Часть 3 Мёртвая зима

Мы вышли из бункера — и сразу же мир, с которым мы когда-то были знакомы, встретил нас ледяным дыханием. Холод был такой, будто мы очутились не на родной земле, а где-нибудь... как их там... Я замер, подбирая в мыслях название. И вдруг вспомнил: Антарктида. Холод пробирался сквозь всё: одежду, маски, саму кожу. Противогазы начали покрываться тонкой коркой инея, стекло мутнело, и каждые пять минут мы вынужденно вытирали их рукавами. Снимать маску — даже на секунду — никто не решался. И дело было не в страхе, а в инстинкте. Дышать после бомбёжки? После всего, что случилось? Даже спустя месяцы, воздух здесь мог быть смертельным. Мы шагали вперёд, и над нами нависало небо, плотно затянутое чёрными, как нефть, тучами. Ни проблеска солнца, ни намёка на день — казалось, будто мы оказались в вечной ночи. Хотя, подумал я, какая теперь разница, утро это или вечер, если мир умер? — Так, парни. — Голос Паши, Грызуна, вывел меня из мыслей. — Двигаться нужно примерно вон туда, — он указал рукой в сторону покосившихся зданий, торчащих из-под снега, как ржавые зубы. — Почему примерно? — спросил я, нахмурившись. Паша только пожал плечами: — Да потому что хрен его знает, что тут с дорогами теперь. Может, что-то завалено, может, мостов нет... Сами увидим. Мы кивнули. И пошли. Минут через двадцать пять наш путь преградило нагромождение машин. Грузовики, легковушки, даже один автобус — всё будто намеренно встало стеной, замёрзшей в моменте паники. — Вот это... беда-беда, — буркнул Паша, подходя ближе. Он внимательно осмотрел завал, цокнул языком и хмуро произнёс: — Придётся идти через старую библиотеку. Если хотим успеть вернуться до вечера. Кругами ходить из-за пары машин — не по мне. Никто не спорил. Библиотека стояла в стороне, чёрная, обугленная, но — живая. Крыша была проломлена, снег валил внутрь, страницы книг ветром носило по залам, но стены держались. Что-то уцелело. Даже табличка над входом. Внутри — пыль, паутина и безмолвие. Наш отряд двигался осторожно, шаг за шагом проходя через читальные залы. Я, немного отстав, заметил на старом столе книгу. Обложка потемнела от времени, но название было различимо: «Багряные птицы» Не зная зачем, я протянул руку и взял её. Она была неожиданно тяжёлой. Я ускорил шаг, чтобы догнать отряд, но тут — резкий звук. Рык. Низкий, сдавленный, животный. Я замер. В следующее мгновение из соседней комнаты, с криками, вылетел весь отряд. Они бежали. От чего-то. Я обернулся — и увидел. Фигуру. Существо, напоминающее человека, но словно облепленное плесенью. Или грибами. Оно двигалось так, будто каждая кость в его теле ломалась при каждом шаге. Скрежет, хруст — звук, от которого волосы вставали дыбом. Рваные движения. Лишённые логики. Лишённые... человечности. Паника. Мы вбежали в соседнюю комнату, захлопнули дверь и встали в оборону. Каждый занял позицию, прикрывая друг друга. Паша дал отмашку на молчание — шум мог привлечь других. Снаружи был только хрип. Шорох. Стук. И — ожидание. Мы затаились. Впервые за всё это время я осознал — то, что пришло после конца, может быть хуже самого конца.