Глава 14

** От лица Песчаных**

Сквозь бурю, с громом и искрами молний, они брели вперёд. Песок хлестал в лицо, словно мир сам пытался оттолкнуть их назад. Их осталось пятеро. Кто-то хромал, кто-то тащил за собой связку разбитых артефактов, но никто не говорил вслух, насколько это всё было на грани. — Нам бы ещё палатку и парочку оазисов, — пробормотал Илат, прикрывая глаза от пыли. — Тур по смертельной зоне без гарантии возврата. — Успокойся, — буркнула Ран, поправляя латы, давно покрытые выщербленным стеклом. — Кто не умер, тот дойдёт. — Как обнадёживающе. Только нас должно быть шестеро... — Не начинай. Сиарис выбрала свой путь. — Я не виню её, — отозвался Зан сзади. — Просто… глупо это. Никаких прощаний, ни писка. Только этот чёртов слух. — Какой? Они остановились на минуту, зарывшись в низину между дюн. — Говорят, её видели недалеко от места, где разлом касается моря. — Это же... — Да, на границе. У истоков. Где всё началось. — Думаешь, она... перешла? — Я не думаю. Но... если бы кто и мог — это она. Молчание. Потом Ран фыркнула. — Надеюсь, ей там весело. А то мы тут угораем по полной, а она, может, на курорте. — Ну да, на курорте у психов-объединителей. Завидую. — Ещё одна курица сбежала из клетки, — хмыкнул Илат. — Только мы остались в бульоне.

**От лица Глубинных**

Глубинные шли по каньону, уже не по воде, но не по суше. Пространство здесь вибрировало, а под ногами всё чаще попадались остатки артефактов — будто кто-то спешно отступал. Твилл оглянулся. — Слышите? — Что? — спросила Нарида. — Молчание. Здесь даже собственные шаги не эхом, а будто шёпотом. — Я всё ещё слышу голос. — Опять? — Он не говорит. Он поёт. Колыбельную. Я её не знаю, но... она обо мне. Оторон замер. — Ты ещё помнишь, о чём был твой страх? До жертвы? — Семья, — выдохнула она. — Я же говорила. А ты? Оторон закрыл глаза. — Дом. Его запах. Каменные стены. Огонь. — Почему ты это отдал? — Потому что я идиот. Каалио, идущий впереди, усмехнулся беззвучно — его голос остался где-то между коралловыми храмами. — Ты не идиот, — написал он магическими всполохами на песке. — Ты — преданный идиот. Смех. Впервые за долгое время — настоящий. — А Твилл? Что ты отдал? — спросила вдруг Нарида. Тот замялся. — Своего брата. Тишина повисла, но ненадолго. — Ну хоть не ногу, как я, — хмыкнул Оторон. — Было бы не так удобно. — Эй, я всё слышу, — подал голос Джирет, культист-водоходец. — Моя жертва — контроль над временем. — Это как? — Я теперь не могу чувствовать его. Не знаю, сколько прошло часов, дней... — Ну, хотя бы ты не опоздал на бой, — усмехнулся Твилл.

**У врат**

Обе команды одновременно доходят до двух разных проходов, сливаясь в одной точке внутри колоссального зала, залитого мягким холодным светом, который пульсирует, как сердце. Песчаные входят первыми. Видят глубинных, запылённых, уставших, но живых. — Ты посмотри, живые! — воскликнул Илат. — А мы уж думали, вы растворились в соли. — А вы, как я вижу, предпочли модный стиль "бомба на голове"? — Твилл поправил свой развороченный нагрудник. — По крайней мере, у нас вся команда на месте... о, подождите. Все притихли на миг. Даже песок остановился, прислушиваясь. Зан рассмеялся. Смех был тяжёлым, но искренним. — Это было подло. Но честно. — Мы… скучаем по ней, — тихо добавила Ран. — Мы тоже кого-то оставили, — сказал Оторон. — Внутри себя. Двери разлетаются. Свет заливает зал, превращая его в безвременье. Он стоит перед ними. Поглотитель. Огромный, как сама бесконечность, но не чудовище. Он не угрожает, не ревёт. Он просто есть. И он говорит: — Вы б ещё дольше добирались. Пауза. — Что ж. Раз уж вы здесь… давайте поговорим.