Глава 3. Побег.

      — Ну и что мы будем делать, господин Инспектор?       Драко обошел стол, бросив на нее быстрый, оценивающий взгляд, и принялся осматривать кабинет с деловитостью, которая, казалось, противоречила его напряженному виду.       — Выживать, Уизли, — не оборачиваясь, ответил он.       Джинни сглотнула, пытаясь подавить нарастающую панику. Она тоже должна была взять себя в руки. Вспомнить все, чему научилась за годы работы в журналистике, в квиддиче, в борьбе с Пожирателями. Нельзя поддаваться страху. Нужно думать.       — Мы на третьем этаже, — она подошла к окну.       Запаянное. Ничего не видно, только кромешная тьма. Даже если бы окно можно было открыть, что бы она увидела? Что-то хуже, чем сейчас?       — Предлагаешь выброситься из окна?       — Ты же волшебник Малфой, для чего тебе палочка, — фыркнула она. — Но ничего не получится, на окнах сильные чары. Наверное чтобы никакая зараза не смогла выбраться в мир.       Внезапно, мелькнула тень. Неясная, быстро скользящая, но достаточно отчетливая, чтобы заставить ее вздрогнуть. Она всмотрелась внимательнее, прищурив глаза. Ничего.       — Нашел что-нибудь? — спросила она, не отрывая взгляда от окна.       — Нет, — ответил Малфой, не поворачиваясь. Он открыл аптечку, и Джинни увидела, что она практически пуста. — Черт. Медоуз, видимо, использовал все, что у него было.       Тень мелькнула снова. На этот раз она была более отчетливой, как будто что-то двигалось за стеклом, приближаясь к ним.       — Там кто-то есть, — прошептала Джинни, пальцы судорожно сжали палочку. — За окном.       Малфой обернулся, его взгляд мгновенно стал настороженным. Его серые глаза быстро скользили по кабинету, оценивая возможные укрытия и пути отступления. Он подошел к Джинни.       — Там не может быть ничего. Вирус внутри здания, Уизли. Если бы он вырвался наружу, нас бы выпустили.       Вдруг что-то хлопнуло около дверей и Джинни схватила мужчину за руку.       — Испугалась, Уизлетта?       Девушка тут же отпустила руку и поправила блузку.       — Вот еще, хорек.       Малфой закатил глаза, а из коридора доносились звуки, которые нельзя было описать иначе, как хаотичные. Глухие удары, приглушенные крики, перешептывания и… странный, болезненный смех, который словно исходил из нескольких разных мест одновременно. Было в нем что-то неестественное, искаженное, как будто кто-то пытается смеяться, но не может.       Джинни подошла к двери. Теперь ей тоже послышался этот смех, холодный, неприятный, от которого по спине бежали мурашки. И еще что-то… словно тяжелое, волочащееся.       — Что там? — прошептала она.       Малфой покачал головой.       — Не знаю. Что-то… не человеческое.       В этот момент в дверь кабинета раздался настойчивый, скребущий стук. Несколько глухих ударов, затем пауза, затем снова. Словно кто-то пытался привлечь внимание, но делал это неумело, нервно.       — Нам нужно выбираться, — тихо заметил Драко.       — Но Медоуз сказал ждать!       — Не бойся, Уизли, я смогу тебя защитить.       Джинни сузила глаза и поджала губы, толи она злилась, толи сдерживала истеричный смех.       — Ладно пошли, только убери эту ухмылочку, — Джинни решительно шагнула к двери, но Малфой перехватил ее руку.       — Подожди, — он нахмурился, его взгляд был сосредоточен. — Прежде чем что-то делать, нам нужен план.       Он отпустил ее руку и, не говоря больше ни слова, прислушался. Джинни стояла рядом, ее сердце бешено колотилось. Он старался шутить, но она чувствовала напряжение, исходящее от него. Нельзя было сказать, чтобы Малфой был дружелюбным, но сейчас он был… сосредоточенным. Это было необычно. Прошло несколько мучительных секунд. Малфой выпрямился, его лицо стало еще более бледным, чем обычно.       — Судя по всему, там не человек…       Он посмотрел на нее, его глаза были полны настороженности.       — Галлюцинации?       — Возможно, — ответил он, и в его голосе послышалась странная смесь страха и… любопытства? — Но я думаю, что это немного сложнее.       — Было что-то подобное в твоей практике?       — Нет.       В этот момент в коридоре раздался крик. Дикий, полный ужаса крик, который тут же оборвался. В этот раз, в отличие от предыдущих, Джинни показалось, что она расслышала звук тяжелого удара, а затем — тишину.       — Что же нам делать? — Джинни снова почувствовала, как нарастает паника.       — Либо оставаться здесь и ждать, пока оно доберется до нас, либо попробовать выбраться отсюда. И первое, и второе может быть опасно.       — И какой вариант ты выбираешь? — спросила Джинни.       Малфой посмотрел на нее.       — А ты что предпочитаешь?       — Это ты у нас в Министерстве работаешь, Малфой. Так что решай!       — Я думаю, что нам нужно попробовать выбраться отсюда, — наконец сказал он.       Джинни кивнула. Она понимала, что у них нет другого выбора. Малфой снова оглядел кабинет. Его взгляд остановился на книжных полках, заставленных старыми томами о магических болезнях и зельях.       — Что такое?       — У Медоуза наверняка были какие-то наработки…       Он подошел к книжным полкам и начал быстро осматривать корешки книг, выискивая что-то определенное. Джинни наблюдала за ним, пытаясь подавить нарастающую тревогу. Она знала, что Малфой умен, иначе его бы не взяли на работу в Министерство, и способен быстро принимать решения, но сможет ли он справиться с этой ситуацией?       В этот момент ее зрение на мгновение поплыло, а в ушах зазвенело. Она моргнула, пытаясь вернуть себе ясность.       — Ты в порядке? — спросил Малфой, обернувшись. Его лицо вдруг показалось ей размытым, неестественно бледным.       — Да, — ответила она, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Просто… немного кружится голова.       Малфой нахмурился.       — Зелье должно было уже подействовать. Ты уверена, что выпила свою дозу?       — Конечно, я что дура по-твоему?       Она моргнула, пытаясь вернуть себе ясность. Все предметы в кабинете казались немного искаженными. Словно через кривое стекло.       — Проклятье… — пробормотал Драко, его взгляд сосредоточился на ней. — Значит, вирус начинает действовать.       Она потерла виски, пытаясь прогнать нарастающую слабость.       — Что за дерьмовый день, — простонала она.       — Постарайся сохранять спокойствие, — он снова повернулся к книжным полкам, его движения стали более нервными. — И не доверяй своим глазам. И своим ушам.       В этот момент в коридоре раздался новый звук. Не крик. Не смех. Что-то другое. Словно тихие шаги, приближающиеся к двери. Джинни и Драко переглянулись. Мужчина резко развернулся и, вытащив палочку, направил ее на дверь. Его лицо было напряжено, глаза — сосредоточены. Дверь начала дрожать. Удара не последовало. Вместо этого раздался тихий, почти шепчущий голос.       — Джинни? Это ты? Открой, пожалуйста…       Сердце Джинни пропустило удар. Она узнала этот голос.       — Рон? — прошептала она, не веря своим ушам.       Малфой схватил ее за руку.       — Стой! — резко произнес он. — Это ловушка!       Джинни попыталась вырваться, но он держал ее крепко. В больнице был Рон? А если здесь и Гермиона с детьми?       — Рон! Что с тобой? — закричала она, пытаясь игнорировать растущее в ней чувство тревоги.       — Джинни, открой! Мне нужна помощь… — Голос Рона был тихим, хриплым, словно он страдал от сильной простуды.       — Это не Рон, — настаивал Малфой.       В этот момент дверь кабинета начала медленно открываться. Неизвестная сила толкала ее наружу. Джинни боролась с Малфоем, пытаясь освободиться, но он держал ее слишком крепко.       — Отпусти меня! — закричала она. — Рон!       Малфой покачал головой, его глаза были полны решимости. Он направил палочку на дверь и произнес заклинание.       — Alohomora!       Дверь захлопнулась с громким хлопком.       — Что ты наделал?!       — Я спас тебя.       — Это был Рон! — воскликнула она. — Я должна была ему помочь!       Малфой покачал головой.       — Это была иллюзия. Галлюцинация. Вирус так действует. Он пытается проникнуть к нам через твои самые большие страхи.       Джинни смотрела на него, пытаясь осознать происходящее. Он был прав? Рон… это был не Рон? Но голос… Неужели она сходит с ума? В этот момент в коридоре раздался новый звук. Тихий, хриплый смех. И голос — теперь уже ее собственный.       — Не бойся, Джинни… Я помогу тебе…       Она вздрогнула.       — Давай уходить!       Внезапно, ей показалось, что в комнате стало холоднее. Или это была просто галлюцинация? Она посмотрела на Драко и заметила, что его взгляд тоже был прикован к двери. Его лицо стало еще более бледным, чем обычно.       — Что ты видишь? — спросила она, ее голос был едва слышен.       Малфой покачал головой. — Ничего хорошего, Уизли. Ничего хорошего.       Дверь кабинета дрожала, будто кто-то пытался выбить ее. Снаружи звучал шепот, смешанный с отголосками ее собственного голоса, произносящего ее имя, заманивающего, соблазняющего. Джинни крепко сжала палочку, пытаясь удержать контроль над собой. Она знала, что это ловушка, но часть ее все равно хотела поддаться, распахнуть дверь и броситься в объятия того, кого она любила.       — Уизли, думай о чем-то другом. О чем-то реальном. О чем-то, что поможет тебе удержаться. Его слова прозвучали странно убедительно, словно они были каким-то заклинанием. Джинни глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться. Она закрыла глаза, вспоминая о самых ярких моментах своей жизни: победа в квиддич, рождение племянников, смех с друзьями. Но образы меркли, искажались, превращались в странные, кошмарные версии. Рон, улыбающийся ей из-за разрушенной двери, уже не был Роном, а чем-то жутким, неестественным. Гарри, обнимающий ее, превращался в тень, протягивающую к ней когтистые руки.       — Не сдавайся, — тихо сказал Драко, его голос пробился сквозь хаос мыслей. — Думай о чем-то, что ты ненавидишь.       Что она ненавидела? Было много вещей. Несправедливость, предательство, ложь… Но сейчас все они казались слишком размытыми, нереальными. Малфой подошел ближе. Его глаза были сосредоточены, он, казалось, больше боролся с чем-то внутри себя. Он заглянул ей в глаза, словно пытаясь найти там опору.       — Вспомни, что тебе пришлось пережить, — прошептал он. — Вспомни, что ты сделала. Вспомни, как ты боролась.       Он говорил о войне. О дневнике Реддла. О том, как она сама стала частью зла. Об ужасах, которые она видела. Джинни открыла глаза, и, к своему удивлению, увидела не извращенные образы, а резкие, четкие черты лица Драко. Он стоял так близко, что она почувствовала его дыхание на своей коже. Это был он, а не мираж, не галлюцинация. Она видела его, сосредоточенного и напряженного, как будто он сам сражался со своими собственными демонами.       Дверь продолжала дрожать, но шепот затих.       — Хорошо, — сказала Джинни, чувствуя, как внутри нее начинает зарождаться решимость.       В этот момент дверь кабинета распахнулась. В проеме стояло существо, которое когда-то, возможно, было человеком. Его лицо было искажено гримасой ужаса и гнева, а глаза были пустыми. Тело дрожало. Это был Рон, но не тот Рон, которого она знала.       — Джинни… — прохрипело оно, протягивая к ней руки. — Помоги…       Джинни вскрикнула, отступая назад. Малфой заслонил ее собой, выставив вперед палочку.       — Stupefy!       Из палочки вылетел яркий луч света, который поразил существо в грудь. Оно отлетело назад, ударившись о стену.       — Уходим! — крикнул он.       Они выскочили из кабинета. В коридоре царил хаос. Люди кричали, падали, некоторые из них были поражены вирусом. Их лица были искажены страхом и гневом. Джинни оглянулась. Существо, которое было Роном, поднялось на ноги. Его глаза были прикованы к ней.       — Беги! — крикнул Малфой, хватая ее за руку.       Они побежали по коридору, прочь от кабинета, прочь от кошмара. Она споткнулась, чуть не упала, но Малфой удержал ее, не отпуская руки.       — Осторожнее…       Они бежали. Бежали по коридорам Сент-Мунго, превратившимся в лабиринт кошмаров. Крики, стоны, шаги — все смешалось в какофонию уж‌аса, преследовавшую их по пятам. Вирус, распространяясь, все сильнее захватывал больницу, превращая врачей, пациентов и посетителей в безумных монстров, ведомых лишь одним желанием — уничтожать. Джинни, задыхаясь, не могла понять, куда они бегут. Все казалось одинаковым: одинаковые двери, одинаковые коридоры, одинаковый запах зелий, смешанный с запахом гнили. Ее зрение временами затуманивалось, в ушах звенело. Но рядом был Драко. Он не отпускал ее руку, ведя вперед, словно опытный проводник по дорогам ада.       — Куда мы? — выдохнула она, пытаясь поспевать за его быстрыми шагами.       — К выходу, — коротко ответил он, не замедляя бега.       Они пробежали мимо нескольких палат, из которых доносились душераздирающие крики. Некоторые двери были сломаны, и Джинни мельком видела искаженные лица.       — Stupefy! — вдруг крикнул Драко, выставив палочку вперед.       Яркий луч света поразил приближавшегося к ним мужчину, превратившегося в подобие монстра. Он отлетел назад, врезавшись в стену и осев без движения. Джинни держала палочку наготове, готовясь защищать себя и Драко. Вдруг у нее закружилась голова. Она пошатнулась.       — С тобой все в порядке? — спросил Драко, резко остановившись.       — Да, — соврала Джинни, пытаясь вернуть себе равновесие. — Просто… немного кружится голова.       Они побежали дальше, но теперь Джинни чувствовала себя все хуже. Ей казалось, что стены коридора сжимаются, а воздух становится все более густым и тяжелым. Ее зрение двоилось, и она с трудом различала предметы. Вдруг перед ними возникла фигура. Женщина, в белом халате, с окровавленным лицом. Ее глаза были пустыми, а губы искривлены в жуткой улыбке.       — Ты здесь не нужна, — прошептала она, протягивая к Джинни руки. — Ты должна уйти… Галлюцинации становились сильнее.       — Мама… — прошептала Джинни, не в силах оторвать взгляд от видения.       — Ты должна уйти… Ты не должна быть здесь… — продолжала она, ее голос звучал все более зловеще.       Джинни зажмурилась, пытаясь прогнать видение, но оно не исчезало. В этот момент Драко схватил ее за руку и потащил за собой.       — Беги! — крикнул он.       Они побежали. Но теперь Джинни не знала, куда они бегут. Она не видела ни выхода, ни спасения. Она видела лишь кошмар. Они пробежали мимо лифта, на двери которого висела табличка «Не работает».       — Черт! — выругался Драко.       Малфой потянул её дальше и они снова побежали. Ноги горели, легкие разрывались от нехватки воздуха, и каждый вдох обжигал горло. Джинни бежала, ведомая железной хваткой Малфоя, который тащил ее за собой сквозь хаос. Коридоры изгибались, менялись, двери появлялись и исчезали. Ее зрение окончательно превратилось в лоскутное одеяло из искаженных форм и цветов. Смех, шепот, крики — все эти звуки, реальные и воображаемые, смешались в один непрерывный вой в ее ушах. Она видела тени, которые танцевали на стенах, слышала голоса, которые звали ее по имени, обещали спасение или угрожали муками.       — Быстрее, Уизли! — голос Малфоя звучал резко, но в нем не было прежней надменности, только острая, как лезвие, сосредоточенность. — Нам нужно укрытие!       Он завернул за угол, и они оказались в тупике. Перед ними была лишь небольшая, неприметная дверь, больше похожая на вход в чулан или кладовку.       — Сюда! — Малфой рванул дверь на себя.       Она открылась с громким скрипом, обнажив крошечное, темное пространство, забитое швабрами, ведрами, банками с чистящими зельями и другой хозяйственной утварью. Они буквально ввалились внутрь, Малфой захлопнул дверь за собой. Снаружи тут же раздался тяжелый удар. Что-то или кто-то врезался в дверь с такой силой, что она задрожала в проеме. Малфой применил запирающее заклинание, потом еще одно, и еще одно.