11. Камни душ

       Рейн ударил кулаком по столу.             – Может ты, как госсобачка, еще и предложишь использовать энергию по талонам? – Рейн был в видимом бешенстве.             – Расслабься, Рейн, дружище, – вальяжно протянул Войд, не убирая своих ног со стола. – Не нужно все так сильно утрировать. Просто сам посуди, кому камни душ нужнее: тебе, армии или ученым? Что ты-то с ними сделаешь, уродец?             – Да плевал я на их пользу! Те камни, что я нашел, – мои! Какого черта я должен исполнять закон, ретроактивно подменяющий мои права на владение?             “Мой ты бог… – пронеслось в голове у Анте. – Почему у Рейна такие взаимоотношения только с Войдом? Со мной он едва разговаривает, хотя я явно раздражаю куда меньше. Молю, пусть это закончится до того, как я разозлюсь…”             – Никто тебя не заставляет возвращать то, что теперь принадлежит Анорте. Однако… Птичка всегда может напеть кое-где кое-куда, и у тебя начнутся проблемы, – с неприятным, визгливым смехом сказал Войд.             – Ну держись у меня, стукачок…             – Вы еще подеритесь, – как-то без интереса (но с сильным беспокойством внутри) прокомментировала Ноа.             Однако чтобы объяснить происходящее нужно отмотать время немного назад. Это случилось в пятницу, спустя несколько дней после приезда Ионы и Рейна. И для полноты картины тут придется переключить внимание с класса А-0 на класс Б-3, тот класс, в котором учится Эш.             – Господа и дамы, – начал пожилой, но бойкий и словоохотливый учитель Иоганн, – у нас сегодня неимоверно важное занятие. Это будет ваш первый урок о прикладном использовании энергии, на котором мы рассмотрим… – Иоганн наклонился, вытаскивая что-то изнутри кафедры, – вот это.             В его руке был осколок какого-то минерала. Он был черно-серый, весь в маленьких отверстиях, и из него как-то немного даже зловеще сочилась энергия темно-синего цвета, под стать глазам Иоганна.             Такого рода предмет предавал даже некоторую грозность облику Иоганна. Это и без того был крепкого телосложения старик с черно-белой бородой, такого же цвета длинными волосами и с глубокими морщинами между бровей, выдававшие то, как часто он хмурился. Впрочем, то было его темное прошлое, отзвуки которого остались на лице. Нынче это был шутливый и веселый индивид, ругательства которого не воспринимались так уж серьезно. Он даже всем сердцем любил самого яркого своего ученика, Эша Райта, хотя и ставил тому преимущественно тройки (“Радуйся, что не двойки, недоросль!” – любил повторять он). И что Эш, что его одноклассники, что даже ученики других классов, – все любили Иоганна в ответ.             – Мистер Вайлд! – прокричал он затем, протягивая ладонь с камнем.             Молчание.             – Кхм! – прокашлялся Иоганн. – Мистер Вайлд!             – А, что? Да, я, – залепетал Эйс Вайлд, отрывая голову от парты.             – Не спать на моих занятиях. Не ответишь мне, что это такое?             – Э… Метеорит?             С разных уголков класса послышались смешки. Эйс особой популярностью не пользовался, хотя странное дело: была и привлекательность, и общительность, и чувство юмора, – но особо никто не интересовался, а сам Эйс не спешил заводить знакомства. Разве что Эш периодически приставал, но и это выглядело скорее по-приятельски, нежели чем по-дружески. Дело, возможно, было в его вечно вороватом взгляде; странных на половину красных, на половину рыжих волосах; и в необычном стиле одежды. Он носил длинную черную мантию с красным контуром и большим воротом, закрывавшим шею сзади, руки постоянно прятал под черными перчатками, а туфли у него были с острым концом и постоянно вне зависимости от случая лакированными. Видя подобный наряд, Иоганн то и дело морщил лицо, приговаривая, что в администрации сидят круглые дураки, раз не собираются вводить униформу. К сожалению, у Ламента и Анорты слишком разные представления о том, какой она должна быть, потому и условились, что лучше уж без.             – Нет, Мистер Вайлд, – покачивая головой начал Иоганн, – это не метеорит. Это так называемый камень душ. Кто-нибудь знает, для чего он нужен? Может вы, мистер Райт?             – Нет, дедуля, не знаю. Расскажешь? – В голубых глазах Эша будто заплясали звезды. Интерес его, конечно же, был показным, но Иоганн любил подхалимство и подобострастие.             – Ха… – Иоганн вздохнул, сотрясаясь всем телом. – Я бы и с радостью, да только вот нечто подобное должно демонстрироваться снаружи, не здесь. Однако увы – недоумки, составлявшие расписание, поставили практические занятия на нашей площадке группе А-2, из-за чего и приходится де-факто урок практики проводить как урок теории. Показать я смогу немного.             Иоганн оглядел класс. Удивительно, но все двадцать человек наблюдали с неподдельным интересом, даже те, кто и так знал, что в руках у Иоганна.             Он вышел из-за кафедры, закрыл все шторы, погружая класс во тьму. Вернувшись, он высвободил немного синей энергии из своих пальцев, направляя ее на камень. Тот ярко загорелся тем же цветом, после чего энергия, таившаяся в нем, разлетелась по классу на сотни маленьких частиц, каждая из которых светилась. Зрелище заставило всех вокруг загалдеть.             – Спокойнее, спокойнее. Объясню, в чем же, все-таки, суть. Камни душ – это сосуды, которые способны содержать в себе энергию. Сами, наверное, и так понимаете, что кроме определенных особенных случаев энергия растворяется в воздухе. Она может это сделать за час, за день, даже за неделю, если ее количество в одном месте особенно обильное, и тем не менее она всегда исчезает. Камни душ способны эту проблему решить. Любой из вас может поместить собственную энергию в них, после чего воспользоваться ею когда и как угодно. Ограничения, разумеется, присутствуют – зависит от качества и размера камня. Предвосхищаю ваши глупые и неуместные вопросы, господа и дамы, – нет, воспользоваться чужой энергией таким образом невозможно. Энергия же своего рода ключ, который подходит ровно к одной двери. У нее есть собственный код, содержащий в себе цвет и способность глаз. Даже если у вас каким-то чудом одинаковые цвета и, как вам кажется, даже глаза, дьявол может скрываться в нюансах. Один способен восстанавливать какие угодно разрушения, другой может только лечить людей, а третий и вовсе поворачивает время объекта вспять, чтобы тот вернул прежнюю форму. Видите? Вроде и похоже, но на уровне кода это совершенно разные вещи, которые не позволят вам как-либо применять чужой заполненный камень душ.             – А если все-таки и цвет, и глаза полностью совпадают? Прям без каких-либо ваших дьявольских нюансов, как вы сказали, – залюбопытствовал Эш.             – Тогда конечно, мистер Райт. Тогда вы действительно смогли бы воспользоваться чужим камнем. Но, эх! Это большущая редкость. Люди слишком уникальны и слишком своей уникальностью гордятся, так что такие совпадения практически исключены.             Вскоре урок кончился, и студенты из Б-3 класса отправились на перерыв. Эш вышел вместе с Маузом на улицу. Дуо их было довольно контрастным: Мауз не был высок, но был выше Эша, красный цвет его волос очень заметно выделялся на фоне черных волос его друга, да и в плане одежды он был куда более деликатен. Пока Эш считай что всегда носил спортивную форму, на Маузе была приталенная белая рубашка с черными пуговицами. Лицом он был очень мил, каждая черта будто бы была на своем месте и никак остро не выделялась, создавая при этом лицо полное благоразумия и нежности, – то есть чуть ли не точную противоположность Эша. Многим что в их классе, что в других классах их дружба казалась аномальной, но суть была в том, что порой противоположности притягиваются с куда большей силой. Все-таки целое не собрать из двух левых или двух правых частей.             – Мауз, Мауз! – заговорщическим шепотом звал его Эш. – Знаешь, что у меня есть?             – Что? – пытливо спрашивал он Эша.             Эш порылся в карманах, после чего достал маленький камушек.             – Подожди, это же камень душ, да? – удивленно спросил Мауз.             – Ага. Маленький, правда. Мне его где-то лет шесть назад Анте подарил. Нашел у себя за домом. Мы оба тогда не знали, что это, но камушек выглядел красиво, так что я его себе оставил. Но сколько ж теперь возможностей нам открывается! – возбужденно воскликнул Эш.             Эш зарядил камень своей энергией. Тот стал излучать мягкий голубой свет, что вкупе с черной пористой наружностью минерала выглядело завораживающе.             – Ну-ка, я попробую его использовать.             – Не сломай только ничего… – обеспокоенно сказал Мауз, прекрасно зная, что друг его не послушает.             Эш высвободил энергию из камня, после чего добавил собственную из своей ладони, направляя весь этот ком в сторону каменной дорожки. Та после столкновения с шаровой молнией сильно раскрошилась и потрескалась во многих местах, превосходя ожидания Эша и Мауза.             – Ого! Так это можно считай в два раза сильнее атаки проводить! Это ж какой потенциал у этой маленькой штучки! – в восторге голосил Эш, прыгая на месте.             – Мне так жаль учителя Лору, – виновато говорил Мауз, – ей же каждый день подобные штуки восстанавливать приходится…             – Да ладно тебе, – утешал его Эш, – она поди такие премии получит за свою работу. Я уверен, они с лихвой окупят ее занятость.             – Это все равно в высшей степени некрасиво! – как-то слегка недовольно воскликнул Мауз.             – Ну… Извини, – Эш склонил голову.             – Эх…             Правый глаз Мауза засветился. На его месте образовался маленький знак голубого сердца, добавлявший его образу даже большей умиротворенности и нежности. Мауз затем протянул руку вперед, прямо над надломом дорожки, и создал там маленький голубой шар. Эш поспешил нажать на этот шар, из которого после этого вылезло небольшое послание: “Нам очень жаль, учитель Лора!” Рядом с посланием был аккуратный рисунок букета полевых цветов.             – Какая ж у тебя странная способность все-таки… – как-то разочарованно сказал Эш.             – А что в ней странного? У людей столько проблем с коммуникацией. Моя их хоть немного решает. И я уверен, что учителю Лоре будет приятно. – Мауз затем свернул сообщение в прежний шарик, который теперь будет терпеливо ждать своего адресата. После этого они оба пошли дальше.             – Ну, как скажешь. Как ты вообще такой глаз приобрел?             – Мой брат как-то давно в детстве слег с сильнейшей лихорадкой. Я паникер тот еще, думал, что он теперь умрет… Нам помог один странствующий лекарь. Не знаю, какие ветра занесли его в нашу деревеньку, но, не окажись он там, мой брат, наверное, и правда отправился бы в мир иной. А так, его мигом поставили на ноги. Лекарь даже не попросил ничего взамен. Просто ушел. Я очень хотел отблагодарить его хоть как-то, потому и зациклился на идее каким-то образом научиться оставлять послания людям. Так и получилось. Правда лекаря я так и не смог поблагодарить, хотя, пока был в деревне, постоянно ставил шарики с сообщениями на входе.             – Брат… Ты же говорил, что он скоро должен прибыть в академию?             – Угу. Не знаю, чего он так задерживается. Говорил, что у него дела... – в голосе Мауза одновременно звучали страх и печаль.             – Расслабься.             – Пытаюсь…             Вскоре кончился перерыв, за ним уроки у большинства классов, после чего Мауз и Эш решили бесцельно погулять по кампусу. Разговаривая на какие-то отвлеченные темы, они затем наткнулись на Юнону и Виктора, которые, видимо, тоже бесцельно расхаживали.             – О, Юно, Вик! – закричал Эш. Еще неделю назад он посчитал, что выговаривать их имена на постоянной основе куда более сложно и неловко, чем выговаривать имя, допустим, Анте, поэтому он решил украсть их прозвища друг у друга.             – Здравствуйте, – тихо и зачем-то почтительно проговорил Мауз, хотя они все были одного возраста.             – Привет-привет, – сказала Юнона, широко улыбаясь.             Виктор же просто кивнул.             – Честно говоря, я очень озадачена…             – Чем? – Эш склонил голову в сторону.             – Да все о Рейне. Помнишь, как я говорила, что он какой-то смурной и ни с кем толком не общается?             – Ну, – подгонял Эш.             – Мы с Виком посплетничали, и нам вот что показалось странным… Кроме Ионы он общается только с Войдом.             Эш скривил лицо в гримасе отвращения.             – И это после того, как они чуть друг друга не переубивали? – спросил Мауз.             – Может, успели сдружиться, пока площадки подметали? – хихикая сказал Эш.             – Совместное наказание и впрямь могло бы сплотить, хаха, – добавил Мауз.             – Да тут какое дело… – вмешался Виктор. – Общаются они не то чтобы дружно. Вчера после ужина Ноа мыла посуду, а Юно вытирала ее и убирала по местам. Эти двое, сидя за столом, принялись спорить по поводу роли женщины в отношениях, где один утверждал, что женщина, цитата: “Должна быть как мешок картошки. Недвижимое тело, созданное для того, чтобы мужик этот мешок пинал, а потом корчился от боли в ноге”, – что он этим хотел сказать я, честно, не представляю. Второй в сердцах заявлял, что: “Женщина – светоч! Кладезь мудрости и хранитель уюта. Будет ли мешок картошки мыть за тебя посуду и готовить еду?” Готов только позавидовать выдержке Юно и Ноа за то, что болтали о своем и игнорировали их…             – Если что, никто из них помочь с посудой не пытался, даже когда им предложили, – Юнона сказала с видимым раздражением. – Угадайте, кстати, чья фраза кому принадлежит…             – Про мешок картошки, наверное, Войду… – сказал Эш.             – Не иначе, – согласился Мауз.             – В общем, общежитие вместе с ними в какой-то балаган превратилось. А Анте вот хитер, сбежал на улицу сразу после ужина.             – Оставил нас! – трагично добавила Юнона.             – Я б так же сделал, – не постеснялся добавить Эш.             – Да уж кто бы сомневался… Хм? – Юнона посмотрела за Эшем и Маузом. Какая-то странная фигура перелезала через забор, после чего мигом побежала в лес.             – Это же… Кажется, что это Эйс, – сказал Мауз, после чего поспешил объяснить Юноне и Виктору: – Одноклассник наш.             – …Побежали за ним, – сказал Эш, задорно улыбаясь.             – Может, не стоит? – сказал Виктор.             – Он может и в опасность попасть… – озвучил Мауз.             Было принято решение все-таки пойти. Дождавшись Виктора, который сходил на всякий случай за фонариком, вся группа точно так же перелезла через забор, после чего направилась в лес.             В это же время в общежитии класса А-0 снова вот-вот должен будет разразиться громкий спор. В этот раз, правда, лицезреет его куда более ограниченное число людей: Рита и Иона сидели в своих комнатах после ужина, а Виктор и Юнона уже находились в лесу, оставляя на первом этаже только Анте, Ноа, Войда и Рейна.             – Анте, – позвала Ноа, – помоги с посудой. Я помою, ты уберешь.             – Да, мэм.             По большей части кухней заведовали именно Ноа и Анте: именно они обычно готовили ужин на все общежитие. Так что и убирались преимущественно они сами, Виктор и Юнона разве что изредка могли помочь. Остальные банально отказывались либо смывались прежде, чем их могли настигнуть, а просить Иону было как-то неловко.             У Рейна была в руках газета, которую он терпеливо и тщательно читал.             – О, а тут где-то продаются “Грезы Анорты”? – спросил сидящий рядом Войд.             – Ага. Там рядом с главным учебным корпусом есть киоск типографии. В целом там есть разные печатные обоих стран, если интересно, – объяснял Рейн.             – Ноа, отойди немного, – сказал Анте. Шкафчик с кастрюлями находился прямо над ней, и Анте хотел сразу убрать одну из них. Ноа молча повиновалась.             – Они тут рекламируют препарат, скрывающий энергетические цепи на коже. Я бы на твоем месте приобрел пару баночек.             – О, мне не нужно, – мелодично произнес Войд. – Я и так прекрасен.             – …Поганище, – бегло прокомментировал Рейн, продолжая читать газету.             – Ты слишком близко, Анте…             – Простите великодушно. На кухне маловато места.             Все продолжалось мило и цивильно еще ближайшие десять минут. Анте и Ноа вяло обменивались репликами во время мытья посуды, Рейн изредка сообщал Войду о каких-то новостях, которые Войда, правда, особо не цепляли. Тем не менее, покою и уюту несчастного общежития не было суждено продлиться:             – …Это ж издевательство, – сказал Рейн, недоверчиво читая ужаснувшие его строки снова и снова.             – Что именно? – Войд заинтересовался.             Статья, на которую пальцем показывал Рейн, гласила следующее:             Закон, касающийся камней душ             На днях королем всея Анорты был подписан закон, касающийся дистрибьюции и прав на владение камнями душ. Отныне любой, кто эти камни находит, будет обязан сдавать их, а если месторождение, то сообщать о нем. Все те камни душ, что сейчас находятся на руках у всех остальных граждан, будут изъяты. Это касается в том числе различных аксессуаров и ювелирных изделий, если в них содержатся камни душ. За неповиновение следуют штрафы до ста тысяч нодов с последующей конфискацией камней.             Чтобы владеть камнями душ легально отныне потребуется соответствующая лицензия, которую преимущественно могут получить только медики, полицейские, ученые, военные и лица всех тех структур, где наличие запасной энергии может оказаться решающим.             Закон официально вступит в силу первого февраля 1158 года.             – Не вижу в этом законе ничего плохого, мой друг. Наоборот, посуди сам: теперь не будет проблем у тех же врачей при лечении энергией, ведь в крайнем случае из-за камней душ ее всегда можно будет достать.             – А как часто у них вообще бывали с этим проблемы? – недоверчиво спросил Рейн.             – Ну… Случаев немного, но те, что были, – фатальны.             – Как по мне, так это просто очередной закон, призванный ограничить граждан.             – Ты просто слишком дорожишь своими камушками.             – Так потому что они ценны! – вспылил Рейн. – Я не верю, что ты не знаешь, сколь полезны они способны быть. Да и по твоей логике ты сейчас против меня, а значит, камней душ у тебя нет?             – Есть. Я тебе больше скажу, милый друг: они у меня будут даже после вступления закона в силу, – Войд все больше кривил лицо, видя негодование и нарастающий гнев собеседника, которого за последние несколько дней он так полюбил выводить из себя.             – Какого черта… И кто ты такой, что заслуживает права на владение?             – А я не скажу, – Войд засмеялся.             – Вам двоим что, делать нечего? – поинтересовалась Ноа. Они оба закончили с посудой и сейчас облокачивались на кухонный гарнитур, наблюдая за зрелищем, чтобы в случае чего вмешаться.             – Я, конечно, тоже не согласна, – продолжала она, – но трясти все здание своими криками из-за этого, как в прошлый раз, необязательно.             – Ооо, еще один малыш либерал, а? – чуть ли не игриво сказал Войд, смотря теперь на Ноа.             – Нет, это просто иррационально. Анорта полна месторождений, но почему-то ответственность за государственные запасы камней душ должны теперь нести мы, граждане. А ведь деньги, потраченные на установление этого идиотского закона могли пойти на развитие структур, которые и занимаются нахождением и извлечением камней душ.             – Господа граждане Анорты и Анте, – Войд обратился и к Анте, хотя тот еще ни коим образом не вступал в дискуссию, – вы не понимаете одной важной вещи. Камни душ в руках простых смертных – крайне опасное орудие. Энергия и без того штука серьезная, так что такие ограничения сделают нашу страну только свободнее от тяжелых преступлений.             – Преступники, если им надо, сами добудут эти камни душ. Им-то какая разница, нарушат они один закон или два? – снова включился Рейн.             “Это будет долго…” – пронеслось в мыслях Анте.             Эш вместе с остальными, тем временем, забрели довольно-таки глубоко в лес.             – …Смотрите, – тихо и как-то немного опасливо проговорил Виктор, тыкая пальцем по направлению к следам. Там, куда он указывал, они обрывались.             – Что-то мне страшно… – сказала Юнона.             – Тоже… – добавил Мауз.             – Не робейте! Сейчас, должно быть, самое интересное начнется! – подбадривал Эш.             – К тому же мы уже слишком глубоко. Если одноклассник Эша в опасности, то повернуть назад мы уже не можем. Но будьте начеку, – предупредил Виктор.             Минут пять спустя компания услышала громкий, пронзительный вой, сотрясавший деревья вокруг и вселявший панику.             – Мама! – крикнул Эш, цепляясь за ручку Юноны. Та, впрочем, вцепилась в ответ в видимом ужасе.             – …Нас четверо. Мы владеем энергией. Какая бы тварь нас дальше не ждала, мы возьмем числом, – сам не веря в свои слова убеждал остальных Виктор.             Вскоре тварь объявилась, а вместе с ней и заблудший ученик.             – О, Эш, дружище! Не поможешь? – сказал Эйс. Он свисал с дерева головой вниз, прикованный к нему какой-то серой субстанцией, – должно быть, энергией. Вокруг дерева кружило и выло какое-то летающее полупрозрачное бесцветное создание с огромной пастью. По бокам его были длинные как будто жидкие лапы. Завидев компанию, тварь зарядила во рту огромный серый энергетический шар, запустила его и заставила группу броситься врассыпную.             – Ч-что это? – спросил Мауз, создавая голубой меч. Виктор последовал его примеру, Юнона создала молот и подняла его над головой, а Эш покрыл свои ладони энергией. Конфронтация была неизбежна.             – Это… – начал Эш, знающий о местной фауне куда больше остальных. – Клептон. Это чудище любит воровать людей, затем, привязывая их к деревьям и покрывая ягодами, поглощает их за один раз. Если бы мы запоздали, Эйс был бы уже в ее желудке.             И действительно, с Эйса свисали горсти красных и черных ягодок. Очевидно, он был уже готов для ужина.             Виктор активировал глаз и попытался отвлечь внимание клептона на себя. Ему думалось, что возможность анализировать тварь даст ему преимущество, но, увы, тварь превзошла все его ожидания, одним быстрым движением хватая его ногу и мигом приковывая его к другому дереву.             – Вик! – отчаянно крикнула Юнона.             Она попыталась поймать животное своим молотом, но то оказалось слишком быстро. Глаза Мауза были не приспособлены для битвы, а его владение энергией в целом было умопомрачительно средним. По этой причине они оба вскоре были так же пойманы и обездвижены, оставляя Эша одного.             “Черт… Черт! Что мне делать?!”, – Эш сильно паниковал.             В это же время в общежитии прозвучали реплики, описанные еще до того, как пришлось обратиться к занятиям Эша для пояснения. Теперь там происходил совершеннейший цирк:             – Ты ж чертов софист! – пальцем указывал на Войда Рейн, крича: – Я наконец-то тебя понял! Ты просто принимаешь ту точку зрения, которая будет злить меня больше всего, да? Эксцентричное говорливое поганище! – Рейн был в абсолютном исступлении.             – Ха-ха, я рад, что ты наконец-то понял! Ну кто ж виноват, что ты реагируешь настолько смешно! Само собой этот закон – хотя он меня никак не коснется – полный провал! Зато какие эмоции это у тебя вызывает! Целый калейдоскоп удовольствий для меня! – Войд кричал в видимом помешательстве и экстазе.             – Анте… – Ноа потянула Анте за рукав. – Нам нужно что-то сделать.             Ее лицо было очень обеспокоенно. Настолько горячо они еще не спорили, так что высок был риск очередной драки. В этот момент в Анте что-то проснулось. И это было не чувство справедливости, не желание угомонить людей, с которыми ему еще учиться и учиться, – вовсе нет. Это было желание защитить девушку, которая, правда, он думал, что и сама была способна постоять за себя, но видимо такой уровень безумия вкупе с участием Войда ее пугал.             Анте встал посреди гостиной.             – Придурки! – крикнул он. Было не время робеть перед Войдом и стесняться обычно неразговорчивого Рейна.             – Как долго вы двое собираетесь продолжать эту клоунаду? Когда вам обоим будет достаточно?!             – Анте… – начал Войд с недовольным лицом. – Это не твое дело.             – Еще как мое! Вы жрете то, что готовим мы с Ноа, и вместо благодарности мы слышим ваши бесконечные споры уже несколько дней подряд! – Анте был до той степени возбужден, что его аметист пробудился сам по себе. – Я это терпеть более не собираюсь. Войд! – Анте ткнул в того пальцем. – Я, знаешь, тактично умалчивал про претензии к тебе. Посмел думать, что среда, наша в основном вроде бы положительная среда, сможет тебя ну хоть немножко образумить! Но эти полторы недели я все больше разочаровывался не в тебе, нет, разочаровывался в собственном о тебе мнении! Ты действительно самое противное существо, что я когда-либо видел! Агх, к черту!             Анте схватил свои волосы, еле контролируя злость. Правду говорят, что в тихом омуте черти водятся. Остальные трое потеряли дар речи.             – Рейн… – уже тише продолжал он. – Ты безусловно лучше Войда. Лучше! Но неужели ты до той степени глуп, чтобы попадаться на его уловки каждый божий раз? И подумай, что сказал бы Иона, увидь он тебя таким разъяренным? Да он бы тут же заплакал! А ты, Войд, – Анте переключил внимание, – неужели ты не видишь, что происходит с Ноа, когда ты в очередной раз занимаешься какой-то инфернальной чертовщиной?! Ноа мне рассказывала: она была единственным твоим сверстником, который пытался с тобой контактировать, дружить; она давала тебе шанс исправиться каждый раз, когда ты ее разочаровывал! Мне она на днях таким поделилась, я готов был волосы на себе рвать от злости! Ты ей пожаловался как-то раз, что никто тебя не понимает и от чего-то сверстники твои обходят тебя стороной. Ноа вежливо заметила, что твои действия порой действительно сильно пугают и что тебе стоит свои “изыскания” – прошу прощения за это ни черта не подходящее слово! – прятать куда подальше, если ты правда хочешь стать частью общества. И что ты ей ответил? Ты разорался, заявляя, что твои цели превыше всего и что ты не потерпишь ее насмешек! Ты пригрозил бедной девушке пощечиной! Что ж ты тогда ей жаловался? Ты ожидал от нее услышать, что ты во всем идеальный, или что?! Отвечай! Живо отвечай!             – Анте! – Ноа крикнула, хватая того за руку, продолжая затем очень тихим голосом: – Все хорошо. Ты сделал достаточно. Спасибо…             В Это время у Эша были серьезные такие проблемы. Благодаря своей мобильности он был способен вполне избегать атаки твари, но не более того: напасть в ответ было крайне проблематично, а без этого спасти друзей не удастся.             “Чертова падаль! – неслись мысли Эша в его голове. – Нет, умирать я здесь не намерен. Но я не могу понять, что мне делать! Думай, мистер Райт, думай! Стой, какой к черту мистер Райт?! Дедушка Иоганн на меня плохо влияет…”             – Эш! – воскликнул Мауз. – Камень душ! У тебя же есть с собой?             – Д-да! – сказал Эш, едва уворачиваясь от цепкой хватки клептона. – А зачем?             – Может, если ты его зарядишь, а затем используешь в комбинации со своей энергией, то сможешь превзойти скорость клептона?             – …Это прекрасная идея! Это действительно может сработать, – сказал Виктор, очевидно знавший про камни душ чуть больше, чем остальные присутствующие. Юноне сразу полегчало, ведь если это сказал Виктор, у которого все всегда получалось, то значит больше можно было не беспокоиться.             – Я попробую, – неуверенно сказал Эш, доставая из кармана камешек душ и заряжая его.             Он отпрыгнул от очередной атаки клептона, обошел дерево и исподтишка с высвобожденной энергией от камня душ напал на него, развив достаточную скорость, чтобы тварь не увернулась. Шар голубой энергии из ладони Эша сильно повредил полупрозрачную кожу существа, заставляя то отпрянуть. Сдаваться оно еще не было готово, а зря: Эш, как он и любит, повторил свой трюк еще где-то пять раз, а глупое животное не понимало, что делать. Наконец клептон с позором скрылся в деревьях, прекрасно понимая, что еще несколько ударов бы его убили.             – Оно не вернется, Эш? – слабо спросила Юнона.             – Не должно… Эти твари чувствуют опасность хорошо. Сразу бегут и не возвращаются. Черт, я почти на нуле…             – Освободи меня, Эш. Я затем освобожу всех остальных, – сказал Виктор. Его самолюбие было сильно задето быстрым поражением клептону, так что он хотел ну хоть немного восстановить свою репутацию.             Эш так и сделал. Тяжело дыша, он разорвал серые энергетические путы голубым шаром, после чего Виктор упал на землю. Разминая отекшие мышцы, он направился к Юноне (конечно он сперва освободит ее!). Затем он разорвал путы Мауза, а после – Эйса, чье пребывание здесь все еще вызывало много вопросов.             Все пятеро затем выдвинулись. Виктор нес перепуганную Юнону на спине, а Мауз нес на своей Эша, ибо он “очень устал и вообше всех спас!”. Мауз не мог спорить с ним, и Эш прекрасно знал это и пользовался. Впрочем, Мауз был неплохо развит физически, а Эш весил немного, так что всех все устраивало.             – Эйс! – позвал Эш Эйса, который стыдливо потуплял голову. – Что ты тут делал?             – Как бы вам так сказать… Я стащил камень душ с кафедры учителя! – выпалил он.             – …Что? – практически синхронно воскликнули все остальные, дивясь такому ответу.             – Вот, – Эйс вытащил тот самый камень, который Иоганн показывал любимым ученикам.             – Тыыы!.. – Эш злился. – Ты предал доверие дедушки Иоганна! Мы нажалуемся!             – Что?! Молю, нет! Что угодно! Я не хочу подметать площадки, как те два придурка из класса А-0!             – …Знаешь, Юно. Мне жаль, что наш класс теперь знаменит только Рейном и Войдом… – Виктор был раздосадован. – Юно?             Юнона в какой-то момент успела уснуть, положив голову на крепкое плечо Виктора.             – …Эйс, – Виктор затем обратился к нему. – Это все равно бесполезно. О пропаже камня, скорее всего, и так уже известно. А зачем ты сюда-то шел с ним?             – Надеялся закопать, чтоб никто и не понял, что это я был. А я бы потом вернулся и забрал.             – …Ну ты и дурак, – Эш тоже уже чуть ли не засыпал.             В общежитии была мертвецкая тишина. Что Рейн, что, удивительно, Войд стыдливо молчали. Наконец, Войд заговорил:             – …Мне очень жаль, – это было самое искреннее, что Анте слышал от него за полторы недели. И Анте еще не понимал, но в этот момент он завладел новой силой – силой контроля над Войдом. Ему никогда еще не было настолько стыдно, но почему-то слова деревенского парня со способностью, которая интриговала его больше всего, заставляли его чувствовать жгучее раскаяние. Позже Анте еще не раз будет этим пользоваться, но пока что он просто принял извинения:             – …Я буду верить, что ты это искренне.             – Мне тоже очень жаль, Анте! – Рейн упал на колени.             – Ч-что? Встань ты! Я на тебя даже не так сильно злюсь. Не ты один на слова Войда так бурно реагируешь, все в порядке.             – Анте, – тихо обратилась Ноа. – Я… Я рада, что ты за меня заступился. Но… Не злись так больше, хорошо? Ты пугаешь так даже больше, чем Войд…             – П-прости…             – Н-нет, не извиняйся. Просто имей ввиду. Спасибо…             Ноа мигом сбежала наверх, пряча в себе свои противоречивые чувства: страх, уважение, благодарность, даже некоторый трепет. Войд тоже не мог вытерпеть тот стыд, что его накрыл, так что он пошел на улицу.             Рейн и Анте сели на диванчик.             – …Что ты думаешь об этом законе, Анте? – Рейну почему-то теперь было интересно поговорить с ним.             – …Мне кажется, начало у него доброе. Дать больше камней тем, кому они необходимы, упрощая их работу, а всех остальных граждан обезопасить. Однако добиться этого можно и другими способами, как говорила Ноа… Не знаю, в общем. Я, увы, чужак. В Ламенте ничего подобного я вспомнить не могу, да и не интересуюсь я.             – Нет, это очень благоразумный ответ, очень благоразумный! Ты смог объединить в себе все три точки зрения и сделать такой замечательный вывод!             – …Да брось, – Анте, тем не менее, улыбался.             Они еще полчаса обсуждали всякое, и Рейну было невероятно интересно. Так Анте и Рейн, два тихих (обычно) парня подружились.             Эйс был сдан с потрохами, получив в наказание ходить за Лорой и подметать весь вечер дорожки, пока она будет их восстанавливать. А Эш был удостоен высшей и пространной похвалы от Иоганна. Юнону Виктор уложил спать, погладив ту по голове напоследок, после чего разговорился с Анте о своих приключениях и услышал о конфликте, произошедшем в общежитии. Анте стыдливо ждал, что Виктор его обругает, но нет, он наоборот похвалил Анте и сказал, цитата: “Мы обязаны заступаться за девушек! Анте, с каждым днем я уважаю тебя все больше и больше!”             Так и закончился безумный день в Аланиме.