Разочаровавший оригинал

      Системы безопасности базы Эггмана были приведены в полную готовность. Мобианцы, которым удалось просочиться на четвёртый этаж, застряли на нём, ведь дальше путь преградили мутанты, укрепившиеся в коридоре. Через них даже сталкерам Джета невозможно было пройти.       Выжившие укрылись, чтобы не попасть под автоматную очередь. В эти секунды мутировавшие мобианцы уже показывали, на что способны: держать оружие в своих руках, словно они не ходячие трупы, а всё ещё личности. Айво позволил им воспользоваться навыками прошлого.       И сквозь них теперь невозможно протиснуться без посторонней помощи: глушилки самой базы Эггмана стали работать, тем самым выбивая любые попытки Вейв проникнуть на этажи с помощью дронов. Омега, к сожалению, был не в состоянии прочищать путь после битвы с мутировавшим Шедоу.       И все надеялись на Инфинита. Шакал не спешил приходить, ведь осторожность для него на первом месте. Он выдвигался со своим отрядом только сейчас, чтобы, во-первых, дозачистить первые этажи, ведь в любой момент там могли оказаться мутировавшие животные, собирающиеся с округи по зову Эггмана.       Во-вторых, информация Омеги о скрытой лаборатории побудила Инфинита застрять именно там, ведь, возможно, именно в том месте хранились ответы на вопросы о мутациях и способах противостояния ей. И пока сам штурм заглох в попытке перегруппироваться и следовать дальнейшим приказам…       Кое-кто не останавливался на своем пути. Сверху доносились звуки разбитых турелей, разрезанных огнеметов и писк сигнализации, которую именно сейчас кто-то сломал. Если снизу наступление прекратилось, то сверху никак не останавливалось. Металл Соник и Тейлз пробирались вглубь.       Лиса уже не волновало ничего, кроме Эггмана. Он жил ради его убийства. Он мыслил ради уничтожения того, кто заставил страдать весь Мобиус без исключения. Тейлз перепрыгнул ловушку под своими ногами. Она раскрылась — любой другой мобианец не смог бы допрыгнуть до выхода, но…       Лис одной силой прыжка преодолел препятствие. Металл Соник же просто пролетел сквозь ловушку. Они продолжали бежать вниз. Они были где-то на восьмом этаже, но Эггмана, к сожалению, не видели, а как ведь хотелось! Хотелось скорее разорвать его на мелкие кусочки.       А затем они проломили путь к седьмому этажу, разрывая пол под собой, дабы не лезть по лестнице, ведь оттуда как раз слышались звуки мутировавших животных. Свет замигал в помещении, будто кто-то пытался произвести перегрузку систем — похоже, Вейв хочет отомстить Эггману за уничтоженные дроны.       Металл Соник шел впереди, его оптические сенсоры сканировали каждую трещину, каждую потенциальную засаду. Тейлз двигался следом, не обращай ни на что внимание, только смотрел вперед, надеясь, что обнаружит Эггмана, надеясь, что доберется до него первым.       Они миновали очередную дверь, взломанную лазерным лучом Метал Соника. За ней открылся просторный зал управления. Экраны мерцали из-за того, что Вейв пыталась влиться в систему, но у нее ничего не получалось. На других экранах же разворачивалась битва на нижних этажах.       Шторма и Джета можно было заметить по камерам, их отряды тоже. Инфинит со своим пока скрыт в тенях лаборатории, в которых не стояли камеры. Тейлз шел дальше вместе с роботом, а затем остановился, заметив перед центральным компьютером знакомую отвратительную фигуру.

— А я надеялся, что ты полностью сломался, — раздался голос Эггмана.

      Мутант стоял посреди зала, смотря на прибывших. Айво стиснул зубы, но вместо злобы, вместо оскала — лишь улыбка, будто всё под контролем, хотя тут как посмотреть: его базу захватывают, его мутантов уничтожают, а те мутировавшие животные, которые бегут сюда со всей округи…       Еще не прибыли. Но времени мало. Как только мутанты доберутся до базы, то, к сожалению, возьмут их в окружение, в некий круг, через который невозможно выбраться выжившим без помощи. И единственный способ это предотвратить — прервать зов Эггмана. Уничтожить его любой ценой.       — Я не буду с тобой говорить… — Тейлз сжал кулаки. — Я разорву тебя прямо здесь!!!       — Скажи мне, Металл Соник, каково это предать создателя? — спросил Эггман.       — Протокол выполнен согласно заданным параметрам. В случае обнаружения деструктивного поведения со стороны создателя, предусмотрен алгоритм активации защитных мер, — заявил Металл Соник. — Это я выполняю.       Тейлз не слушал. Он ринулся вперед. Айво усмехнулся, когда лис почти подбежал к нему. Бежал он, конечно, как животное, чтобы разорвать свою цель. Истинный будущий мутант! Роботник приготовился, а затем с легкостью уклонился от первого удара когтей. Лис пробил только компьютер.       А Эггман нацелился щупальцем прямо в живот Тейлзу. Мгновение, как он зацепился за шерсть, а затем резко двинул вперед, прорываясь внутрь органов. Лис тут же отскочил, схватившись за щупальца, а затем попытавшись его вырвать, но Айво действовал быстрее, тут же возвращая конечность себе.

— Какие мы нетерпеливые, но ничего, у нас есть куча времени, чтобы поиграть, — Эггман усмехнулся, он сжал рычаг под консолью. — И мы поиграем. Как в первый раз!

      Эггман рванул рычаг под консолью. С потолка зала со скрежетом опустились тяжелые энергетические решетки, отрезая пути к отступлению. Одновременно из люков в полу выдвинулись турели, нацеливаясь на Тейлза и Металл Соника. Тейлз убрал руку с кровоточащей раны на животе.

— И В ПОСЛЕДНИЙ!!! — рычал Тейлз.

      Металл Соник открыл огонь по ближайшей установке. Сгусток плазмы разнес ее на куски. Тейлз не стал ждать. Он рванул вперед с рычанием, которое больше походило на звериный рев. Его коса описала в воздухе кровавую дугу, срезая вторую турель пополам. Он не смотрел на робота, его взгляд был прикован к Эггману.       Эггман нажал на едва заметную панель на стене. Раздался шипящий звук, и часть стены отъехала в сторону, открывая узкую шахту лифта. Мутант юркнул внутрь, едва успев увернуться от энергетического импульса Метал Соника, который оставил оплавленный след на стене рядом с проемом.

— ТЕБЕ НЕ СБЕЖАТЬ, ЭГГМАН!!! — кричал Тейлз.

      Еще три турели возникло на пути, но не сумели ничего сделать. Тейлз ударил одну ногой, тем самым срывая с петель, вторую сжал в руке, разрывая на месте, а в третью кинул косу, которая прорезала ее с такой легкостью, что вонзилась в стену, застревая именно там.       Тейлз резко взял косу, а затем остановился у шахты. Он заглянул вниз — лифт стремительно уезжал в темноту, оставляя лишь слабый световой след. Глаза лиса сузились до кровавых щелей. Он рванул за тросы, но они были гладкими, скользкими, уйти по ним быстро было невозможно. Тогда он взглянул на толстые пучки силовых кабелей, тянувшихся вдоль стен.

— ЭГГМ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АН!!!!!! — проревел Тейлз в пропасть. — ТЫ НЕ СКРОЕШЬСЯ ОТ МЕНЯ! Я НАЙДУ ТЕБЯ ДАЖЕ НА КРАЮ МОБИУСА!!!

      Но прежде чем Тейлз мог прыгнуть, за спиной Металла Соника раздался жуткий, влажный скрежет и пронзительный, свистящий звук. Робот резко развернулся, встав между Тейлзом и входом в зал. Из дыма и разрухи, оставленных турелями, вышли двое мутировавших мобианцев.       Это был Соник и Эми. На доли секунды вся ярость Тейлза будто испарилась, когда он заметил эти две фигуры. Когда смотрел на своего лучшего друга и его предполагаемую в шутку в прошлом девушку. От этого даже дыхание прервалось, а рука дрогнула у лиса, но…       Неужели сейчас он будет рефлексировать?.. Неужели сейчас он даст слабину и вместо ослепительной ярости, которая дает ему силы идти вперед, управлять собственным мутировавшим телом, он ощутит вновь пустоту? Вновь боль от осознания, что его друзья больше не вернутся?       Нет. Ярость — вот что движет им сейчас. Гнев — вот что двигает рассудок дальше. Нельзя отвлекаться. Нельзя даже позволить мыслям затуманить одну цель — Эггмана. Соник… Он был им когда-то до смерти, а Эми… Она тоже была другом… до смерти. Но сейчас это лишь мутанты.       И смотря на них нельзя испытывать ничего, кроме первоначальной цели — убить Эггмана за всё, что он сделал. Тейлз резко отвернулся от бывшего лучшего друга и просто друга. Он вновь задышал, а ярость ослепила еще сильнее, чем в прошлом. Это всё вина Эггмана. Это всё из-за Айво!

— Уничтожь их, — еле прошипел Тейлз. — Я иду за Эггманом.

— Подтверждаю, — заявил Металл Соник.

      Тейлз бросил последний взгляд на Металл Соника, затем на жуткие фигуры, пытавшихся преградить им путь вперед, дабы они отвлеклись на них. Лишь на несколько секунд в глазах лиса, горящих в тени капюшона, мелькнула боль, когда он посмотрел на Эми, на Соника, но…       Цель важнее. Он отвернулся, а затем, не раздумывая больше, Тейлз развернулся и прыгнул в темную шахту. Его мутировавшие руки вцепились в толстые силовые кабели, и он начал стремительно скользить вниз, в погоне за ненавистным мутантом, оставляя Металла Соника один на один с тенями прошлого.       Робот остался стоять, его корпус слегка наклонился в боевой стойке. Сенсоры зафиксировали движение: мутировавший Соник с рычанием рванул вперед, волоча ногу, но с неожиданной скоростью, его окровавленная пасть распахнулась. Эми замерла, ее «тюльпанный» рот сильнее приоткрылся.       Свист стал пронзительнее, а щупальца с «глазками» устремились в сторону робота, ощупывая воздух. Металл Соник поднял руку, лазерный эмиттер на ладони засветился. Это не та битва, которую он выжидал, которую хотел, чтобы доказать, что он настоящий Соник, но… Это та битва, которую ему дали.       Оптические сенсоры робота холодно скользили по мутировавшему Сонику, фиксируя неестественные пульсации вен под кожей, желтый гной, сочащийся из пустой глазницы, искривленный позвоночник. Затем сенсоры переместились на Эми, на ее лишенный черт «пень» лица с пульсирующим «бутоном» рта…       На извивающиеся щупальца-волосы и когтистые «бутоны» рук, сочащиеся кислотой. В его процессорах не возникло ничего, только разочарование. Это были не соперники. Это был мусор, который нужно утилизировать. И Металл Соник даже не хотел задерживаться здесь надолго.       Мутировавший Соник наконец-то побежал. Даже в своем изуродованном состоянии, даже волоча ногу, он сохранил остатки своей легендарной скорости. Воздух свистнул, разрезаемый синим клубком. Он появился сбоку от Металл Соника, гнилая пасть распахнулась, обнажая обломки клыков, когтистая рука рванулась к корпусу робота.       Металл Соник едва среагировал. Его корпус сместился на сантиметр влево. Когти скользнули по металлу, оставив глубокие царапины и брызги гноя. Одновременно он развернулся, его металлическая рука с раскрытыми когтями рванулась в точку, где мгновение назад была голова мутанта.       Но Соник уже исчез, оставив после себя лишь зловонный шлейф и вихревые завихрения воздуха. Удар Металл Соника врезался в пустоту. «Тюльпанный» рот Эми широко распахнулся, обнажая лес игольчатых зубов. Щупальца-волосы метнулись вперед. Одновременно она «поплыла» вперед.       Ее деревянистые ноги-корни с шипами впились в пол, и когтистая рука с размаху ударила по тому месту, где только что стоял робот. Пол под ударом прогнулся, забрызгав гноем и кислотой. Металл Соник уже был на потолке, примагнитившись к металлическим балкам.       Его сенсоры сканировали снизу. Скорость и сила. Примитивно и предсказуемо. И против робота неэффективно. Он отпустил магнитное сцепление и камнем рухнул вниз, прямо на спину мутировавшей Эми. Его ноги, оснащенные реактивными ускорителями, врезались в ее сросшееся с платьем тело с чудовищной силой.       Раздался глухой хруст и влажный хлюпающий звук. Эми рухнула на колени, ее «рот» издал не свист, а хриплый вопль боли. Кислота из ее ран зашипела на полу. Но Соник был уже тут. Он атаковал Металл Соника, а именно пространство вокруг него. Синий мутант носился вокруг него, создавая вихрь.       Воздух завыл, превращаясь в торнадо из пыли. Когда-то эта атака могла уничтожить любого робота, даже повредить Металл Соника в некоторых моментах, но сейчас… Вихрь подхватил робота и потащил в свою воронку, вращая с бешеной скоростью. Обломки бились о его корпус, статический заряд щекотал сенсоры.       Робота бросало из стороны в сторону внутри смерча. Его системы стабилизации боролись… Но это далеко не та скорость и не та мощь героя. Это далеко не тот соперник для робота… Он видел сквозь вихрь размытый силуэт Соника, создающего этот хаос, видел его искаженное лицо.       Металл Соник перестал бороться с вращением. Он перевел всю энергию в системы стабилизации корпуса, превратив себя на мгновение в застывшую фигуру внутри бури. Его правая рука с раскрытыми когтями была вытянута вперед. Прямо в тот момент, когда мутант заново кружился вокруг него.       Когти тут же пронеслись прямо по траектории бешеной скорости бывшего героя. И тут… Мутировавший Соник, неспособный уже мыслить, не смог среагировать. Он мчался с остатками своей чудовищной скорости прямо на выставленные когти соперника, а затем раздался звук, похожий на резку мокрого картона, смешанный с хрустом хрящей.       Острые металлические когти робота вошли в шею мутанта сбоку, под челюсть, и вышли с другой стороны, почти отсекая голову. Скорость сделала свое дело — когти пронеслись сквозь плоть и кость, как раскаленный нож сквозь масло. Голова Соника откинулась на лоскуты кожи, держась лишь на позвоночнике и клочьях мышц.       Фонтан чёрной крови и жёлтого гноя хлестнул в воздух. Тело мутанта по инерции пронеслось мимо Метал Соника и рухнуло на пол, дёргаясь в предсмертных судорогах, заливая всё вокруг жидкостью. Его единственный мутный глаз бессмысленно смотрел в потолок.       Эми вскочила с колен, игнорируя переломы, нанесенные ударом с потолка. Ее лицо пульсировало, «тюльпанный» рот распахнулся до невероятных размеров, обнажая всю глубину с игольчатыми зубами. Щупальца-волосы метнулись к роботу, а сама она совершила мощный прыжок.       Её тело понеслось вниз на Металл Соника. Когтистые «бутоны» рук были направлены вперёд, чтобы раздавить, разорвать, растворить кислотой. Металл Соник даже не смотрел на падающую тушу. Его сенсоры зафиксировали траекторию, массу, скорость. И… Тут тоже примитивно.       Он сделал один шаг влево. Плавно. Без суеты. Эми пролетела мимо, врезавшись в пол там, где он стоял мгновение назад. Пол снова прогнулся, забрызгав гноем. Робот развернулся. Эми, оглушенная ударом, пыталась подняться, ее щупальца метались, чтобы найти цель.       Металл Соник подошел к ней сбоку. Его металлическая рука сжалась в кулак. Реактивные ускорители на предплечье дали микроимпульс. Робот выполнил короткий, резкий удар снизу вверх — классический апперкот. Его металлический кулак вошел точно в центр пульсирующего «бутона».       Раздался хлюпающий звук. «Бутон» буквально взорвался под ударом. Крошечные игольчатые зубы, комки темно-красного гноя, фрагменты хитиновой оболочки разлетелись во все стороны. Удар был настолько сильным, что содрал верхнюю часть «пня» лица, оставив лишь бьющуюся в конвульсиях воронку из разорванной плоти и костей.       Тело Эми дёрнулось, как подкошенное, и рухнуло рядом с ещё дёргающимся телом Соника. Щупальца беспорядочно затрепыхались и замерли. Кислота из ран зашипела на её же платье-коже. А затем тишина. Только шипение короткого замыкания в разбитых экранах зала и бульканье вытекающих жидкостей из двух обезображенных тел.       Металл Соник стоял над ними. Его корпус исцарапан, покрыт брызгами гноя, крови и кислоты, которая шипела, но не могла прожечь прочные сплавы. Его сенсоры скользили по останкам. Никакого удовлетворения. Никакой радости победы. Только дикое разочарование.

— Мусор, — просто-напросто произнес Металл Соник.

      Он мечтал о схватке с настоящим Соником, о проверке своих сил против легендарной скорости и духа. А получил… это. Жалкую пародию. Утилизацию отбросов апокалипсиса. Робот повернулся, его когти с грохотом втянулись в предплечья. На корпусе не было ни одной серьезной вмятины. Никакого вызова. Никакой славы.       Только грязь, которую нужно было стереть. Он шагнул к шахте лифта, по которой скрылся Тейлз. Его сенсоры сканировали темноту внизу. Там, внизу, возможно, еще оставался кто-то, достойный звания цели. Или хотя бы Эггман, которого нужно было стереть с лица земли...

Хотя бы это.