Глава 6.

Будь всё иначе Солнце пробивалось сквозь кроны, оставляя золотые пятна на мшистой земле. Пожилая пара, приютившая их, нуждалась в дровах, и они предложили помощь. Почти без слов, почти как двое, кто давно знает, что сказать не обязательно. Теперь они были в лесу. Он — с топором. Она — в свитере на пару размеров больше, с заправленными за уши волосами, тянущаяся за сучьями. Смешно морщилась, когда кора царапала ладони. И смеялась. Настоящим, коротким смехом, от которого внутри у Порко что-то подёргивалось. Он даже не сразу понял, когда перестал колоть дрова и просто смотрел. Как она пригладила выбившуюся прядь. Как морщила нос, поднимая тяжелое бревно. Как двигалась — легко, уверенно. Он представил её в другом. В чём-то городском, обычном. В баре на окраине Либерио, где он раньше зависал с солдатами. Где громко играла музыка, пахло пряностями, а девушки крутили локоны, оглядываясь через плечо. Представил, как она входит туда. Смеётся, заказывает что-то сладкое. Не смотрит на него — но он замечает её сразу. И понимает: вот с такой он бы заговорил. И с такой он бы, чёрт возьми, остался. — Ты чего застыл, Зубастик? — донеслось с другого конца. Она стояла, опершись на бревно, и смотрела прямо на него. Улыбка — тень. Глаза — большие, карие, в которых не пряталось ничего, кроме жизни. Он выдохнул, усмехнулся: — Просто думаю, кого бы ты больше прибила: меня или это дерево. — Дерево. У него меньше зубов. Она рассмеялась. Он снова забыл, что хотел сказать. В этом смехе не было злобы. Только тепло. Он вернулся к работе, но мысли уже не отпускали. Если бы… Если бы не война. Если бы не границы. Если бы она родилась рядом. Если бы он увидел её впервые — не как врага, а просто как девушку. Он бы мог. Даже несмотря на то, что он — Порко Гальярд, солдат, титан, вечно срывающийся на первом свидании Казанова. Он бы всё равно мог. Влюбиться.