Часть 43. Совет пяти Каге

***

Амайя вернулась домой, так и не дойдя до госпиталя к Цунаде. Она резко захлопнула дверь, а цветы, которые держала в руках всё это время, раздражённо швырнула в сторону. — Что же ты делаешь, Саске… — зло процедила она. — Как ты мог на такое пойти?! Она прошлась по комнате, не находя себе места, и опёрлась на стену. В голове шумело, мысли путались: «Что теперь делать? Как далеко это всё уже зашло?» Она знала точно: Наруто не остановится. Ни под каким предлогом. Он слишком настырный. И… слишком хороший, чтобы оставить этого идиота. «Идти на Совет? Ага, и они меня послушаются? Нет, конечно. Идти за Наруто? Но он тоже не будет слушать. Что же тогда? Что делать?» В памяти снова всплыли его слова, ледяные и жестокие: «Я больше не хочу тебя видеть. Никогда. Ты для меня умерла.» И от этого внутри защемило ещё сильнее. Она знала, что если сейчас появится перед ним, он будет ненавидеть её ещё больше. Но сидеть сложа руки тоже было невозможно. Амайя ударила ладонью по стене и прошипела сквозь зубы: — Чёрт, Саске. Какой же ты упрямый идиот. Из-за тебя страдают все! И вдруг злость накрыла её ещё сильнее, когда мысли перешли к другому — к Данзо. Этот человек… холодный, мерзкий — и в то же время настолько могущественный, что даже Хокаге не могла держать его в узде. «Он ведь этого и добивался… убрать всех, кто мешает. И теперь — его. Саске». Амайя почти не сомневалась: её имя тоже где-то в этом списке. Всё, что она знала, — когда-то услышанное от Итачи… Слишком опасно, чтобы Данзо позволил ей дальше спокойно жить. Тем более после их разговора. Она ходила из угла в угол, прижимая ладонь к виску. «Что он задумал дальше? Саске уже объявлен врагом, на него идёт охота. Он один против всех. И Наруто… Наруто, глупец, бросился за ним, думая, что сможет переубедить. Но ведь это не так. Всё давно вышло из-под контроля». Да, после его слов ей на миг показалось, что это возможно, но сейчас это вновь казалось чем-то далёким. Девушка остановилась у окна и посмотрела на улицу. За стенами её дома слышался гул: деревня оживала, люди восстанавливали дома, а дети снова бегали по улицам. Все верили, что самое страшное уже позади. Но она-то знала: это было только начало. Данзо выждал именно этот момент: когда Цунаде беспомощна, когда деревня слаба, когда все думают, что мир близок. И потянул за свои ниточки, разом стянув их на шее у Саске. «Если он смог обмануть Совет… Если смог обмануть всю деревню… Что помешает ему убрать и меня? Когда я стану неудобной? — её пальцы сжались в кулак. — Что-то нужно делать. Но что? И чего добиваются Акацуки? Что нужно этому человеку в маске от Саске?» Амайя сидела на полу, глядя в одну точку, и в голове снова и снова всплывал его образ: та самая маска с одним глазом и голос, от которого по коже пробегал холод. Она была уверена, что именно он втянул Саске во всё это. Тот человек точно знал, на какие струны души надавить, как подлить масла в огонь его боли и ярости и превратить этот гнев в оружие против всех. «Саске… Он ведь не такой, — думала она. — Он не родился монстром. Просто взял и пошёл за ним. За тем, кто обещал ему ответы. Обещал отмщение. Или нет?» Всё же в глубине души она сомневалась. «Может быть, он понимал, куда идёт? Может, даже хотел этого?» Мысли путались, но одно она знала точно: Саске был сломлен. И этот Учиха Мадара или кто бы он ни был — ловко воспользовался этим. «Но зачем? — этот вопрос оставался без ответа. — Зачем ему Саске? Чем он ему нужен? Просто как пешка? Инструмент? Или у него другие планы? И как я сейчас могу повлиять на Саске? Он ведь даже видеть меня не хочет. Он сам всё решил.» Амайя закрыла глаза, опустив голову на колени. «Как убрать этого Данзо? — вопрос звучал почти как приговор. — Или… может, Саске сам собирается это сделать? После всего, что он узнал о нём, это ведь вполне возможно.» Она не была в этом уверена. В Саске сейчас было невозможно быть уверенной. Но если он уже зашёл так далеко… Возможно, именно это и есть его следующая цель. И тут она вспомнила его слова: «Как ты могла закрыть глаза на всё, что они сделали?» Да… он без сомнений собирается его убить. Или напасть на Коноху. «Как я могла не задуматься об этом раньше? Он же презирает всё это. Всех, кто замешан в вырезке клана». «Только что мне делать? — спрашивала она себя, сидя на краю кровати, сжав руки так, что побелели пальцы. — Если этот Данзо и правда пытается убрать Саске… Я этого себе не прощу». Она и так едва решилась вернуться в деревню. И даже сейчас чувствовала себя предательницей своего клана — той, кто не смогла ничего изменить, не смогла никого защитить. А теперь ещё и это… Импульс мелькнул сам по себе: «Может, убрать Данзо самой?» На миг ей показалось, что это даже звучит логично. Но тут же пришла трезвость: «Ага… И потом что? Меня схватят. Заклеймят как врага. Они же не знают правды.» «Я же обещала Итачи… — горькая осознание эхом звучала в голове, пока она сидела в тишине. — Обещала ему, что не дам этому придурку уйти так далеко.» Она вспомнила его взгляд в то утро — усталый, мягкий, прощальный. «Останься рядом. Не дай ему утонуть.» — эти слова навсегда врезались ей в память. «Он оставил нас в живых не для этого. Не для того, чтобы мы оба разошлись в разные стороны, как чужие… Чтобы он сам себя уничтожил. А теперь что? Саске всё дальше и дальше скользит во тьму. Итачи мёртв. И то, что я сейчас просто сижу здесь, — это будто предательство не только клана… Но и Итачи тоже». «Решено». Амайя глубоко вдохнула и подняла голову, глядя в темноту своей комнаты. «Придётся идти за ним. Как бы он ни ненавидел меня. Даже если он попытается убить меня своими руками — я не могу сидеть здесь и смотреть, как всё, ради чего жил Итачи, уходит в прах». Ей казалось невыносимым видеть, как его брат всё больше сходит с ума… превращается во врага для всех деревень, а имя Учиха теперь звучит как клеймо. «Нет. Я не позволю. Я хотя бы попробую остановить его». «Только где его искать?..» — этот вопрос сверлил её голову, пока она сидела, перебирая в голове всё, что услышала сегодня от Шикамару, Сакуры и других, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. «Совет Пяти Каге… Это всё не зря. Он ведь всегда продумывает свои шаги. Может, он ждёт именно там, чтобы убить Данзо? Да. Это в его стиле. Вряд ли он придет в Коноху его убивать. Скорей всего, он сделает это до собрания или после. Надо идти туда». И чем больше она думала об этом, тем яснее становилось: другого шанса узнать, что происходит, у неё не будет. Она встала, накинула на плечи тёмный плащ и затянула капюшон. За окном тянулась глубокая ночь, и сквозь щель в двери было видно: всё тихо, никого. «Если верить карте, до Страны Железа можно было добраться примерно за день, если идти без передышек. Данзо покинул Коноху утром, значит, к вечеру завтрашнего дня он уже будет там. Я должна успеть к этому времени. Во что бы то ни стало».

***

Как и обещала себе, она была в пути весь день. Почти не останавливаясь, не позволяя себе передохнуть ни на минуту. К полудню уже начал идти снег — мелкий и колючий, он быстро облеплял плащ, ложился на ресницы и залетал за ворот. Чем выше в горы она поднималась, тем крепче становился ветер, а холод казался таким, что вот-вот сведёт пальцы на руках и ногах. К вечеру дорога стала особенно тяжёлой: скользкие камни, крутые подъёмы. К тому моменту, как она добралась до главного здания Совета, дыхание уже сбивалось от усталости и холода. Остановившись у ворот, она на миг закрыла глаза и глубоко вдохнула морозный воздух. Внутри неё вдруг поднялось тревожное чувство — будто опоздала. И всё же, собравшись, она толкнула тяжёлую дверь и осторожно вошла внутрь. Там царил хаос: стены были разбиты, колонны осыпались, а полы покрывала пыль и обломки. В холле не оказалось никого, только висела лёгкая дымка и стоял запах раскалённой чакры. Она шла вперёд, напряжённо всматриваясь в тени, пока вдруг не заметила под завалами две знакомые фигуры. — …Амайя? — одновременно удивлённо произнесли оба. Амайя ускорилась и опустилась на колени рядом, помогая им выбраться. — Суйгецу? Джуго? Что… Что здесь происходит? Что вы тут делаете? — с недоумением спросила она. Суйгецу хмыкнул, кривясь от боли, но ухмылка на лице всё же промелькнула. — Саске… Он решил напасть на Совет. Ну, мы пошли за ним. Думали, как всегда, будем прикрывать его. Только он взял и бросил нас — будто мы не рисковали ради него жизнями. Чёртов командир, — он зло сплюнул на пол. — Где он сейчас? — тут же спросила она. — Куда он пошёл? И где остальные? — Мы точно не знаем, — ответил Джуго, поправляя плащ на плече. — Он направился за Данзо. Кажется вместе с Карин. Чтобы та выслеживала его след. — Вы знаете, куда пошёл Данзо? — Нет, — Суйгецу пожал плечами, всё ещё морщась от боли. — Мы сами еле ноги унесли. Всё развалилось, охрана повсюду… Но они оба ушли только что. И Саске, и этот старик. Все её мысли только подтверждались. Он и вправду явился убивать Данзо. Она конечно понимала его — ведь сама желала этого больше всего. «Но зачем тогда приходил на Совет? — думала она, быстро шагая по разрушенному залу. — Неужели правда думал, что сможет справиться с лучшими ниндзя пяти стран? Со всеми одновременно?..» Осознание того, что он уже утратил всякие рамки, было почти невыносимо. Учиха обошла завалы и вдруг заметила знакомую фигуру в тёмно-красной одежде. Она невольно остановилась, и в её глазах отразилось удивление. Это был он. Тот самый Джинчурики, которого она помнила ещё с экзамена, — теперь уже не мальчик, а молодой Каге. — Амайя Учиха? — озадаченно произнёс Гаара, обернувшись к ней. — Что ты здесь делаешь? Она быстро шагнула ближе и не церемонясь произнесла: — Нет времени объяснять. Скажи, где сейчас Данзо? Гаара прищурился, но ответил сразу: — Он только что сбежал со своей охраной после боя. Остальные Каге сражались с Саске. Она нахмурилась и спросила: — Как он… Как он вообще справился со всеми? — Его чуть не убили, но Мадара Учиха, — Гаара посмотрел в сторону зала, где валялись обломки и пыль. — Он забрал его… в какое-то своё пространство. Видимо, это его техника. И объявил Четвёртую мировую войну. Амайя замерла, её глаза расширились. — Четвёртая мировая… что?.. — потрясённо произнесла она. — Да, — Гаара спокойно кивнул, глядя на неё. — Именно так. И Саске… тот человек в маске использует его. Он слишком увяз в своей ярости, чтобы мыслить здраво. Она резко выпрямилась. — Скажи мне, куда держал путь Данзо? — Что ты собираешься делать? — настороженно спросил он, приподняв бровь. — Мне нужно остановить Саске, пока всё не зашло слишком далеко. Он какое-то время молчал, разглядывая её пристально, почти с печалью в глазах. Потом тихо произнёс: — Амайя, он уже перешёл черту. Вряд ли он тебя послушает. Он рассказал нам… всё, что было с кланом Учиха. После его слов её взгляд дрогнул, на мгновение погас. «Теперь всё знают… все эти мучения, сдержанность — всё оказалось зря…» Горечь подступила к горлу, но сказать было нечего. Она стояла молча, и только дыхание выдавало, как её трясёт внутри. Гаара, видя это, немного отвернулся и сказал мягче, сочувственно: — Мне жаль. Амайя глубоко вдохнула и заставила себя собраться. — Нет времени на сочувствие. Я уже давно знаю, кто такой Данзо. Но у меня нет выбора. Мне нужно найти Саске. Он ненадолго задумался, взвешивая её слова, а потом всё же ответил: — Я понял тебя. Как мы поняли, Данзо направился к границе страны, в глубь гор. Больше нам ничего неизвестно. Девушка лишь коротко кивнула и, ничего не сказав, развернулась. В плаще она шагнула прочь, к выходу из разрушенного зала.