте не мог не заметить, что у него была та же фамилия, что и у автора “Энергии в психологии, физиологии и философии”, но особого значения этому факту не предал.       – Но ведь ты уже представился…       – То было напоказ. Сейчас был предлог для того, чтобы ты представился в ответ, – с многозначительной улыбкой произнес Войд.       – …Анте. Анте Вэй, – сказал Анте, нехотя пожимая руку Войда.       – У тебя необычного цвета глаза, Анте. Фиолетовый всегда казался мне цветом, ммм… Помешательства. Я буду рад узнать тебя получше, – проговорил Войд, после чего неприятно засмеялся.       – Молю бога, хотя бы Анте оставь в покое… – Ноа тяжело вздохнула.       – А ты быстро сдружилась с парнем, которого знаешь один день. А, Ноа?       – Лишнее напоминание о том, на каком уровне находится твоя репутация. Хватило всего одного дня, чтобы я поняла, что предпочту даже его компанию твоей.       “Даже?..” – Анте был ранен в самое сердце.       – Наболтались? – спросила Лора. Все это время она не стесняясь подслушивала, но решила вмешаться, когда Виктор демонстративно прочистил горло.       – Извини, Лора, – сказала Ноа.       – Это повторится. Но, пожалуй, лучше, чтобы ты-таки начинала свою лекцию, – вальяжно произнес Войд.       – …Мне жаль, учитель, – раскаивался Анте.       – Ты такой хороший мальчик, Анте. Я явно не ошибалась, планируя посадить тебя вместе с этими двумя. Перейдем к делу, однако. – Лора села на свой стол.       – Ваша первая же лекция будет по предмету “Общие основы энергии”… А, вы, наверное, не знали. Расписание я вам как-нибудь потом составлю, пока что просто носите всё и всегда. Либо в крайнем случае бегайте в общежитие за тетрадками. Хвала администрации за то, что оно рядом. На моих занятиях выход свободный.       – Если вам трудно, мы можем составить расписание, – как-то неуверенно сообщила Юнона.       – Правда? Какая ответственная парочка! – всплеснула руками Лора, да так, что халат немного съехал с ее левого плеча. – Подойдете ко мне в конце дня.       – …Чую, нас ждет много работы, Юно, – сказал Виктор. Это прозвище всегда нравилось Юноне, так что Виктор по возможности использовал его.       – Будто тебе это не нравится. Пропащий трудоголик, – дразнила его Юнона.       – Мистер Вэй! – важно произнесла Лора.       – Э-э… Я? – переспросил Анте. Он уже успел привыкнуть, что учитель обращается по именам, так что услышать свою фамилию было в новинку.       – Кто ж еще. Какое бы ты дал определение такому понятию, как энергия?       Немного подумав, Анте начал:       – Энергия – вещество, принимающее любую форму и обладающее рядом практических применений, перечислять все из которых довольно накладно.       Войд усмехнулся немного саркастичному ответу Анте. По его мнению, ответ был крайне скупой и неполный, но в то же самое время необычный по содержанию; подобный не услышишь от абы кого.       – Хм… Если бы речь шла про энергию на практике, твой ответ был бы очень даже емок и уместен. Все же это немного не то, чего я жду, – сказала Лора, мерно помахивая ногами. – Ноа, дай мне другое определение.       – Хмм… Энергия – жизненная сила, поддерживающая существование всего сущего на земле. Она как воздух: без нее мир быстро станет пустошью.       – Вы, дети, очень любите пихать примеры туда, где от вас требуется определение… Ничего, эту дурь я из вас еще выбью. Что до твоего ответа, Ноа, он удовлетворителен. Единственное, я бы не стала приводить такое радикальное сравнение в качестве примера. Без воздуха жизнь и впрямь невозможна, а без энергии… Довольно спорно. Уровень потребности в энергии между людьми и низшими формами жизни заметно отличается. Все ли из вас знают, что такое авигоризм? Поднимите руки.       Руки подняли Анте, Ноа, Войд и Виктор. Рита и Юнона выглядели как две ничего не понимающие рыбки.       – Если не вдаваться в физиологические подробности, то это невозможность живым организмом управлять энергией. Вообще. Возвращаясь к раннее сказанным мною мыслям, роль авигоризма в людской жизни и жизни животной сильно разнится. Вопрос на засыпку: как долго проживет олень, страдающий авигоризмом, если на него со всех ног побежит волк? Ответ вы, я думаю, сможете составить сами. Для человека все иначе. Быть “полноценным” даже не владея энергией ничего не мешает. Более того, есть и шанс стать крайне важной частью общества. Не все здесь из Анорты, так что для вас краткая историческая справка. В истории нашего государства был один крайне выдающийся правитель – Звей “Беспомощный”, как его прозвали еще при жизни. Но не позволяйте прозвищу обманывать вас. Это был вспыльчивый, но сильный и гордо бравший своё человек. Практически каждый военный конфликт его времен был победоносный, а его реформы и сейчас вспоминают как одни из наиболее влиятельных и смелых. И да, как вы уже поняли, Звей страдал авигоризмом. Вот и думайте. Лекцию Лоры с интересом слушали практически все: Виктор, Юнона, Анте, Рита, даже Ноа. Только Войд сидел со скучающим выражением лица и чуть ли не зевал, давая лишний раз понять, что ему либо неинтересно, либо он и так обо всем сказанном знал. Лору это не смущало; в ее голове Войд уже был занесен в список тех самых всезнающих учеников, которых почти никогда не спрашивают, кроме тех случаев, когда больше никто не мог ответить.       – В общем, потребность владеть энергией в случае с человеком находится ближе к потребностям духовным, когда как у животных наоборот. Хотя, конечно, с авигоризмом на большинство работ вас не возьмут. Мисс Фейт?       – А?! Я?! – испуганно воскликнула Юнона.       – Это же ваши фамилии. Почему вы удивляетесь? – недоумевала Лора. – Ответь мне, в чем основное отличие между зверьем и нами в вопросе о контроле энергии?       – Эээ… Кажется, в глазах? – неуверенно ответила Юнона.       – Верно. С развитием интеллекта человек приобрел важную особенность, которой пока что ни один другой вид на земле не обладает. Речь, разумеется, о глазах, обладающих свойствами самого разного характера. Базовые действия с энергией включают в себя: создание безвредных объектов, временное усиление мышц тела, ускорение, а также непосредственное ее выделение для атаки мечами, молниями и прочим хаосом, на который только ума хватает. Всем этим животные сполна могут управлять: бобры укрепляют энергией свои сооружения, птицы благодаря ней развивают большие скорости полета, волки своей пастью способны формировать лучи, помогающие им одолеть убегающую жертву. Примеров масса. Спектр же человеческих действий, по сути, безграничен. Одни могут использовать энергию для того, чтобы играть музыку, другие способны сильно видоизменять и улучшать эффекты самых базовых энергетических действий, ну а третьи и вовсе искривляют реальность своими силами (спасибо, Господь, что таких в истории было немного). И различие, как и сказала Юнона, кроется в глазах. Кстати о ней. Поправь меня, если я где-то ошибусь, – обратилась Лора к Юноне, после чего продолжила: – Глаза Юноны позволяют ей создавать практически что угодно из энергии. Покуда остальным требуется мастерство, чтобы из базовых геометрических фигур переходить к комплексным орудиям и скульптурам, Юнону ограничивает только фантазия и запас энергии. При должном развитии энергетических цепей она вполне могла бы создать макет нашей прекрасной академии. Так?       – Нуу… В макете слишком много деталей, и я могу запросто ошибиться то тут, то там, но… Да, будь я сильнее, я бы, наверное, смогла, – сделала вердикт Юнона с неловкой улыбкой. Она стеснялась быть внезапным центром внимания.       “В этом плане Эш очень похож на нее, – думал Анте. – Благодаря своим глазам, по сути, они оба куда более профессионально владеют базовыми энергетическими действиями, чем большинство людей.”       – Для более необычного примера возьмем Анте, – Лора вырвала его из рассуждений. – Глаза Юноны являются надстройкой над одним из привычных применений наших сил. Глаза Анте же позволяют тому стирать любые проявления чужой энергии, что крайне уникально, и лично я нигде подобного еще не видела.       – Ооо… – пропел Войд. – Очаровательно.       Войд посмотрел на Анте с еще большим интересом, чем до этого. От слова “очаровательно” что у Ноа, что у Анте непроизвольно скривилось лицо.       – Впрочем, вы, наверное, утомлены моими рассказами. Все равно сегодняшняя лекция – всего лишь введение, так что предлагаю закончить сейчас и перейти к вашему первому практическому занятию.       …После официального завершения первого урока все пошли переодеваться в общежитие. Все. Кроме Анте и Войда.       – …И что вы тут, стесняюсь спросить, делаете? – спросила Лора, видя, как Анте и Войд недвижимо стоят посреди тренировочного поля.       – Ты знаешь, Лора. Мне не нужна запасная одежда. Я и так ничего не испачкаю и не порву, – уверенно заявил Войд, поправляя постоянно съезжающую челку. Под ней Анте заметил, что глаза у Войда были немного навыкате. Это только добавляло странности к его и без этого отталкивающему образу.       – Н-да, не стоило и спрашивать. А ты, Анте? – обратилась Лора.       – У меня нет запасной одежды, – Анте было немного неловко это признавать, так что он потупил взгляд.       – …Дела. А, ну кстати. Я же вам не сказала. У нашей академии есть собственная валюта! Будет, точнее. И чем лучше будете учиться, тем больше будете ее получать. Тратить ее можно будет на всякие необходимые нужды. Канцелярия, еда, ну, вы поняли. Одежда в том числе. Но это все будет чутка позже, где-то через месяц. Пока что завтраки, обеды и ужины бесплатные, что вы, наверное, и так заметили. Однако потом придется либо платить за продукты и готовить в общежитии, либо платить еще больше за уже готовенькое.       – А если кто-то учится чересчур плохо? – спросил Анте.       – Они все еще будут получать базовый минимум. На него вполне можно выжить! Ну, кое-как.       “Перспективы мои становятся день ото дня хуже…” – отчаянно думал Анте.       – Целая валюта для одной лишь академии… А они вбухивают весьма немалые средства сюда, а? – сказал Войд, почесывая подбородок.       – На то она и общая. Анорта такое бы строить самостоятельно не стала. Не говоря уже о Ламенте.       В этот момент из общежития вылезли все остальные. На них всех были плюс-минус похожие футболки и свободные штаны, различавшиеся только цветом: розовый и белый у Юноны, темно-зеленый и черный у Виктора, полностью черный у Ноа и белый с черным у Риты, которая, впрочем, старалась как можно лучше слиться с воздухом путем потупившегося взгляда и скованных движений. Впрочем, даже этого ей делать было необязательно, – больше всего выделялись Анте с его пальто и Войд с его излишне вычурным видом.       – Да, Анте, – начала Ноа. – Выглядишь полностью готовым к занятию.       – З-замолчи… – заикнулся Анте.       – Так, ну раз все здесь, начнем наше занятие. Вашей первой задачей будет уничтожение во-о-он того деревянного манекена. Кто у нас по списку первый… Анте! Твой выход. Единственное правило – манекен должен быть уничтожен издалека. Ближний бой запрещен. – Лора помахала указательным пальцем, который едва вылезал из-под ее чересчур большого халата.       – А почему ваш список сортирован по имени, а не фамилии? – спросил Лору Виктор.       – А какая разница? – ответила она ему. Имея опыт общения с девушками хаотичного характера, Виктор знал, что дальше спрашивать было бесполезно.       Анте тем временем, с руками в карманах пальто, направлялся к центру тренировочного поля, где гордо стоял одинокий манекен. Анте чувствовал в нем родственную душу и соперника, ведь победить его без использования трюков Анте еще не особо представлял, как, – силы его энергии, скорее всего, не хватит.       – Начинай, Анте, – побудила его Лора.       Анте собрал энергию в правой ладони, после чего запульнул неброскую молнию в манекен. Грудь того была слегка продырявлена и подпалена, но в остальном он стоял, как и прежде. Задача провалена.       – …Возможно, мне придется выкроить для тебя парочку индивидуальных заданий, – сказала Лора, дивясь плохому результату Анте.       – Буду весьма признателен, – стыдливо потупив голову сказал Анте.       – Ты так жалок, Анте, – сказала Ноа, когда Анте подошел обратно ко всей группе. Она держала руки на поясе и смотрела на Анте снизу вверх, дьявольски улыбаясь.       – Смейся, смейся, – ответил он. В этот момент Анте, видя Ноа в спортивной одежде, убедился, что ее тело было очень хорошо развито, не чета его тщедушной комплекции. Правда, взгляд он быстро двинул в сторону, боясь, что она начнет дразнить за это.       – Следующий… Виктор, твой черед.       Виктор шел к центру значительно более уверенно. В следующий миг в его руке образовалась яркая изумрудная молния, которую он следом пустил на бедный манекен. У него не было и шанса, молния разорвала тело на куски.       – Отлично! – воскликнула довольная Лора.       – Учитель… А у вас есть еще манекены? – Юнона озвучила вопрос, который волновал всех, кроме Войда и Ноа, еще с начала практического занятия.       – Зачем? – последовал странный ответ.       – Эээ… Что “зачем”?.. – Юнона выглядела крайне озадаченно, что заставило Лору засмеяться.       – Сейчас все поймете, – сказала Лора, перестав хихикать и подойдя к манекену. Ее глаза загорелись: на смену желтых зрачков пришли кубики, поочередно собиравшиеся и разбиравшиеся вместе в пределах ее очей. Лора коснулась обгоревшей части манекена, после чего тот с желтыми искрами собрался воедино. Выглядел он как новенький.       То тут, то там послышали возгласы удивления. Даже Анте не удержался. Только Ноа и Войд, очевидно уже знавшие о ее способностях до этого, молча смаковали чужие реакции.       – Удобно, что тебя сделали учителем. Любые порезы и ушибы своих студентиков сможешь нивелировать, – сказал Войд так, будто это к нему не относится.       – Потому я у вас и преподаю. Войд, ты следующий, – быстро ответила Лора. Войд шел ссутулившись, держа одну руку в кармане, а на второй формируя густой черный шар, от которого шли темные искры. Встав перед манекеном, он, вытянув руку с шаром вперед, внезапно щелкнул пальцами. Прошла секунда, две. Наконец на месте манекена появилась большая темная сфера, разрывавшая пространство с громким звуком взрыва. Когда все закончилось, от манекена остались только ножки, покрытые копотью. Тишина. Ноа и Лора молчали от разочарования, а все остальные – от страха и шока. Манекен был буквально разорван в клочья, его даже было немного жаль.       – …Ты же понимаешь, что этого делать было необязательно? – спросила Лора, восстанавливая манекен.       – Мы делаем много необязательных вещей день ото дня. Дай свободу прихоти, женщина. А тебе, малышка Ноа, стоит перестать хмуриться. Иначе к тридцати годам у тебя будут морщины на лбу, – сказал Войд, заставляя Лору вздохнуть, а Ноа вскипеть. Ноа уже собиралась обдать его парой ласковых слов и несколькими ударами кулаков, как вдруг ее остановила рука Анте на плече.       – Забудь. Он же этого и добивается, – сказал Анте.       – Мм… Да, ты прав. Спасибо, – тихо ответила Ноа, немного расслабляя черты лица.       – Ноа, твой черед.       Пока Ноа шла к многострадальному, но все еще функционирующему манекену, Виктор и Юнона подошли к Анте.       – Не нравится он мне… – сказала Юнона с ноткой подозрения в голосе.       – Ладно тебе. Он, наверное, просто такой человек, – мягко проговорил Виктор.       – Я, пожалуй, соглашусь с Юноной. Такого рода претенциозность всегда скрывает за собой пару-тройку скелетов в шкафу, – поделился наблюдениями Анте.       В этот момент можно было увидеть, как две молнии – одна красная и другая синяя – покидают руки Ноа, в очередной раз за день размозжив манекен по камню площадки.       – Анте, не хочешь пойти с нами к учителю после занятий? – спросил Виктор.       – Зачем? А, насчет расписания. Схожу, почему бы и нет, – сказал Анте, пожимая плечами. Особых планов у него все равно не было.       – Ура! – по какой-то причине Юнона была очень восторженна его ответом.       – Рита! Ждем тебя, – сказала Лора.       Рита подошла к манекену какими-то крайне неуверенными маленькими шагами. Складывалось ощущение, что она боялась его и того, что он мог сделать, хотя это был всего лишь деревянный болванчик. Спустя несколько минут борьбы с собой она наконец-то собрала энергию в свой небольшой кулачок и отправила ее со всей силы в сторону манекена, отворачиваясь при этом от взрыва. Взрыв, впрочем, был крайне невпечатляющий, хотя и его хватило, чтобы манекен пал, разорвавшись на несколько частей.       – Учитель, а у манекена есть имя? – спросила Юнона.       – Нет. Но можешь называть его Биллом, пожалуй, – Лора вполне понимала ход мыслей Юноны. Все-таки с этим манекеном им придется часто видеться на практических занятиях. Все остальные в классе, правда, этим вопросом вообще не задавались.       – Вставай на ноги, Билл, – сказала затем Лора, формируя его заново.       – Ты справишься, Билл! – подбадривала его Юнона.       – К чему ты его побуждаешь?.. И вообще, сейчас ты будешь против него, – напомнил ей Виктор.       – Да, Юнона, ты последняя, – добавила Лора.       – Уже бегу, – Юнона подошла к манекену в припрыжку.       Внезапно в воздухе над ней образовался довольно крупный розовый молот. Двигая его поверху в сторону манекена, она, когда молот остановился, ударила им по Биллу, заставляя того трагично умереть.       – Это же считается за дальний бой? – спросила Юнона, улыбаясь во все зубы.       – Конечно! Ты же находилась вдали, – Лора подмигнула ей.       – Не хочешь оспорить? – спросил Анте Виктора.       – Откажусь…       – Так, раз мы закончили… – Лора встала в центр площадки. – Последнее, чего я от вас сегодня хочу, – это проверить ваши способности к отбиванию атак. Сейчас я вас разобью на пары. Сначала один создаст барьер, а другой попытается пробить его. Затем каждый подход вы будете меняться. Насчет пар… Юнона будет с Виктором, Войд будет с Анте, а Ноа – с Ритой.       Все встали друг напротив друга. Анте было немного страшно, но озвучивать свои опасения он не любил, предпочитая со всем по возможности расправляться самому.       “К тому же, если я сильно поранюсь, учитель меня восстановит…” – мысли Анте сквозили пессимизмом.       – Не переживай, Анте, – поспешил его утешить Войд с чересчур уж самодовольной улыбкой. – Сделаем так: ты будешь использовать обе свои руки, а я – всего один палец. Договорились?       – …Да, лучше так.       Анте, хоть и согласился, отнесся к такому предложению весьма противоречиво. С одной стороны, он и правда был благодарен Войду за возможность не получить лишний раз по лицу. С другой, – он думал, что это будет очень унизительно.       Войд сформировал полупрозрачный черный круглый барьер одним пальцем. Размером он был примерно с зонт.       – Нападай, Анте. Я верю, что ты справишься, – подстегивал Войд. Анте, тяжело вздыхая, собрал энергию вокруг двух ладоней и с треском ударил молнией по барьеру. Тот покрылся трещинами, но выстоял.       – Получится в следующий раз, малыш Анте.       – …Лучше называй так Ноа, – Анте был очень недоволен. Причем и прозвищем, и неудачей.       Барьер Анте выглядел крайне нестабильно: это была заполненная фиолетовой энергией замкнутая ломаная линия, которая, казалось, вот-вот рухнет сама по себе. К счастью для Анте, небольшой черной молнии из пальца Войда было недостаточно, чтобы сломать барьер мгновенно, – он упал через несколько секунд после этого. Лора в этот момент смотрела именно за ними.       – Э-это считается? – спросил Анте.       – …Пожалуй, – Лора была в высшей степени разочарована, но ругать кого-либо она не привыкла, за что Анте был безумно благодарен.       В остальных парах в это же время все было весьма стандартно. Виктор и Юнона успешно отбивали, Рита, хоть и с усилием, но тоже справлялась с атаками Ноа. Барьеры Анте же продолжали ломаться. В какой-то момент сам Войд не выдержал и великодушно сломал собственный барьер после атаки Анте.       – У тебя есть потенциал, Анте. Правда запрятан он очень, я повторюсь, очень глубоко за твоим невежеством и некомпетентностью, – Войд театрально положил руку на свой лоб. Анте было нечего ответить.       – На сегодня все! – два раза хлопнув в ладоши сказала Лора. Затем она обратилась к Анте лично: – Анте, я буду свободна в пятницу вечером. Будем здесь же, на этом самом поле, отрабатывать всю базу, что тебе едва знакома. Понятно?       – Да, учитель.       – Отлично. Главное, не переживай! На то это и академия. Всему научим, – Лора утешила с неожиданно ласковой для нее улыбкой. С ее слегка неряшливым образом это сочеталось успешно.       – …Спасибо, – Анте обнаружил, что непроизвольно повторяет ее улыбку.       – Рада, что не грустишь. Виктор, Юнона, за мной!.. Ты тоже с ними? – спросила Лора Анте, увидев, что и он последовал.       – Виктор предложил.       – А, хорошо-хорошо. Поможешь, если что. Ничего особо знаменательного в кабинете после занятий, впрочем, не происходило. Они все вчетвером составили расписание, Виктор был назначен старостой, а Анте, по непонятной для него самого причине, его заместителем. После этого Лора убежала по своим делам в сторону административного корпуса, а Юнона побежала уведомить о появившемся расписании Ноа, Войда и Риту. Анте и Виктор сидели на скамейке вдоль площадки.       – Устал? – с улыбкой спросил Виктор.       – Еще бы. Я жалею, что не занимался все эти годы.       – Нестрашно. Думаю, всего нескольких месяцев регулярных тренировок будет достаточно, чтобы ты был с нами на одном уровне… Про Ноа и Войда говорить ничего не буду. Их уровня, боюсь, даже мне с Юноной не достичь…       – Это да… Они выглядят страшно. Особенно Войд. Что-то мне все равно в нем не нравится. Я, конечно, и сам не пример открытости и искренности, но Войд кажется совсем уж какой-то загадкой. И, думается, ответа на эту загадку мы знать не хотим…       – Ха-ха… Как думаешь, а оставшиеся четыре одноклассника какими будут?       – Которые не прибыли еще?       – Ага.       – Надеюсь, что не чудаки… Хотя кого я обманываю. Анте и Виктор засмеялись. Несмотря на тяжелый день, Анте было тепло на душе. Казалось, что ничего не могло нарушить покой и уют, что он чувствовал в эту прелестную минуту…       – Анте! Анте! – кричал подбегающий Эш. Анте даже и не подумал огрызнуться или послать куда подальше, ведь в тот же момент он услышал в голосе Эша отчаяние. Что-то было не так.       – Что случилось?       – Там… Там… Это… – задыхался Эш.       – Подожди. Сначала успокойся. Я иначе не пойму.       – Да… Ты прав…       Эш начал говорить спустя минуту:       – Помнишь же Тору, да? Собаку сторожа, Роланда.       – Ну.       – С ним произошло что-то очень странное. Тору принялся на всех огрызаться и стрелять изо рта черной энергией. Я спрашивал у Роланда, но тот сказал, что пес никогда не умел управлять ею. И у него на голове еще что-то странное. Какая-то черная жижа… Не знаю, как объяснить. Помоги, Анте! Ты единственный, кто сможет что-то сделать. Там другие ребята уже предлагают убить его! – в голосе Эша стояли слезы. Анте не мог это игнорировать.       – Пойдем.       Все втроем, включая Виктора, побежали к задней части кампуса. Там столпилось довольно много народу. В центре круга был Тору и какой-то красноволосый мальчик с голубыми глазами, который отчаянно брал на себя внимание Тору, не желая, чтобы тот поранил кого-то еще и заставил чашу общественного терпения опрокинуться.       – Мауз! Я привел Анте. Можешь уходить. Анте обязательно справится, – сказал Эш. Красноволосый мальчик встал в круг, рядом с Эшем и бледным Роландом.       – Я сделаю все, что в моих силах, Роланд, – сказал Анте.       – Прошу, – Роланд снял шляпу.       Анте взглянул на Тору. От ласковой овчарки не осталось ни следа. Она рычала, ее конечности дергались, а голову покрывало что-то, похожее на смолу. Анте предположил, что именно эта жижа контролирует теперь Тору, и нужно с помощью аметиста от нее избавиться. Анте активировал свой глаз.       Тору, правда, ждать не стал. В его пасти образовался черный шар, который в тот же миг превратился в луч. Анте успел увернуться, так что луч только немного поцарапал его щеку. Анте аккуратно пытался продвинуться к Тору без меча, желая навредить как можно меньше, но собака отскакивала каждый раз и лучами царапала тело Анте все больше и больше.       “В какой-то момент моя удача закончится…” – думал Анте, немного шипя от боли по всему телу. Пока что он все равно мог уворачиваться и минимизировать полученный урон, но он сознавал, что у собаки есть большое преимущество, – она может убить Анте, а Анте ее – нет. И эта мысль обернулась фатальными последствиями.       Во время особенно неудачной попытки поймать Тору, собака умудрилась обмануть Анте, в последний момент резво поворачивая голову в то направление, куда уже собирался увернуться Анте. Анте не успел среагировать; луч попал прямо ему в живот, покрывая кровью его новенькую белую рубашку. Анте пал на колени.       – Анте! – послышались отчаянные крики от недавно подошедшей Юноны, Виктора и Эша.       – Хватит! Я убью его, Анте, – плача проговорил Роланд, не желая видеть, как ученик страдает из-за него.       В этот момент Анте поднял руку (ту, что не держала сильно раненный живот).       – Роланд… – в этот момент изо рта Анте изверглась кровь, заставляя того приостановить обращение. – …Я не позволю.       Анте медленно встал на шатающиеся ноги. Анте слишком хорошо знал цену потери близкого, так что всем сердцем хотел спасти Тору.       – Юнона… По моей команде ты опутаешь Тору, после чего я избавлю его от того… Существа, что отравляет его голову. Поняла?       – Х-хорошо… – Юнона обеспокоенно смотрела на Анте, но перечить не стала.       Тору уже готовил очередной шар, но в этот момент Анте прыгнул на него, хватая его руками и принимая очередной серьезный удар.       – Аргх!.. – Анте простонал от боли. – Юнона, сейчас!       Пока Анте держал овчарку, Юнона быстро привязала Тору розовыми путами так, что тот не мог пошевелиться. Анте зажал подбородок Тору и поднял его голову к небу, чтобы его атаки больше никого не могли поранить. Пока Тору отчаянно стрелял лучами по синеве, Анте прижимал два пальца к смоле на его голове, постепенно уничтожая ее и заставляя Тору успокаиваться все больше и больше. Минуту спустя Тору был полностью свободен.       – Хороший мальчик… Все в порядке… Теперь все в порядке, – шептал Анте. Силы покидали его. Однако в какой-то момент он почувствовал, что боль стремительно исчезает.       – Ты молодец, Анте, – сказала запыхавшаяся Лора. Очевидно, что она бежала из административного корпуса, как только услышала о происходящем. – Собаку пришлось бы убить, если бы не ты.       Все вокруг повздыхали от облегчения. Юнона распутала Тору; тот, облизнув Анте, побежал к своему хозяину, рыдавшему от счастья. Народ вскоре рассосался, оставив за собой только Юнону, Лору, Виктора, Эша, Мауза, друга Эша, Анте, Роланда и… Внезапно подошедшего Войда.       Хлоп.       Хлоп.       Хлоп.       – Мои поздравления, Анте, – медленно аплодируя произнес Войд. Анте повернул свою голову в сторону голоса. Войд стоял прямо за его спиной, улыбаясь все тем же самодовольным оскалом. Была в его лице лишь одна странность. На месте глаз были две полностью черные пропасти. Две пустоты. Они были того же цвета, что и паразит, заставивший Тору вести себя странно. Анте все понял.       – …Зачем? – это все, что мог спросить Анте. Его лицо выражало злобу, но его конечности были парализованы страхом.       – Эксперимент. Развиваться без них невозможно. К тому же все кончилось хорошо. Ты молодец, Анте, – сказал Войд. Его выражение не выражало никакой привычной для Анте эмоции. Это не был ни страх, ни злость, ни радость. Ничего знакомого. Это было что-то нечеловеческое. Единственное, что видел в лице Войда Анте, – это пустоту. Анте покрылся ознобом.       – …Войд. Нам предстоит очень серьезный диалог. Уж не знаю, смогу ли я выгородить тебя перед администрацией, – сказала Лора, уводя Войда чуть ли не взашей. Она видела, как сильно все были напуганы, так что гнала Войда как можно быстрее.       – …Пойдем, Анте, – тихо сказала Юнона, после чего они оба с Эшем взяли Анте под руки. – Ты наверняка устал.       – Юнона права, – сказал Эш. – Мы развеселим тебя! – как-то неуверенно он затем добавил.       – Лучше просто дать ему отдохнуть, Эш, – сказал Виктор с мягкой, но натянутой улыбкой. – Пусть он полежит на диване в гостиной. А мы все посидим рядом с ним. Можешь тоже побыть у нас.       – Отлично!       Все они чувствовали: внутри Анте что-то случилось. Но они не могли понять. Конечно нет. Ведь только Анте увидел ту бездну, таившуюся за глазами, казалось бы, такого же восемнадцатилетнего парня, как и он сам.       – …Спасибо, друзья, – слабо произнес Анте. Сейчас он нуждался в компании, так что позволил вести себя.