Chapter 4: «О трех встречах одного дня»

29 сентября, 1994

      На настенных часах в библиотеке стрелки показывали без пятнадцати двенадцать дня.       Валерия сидела за дальним столом, утопая в кресле, и смотрела в раскрытую книгу по травологии. Сама девушка пристрастия к травологии не испытывала — к растениям Эссоу питала примерно такой же интерес, как и к Турниру Трех Волшебников, то есть никакого. Эта книга была того парня-гриффиндорца, с которым она несколько дней назад столкнулась в коридоре, спеша на урок к Грюму. Валерия по случайности захватила ее с собой.       Прошло несколько дней, а он так и не попытался ее вернуть. Неужели, настолько боится Валерию? Или просто забыл? Последнее казалось невозможным. Книга была явно ему интересна и, скорее всего, очень нужна. Это Эссоу определила по количеству закладок — аккуратных полосок пергамента, торчащих из страниц, и по истертым уголкам, свидетельствовавшим о частых перелистываниях.       На самом деле, одно из растений вызвало у Валерии интерес. Она и представить себе не могла, что в обычной книге о растениях можно найти упоминания о древних растениях Валирии. Откуда волшебники могли узнать о таких забытых видах?       — Цветок Пламени Дракона — редкое растение, произрастающее в уголках древней Валирии, способное залечивать даже самые глубокие раны драконов при правильном применении, — она почти не дышала, читая эти строки.       Дождавшись, когда последний когтевранец, сгорбившийся над томом по древним рунам, наконец, соберет свои свитки и скроется за поворотом, Эссоу мгновенно встала из-за стола.       Библиотекарь, мадам Пинс, сидела за своим столом, уткнувшись в какой-то толстый фолиант, совершенно не обращая на девушку внимания.       И вот Валерия уже находится в Особой секции библиотеки. Деревянная дверь, украшенная замысловатой резьбой, бесшумно закрылась за ее спиной, отрезая от остального мира.       В первый день, когда Валерия только поселилась в Хогвартсе, профессор Дамблдор протянул ей пожелтевшее разрешение, подписанное им же, для посещения Особой секции библиотеки. Директор, прищурив свои искрящиеся глаза, скромно намекнул, что ей это пригодится, и его улыбка была загадочной, как всегда.       Особая секция, с ее объемом книг, казалась девушке просто бесконечной. Высокие, до самого потолка стеллажи, забитые древними томами, уходили вдаль, теряясь в полумраке. Воздух здесь был густым, пахнул старой бумагой, пылью и чем-то неуловимо притягательным, словно каждый том хранил в себе не только знания, но и отголоски минувших веков.       Бегло ища раздел, на котором она остановилась в прошлый раз, Валерия вдруг услышала шорох. Вздрогнув, она тут же обернулась, но никого не оказалось. Лишь тени танцевали на стенах, отбрасываемые одинокими светильниками, и пылинки кружились в свете лучей, проникающих откуда-то сверху. Она медленно выдохнула, успокаиваясь.       — Наверное, показалось, — сказала она самой себе.       Наконец, спустя несколько минут, Валерия нашла нужную книгу. Она стояла на одной из самых высоких полок, выглядя более древней и потертой, чем остальные. Обложка была из темной кожи, с выцветшим золотым тиснением, изображавшим свернувшегося в кольцо дракона. И закладка, оставленная ею в прошлый раз, была на месте — тонкая полоска фиолетового шелка, спрятанная между страницами. Это была книга о драконах.       Все началось с того дня, когда Аэлор поведал ей все (а может, и нет) о их роде. Ее глаза горели, когда он рассказывал о древней Валирии, о кровной связи Эссоу с этими величественными созданиями, о том, как их предки летали на них над морями и горами. Дыхание захватывало, когда дядя говорил о связи с драконами, о магии, которая текла в их венах и позволяла понимать этих могущественных созданий. Валерия представляла, как она сама парит в небе, чувствуя ветер в волосах и мощь крыльев под собой.       Правда, когда Аэлор сказал, что их драконы уничтожены, все мечты Валерии о собственном драконе рухнули, разбившись на тысячи осколков. Он произнес эти слова так буднично, как будто речь шла о чем-то давно и безвозвратно утерянном, лишая ее последней надежды.       Теперь же, сидя в полумраке Особой секции, она открыла книгу на заложенной странице. Это был раздел о разновидностях драконов. Пальцы Валерии скользнули по пожелтевшему пергаменту, на котором были изображены величественные существа: Змеи-Драконы с длинными, чешуйчатыми телами, с двумя лапами и крыльями, и, конечно, настоящие Драконы — с четырьмя мощными конечностями и огромными крыльями, воплощение силы и древней магии.       Она читала о их чешуе, твердой как алмаз, о их огненном дыхании, способном расплавить камень, о их интеллекте, превосходящем многие человеческие умы. Строки описывали особенности каждого вида, их повадки, предпочтения в еде, даже особенности их гнездования. Валерия впитывала каждое слово, пытаясь восполнить ту пустоту, что осталась после откровений Аэлора. Она узнавала о величии, которое было однажды потеряно, и не могла не испытывать жгучей тоски.       Ее взгляд остановился на изображении, занимавшем целую страницу: огромный, угольно-черный дракон.       — Балерион, Черный Ужас. Последний из великих валирийских драконов. Изрыгал пламя черное, как его чешуя, а крылья его были так огромны, что тень их накрывала целые города, когда он пролетал над ними.       Сердце Валерии заколотилось. Она уже слышала это имя от Аэлора, но увидеть его изображение, почувствовать его мощь, даже через рисунок, было совершенно иначе. В груди нарастало странное, почти болезненное предчувствие. Почему Аэлор говорил, что их драконы уничтожены, если Балерион, последний, имел такую богатую историю?       Эссоу провела пальцем по рисунку, чувствуя притяжение, словно сам дракон звал ее, обещая раскрыть свои секреты.       — Валерия.       — Кто здесь? — обернувшись, Валерия нахмурилась. Ее голос эхом пронесся по безлюдному помещению, оставшись без ответа.

***

      К груди Валерия крепко прижимала найденную книгу о драконах и еще пару томов, которые ей удалось тайком прихватить. Ее разум был поглощен мыслями о Балерионе и загадках его исчезновения, отчего она не заметила препятствия на своем пути. Эссоу споткнулась не о неровность пола, не о выступающий коврик, а о чьи-то вытянутые ноги. С глухим грохотом она рухнула на пол, а прихваченные книги с предательским шумом разлетелись вокруг нее.       Удар пришелся на колено, ноющая боль мгновенно дала знать о себе. Валерия подняла глаза, полные негодования, и тогда их взгляды встретились.       Джордж Уизли облокотился о стеллажи, вальяжно сидя прямо на полу, как ни в чем не бывало. На его лице играла фирменная, озорная улыбка, которая когда-то казалась Валерии невинной, а теперь вызывала лишь раздражение.       Он и его брат, вопреки ее угрозе, преследовали ее с той ночи. Их рыжие головы мелькали в коридорах, их шутки доносились из-за углов, их смех звучал слишком близко.       — С чего ты взял, что тебе можно вот так сидеть в библиотеке?       У нее мелькнуло подозрение, уж не нарочно ли он ждал ее тут, в библиотеке?       Валерия стала поспешно собирать свои книги, пытаясь как можно быстрее скрыть улики своего пребывания в Особой секции. Ее пальцы дрожали, когда она лихорадочно хватала пожелтевшие тома. Но одна из книг, та самая, о драконах, оказалась быстрее. Джордж перехватил ее, подняв с пола с непринужденной легкостью.       — Увлекаешься чтивом о драконах? — улыбнулся он, его голубые глаза скользнули по обложке, а затем вернулись к ее лицу. — Я не замечал этой книги на стеллажах. Где ты ее взяла?       В его голосе не было осуждения, лишь легкое любопытство, которое Валерия сочла еще более оскорбительным.       — Отдай мне книгу.       В ее голосе не было и намека на просьбу, только требование. Она полностью игнорировала его вопрос, не собираясь впредь делиться ничем личным с этим наглым парнем.       — Валерия, — выдохнул он, покачав головой. — Я хочу извиниться, за то, что произошло тогда, на Астрономической…       — Я услышала шум! Что здесь происходит?!       Мадам Пинс, высокая и худая, как жердь, вынырнула из-за ближайшего стеллажа, ее глаза-бусинки яростно сверкали, а губы были сжаты в тонкую нить. Она держала в руке большую кисть для пыли, которой могла бы и отхлестать, если бы посчитала нужным. Ее появление было настолько внезапным, что Джордж инстинктивно вздрогнул, а его хватка на книге ослабла.       Этого было достаточно. С молниеносной скоростью Валерия выхватила книгу из его расслабленных пальцев. Не оглядываясь, не обращая внимания на возмущенные крики мадам Пинс и удивленный возглас Джорджа, она рванула прочь из библиотеки.       Вечером того же дня Валерия соизволила, впервые за долгое время, сходить на ужин в Большой Зал. Обычно Эдмунд, а позже и Тереза, приносили ей тарелки с едой из кухни, пока Валерия пряталась в своей комнате или, чаще, в библиотеке. И хотя Хейс постоянно сетовал на этот счет, утверждая, что Валерии пора бы выходить куда-то кроме библиотеки, сама девушка решительно отказывалась. Ей кусок в горло не лез, когда все без перебоя смотрели на нее. Каждый шепот, каждый косой взгляд, как ей казалось, был пропитан осуждением, страхом, от которых она уже устала.       В компании Эдмунда и Терезы, Валерия неспешно направлялась к Большому Залу. Эдмунд шел чуть впереди, его темные волосы были слегка растрепаны, а на лице играла привычная полуулыбка. Рядом с ним семенила Тереза.       К слову о ней, Тереза оказалась для Валерии удивительно приятной и интересной девушкой.       Однажды вечером, у камина в гостиной Когтеврана, Эдмунд, как бы невзначай, столкнул девушек лбом к лбу, если можно так выразиться. После он тут же завел непринужденную беседу, умело переплетая темы, которые, как он предполагал, могли бы заинтересовать обеих. Валерия, поначалу настороженная, вскоре обнаружила, что Тереза прекрасно разбирается в древних языках и мифологии, что удивительно совпало с ее собственными интересами. А Тереза, в свою очередь, была очарована Валерией — ее внешностью, ее спокойной эрудицией и необычным взглядом на мир. В течение нескольких вечеров, к облегчению Эдмунда, который больше не метался между двумя девушками, Валерия с Терезой нашли общий язык, а позже Тесса и вовсе переселилась в комнату Валерии, разбавляя ее одиночество.       Лишь одно напрягало Валерию в новоиспеченной подруге: их внешняя схожесть. Обе были светловолосыми, со светлой кожей и плавными чертами лица. Разница заключалась лишь в росте (Валерия была чуть ниже), цвете глаз и фигуре.       Сейчас, идя по коридору, девушка старалась игнорировать предвкушение неприятных взглядов. Сбоку от нее раздавался мелодичный смех Терезы, рассказывающей какую-то забавную историю о своем младшем брате, который недавно пытался научить их семейного домового эльфа играть в шахматы. Эдмунд лишь покачивал головой, но его улыбка выдавала искреннее веселье. Их присутствие было щитом, хоть и невидимым. Рядом с ними Валерия чувствовала себя чуть менее одинокой, чуть менее выставленной напоказ.       Шум голосов и стук столовых приборов на мгновение оглушили ее. Сотни глаз, казалось, тут же уставились на вошедшую троицу. Валерия инстинктивно сжалась, стараясь выглядеть как можно незаметнее, но это было бесполезно: серебряные волосы и фиалковые глаза всегда выделяли ее.       Едва взгляд Валерии скользнул по столу Гриффиндора, как она заметила парня, чья книга лежала у нее в сумке и нестерпимо жгла карман. Внезапно девушка посчитала нужным отдать книгу ему прямо сейчас.       — Вы идите, я через минуту подойду. Мне нужно отдать кое-кому его вещь.       Эдмунд удивленно поднял бровь, но, видя ее решимость, лишь кивнул. Тереза, ничего не подозревая, улыбнулась.       С каждым приближающимся шагом к столу Гриффиндора, ее решимость гасла, таяла, словно снег под солнцем. Шепот нарастал, взгляды пригвождали ее к полу. Эссоу чувствовала, как краснеют ее щеки, но упрямо продолжала идти.       Когда же она все-таки дошла до стола Гриффиндора (эти минуты казались ей вечностью, тягучими и бесконечными), несколько парней, заметивших ее, поперхнулись едой. Кто-то закашлялся, кто-то уронил вилку. Фред и Джордж, заметив ее приближение, тут же перестали болтать и уставились на девушку с нескрываемым любопытством.       — Можно с тобой поговорить? — тихо проронила Валерия.       Невилл, у которого она стояла за спиной, подобно своим друзьям, тоже поперхнулся, подавившись едой. Его лицо стало пунцовым.       — Эй! — подтолкнул его один из парней, сидевший рядом с ним — кудрявый брюнет с веснушками. — Чего застыл? Она с тобой, кажется, говорит.       — Да… да, конечно!       Долгопупс неряшливо подпрыгнул со скамейки, тут же вытирая уголки рта собственной мантией.       — Я хотела вернуть тебе твою книгу, — поднимая взгляд на парня, сказала Валерия, стараясь звучать как можно более обыденно. — Я случайно захватила ее, в тот день, когда мы столкнулись.       На пару секунд в Большом Зале повисла странная тишина. Несколько парней с других факультетов, включая даже самых заносчивых слизеринцев, выворачивали себе шеи, пребывая в шоке от того, что такая девушка, как Валерия Эссоу, чья отстраненность лишь добавляла ей божественного ореола, беседовала с Невиллом Долгопупсом.       — Держи.       Она вынула из сумки толстую, потрепанную книгу по травологии и протянула ее парню. Невилл растерянно взял ее, его пальцы слегка дрожали, когда он касался переплета.       — Спасибо, — прошептал он, не отводя от нее взгляда.       — Я пробегалась по содержанию и пара твоих заметок показались мне интересными, — продолжила Валерия, ее голос стал чуть мягче. — Ты бы мог найти для меня время и рассказать мне побольше о тех растениях?       — Эй! Мы вообще-то тоже неплохо смыслим в растениях! — в унисон произнесли Фред и Джордж, выпрямившись на своих местах и явно оживившись.       Валерия демонстративно проигнорировала их, даже не повернув головы в их сторону.       — Когда это вы стали в них разбираться? — нахмурился еще один рыжий парень, сидевший напротив близнецов, по всей видимости, их брат, невысокий и явно раздраженный их поведением.       Невилл молча смотрел на Валерию, его лицо раскраснелось. Он, как и многие, был ей очарован, и совершенно не ожидал такого поворота событий.       — Ну так что?       — Он согласен, — тут же вклинился тот же кудрявый брюнет, который подтолкнул Невилла ранее, бросив на последнего многозначительный взгляд. — Точно согласен!       Валерия чуть заметно улыбнулась. И, не обращая внимания на многочисленные шокированные взгляды и начинающийся ропот, она мило улыбнулась ему, развернулась и пошагала в сторону стола своего орлиного факультета, где ее, как она знала, не особо и жаловали, но где, по крайней мере, она могла раствориться среди знакомых лиц.

***

      В опустевшей библиотеке Валерия сидела в самом дальнем углу, где тени были гуще, а взгляды — реже. В руках — объемный том, посвященный маскировочным чарам.       «Где мне практиковать свою магию?» — мысленно вздохнула она, прикрыв глаза.       Дамблдор, коего она не могла отыскать уже несколько дней, пообещал ей, что для нее будет выделен кабинет. Но дни шли, а Валерии приходилось довольствоваться лишь теорией.       — У тебя пятнадцать минут.       Мадам Пинс ладонью коснулась плеча девушки, нагло выдернув ее из воспоминаний о словах директора.       — Помню, мадам.       Дождавшись, когда женщина скроется за одним из стеллажей, Валерия решила рискнуть. Ее пальцы, грациозно изогнутые, выводили в воздухе невидимые символы. Движения были плавными, уверенными и уже через минуту, книги, высившиеся на пыльных полках вокруг нее, преобразились. Угловатые переплеты, покрытые иероглифами давно забытых языков, превратились в обычные, ничем не примечательные школьные учебники.       Пока Валерия наслаждалась своим небольшим триумфом, из-за высокого книжного стеллажа, за которым она укрывалась, вышел Эрни МакМиллан.       Пуффендуец наблюдал за Валерией уже несколько недель. В первую очередь, на это его побудила ее красота, завораживавшая Эрни, как и большинство других парней Хогвартса. Он ощущал притяжение, которое не мог объяснить, и любопытство, которое разъедало его изнутри. Сегодня Эрни решил, что больше не может ждать. Он выбрал момент, когда Валерия была одна, и рискнул.       — Добрый вечер, — Эссоу испугано вздрогнула, услышав тихий шепот над головой. — Что это ты сделала только что?       Испуг смешался с тревогой. Девушка лихорадочно начала придумывать оправдание, но в голове царила пустота. Ничего умного, ничего убедительного. И тогда, поддавшись моменту, она сказала правду.       — Практиковала маскирующие чары.       Эрни подошел ближе, не сводя прекрасных глубоких глаз с побледневшего лица Валерии. На его лице не было осуждения, только искренний интерес.       — Маскировочные чары… — задумчиво повторил он, слегка кивнув. — Я никогда не видел, чтобы они так… плавно работали. Особенно на такое количество объектов.       Валерия мотнула головой, непростительно долго всматриваясь в точеное лицо парня, успевшего трижды улыбнуться.       — Я… я просто пробовала, — ответила она, пытаясь придать своему голосу уверенности. — Мне было интересно.       МакМиллан вновь улыбнулся, и его улыбка смягчила черты лица.       — Интересно… — парень сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Я бы солгал, сказав, что не знал, что встречу тебя здесь. Я… я наблюдаю за тобой уже некоторое время.       Его слова прозвучали так неожиданно, что Валерия подняла на него взгляд, удивленный и немного смущенный.       — Наблюдаешь?       — Да, — кивнул Эрни, его щеки слегка порозовели. — Прости, если это прозвучало странно. Я хотел поговорить с тобой, узнать тебя получше, но… — он неопределенно махнул рукой, подразумевая Эдмунда и общую атмосферу вокруг нее. — Я просто не решался. Не знал, как подойти.       — Я… я рада, что ты все-таки подошел, — тихо сказала она, неосознанно затаив дыхание, когда парень небрежно отбросил с глаз золотистые волосы.       Эрни облегченно выдохнул.