Глава 9: Гордость и Страх

      Находясь на третьем уровне, Леин потратил пару секунд на оценку повреждений, вызванных падением, после чего спрыгнул вниз и мягко приземлился в двух футах от пострадавшей.       Вблизи её состояние можно было оценить подробнее. Пяточные кости и кости голени были раздроблены, равно как и бедренные. Некоторые осколки разорвали мышцы и кожу. Тазовое кольцо также сломано. Вероятно, некоторые органы брюшной области оказались разорваны, что вызвало внутреннее кровотечение. Менее критичными можно было считать компрессионный перелом позвоночника и множественные переломы рёбер. Учитывая характерное бульканье при дыхании, были пробиты лёгкие. Наконец, черепно-мозговая травма — привела к потере сознания.       За те секунды, что Леин осматривал девочку, лежавшую перед ним изломанной куклой, растекающаяся под ней лужа крови достигла его мантии.       Опустившись на одно колено, он приподнял голову пострадавшей и начал вливать в рот содержимое флакона с красной жидкостью, маркированной золотой полосой. Вероятность неэффективности стандартного зелья лечения присутствовала, однако была признана приемлемой. Физиология аборигенов не демонстрировала значительных отличий от человеческой нормы Террарии, что предполагало аналогичное воздействие реагентов.       Как только последняя капля зелья покинула сосуд, тело девочки пришло в движение. Раны на коже затягивались почти мгновенно, не оставляя следов, а кости, издавая глухой хруст, вставали на место и срастались. Тот же процесс происходил и с внутренними органами, которые за секунды полностью восстановили свою целостность и функции.       Когда эффект сошёл на нет, Леин осмотрел Тьюли повторно.       Состояние было оценено как стабильное и удовлетворительное, хотя сознание к ней ещё не вернулось.       Перекинув безвольное тело через плечо, Леин поднялся и, соблюдая осторожность, взмыл к уровню жилых помещений.

***

      Так и оставшись на коленях, Трей смотрел на Леина с раскрытым ртом. Тот приземлился на пол рядом с ним и держал на плече Тьюли так бесцеремонно, словно это был не пострадавший ребёнок, а мешок с зерном.       Внутри плескалась странная смесь злости, надежды и медленно отступающего страха. Он и сам не мог понять, на кого злится больше: на Леина, отдавшего им это тупое задание, или на себя самого, из-за того что подвёл подругу. Надежда же теплилась от того, что он не мог не заметить мгновенного заживления ран — таких, от которых обычно не выживают.       — Что с ней? — тихо спросил он, не то боясь разбудить Тьюли, не то пытаясь впервые в жизни быть хоть немного вежливым.       В ту же секунду в него вонзился взгляд, холодный и оценивающий, направленный сверху вниз.       — Её жизненные показатели в норме, — отчеканил Леин и, наткнувшись на немое непонимание, добавил: — Она в порядке.       Сочтя объяснение исчерпывающим, он направился в сторону их комнаты. Трею ничего не оставалось, как наконец подняться на ноги и поспешить следом за хозяином башни.       — Почему она не просыпается? — снова обратился к Леину Трей, настигнув его в коридоре.       — Потеря сознания в результате падения. Учитывая эмоциональное истощение, вероятно, перешло в естественный сон.       В молчании они добрались сначала до комнаты, а затем — до одной из кроватей, на которую Леин уложил Тьюли.       — Падения запрещены, — внезапно бросил он, не отрывая взгляда от спящей девочки.       — Что? — невольно вырвалось у Трея, и он в очередной раз уставился на Леина в полном недоумении. Тот в ответ окинул его взглядом, в котором мелькнуло лёгкое замешательство, и, решив, что его просто не расслышали, наклонился чуть ближе и чуть громче повторил:       — Падения запрещены.       Новая волна злости накатила на Трея, смешавшись с изрядной долей возмущения. Он несколько секунд беззвучно открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег.       — Да она же упала из-за тебя! — вырвалось у него громче, чем он планировал, и он тут же с беспокойством взглянул на подругу. Но, к своему облегчению, убедившись, что та спит крепким сном, продолжил уже шёпотом:       — Если бы не твой дурацкий приказ, с ней всё было бы в порядке!       Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, пока Леин, наконец выпрямившись, не отрезал:       — Разумное замечание.       И тут же исчез во вспышке телепортации.       Не в силах сдержать нахлынувшие чувства, Трей в сердцах замахал руками, разгоняя висящие в воздухе голубые искры. Но порыв тут же угас, стоило ему заметить слабое движение на соседней кровати.       Бегло окинув взглядом комнату, он заметил стул, стоявший у ближайшего стола. Стараясь издавать как можно меньше шума, он переставил его к изголовью, где спала Тьюли, и твёрдо решил про себя: не сомкнёт глаз, пока она не очнётся, а если этого не случится в ближайшие несколько часов — обязательно потребует от Леина немедленных действий.       Впрочем, его измождённый организм придерживался на этот счёт иного мнения. Не прошло и десятка минут, как Трей заснул, опустив голову на сложенные на краю кровати руки.

***

      Убрав руки от консоли управления Кузницы, Леин сверился с часами. С учётом цикла смены времени суток в этом мире, снаружи уже около часа как должен был наступить рассвет. Это означало, что большинство городских лавок и магазинов либо уже открыты, либо откроются в ближайшее время.       Быстро проверив содержимое инвентаря и убедившись в наличии всего необходимого, Леин активировал телепортацию и мгновенно переместился на берег, откуда начал свой повторный полёт к основному континенту.       В пути он вновь обратился к анализу данных, полученных при изучении Эссенции Щита. Несмотря на первоначальное впечатление невероятной структурной сложности, при детальном рассмотрении отдельные её элементы оказались избыточными. Значительную часть занимали массивы, которые сам Леин никогда не стал бы встраивать в магический артефакт: множественные ограничители уже существующих способностей Щита, а также абсурдно сложные протоколы их снятия.       Наличие личностной матрицы и сопутствующих компонентов, необходимых для её функционирования, порождало ещё больше вопросов. В довершение ко всему, выяснилось, что Дух артефакта способен игнорировать команды владельца, если сочтёт это целесообразным.       Инструмент, способный перечить пользователю.       Одно это обстоятельство заставило Леина пересмотреть целесообразность сотрудничества с создателем данных реликвий. Крайне маловероятно, что сущность, внедряющая в свои творения столь нелогичные модификации, окажется достаточно рациональной, чтобы понять образ мышления воина, призванного из Террарии.       Тем временем он достиг лесов, окружающих столицу Мелромарка, и начал снижение, выбрав для посадки точку, несколько удалённую от места своего предыдущего взлёта. На этот раз вместо привычного свободного падения с жёстким контактом с поверхностью приземление было смягчено, чтобы избежать излишнего шума и следов, которые теоретически могли бы привести к преждевременному раскрытию его возможностей.       Затем, по мысленной команде, крылья за его спиной рассыпались на частицы, скрываясь от посторонних глаз. Теперь он возвращался в город не скрывающимся наблюдателем, но в статусе Героя Щита, призванного неделю назад.       Проблемы начались сразу при попытке пройти через городские ворота. Один из стражников приказал ему остановиться, после чего отошёл к напарнику, переговорил с ним вполголоса, вне зоны слышимости, и лишь затем разрешил проход.       Как только Леин отошёл от поста, за ним сразу же устремилась двойка стражников. Они держались на расстоянии, достаточном для поддержания визуального контакта, но не настолько явном, чтобы вызвать откровенное подозрение, и старательно имитировали случайное совпадение своего патрульного маршрута с его движением.       Немного позже его внимание зафиксировало девушку в закрытой одежде, однако её наблюдение было настолько скрытным и ненавязчивым, что Леин немедленно отнёс её к группе или организации, действующей независимо от королевской власти. Впрочем, это могло быть частью тактики: заметные стражники создавали иллюзию непрофессионализма, в то время как настоящим наблюдателем была именно она.       Сделав внутреннюю пометку о необходимости дальнейшего анализа схемы наблюдения, Леин продолжил путь к лавке алхимика — цели, отложенной со второго дня после призыва.

***

      — М-м?.. — хрипловатый голос привлёк внимание Леина.       За стойкой сидел худощавый мужчина с лицом, испещрённым старческими морщинами. Большая часть седых волос была коротко острижена, за исключением пряди на затылке — та была собрана в жидкий хвост и перекинута через плечо.       Помещение наполнял густой запах, отдалённо напоминающий пещеры джунглей. Смрад, источаемый зельями, мазями, микстурами и сушёными травами, заставил Леина невольно сморщиться. В его собственных рабочих зонах всегда поддерживалась стерильная чистота — как на поверхностях, так и в воздухе.       Бегло оценив ассортимент флаконов, банок и бутыльков на полках, он направился прямо к аптекарю, который сидел за стойкой, подперев голову рукой.       — Требуется оценка зелья, — заявил Леин, остановившись в шаге от стойки.       — Ну, показывай. Посмотрим, что у тебя там, — старик кивком указал на свободное место на столе перед собой. В ответ Леин молча поставил на стойку стандартное зелье лечения — такое же, какое потратил ранее на лечение субъекта номер два.       Аптекарь, едва заметив плескающуюся красную жидкость, оживился и мгновенно выпрямился в кресле.       — Любопытно… — пробормотал он с нескрываемым интересом, поднимая флакон на уровень глаз. — И где же ты это раздобыл?       — Не имеет значения, — тут же отрезал Леин.       Отведя руку с зельем в сторону, старик с прищуром посмотрел на черноволосого гостя.       — Не думаю, что ты его украл, — принялся он рассуждать вслух, — проблемы с законом тебе сейчас точно ни к чему. В таком случае… — он снова пристально взглянул на флакон, подняв его на свет лампы.       — Заплачу за него пятьдесят серебряных, — лавочник со стуком вернул зелье на стойку. — Дал бы больше, но ты сам понимаешь: такие зелья здесь ещё не видели, и покупатели могут струсить. Но если принесёшь рецепт… — он слегка подался вперёд, — дам за него вдесятеро больше. И сразу. Что скажешь?       — Ясно, — бросил Леин и протянул руку, чтобы забрать зелье, но старик в последний момент ловко перехватил флакон.       — Не хочешь продавать? — он с видимым неудовольствием пожевал губами. — Как насчёт семидесяти… нет, семидесяти пяти? Но с условием, что принесёшь ещё! Леин, замерев, внимательно всматривался в лицо собеседника.       — Чем обусловлен резкий рост предложенной цены?       — Издеваешься? — аптекарь нахмурился, но, уловив что-то в выражении лица Леина, продолжил уже спокойнее: — Пусть зелье и не самое мощное, но эффект моментальный. Авантюристы и наёмники его с руками оторвут.       Леин молча оценил потенциальные расходы в перспективе. На текущий момент его финансов было достаточно для большинства нужд, однако в будущем могли потребоваться значительно большие суммы — от выкупа рабов до приобретения местных реликвий и артефактов. Судя по примерному ценообразованию, их стоимость могла достигать сотен золотых монет. С другой стороны, используя местные ресурсы и производственные мощности Кузницы, он мог в кратчайшие сроки создать состояние, сравнимое с тем, которым обладал в Террарии.       Возможно, изоляционизм не является оптимальной стратегией.       — Я согласен, — наконец ответил он.       — Дай мне минуту, я принесу деньги. Торговец удалился в подсобное помещение и вскоре вернулся, позвякивая холщовым мешочком с монетами.       Выйдя из лавки обратно в город, Леин мысленно вычеркнул библиотеку из списка целей на сегодня. Ещё внутри он отметил, что автоматический перевод не распространяется на письменную речь, а значит, чтение пока невозможно. Хотя существовала вероятность ошибки в переносе языковой матрицы.       Следующей целью был шатёр работорговца, куда он и направился, зафиксировав, что стражники по-прежнему следуют за ним. К девушке-наблюдателю теперь добавилась вторая, и, хотя они двигались раздельно, сходство их поведенческих паттернов не оставляло сомнений в их принадлежности к одной группе.       Сохраняя быстрый шаг и постоянно меняя траекторию, чтобы минимизировать контакты с горожанами, Леин начал постепенно увеличивать дистанцию до стражников, а затем окончательно оторвался от них, свернув в узкий переулок, ведущий почти по прямой к месту назначения.       Однако обе девушки продолжили наблюдение, удерживая в поле зрения как его, так и друг друга, хотя поддерживать координацию им становилось всё сложнее — как из-за городской застройки, так и из-за путающих действий Леина, который предпочитал полное устранение наблюдателей простому сокращению их числа.       Наконец добившись временного отрыва, он переключил внимание на анализ окружения, попутно отметив странную закономерность. Чем дальше он удалялся от центральных улиц, тем чаще встречались люди, на лицах которых всё отчётливей проступали гнев, ненависть и — в редких случаях — полная апатия.       Он продолжал движение, пока из-за крыш не показалась громада шатра. Конструкция представляла собой полотно белой ткани с вертикальными красными полосами, натянутое на деревянные столбы, вкопанные прямо в землю. Леин на секунду задержал взгляд на этом сооружении, малопригодном для содержания живого товара, после чего направился ко входу.       Сразу за пологом его встретил невысокий полный мужчина во фраке фиолетового цвета. На голове красовался цилиндр, глаза скрывали простые очки с круглыми линзами на тонкой цепочке. Завершала образ широкая улыбка, оттенявшая густые ухоженные усы и обнажавшая безупречно белые зубы.       — Рад приветствовать вас в моей скромной обители, уважаемый Герой Щита! — воскликнул он, театрально взмахнув тростью, зажатой в руке. — Или, быть может, мне стоит обратиться к вам иначе?       — Это не имеет значения, — отрезал Леин, переводя взгляд на ряды клеток и существ внутри них. Состояние большинства из них едва ли можно было назвать удовлетворительным.       — Как пожелаете, господин Герой, — продолжил работорговец, не теряя улыбки, и, повернувшись, жестом пригласил Леина следовать за собой.       — Мне требуется раб, обученный грамоте, — произнёс Леин, следуя за хозяином шатра на некотором расстоянии. — А также несколько рабов по минимальной цене.       — Сразу к делу, господин Герой? — мужчина оглянулся через плечо, блеснув стеклами очков. — Что ж, тогда прошу сюда.       Он указал тростью на четыре клетки, стоявшие особняком. В трёх сидели гибриды — как мысленно обозначил их Леин, люди с животными чертами, — а в четвёртой содержалась антропоморфная лисица с грязно-красной шерстью. Именно она привлекла его внимание. Подойдя вплотную к решётке, он детально осмотрел пленницу: левая нога была сломана в нескольких местах и срослась неправильно, правое ухо надорвано. Взгляд сине-серых глаз был пустым и направленным куда-то в пол под ногами.       — Сколько за неё? — не отрывая взгляда от клетки, обратился к торговцу Леин.       — О, у вас глаз намётан, уважаемый Герой! — с напускной радостью воскликнул тот. — Бедняжка повредила ногу…       — Меня интересует не история, — перебил его черноволосый. — Назови цену.       — С вами, я вижу, шутки плохи… — начал было толстяк, но тут же осекся под холодным взглядом. — Сто двадцать серебряных, и она ваша. Вы, кажется, упоминали о недорогих рабах? Прошу за мной.       Работорговец провёл его к клеткам в глубине шатра, где Леин уже не оценивал травмы или увечья — даже условно дееспособных особей здесь не было. Он отобрал молодого парня с заячьими ушами, слепого старика с редкими чешуйками на коже, двух гибридов волков лет тридцати, маленькую девочку неопределённого вида и прямоходящего быка, один из рогов которого был обломан.       — Даже не стану спрашивать, для чего они вам потребовались, уважаемый Герой, но уверяю — выбор превосходный! — с неизменной широкой улыбкой заявил торговец. — Итак, с вас, дайте-ка подсчитать… Четыреста сорок серебряных. Золото также принимается.       Он приготовился терпеливо ждать, пока молчаливый клиент отсчитает сумму, и даже слегка удивился, когда Леин почти мгновенно извлёк из-под мантии мешок с монетами.       — Позвольте отметить — вы считаете с поразительной скоростью! Или же заранее точно знали, сколько у меня потратите.       Приняв деньги, толстяк, не глядя, бросил их на соседний стол.       — Не пересчитаешь?       В ответ его улыбка стала ещё шире.       — Доверие порождает доверие, уважаемый Герой. Вы доверились мне в выборе товара, а я, в свою очередь, верю, что вы не станете обманывать того, к кому ещё не раз вернётесь.       Рабы, собранные в одну группу, опасливо поглядывали то друг на друга, то на своего нового владельца. Хозяин шатра тем временем перелил немного чёрной жидкости из небольшого горшка на столе в блюдце, взял кинжал и приблизился к Леину.       — Осталась последняя формальность, господин Герой, — протянул толстяк кинжал. — Потребуется капля вашей крови. Предвосхищая вопрос, это необходимо для привязки рабской печати. Остальное вы увидите сами.       Приняв объяснение, Леин взял кинжал и тут же скрыл его под мантией. Торговец в лёгком недоумении склонил голову набок, но уже в следующее мгновение поспешно принял обратно клинок, на острие которого дрожала тонкая полоска крови. Аккуратно смахнув каплю в блюдце с чернилами, он передал его одному из своих слуг, обмакнул кисть и принялся выводить на груди каждого из рабов небрежные круги. Как только кисть отрывалась от кожи — или, в случае лисицы и быка, от шерсти, — клеймо на груди начинало слабо светиться. Судя по реакции рабов, активация сопровождалась значительной болью.       При этом с каждым новым нанесённым кругом в поле статуса Леина появлялись дополнительные показатели здоровья и маны — там же, где прежде отображались данные Софии Майн.       — Я хочу купить горшок. — вдруг заговорил он, привлекая к себе внимание хозяина шатра.       — Вы про мои чернила? Сожалею, но я не могу вам их продать, — тот развёл руками в стороны. — Это последнее, что у меня сейчас есть.       После короткой паузы он продолжил, сменив тон на заговорщический:       — Однако, в знак моих серьёзных намерений относительно нашего сотрудничества, я смогу раздобыть для вас партию по исключительно выгодной цене! Только пообещайте, что не забудете старого доброго меня и не станете создавать конкуренцию. Зайдите после следующей Волны. — Потратив пару секунд на тщетную попытку прочесть что-либо на лице Леина, торговец вернулся к работе, ещё шире растянув свою неизменную улыбку.       — Благодарю за покупку и с нетерпением жду вашего следующего визита! — провозгласил работорговец, закончив работу.       Леин ответил коротким кивком, резко развернулся и направился к выходу из шатра. Едва последний из его новых рабов скрылся за пологом, толстяк, не в силах сдержать чувств, несколько раз лихо прокрутился на месте, раскинув руки.       — День выдался на славу, с поистине удивительными клиентами! — воскликнул он, и схватил со стола кинжал, подняв на уровень глаз. Остриё клинка было заметно загнуто вбок — словно его с огромной силой воткнули во что-то невероятно твёрдое.