Глава 3 — Служение

      Улыбка всё же слез со столба, боль прокатывалась по его телу, хотелось хорошенько отдохнуть. Пиво в его животе напоминало о победе и придавало ему свежести.       Около восьми мужчин из поселения, включая Жона, подняли его на руки и начали подкидывать в небо, причитая о том, что он первый победитель сегодняшнего дня.       Полли стояла рядом и подмигивала ему.       — Молодец, болван. Это я хотела получить приз, но теперь, когда он твой, ничего не поделаешь... Поздравляю тебя с победой, Улыбка!       «Да, это были определённо те лавры, которых я хотел, хотя как насчёт моего десерта из сокровищ?»       После того, как его отпустили, из толпы вышел недряхлый на вид старик, как будто в нём было ещё много сил. Его седые волосы были кротко острижены, лысину на голове закрывал головной убор священника. Если в их поселении и был человек, чей наряд отличался от нарядов остальных, то только этот священник. Он был одет в чёрный колпак и робу с вышитыми золотыми нитками эмблемами Солнца, справа от него лозами, слева волнами, сверху копьём, а снизу монетами спереди и сзади. Солнце среди всех изображений было самым большим.       — Мальчик мой, зайди сегодня в церковь перед самым заходом солнца.       Улыбка только успел понять, что он обращался к нему, как священник ушёл обратно.       «По крайней мере, меня не обманули.»       Остаток дня он наблюдал за тем, как проходит это празднование. Увлекательная борьба на земле, в которой участвовал Жон, но, к сожалению, проиграл в неравной схватке. Конкурс Солнечного живота был более конкурентным — Толстяк пил как настоящее чудовище, и Полли от него не отставала.       Улыбка вместе с Жоном даже подбадривали её, крича что-то в духе «Сейчас ты его сделаешь!» или «Покажи ему, на что мы способны!», хотя какие «мы»? Они вместе с Жоном и вдвоём бы столько не выпили, так что Полли одна защищала их честь. В конце концов она больше не смогла пить и откинулась на спинку стула, пока Толстяк допивал ещё одну кружку, икая.       Наконец все игры были закончены, и время двигалось к служению... Перед этим люди ещё немного поели. Улыбка даже прикупил себе кольцо из голубой глины. На обратной стороне была печать «Вещь Симона». Печать была не такой замысловатой, довольно простой и лёгкой, но что-то в ней манило — завитушки по краям надписи или само исполнение.       «Интересно, что это значит?»       Улыбка спросил у продавца, его звали так же — Симон:       — Это вы сделали такую великолепную печать на кольце?       — Ха-ха-ха... Хотел бы это быть я! Только вот, нашёл я штамп для этой печати по склону северной реки. Видимо, вынесло к нам. Имя ведь моё, поэтому и взял. Уж не знаю, кто это сделал, малец.       Улыбка поблагодарил Симона за ответ:       — Спасибо Вам, это кольцо действительно красивое.       «Интересно, что же там на севере?»       Улыбка надел кольцо на левый указательный палец и не планировал его никогда снимать. Зачем делать много лишних действий, если можно было просто носить кольцо не снимая.       Время близилось к вечеру, солнце уже начало потихоньку заходить за горизонт, а воздух стал не таким жарким. Сегодня было много веселья, еды и выпивки. Тройка наших друзей шла вместе, точнее, шли только Жон и Улыбка, а Полли приходилось тащить, закинув её руки парням на плечи.       Служение заключалось в том, чтобы сесть в удобную позу на земле, закрыть глаза и обратить голову к солнцу, думая обо всех своих желаниях и хороших вещах.       Улыбка присел рядом со столбом, по которому забирался, вместе с ним на землю опустились Полли и Жон.       Служба началась.       «О Великое Солнце, я так много всего желаю. Все эти вещи кажутся мне такими прекрасными и манящими. Сегодня я бы хотел хорошую награду за свои старания для тебя! Ещё я хочу стать умнее, чтобы знать всё на свете! Я хочу уйти из этой деревни навстречу приключениям и загадкам! Хочу находить сокровища и сражаться с могучими страхами... Хочу увидеть других людей. Хочу узнать, что там на севере. Кто такой Симон. Хочу собственными глазами увидеть твоё могущество и присутствие! В конце концов, я хочу, чтобы мои ноги унесли меня на край света! Я буду рад прожить свою жизнь подобным образом, ходя с помощью и волей твоей в моём сердце! Спасибо! Спасибо!»       Внешне Улыбка выглядел напряжённым, могло показаться, будто он нагревается посреди поля, но потом он быстро встал со своего места и пошёл в сторону церкви. Его друзья всё ещё сидели на земле и проводили службу.       «Что же... Я сказал всё, что хотел.»       По дороге к полностью каменному зданию поклонения богам, Улыбка рассматривал свой новый аксессуар, но вскоре перестал и убрал его обратно на свой палец. Колокольный звон приближался к его ушам и не собирался утихать. В церкви тоже были свои приготовления.       Улыбка постучал в дверь, затем вошёл внутрь. Солнце к этому моменту уже почти зашло за горизонт, несмотря на летнее время. Священник сидел за письменным столом и что то на нём делал. Вокруг были алтари поклонения разным богам, несколько подушек для молитв на полу, на потолке висела люстра, а внутри пахло ладаном.       Улыбка пришёл за наградой.       — Здравствуйте. Я тот, кто победил в соревновании по карабканью на столб...       Не успел тот договорить, как священник уже встал из-за стола и протянул ему занятную вещь в руке.       — Это тебе.       Священник вложил изящный металлический ключ в руку парня. Улыбка принял ключ и осмотрел его в руках. Ключ завивался и разветвлялся, но только рукоять, верхняя часть выглядела как совершенно обычные два штыря, торчащие из куска металла.       Священник молча повёл молодого человека за собой, они прошли все алтари и остановились около двери, с краю левой стены от входа. Священник открыл её, приложив немного силы. Они спускались по винтовой лестнице вместе. Внутри через большое расстояние горели факела.       Вдали, когда их звонкие шаги по лестнице наконец прекратились, их взору открылся коридор.       — Впереди винодельня. Нам туда не надо. Вот, смотри.       Он указал рукой на дверь в конце лестницы, она находилась перед коридором и имела замочную скважину.       — Открывай.       Улыбка послушал его и вставил ключ, потом с силой провернул его в скважине и приоткрыл дверь. Запах сырости и затхлости ударил Улыбке в нос. Он не мог поверить тому, что увидел, когда дверь открылась полностью...