Глава 3. Новая рутина.

"Вы слышали последние новости?"

"С добрым утром. Уже все, кроме вас, слышали."

«Такое просто не слыхано. Зная историю Метеоров и Вымпелов, я могу с уверенностью сказать, что это начало конца для обеих команд.»

«Я не верю, что такое возможно. Они откажутся от участия.»

«Я предполагаю, что от красных и синих в ближайшее время будет ни слуху ни духу. Даже если они согласятся на условия турнира, они скорей всего будут истощены междоусобной войной ещё до начала первого матча.»

«Они откажутся от участия. Не на таких условиях.»

«Противостояние Метеоров и Вымпелов старше чем вся Лига. Они не смогут так просто взять и забыть это. Мы на их месте бы не смогли.»

«Не думаю, что после такого заявления от них на турнире будет хоть какая-то угроза.»

«Я считаю что ничего у них не получится. Они же терпеть друг друга не могут!»

«Однажды Роман Сиякин ударил меня по лицу. Это было очень круто!»

«У них не школа, а царство абсурда.»

      Ваня вздохнул так громко, что привлёк внимание всего автобуса, после чего выключил телефон и бросил его в рюкзак. Читать форум Лиги сейчас не было никакого желания. Полез туда из интереса, а в итоге получил бесплатную дозу негатива. И вам доброе утро, разноцветные товарищи.       Мультиспортивная лига, в простонародье Мульта, является домом не только для знаменитых Метеоров и Вымпелов. На деле же она включает в себя множество команд со всего края. Правила вступления просты: нужна спортивная школа, команда, которая играет от школы и цвет. С цветами были проблемы, ведь красивых и звучных колеров было не так много, а желающих их занять в разы больше. Так и приходилось хватать что было. Особенно учитывая, что лучшие цвета, красный и синий, как на зло заняли лигообразующие коллективы.       С задержкой в один день, новость об объединении непримиримых соперников всё же облетела весь город. Метеоры и Вымпелы всегда были лакомой темой для сплетен среди спортсменов Лиги. Никто не виноват, что их настолько интересно обсуждать. А теперь обсуждение их личностей достигло своего пика, затмевая собой любую другую историю происходящую в пределах их спортивного образования. С одной стороны Ваня мог их понять. Он бы сам бы наверное не удержался бы от разговоров об этой ситуации, будь он сторонним наблюдателем из какой-нибудь самой обычной команды без особой претензии на лидерство. Вот только так получилось, что он был непосредственным участником действия, а потому это перемывание костей мягко говоря раздражало. Одно дело, когда ты в безвыходной ситуации, а совсем другое, когда абсолютно все в курсе что ты в безвыходной ситуации и ещё в добавок стремятся вставить свои пять копеек там где это совершенно не уместно. Становилось по-настоящему мерзко.       Вообще Лига не была похожа на другие образования своего рода. В ней не было привкуса эдакой... Официальности, что-ли? В то время как прочие подобные организации были похожи на строгие по своей структуре спортивные клубы, Лига же больше напоминала обычный двор с хоккейной коробкой посередине. А все эти вроде бы знаменитые команды её населяющие были не больше чем кучкой детей, объединившихся в разноцветные фракции. Все спортсмены были на пересчет. Все были знакомыми. Если человек не был твоим знакомым — он был знакомым твоего знакомого.       А если задуматься, то это не так уж и далеко от правды.       Но вот чего не отнять у любого настоящего двора, так это лавочки у подъезда, где собирались бабушки и обсуждали последние новости. У Лиги эта лавочка называлась форумом, находилась она в телефоне и не нуждалась в присутствии старшего поколения. Хоккеисты и сами прекрасно справлялись с перемыванием костей. Мало кто знает, но в перерывах между маханием клюшками спортсмены больше всего любят обсуждать как же махают клюшками другие представители их дела. Кто начал встречаться с девушкой, кто расстался с девушкой, кто у кого отбил девушку, а кого интересуют вовсе не девушки. Любая история, попадающая в сложные механизмы сарафанного радио, тут же принимала характер фольклора и передавалась из уст в уста с авторскими дополнениями и приукрасами.       Барашкин не был любителем такого. Моральные принципы не позволяли ему говорить за спиной человека. Если ему было что сказать, он говорил это в лицо. Прямо как вчера.       Ваня затряс головой, чтобы гадкие мысли не лезли в голову. Ему и так тошно.       Если тебя действительно что-то настолько интересует, почему не спросить человека об этом лично? А не слушать и принимать в сведение информацию, пропущенную через семь ушей до тебя. Ваня даже однажды пытался собрать подписи чтобы этот проклятый форум наконец закрыли и Лига стала чище. Вот только очевидно, что у него это не получилось, раз платформа до сих пор была жива. Инициатива Барашкина не была встречена с большим энтузиазмом. Одним игрокам было плевать, а другие были даже категорически против закрытия обсуждения. Особенно Сиякин, который казалось бы жил на этом форуме, впитывая все сплетни.       Ваня вышел из автобуса подобно тени. Сегодня по плану должен был быть самый обычный школьный день. Обычные уроки, а потом обычная тренировка. Отличало его от обыденности привычной Ване, только то, что сегодняшняя тренировка должна была проходить совместно с Метеорами. Об этом в чате сообщил Павел Анатольевич. Но в тот момент Барашкин не испытал никаких из ряда вон выходящих эмоций. Наверное он просто уже израсходовал свой лимит.       Сам факт тренировки с Метеорами был ожидаем. А вот что ожидаемо непосредственно от Метеоров - это уже загадка.       Уроки прошли как в тумане. Вникать в новую информацию, если честно, не было никакого желания. И не только один Ваня витал в облаках. Все Вымпелы были сами не свои. Даже те, кто не имел отношение к хоккею. Фигуристы, волейболисты и прочие носители синего цвета. Объединение с Метеорами ударило по всем. Даже по тем кто не вошёл в список объединенных. Просто наблюдать за процессом со стороны и то было больно. Все синие принимали горе хоккеистов, как своё. В этом заключается сущность Вымпелов — быть большой семьей и проживать это вместе. Ну типо. Ваня уже ни в чем не был уверен. Учителя в данном конфликте представляли нейтральную сторону, а потому демонстрировали 50 процентов понимания тяжёлого положения команд, и 50 процентов упрёка по поводу пренебрежения важными школьными предметами ради каких-то глупостей. Когда школьная каторга наконец была пройдена, Ваня отправился на стадион.       Ноги сами вели его по маршруту, которые он мог бы пройти даже с закрытыми глазами. К счастью хоть здесь не пришлось перестраиваться и тренировка проходила на территории Вымпелов. В этот раз перестраиваться придётся Метеорам. В принципе, всё по-честному. Главное чтобы они не заблудились. Ваня, вышел из школы, прошёл сквозь небольшой сосново-березовый сквер и направился в родное здание клуба. В раздевалке на тот момент было несколько персонажей.       Тарас и Петя во всю рубились в карты. То ли в дурака, то ли в преферанс, то ли вообще во что-то собственного сочинения, простому Вымпеловцу не доступное. Рядом сидел Рома, который видимо не нашёл карточные игры достаточно интересным времяпрепровождением, а потому предпочитал усиленно вчитываться во что-то в телефоне. На противоположном конце лавки сидел Гена Палкин, славящийся своей "Вымпеловской" пунктуальностью, вследствие которой всегда приходил раньше всех. В этот раз он явно об этом пожалел, учитывая что по одному его виду можно было понять, что ему сверх неловко находиться в одной комнате с красными.       Ваня неловко поздоровался. Петя и Тарас кинули рядовое приветствие, Рома вообще молча понял руку в знак того, что он в курсе прихода капитана Вымпелов. Гена поздоровался с энтузиазмом, радуясь не только факту что он больше не один на один с Метеорами, но и тому что его капитан не пострадал после вчерашнего похода на их территорию. Разумеется Ваня не стал рассказывать товарищам о столкновении с старшими. Тем более что никаких заметных последствий оно не оставило. За исключением, разве что неприятного на вид синяка на пол плеча. Но его легко можно было скрыть под формой, а значит беспокоить никого по этому поводу не стоит.       Пока Ваня прятался за дверцей шкафчика чтобы не заметно переодеть форму и не показать гематому, на встречу команд подоспели и оставшиеся участники. Подбежали Гоша вместе со Степой. А последним, как всегда, явился запыхавшийся Глебов, у которого в последний момент возникло какое-то неотложное дело. - Вот блеск. - Цыкнул языком Сиякин.- Даже Жёлтые Меркурии умудрились что-то вякнуть. Со дна постучали, народ. - Только не говори мне что ты всё это время так увлечённо читал форум. - Тарас, хоть и не разделял радикального мнения Вани, не являлся ярым фанатом этой чатовой помойки. - Нужно знать что о нас люди говорят! У нас вообще-то репутация.       Петя оторвался от карт. - Кстати о репутации. Мне тут после вчерашнего не спалось, так что я придумал как мы можем чисто в теории сорвать соревнования.       Хитрюк выпятил грудь вперёд. Не было понятно правда ли он хотел приняться за воплощение своей идеи, или же просто гордился самим фактом того что у него в голове родился очередной гениальный план. Карты были отброшены в сторону, как что-то не нужное. Всё равно Петя уже видел карты Таранова и знал чем его бить. Очередная лёгкая победа. Для него это было как раз плюнуть. - Я пас. Не хочу провести свои лучшие годы в колонии для несовершеннолетних. - Сиякин уткнулся обратно в телефон. - Это если мы рассматриваем вариант, в котором в принципе выживаем. - Отметил Глебов, за что получил от Хитрюка косой взгляд. - Ахрененного вы обо мне мнения, любезные сокомандники. Спасибо. - Ну а если серьёзно, то ну... Какой у нас план? - Лёва озвучил вопрос, который вертелся в голове у всех. Ваня вздохнул. Ему не нравилось как сегодняшний день повторял сценарий вчерашнего. И кажется, остальные Вымпелы тоже мысленно напряглись, готовясь ко второй конфронтации. - Если по расписанию, то у нас сейчас тренировка на льду. - Нервно пожал плечами Палкин и немного прищурился, будто бы понимая что не такого ответа ждал вратарь Метеоров. - Долой расписание! У нас чрезвычайное положение, забыли? - Сиякин наконец-то отбросил телефон и начал полноценно участвовать в дискуссии. - А знаете кто выживает в чрезвычайных ситуациях? Те, кто умеют действовать нестандартно и адаптироваться к изменчивым условиям. - И как ты предлагаешь адаптироваться? - С искренним интересом спросил Стёпа. Рома только этого вопроса и ждал, судя по тому как он моментально разразился своей метеоровской улыбкой. - Давайте перестраивать иерархию!       Он вскочил лавки и в миг оказался посередине комнаты перед всеми. - Мы больше не Метеоры и не Вымпелы. Мы - Вымпелоры. А значит старые порядки больше не актуальны. Нам нужно выбрать новые роли. Кто будет вратарём, кто защитниками и нападающими, а кто... - Тут Сиякин выдержал поистине Мхатовскую паузу. - Капитаном.       Ваня еле удержался чтобы не ударить себя по лицу. Даже когда мир Метеоров и Вымпелов рушился, они были на грани катастрофы и не знали что делать, Сиякин оставался Сиякиным. Таким же тщеславным и самовлюблённым. С одной стороны было приятно осознавать что хотя бы какие-то вещи в мире не меняются, но с другой стороны, где-то в глубинах Ваниного нутра опять начала подниматься неприятная желчь и желание кричать на Рому. Барашкин заставил себя её проглотить и сохранить железную выдержку. - Если ты будешь капитаном, я лучше пойду и сдамся нашим будущим противникам добровольно. - Кажется на Ёлкина вчерашняя история вообще не повлияла. Он всё так же морщил нос и смотрел на Метеоров с ярко выраженным укором. Сиякин не мог потерпеть такого неуважительного отношения к себе. Тем более от шмакодявки вроде Гоши, который для Ромы вообще не имел авторитета. Мало того что играть не умеет, так ещё и лезет куда не надо.       Сиякин резко развернулся на лезвиях коньков и уставился прямо на Гошу, буквально прожигая того взглядом, как настоящий голодный хищник. Ёлкин даже вздрогнул от такого движения и инстинктивно отодвинулся назад, при этом едва не свалившись с деревянной лавки. - А я кажется догадываюсь кого ты хочешь предложить. Твоего Ванечку, верно? - Практически прорычал Сиякин. - Твою мать, Ромыч ну только не по-новой. - Даже Хитрюк, кажется, понимал насколько отвратительная ситуация начинает закручиваться. Уже второй раз подряд. - Заткнись! - Прикрикнул на него Сиякин. - Ты вообще на чьей стороне? Как будто тебе нравится, что к тебе относятся как к мусору. - У нас больше нет сторон, Рома... - Очень робко начал Глебов, но Сиякин не дал ему и шанса выговориться. - Скажи это ИМ! - Ты просто завидуешь, потому что Ваня лучше капитан, чем ты! - В нарастающий конфликт подключился и Стёпа Прыгунков. Ваня видел как ситуация выходит из под контроля прямо на глазах. Ещё немного они опять разругаются в край. - Рты закрыли! - Тарас ударил по железной дверце шкафчика вызывая тем грохот, который в пределах раздевалки был почти оглушительным. Дверца была неизбежно помята, но тем не менее её жертва оказалась не напрасной. Все притихли. Даже Рома захлопал глазами, кажется осознавая, что опять начал перегибать палку. Он даже выглядел почти виноватым.       Ваня понимал, что судьба Метеоров и Вымпелов висит на волоске и от слов двух капитанов сейчас зависит всё. Перед Барашкиным встал выбор. Прямо сейчас, он мог выбрать сторону, вновь разделить Метеоров и Вымпелов и похоронить любые надежды на победу. Либо же он мог сделать правильную вещь. У Вани до, последнего времени, не было проблем чтобы делать правильные вещи. И если правильной вещью было принести некоторую жертву - он был готов это сделать. - Я не буду капитаном.       А вот это заявление окончательно потушило запал Сиякина, оставляя его в полном непонимании. Он забавно наклонил голову, как будто не веря собственным ушам и пытаясь найти в словах Вымпеловца подвох. - Не понял.       Но подвоха не было. - Я не буду капитаном Вымпелоров. Даже не буду претендовать на этот титул. - Ваня повторил уже громче, чтобы все точно услышали и осознали, что это была не простая оговорка или необдуманные слова. Он выглядел настолько уверенным, насколько это было возможно.       Случилась немая сцена.       Казалось, что в момент когда Ваня отказался от титула капитана, стабильность их мира пошатнулась. Будто была опровергнута какая-то древняя аксиома, константа, порядок. Что-то столь же постоянное как четыре фундаментальные силы или правило Буравчика. Ваня не мог не быть капитаном. Это было негласное правило, которое никто не ставил под сомнение. А теперь когда его нарушили, никто не знал что делать. А страшнее всего, что нарушено оно было не внешними обстоятельствами, как было до этого, а непосредственно элементом этого правила. Это было действительно осознанное решение Вани. Вот только все остальные не могли его осознать. - Но... Если ты не капитан, то тогда кто? - Едва слышно спросил Палкин. - Тарас. - Спокойно ответил ему Ваня. - Или Рома. Пусть уж они сами решают. Разумеется... - Тут Барашкин развёл руками, окидывая взглядом всех остальных присутствующих. - ...если нет ещё желающих.       В словах теперь уже бывшего капитана не было ни тени издевательства. Он действительно не собирался никому препятствовать в случае появления инициативы. Это было ещё более странно и даже неправильно для Барашкина, которого все знали. Тем не менее все, кто до этого момента не был задействован в дискуссии начали так испуганно отказываться, будто Ваня предложил им что-то противозаконное. - Вань, ну ты чего? - К Барашкину подошёл Тарас и неловко положил ему большую руку на плечо. - Ты из-за вчерашнего до сих пор расстраиваешься что-ли? Нашел из-за чего переживать. Мы же тебя уже простили. Ну... Ну подумаешь один раз повёл себя как ублюдок! Вон, посмотри на Петю. - Таранов указал на ошарашенного Хитрюка, - Он всегда ведёт себя как ублюдок. И ничего, улыбка до ушей. Может в этом и секрет... Ну... вечного счастья.       Ваня оценил поддержку, но это было не то что ему сейчас нужно. Если честно, в данный момент его невозможно было поддержать. В ответ на слова Тараса он только подарил тому достаточно измученный взгляд, который говорил сам за себя. - Плохо подбодрил, да? - Таранов смутился. - Так получается Ваня выходит из гонки? - Рома только успел пикнуть как тут же получил резкий нагоняй от Таранова, который сразу расставил все точки над «и». - Нет никакой гонки! Я капитан, и это не обсуждается. - Понял, принял. - Сиякин неловко откланялся и уселся на скамейку рядом с Петей. Кажется он пребывал в таком потрясении, что и не собирался сильно спорить. Видимо без Вани спорить не так интересно.       Хотя бы с этим разобрались.

***

      Рома со всём своим метеоровским запалом полетел на Палкина, чтобы отнять, у него шайбу и показать как дела делаются, но немного не рассчитал усилий. Бывший, а в нынешних обстоятельствах уже бывший, нападающий Вымпелов ловко извернулся и одним грациозным прыжком перемахнул через низкорослого Сиякина, пока шайба проскользнула у него между ног. Гена приземлился и, не сказав ни слова, продолжил атаку на ворота. - Тьфу! Да ты как фигуристка! - Крикнул ошарашенный Рома, и отправился в погоню.       Первая проблема которую необходимо было решить Вымпелорам - проблема тактики. Две команды играли слишком по-разному, чтобы просто сойтись на одном поле на одной стороне. К сожалению, это было не так просто. Пусть даже вымпелы сразу отказались от идеи Хитрюка о жульничестве, это не значило, что единственное разногласие было разрешено. Конфликты росли в геометрической прогрессии. Рома жаловался что Гена играет слишком мягко, и ему нужно больше огня в глазах. Ёлкин предъявлял Пете, что тот вообще не думает, когда что-то делает. Тарас кричал вообще на всех, так как теперь имел на это право. Один только Ваня с вратарями отмалчивались. Вратари потому что Глебов подозрительно быстро сдал позиции и уступил ворота Прыгункову даже не пытаясь побороться за них, а Ваня потому что думал. Он вообще очень много думал в последнее время. Однако решение так и не приходило. Вообще складывалось впечатление, что непонятна сама проблема. Корень зла, как это часто бывает, находится очень глубоко.       Барашкин ловил себя на мысли, что никак не может избавиться от ощущения напряженности рядом с Метеорами. Вот он ведёт шайбу, а вот к нему подъезжает Таранов. И первый инстинкт это Вани не то, что рядом сокомандник, которому можно отдать пас, а то, что ему нужно группироваться для возможного отлёта в борт. Конечно, через секунду Ваня вспоминает что к чему и отдаёт пас, но это целая секунда! А в хоккее даже она может решить исход матча. Это никуда не годится. Так никаких нервов не хватит.              Обычно такие вопросы решаются со временем. Поиграют немного, притрутся друг к другу. Привыкнут в общем. Но этого времени у Вымпелоров не было. Поэтому нужно работать так как есть. Закрывая глаза на цвета и ломая свою сущность через колено. Они слишком долго играли по одним правилам, чтобы так просто принять новые.       Рома с размаху ударил клюшкой и отправил шайбу прямо в ворота, где стоял Стёпа. Бывший вратарь Вымпелов и потенциальный вратарь Вымпелоров повалился на лёд, пока снаряд провёл мимо него и оказался в сетке. - Эй, я даже не старался! Брать такие надо! - Сиякин скрестил руки на груди с недовольным выражением лица. Хотя на самом деле он очень даже старался над этим ударом. Ваня видел насколько сильно Рома сжимал клюшку и какой яростью использовал её, как только выпадала возможность. Он всегда так делает когда злится или волнуется. Но сегодня Ваня не мог его винить. У каждого свои механизмы преодоления. - Извини, виноват, в следующий раз возьму! - Неожиданно Глебов поднял руки в защищающимся жесте вместо Прыгункова и поспешно извинился. Стёпа поднялся со льда и неуверенно сказал. - Ты чего? Это же я не взял.       Глебов тут же вздрогнул и неловко почесал затылок. - А, ой, извини... У меня просто рефлекс уже оправдываться, когда Сиякин кричит.       Ваня вздохнул с отчаянием. Да, они ОЧЕНЬ сильно привыкли к своим ролям. -Не, пацаны, это никуда не годится. - На лёд выехал Петя Хитрюк, который последние 10 минут провёл на скамейке запасных в глубоких раздумьях. - Лучше давайте сразу сдаваться. Хоть не опозоримся. - Нет! - Тут же воскликнул Ëлкин. - Нельзя сдаваться. Вымпелы никогда не сдаются. - Я не Вымпел. Домой можно? - Сиякин закатил глаза. Когда активная фаза тренировки закончилась, закончился и его запал и желание всё крушить. Теперь остался только уставший Рома, который хотел домой. - Ну уж нет! Мы теперь команда и теперь обязаны позориться вместе! - Я Вымпелам ничего не обязан. - А вы Метеоры вообще никому не хотите быть обязаны. Поэтому у вас и не бывает друзей. - Э, коротышка. Давай-ка, пальцем не показывай. И ты, Рома, хорош. Заткнулись оба. - Тарас как обычно пресёк уже бессчетную попытку развязать конфликт. Ваня должен был признать, что у него это хорошо получалось. Методы у Тараса хоть и были далёкие от классической дипломатии, но зато работали как нельзя лучше. Страх перед очень сильным подзатыльником у Сиякина явно преобладал над гордостью. - Ничего у нас не выходит! - Прыгунков обиженно бросил клюшку на лёд. - Только великие команды позорим. - Если тебя это утешит, то это не мы начали. - Лев Глебов подкатился к общему собранию и неловко и как-то даже боязливо похлопал Степу по плечу. - Не наша вина, что две команды, которые все время должны ссориться заставили подружиться. Ну или типо того…       Поддержка получилась хоть и милая, однако не сильно действенная. Наверное, так даже стало хуже, ведь Глебов случайно напомнил всем об их по сути беспомощности в этой ситуации. А об этом, если честно, вообще вспоминать не хотелось. Вымпелоры вместе уныло вздохнули, а Лёва из-за этого смутился ещё сильнее. - Вот если бы могли не ссориться хотя бы один матч... - Пробормотал Гена мечтательно. Это было сказано очень тихо, но в атмосфере полного эмоционального упадка слышно было абсолютно всë. Сиякин горько хмыкнул. - Ага, флаг нам в руки. - Сказал он с несвойственной ему мрачностью. Это звучало не как попытка огрызнуться или задеть Гену за неаккуратные слова, а скорее как согласие и даже какое-то мученическое смирение. - 60 лет значит ссорились, а теперь как возьмём, как перестанем ссориться. Я в такие чудеса не верю. - Но мы же когда-то не ссорились? Ну в смысле очень-очень давно... - Гена неуверенно продолжил. Ваня поднял брови, так как неожиданно наивные мечтания навели его на мысль о реальном решении проблемы. И судя по нынешнему развитию событий - это их последний шанс. - Ну ты вспомнил. Ты ещё давай про динозавров нам расскажи. - Съехидничал Петя. - Ты думаешь кто-то там знает как Метеоры и Вымпелы поссорились?       Для Барашкина эта фраза прозвучала как сигнал. Он открыл рот и произнёс, то, что ещё не до конца успел обдумать, но то что казалось самым правильным. Как будто его сильно пострадавшая, но всё еще живая Вымпеловская душа вновь взяла контроль над ситуацией и подтолкнула к тому, что считала правильным. - Михаил Целенов знает. - Сказал он очень спокойно и отчетливо.       Метеоры после этого заявления резко перестали улыбаться и синхронно повернулись к Ване, как будто он произнёс имя какого-то древнего божества, которое кинет в них молнию просто за одно упоминание. У Вани внутри всё даже как-то странно передёрнулось, и он начал мысленно сомневаться в своём решении вспомнить старого капитана Метеоров. Возможно коренные игроки знали что-то, чего не знал он. - Гляньте на него. - Махнул рукой Рома, с непонятной эмоцией. То ли удивлённо, то ли по какой-то причине раздосадованно. - Он уже и про деду Мишу пронюхал! - Подожди, Михаил Целенов? - Стёпа подергал Барашкина на край формы, чтобы привлечь к себе внимание. Прыгунков тоже не спал на уроках истории команды, поэтому знал это имя так же хорошо, как и Ваня. - А разве он ещё жив? Он же наверное должен быть очень старым. - Да он живее всех живых! - Неожиданно взвыл Сиякин, чем поверг Ваню в ещё больший шок. - Хочешь открою тебе секрет, Степашка? Злыдни живут дольше всех.       Барашкин неловко откашлялся, так как лучшего ответа в тот момент не нашёл. - Э… Да. Я встретил его когда ходил к Метеорам извиняться. Он подсказал мне дорогу. Мы можем обратиться к нему за помощью. - Класс! Он же живая легенда! Хоть и Метеоровская. - Обрадовался Гоша. - Он точно должен знать секретные тактики. - Но я не хочу к нему… - Провыл Рома под хихиканье Хитрюка и Глебова. - Он надо мной издевается!       Тарас с сочувствием положил руку на плечо Сиякина. - Мне жаль, Ромыч, но сейчас это действительно самое адекватное, что мы можем сделать. Нам придется пойти к дяде Мише. Как там говорится? «Большой спорт требует больших жертв»?       Сиякин хоть и не сильно проникся цитатой, был вынужден пойти на уступки. Так работает демократия. Если все хотят идти к Целенову, значит и Роме придется туда идти. А ещё если он всё-таки откажется, собраться Метеоры точно будут смеяться, что он боится какого-то дедулю с тростью. С тростью, которая, между прочим, очень неприятно бьет по шлему. И по ногам. Именно эти мысли занимали Сиякина пока он снимал коньки и выходил из раздевалки с остальными Вымпелорами.