chapter 9

Грохот упавшего щита отлетел от стены тренировочного зала, ударившись о зачарованный пол и рассыпавшись на осколки света. Девушка, оттолкнутая Айрис, хохотнула и встала, отряхивая руки.  В зале пахло потом, озоном и острым адреналином. Магия висела в воздухе, как пыль. Морвелл стояла в центре, грудь вздымалась, волосы прилипли ко лбу, подбородок и нос в крови - задела чары. Но она улыбалась. Гордилась собой. Она дошла до момента, когда не падала после каждого удара, когда сама ставила блок и била первой. Со стороны наблюдала Ванесса. Холодная, как всегда, но в глазах — блеск. И тут резко и с грохотом открылась дверь, как будто кто-то вышиб её плечом. Этим «кто-то» был Теодор Нотт.  Он прошёл в зал, весь в чёрном, лицо — как натянутый трос. Глаза — светились. Мужчина шёл быстро, уверенно. Ванесса попыталась встать между ним и Айрис, но он не обратил внимания. Только бросил ей:   — Ты знала. И ничего не сказала. - мышцы на его шее дергались от злости, а глаза метали копья.    — Не здесь, Нотт, — тихо произнесла Ванесса. Но он уже был перед ее дочерью.   — Собираешься умереть, не предупредив меня? — процедил он сквозь зубы. Айрис замерла. Остальные участницы замолчали, отступив к стенам. Все чувствовали: в воздухе запахло бурей.   — Уйди отсюда, — тихо сказала она. — Мы тренируемся.   — Оу, ты тренируешься? — Он засмеялся. — А в графике написано *«подготовка к самоубийству»? - теперь напряглись его мышцы на руках под футболкой.  Блондинка в бешенстве резко прошла мимо него, бросая щит на скамью. Ее задница заметно подкачалась за эти недели тренировок. А лосины сидели на ней уж очень соблазнительно, что даже Драко с Блейзом кидали на нее взгляды.    — Ты не начальник мне, Нотт. Не любовник. И не проклятый муж. Он со злости схватил её за запястье своей сильной рукой, заставив ее закатить глаза.    — Но я стану кем-то из этого, если ты не начнёшь думать, Айрис.   — Отпусти. - она сузила зеленые глаза и воззрилась на него вверх из-за разницы в росте, она была ему по подбородок. Эти чертовы слизеринцы были как на подбор: высокие, стройные и здоровые.  Вместо ответа он потащил её через зал, мимо потрясённых девушек и молча наблюдающей Ванессы. Открыл ближайшую дверь. Комната. Полутень. Внутри — мягкая мебель, приглушённый свет и…   — Блэйз, нахрен вон! — рявкнул он. Айрис замерла. Там действительно был Блейз — развалившийся на кушетке, с полураздетой куртизанкой на коленях. Он рванулся, выругался и, полураздетый, выскользнул из комнаты с девушкой, хихикающей от неожиданности. Дверь захлопнулась. Они остались вдвоём. Тео подошёл к ней вплотную, и тишина между ними зазвенела.   — Ты хочешь погибнуть? — прошипел он. — Или доказать что? Что ты взрослая? Сильная? Или может быть незаменимая?    — Хочу помочь, — бросила она. — Мы рискуем жизнями других девушек, которые работают на меня и мою мать. Мы семья. Мне не всё равно.   — Тебе может не быть всё равно, — сказал он жёстко, — но мне не всё равно, если ты не вернёшься.   Брови девушки свелись к переносице. Она как будто бы не могла понять его слов, — Почему? — спросила она. — Почему тебе не всё равно, Теодор?  Он замер. Мужчина хоть и был жестоким тираном для остальным, но для своих друзей и нее он всегда оставался мягким и добрым.    — Потому что, — выдохнул он, — с первой секунды, когда ты вошла в тот зал с распущенными волосами и грязной футболке, я не могу перестать видеть тебя. Даже когда не хочу. И даже когда должен думать о деле, о рисках, о проклятой стратегии… я думаю о тебе. Потому что ты… живее, чем кто-либо, кого я знал. Его тело шагнуло ближе.   — Ты напоминаешь мне мою мать. В том, как идёшь вперёд, даже когда страшно. Как держишь голову высоко. Как не просишь помощи. Это чертовски притягательно и чертовски опасно.   — А ты мне — никто, — смело прошептала она.   — Тогда почему ты вся дрожишь? Айрис резко отступила к стене. Он подошёл вплотную и она ощутила под своей грудью его мышцы. Их дыхание слилось. Она впервые увидела его глаза вблизи — не просто медовые. Глубокие. Усталые. Потерянные. Молодые.    — Я не позволю тебе пойти туда, — сказал он. — Нет. Ей порядком надоело это обсуждать.    — Ты не сможешь остановить меня. Молчание. И тогда… он схватил её. Резко и грубо. Руки — на плечах, спина ударилась о стену. И поцелуй. Глубокий, захлёбывающий. Как будто всё, что он не говорил, вылилось в этот момент. И она — отвечала. Бешено, отчаянно, с тем же страхом. Когда девушка негромко простонала ему в рот, Теодор уверенно пролез языком, сражаясь с ее языком.  Он отстранился первым. Грудь тяжело вздымалась. Айрис смотрела на него, как будто впервые по-настоящему видела.   — Не делай этого, — прошептал он. — Пожалуйста. Она ничего не сказала. Только тихо вышла из комнаты, не оглянувшись. А вот сердце — осталось там, у него.