Глава 3: Ультиматум

      Сознание вернулось внезапно, погрузив его в абсолютную пустоту. Леин зафиксировал отсутствие точки опоры, гравитации, привычных ориентиров. Единственная аномалия в бесконечной тьме — тускло мерцающий сгусток зелёной энергии размером с кулак.       — Отдели эту… скверну от меня. — Голос шёл со всех сторон одновременно. Низкий, вибрирующий бас, словно скрип древних камней. В нём слышалась глубокая, старая усталость, смешанная с искрой гнева.       Леин стабилизировал мнимое положение в пространстве, сканируя окружение всеми доступными методами. Никаких следов источника звука. Только пустота и сгусток.       — Что это за место? — его собственный голос прозвучал непривычно чётко в безвоздушной среде. — И что ты такое?       — Место? — В голосе появились нотки холодного, почти профессорского снисхождения. — Твоё подсознание. Вернее… трещина в нём, которую мне пришлось пробить. — Сгусток мерцал чуть ярче. — А я… Меня зовут Духом Щита. Те, кто приходил до тебя.       — Все Легендарные Орудия обладают разумом? — продолжил Леин, визуально изучая аномалию.       — Неужели это так важно? — голос Духа звучал устало, как учитель, объясняющий очевидное. — Я явился не для пустых дискуссий о природе артефактов.       Пауза стала тяжелее, насыщеннее.       — Но я предложу сделку, дитя. Оставь тщетные попытки отделить меня, разрушить или изучить.       В последнем слове прозвучала ледяная игла.       — И я открою тебе крупицу знаний, что копились веками.       Леин потратил ровно три секунды на анализ предложения.       — Нет. — ответил он ровным тоном.       Тишина сгустилась, словно тяжёлый туман. Сгусток энергии замер, его свечение на мгновение стало призрачно-бледным.       — … Нет? — В голосе Духа исчезла вся снисходительность, осталась лишь неподдельная растерянность. — Но почему? Даже сейчас твой потенциал сравним с величайшими Героями прошлого. С моим знанием ты превзойдёшь их всех.       — У меня иное предложение, — Леин проигнорировал эмоциональный всплеск, сосредоточившись на сути. — Ты поможешь мне вернуться в исходный мир. Затем я вернусь сюда, и ты покинешь меня.       Долгая пауза. Сгусток пульсировал неровно, будто размышляя.       — Я ожидал… бóльшей мудрости, — наконец произнёс Дух, и в его тоне вновь появились ноты усталого превосходства. — Но пусть будет так. Я буду ждать, пока ты не одумаешься.       Пространство начало вибрировать, наполняясь расплывчатыми очертаниями материального мира.       — И… ослабь свои ментальные барьеры. Для будущего диалога.

***

      Разум прояснился резко, как будто кто-то щёлкнул выключателем. Леин обнаружил себя в той же позе — сидя за столом, с рукой, прижатой к поверхности Щита. Яркий дневной свет лился через окно, а за стенами слышались голоса и шаги постояльцев. Софии ни в соседней комнате, ни в общем зале не было.       Диалог занял слишком много времени.       Сжав зубы, Леин ослабил ментальную защиту. Процесс напоминал намеренное притупление лезвия собственного меча — необходимый, но неприятный компромисс. Временный компромисс.       — Теперь ты можешь меня слышать. — прозвучал в голове знакомый голос. — Если ослабишь защиту еще, сможешь отвечать мысленно.       — Достаточно. — вслух ответил Леин. Допускать Щит глубже в сознание было неоправданным риском.       Леин поднялся, собирая записи.       В коридоре раздались шаги. Силуэты дворцовых стражников были отчётливо видны с момента их прибытия к гостинице.       Когда они остановились перед входом, он уже повернулся к ним лицом.       Дверь с хлопком открылась, и рыцари ввалились в комнату.       — Ты — Герой Щита? — спросил старший из стражников, его рука небрежно лежала на рукояти меча.       — Да.       — Король требует твоего немедленного присутствия. Мы сопроводим тебя к замку. — в голосе звучала не просьба, а приказ.       Леин молча кивнул и последовал за ними. Стражники окружили его плотным кольцом, проводя через гостиницу к ожидавшей повозке. Их взгляды, скользящие по его спине, говорили сами за себя — это был не почетный эскорт, а конвой.

***

      В тронном зале повисла тяжёлая тишина. Король Мелромарка сидел, вцепившись в подлокотники, его лицо перекошено немой яростью. Рядом — бледный министр. У стены столпились Герои: хмурый Рен, Ицуки с гримасой отвращения, а за спиной разъярённого Мотоясу пряталась София. Её пальцы белели от сжатия плаща блондина.       Леин вошёл под конвоем. Его взгляд скользнул по собравшимся, фиксируя дрожь рук министра, неестественную позу Софии, агрессивную стойку Копейщика. Ничего не соответствовало стандартным паттернам поведения.       — Объяснитесь, — его голос рассек тишину как лезвие.       — Ты СЕРЬЁЗНО притворяешься непонимающим?! — Мотоясу рванулся вперёд, но его удержала Майн. — Тварь!       Леин игнорировал его, уставившись на короля. Тот скрипуче заговорил:       — Какие обвинения предъявлены Герою Щита?       Обвинения?       — Вчера вечером… — Майн выступила вперёд, её голос прерывистый, глаза опухшие. — Он… он ворвался ко мне! Прямо среди ночи! — Она сдавленно всхлипнула, обхватив себя руками. — Силы не было сопротивляться… он повалил меня и… и…       Её тело содрогнулось в театральной дрожи. Леин наблюдал, анализируя: расширенные зрачки, сбивчивое дыхание.       Впервые за долгие годы он впал в ступор.       — … Р-рвал одежду! — девушка выкрикнула, внезапно тыча пальцем в Леина. — Сказал: «Ночь только начинается…» — Она закрыла лицо руками, громко рыдая. — Я вырвалась… выбежала… а господин Мотоясу… он спас меня!       В зале загудело. Все взгляды впились в черноволосого, стоящего неподвижно посреди кольца стражников. Он молчал. В его сознании бушевал холодный вихрь перебираемых гипотез, ни одна из которых не давала удовлетворительного объяснения происходящему абсурду.       — Описанный сценарий… — снова заговорил Леин, но был прерван выкриком короля:       — Молчи, тварь! Ты осмелился посягнуть на честь подданной моего королевства! Будь ты кем-то другим, твоя голова уже покатилась бы по полу!       Анализ ситуации стал бессмысленным — решение приняли без него. Леин переключился на проработку алгоритма действий.       — Что дальше? — спросил он ровным голосом.       Худший сценарий — немедленная казнь — маловероятен, судя по словам монарха. Взгляд Леина скользнул к высоким витражам. Прыжок сложен, но осуществим. Затем — побег по крышам.       Если же решат казнить позже или просто запереть в темнице — проблем не возникнет. Кристильный Крушитель справится с любыми преградами. Да и экипировка при нём.       Но король разрубил все предположения:       — Ты нужен нам для борьбы с Волнами, потому казнить тебя я не могу. Но… — его лицо исказилось от сдерживаемой ярости. — Весть о твоём преступлении уже разнеслась по всему королевству. Пусть это будет твоей карой.       — Это всё? — уточнил Леин.       В зале вновь поднялся ропот.       — Он даже не раскаивается… — пробормотал Ицуки, сжимая лук.       — Вон! — король в ярости ударил кулаком по подлокотнику трона. — Немедленно вон из моего дворца!       Леин развернулся на каблуках и вышел размеренным шагом, не удостоив собравшихся даже взглядом.       По дороге через город его аналитический ум продолжал обрабатывать данные. Сам факт обвинения не вызывал эмоций — лишь потребность выявить корневые причины: мотивация лжи, основания для отказа от расследования, принятие решения без доказательств и собственная ошибка наблюдения.       Последний пункт тут же получил голосовое сопровождение:       — Будь ты менее упрям, этого бы не случилось.       Щит был прав. Пока Леин был погружён в диалог с артефактом, он упустил ключевой момент — момент, когда перед героем Копья разыграли тот спектакль.       Осуждающие и презрительные взгляды горожан он игнорировал, пока его внимание не привлек знакомый голос:       — Эй, парень с щитом!       Кузнец стоял в дверях своей лавки, его лицо выражало странную смесь неодобрения и задумчивости.       — Подойди-ка на минуту.       Леин плавно изменил траекторию, остановившись в двух шагах от окликнувшего. Его неподвижный взгляд вопросительно замер на лице мужчины.       Оружейник несколько секунд изучал черты лица Леина, затем резко выдохнул:       — Ты и правда не трогал эту девчонку, да?       — Любопытно, — голос Леина оставался ровным, — почему первый, кто усомнился в моей вине — человек, не имеющий отношения к произошедшему.       — Глаза намётанные, — кузнец провел рукой по бритому затылку. — Да и вчера — видел, как ты отпрянул от неё, будто от раскалённого железа. — Его губы дрогнули в усмешке. — Этот твой «Тактильный контакт недопустим» многого стоит.       Галакс осознал упущение: он не учёл события предыдущего дня при анализе ситуации. Но текущие условия не подходили для глубокого разбора.       Повернувшись, чтобы продолжить путь, он вновь услышал голос кузнеца:       — Ты так и не ответил.       — Обвинения ложны, — бросил Леин через плечо, направляясь к городским воротам.       Впереди предстояло решить более насущную проблему — навязчивый кусок металла, приросший к руке.

***

      Глушь леса поглотила последние следы цивилизации. Леин замер на небольшой поляне, анализируя окружение. Вероятность случайных свидетелей — минимальна. Наблюдателей — не обнаружено. Хотя он и не питал иллюзий: если в Террарии не существовало способа укрыться от его взора, это не гарантировало аналогичного положения вещей в новом мире. Но риск был просчитан и признан допустимым.       Одним движением он активировал хранилище. В воздухе материализовались доспехи — тёмно-серые пластины с кровавыми вставками и золотой окантовкой. Первым появился нагрудник с пульсирующей алой сферой в центре. Затем, с тихим звоном металла, своё место заняли поножи.       Последним возник шлем — шесть линз на его лицевой пластине вспыхнули пурпурным светом, обеспечивая круговой обзор. В момент, когда последний замок защёлкнулся, воздух перед Леином содрогнулся, рождая массивную фигуру с кровавой кожей.       Красный Дьявол склонил рогатую голову в немом ожидании приказа. Но сейчас его мощь не требовалась — аура проклятого доспеха уже сделала своё дело. В радиусе нескольких миль все живые существа в панике бежали, повинуясь древнему инстинкту страха.       Исчезни.       Демон ответил растянутой ухмылкой, полной острых зубов, и растворился в тенях.       — Интересно… — в голосе Духа звучали новые оттенки. — Не ожидал, что у тебя припасено столько козырей, Герой.       Крылья расправились с резким хлопком, поднимая Леина вертикально вверх. На отметке трёхсот ярдов он замер, анализируя воздушные потоки. В его руке уже материализовался импульсный конденсатор — устройство, увеличивающее скорость почти в шесть раз.       Сыворотка и артефакты позволяли развить и поддерживать скорость в триста двадцать семь миль в час — предельную для текущей конфигурации. Леин взял курс на юго-восток, где по карте Софии находилось морское побережье. Уже тогда, Леин отметил преимущества локации: минимальная плотность населения, близость к морю, изолированные скальные массивы. Идеальный полигон для развёртывания лабораторного комплекса…       И возврата утраченного имущества.       — Куда мы летим? — голос Духа раздался ровно через десять минут полёта.       Тишина в ответ протянулась три секунды.       — Это не сотрудничество, — заскрипел Щит. — Ты ведёшь себя как упрямый ребёнок.       — Ты требуешь диалога, избегая моих вопросов, — голос Леина прозвучал чётко, несмотря на рёв ветра. — Нелогично.       — Несмотря на внешнюю холодность, ты удивительно обидчив, — голос Духа звучал с оттенком снисходительной насмешки. — Все Легендарные и Звёздные Орудия разумны и способны влиять на носителей. Теперь твой ход.       — Я планирую создать постоянную базу на побережье, — ответил Леин, используя возможность получить информацию. — По какому принципу Орудия выбирают владельцев?       — Меч ищет прямолинейных и честных, — объяснил Щит. — Копьё тяготеет к страстным и фанатичным людям. Лук выбирает тех, кто жаждет справедливости. Я же… — на секунду он прервался — …предпочитаю упорных и самоотверженных.       Его голос внезапно потерял уверенность:       — Ты… ты защитил свой мир. Дал приют многим. Я видел в тебе идеального носителя… Но твой разум словно крепость. Я не могу понять, что скрывается за этими стенами.       — Я выполню миссию Героев, — после паузы ответил Леин, — но своими методами.       Остаток пути прошёл в молчании. Через пятнадцать минут вдали засияла синева моря. Ещё пять — и мужчина начал резкое пике. В последний момент он развернулся, врезавшись в землю с такой силой, что комья почвы разлетелись на десятки ярдов. До воды оставалось около трети мили.       Достаточное расстояние.       Из инвентаря явился Терраформер — его тумблер щёлкнул, фиксируясь на фиолетовой отметке.       — Что ты задумал? — в голосе Духа явно читалось беспокойство.       — Ты поможешь мне вернуться в исходный мир. — повторил Леин сказанные ранее слова. — Затем я вернусь сюда, и ты покинешь меня.       — Я уже отказал…       — Это не просьба, — прервал его Леин. — Это требование.       Фиолетовая струя вырвалась из устройства. Трава моментально потемнела, её стебли стали жёсткими и колючими. Деревья посерели, их листья превратились в острые шипы.       — Что это за мерзость?! — голос Щита дрожал от отвращения.       — Порча, — пояснил Леин, наблюдая за изменениями. — Она будет распространяться, трансформируя всё на своём пути. Пока не охватит весь мир.       Он опустился на колено у границы заражения, наблюдая, как фиолетовая скверна пожирает обычную траву. Скорость распространения здесь оказалась в разы выше, чем в Террарии.       — Или пока зона не будет очищена, — добавил он, поднимаясь.       — Я наконец осознал, всю глубину своей ошибки, — голос Духа звучал сдавленно, будто сквозь стиснутые зубы. — Есть ли грань, которую ты не переступишь?       — Через десять дней Порча достигнет моря. После этого остановить её будет невозможно. — Леин повернулся к береговой линии, оценивая расстояние. — Для меня она не представляет угрозы. Но обитателем этого мира грозит вымирание от массового голода… не говоря уже о враждебной фауне, которую она порождает.       Минута тягостного молчания.       — … Хорошо, — наконец ответил Щит. — Я исполню твоё требование.

***

      Подготовка формулы обратного призыва заняла пятьдесят шесть часов непрерывной работы. Сложности множились: отсутствие необходимых исследовательских материалов, невозможность тестового запуска, ограниченные сведения Духа о подобных случаях.       Главная проблема заключалась в нестабильности Т-энергии — стандартный ритуал возврата не подходил. Леин выводил формулу прямо на земле, используя тот же состав, что и для нанесения рун на кожу.       — Устрани Порчу перед уходом, — потребовал Щит.       — Без неё у тебя исчезнет мотивация, — не отрываясь от сверки схемы в тетради с начерченным кругом, ответил Леин. — К тому же, она послужит маяком для моего возвращения.       Убедившись в точности расчетов, он занял позицию в эпицентре круга. Прикосновение пальцев к магическим линиям вызвало волну фиолетового свечения — сначала тусклого, но быстро набирающего интенсивность.       В момент, когда свет стал невыносимо ярок для человеческого глаза, произошла мгновенная диссипация энергии. На опустевшем месте остались лишь дымящиеся следы формулы.