Арка 1. Глава 6 Танец на грани

      Крыша, ветер, ночь. Город подо мной раскинулся словно поле битвы. Высотки мерцали светом окон, словно звёзды, умирающие в грязной мгле. Казалось, всё это смотрело на меня сверху вниз, как судья, выносящий приговор.              Я не успею. Опять.       Рука сжалась в кулак, пальцы впились в перчатки. Мысль о неудаче грызла изнутри. Я мог бы снова бежать по земле, метаться по закоулкам, пока не наткнусь на тупик, но этого недостаточно.       Тот крик...       Ветер взметнул волосы. Я поднял взгляд к линиям крыш, которые тянулись в одну сторону, словно путь, нарисованный для меня. Лабиринт исчезал, а передо мной оставалась только одна цель.       "Почему я раньше не подумал об этом?"       Словно в ответ, Решимость вспыхнула где-то глубоко внутри. Город внизу сжался в точку. Моё тело — это инструмент, моя цель — это всё, что имеет значение.       Я оттолкнулся.       Прыжок. Парение в воздухе. Короткий момент свободы, когда гравитация на мгновение забывает о тебе. Ноги мягко касаются следующей крыши, и тело уже готово к следующему движению.       Следующий прыжок. И ещё один. Крыши стали трассой, на которой я разрываю границы возможного.       Тени мелькают внизу, словно застывшие в ожидании. Кажется, мир затихает, предоставляя мне всё своё пространство.       Где-то вдали мелькнул силуэт. Рыжий парень. Он тоже прыгал с крыши на крышу. Его движения точны, даже изящны. Это была не просто сила — это было мастерство. Взгляд на мгновение задержался на его фигуре. "Сильная Черта, определённо," — мелькнула мысль. Крыши становились всё ниже. Высотки позади, трёхэтажки впереди. Переулок уже близко, звук женского крика снова прорезал тишину.       И в этот момент я переборщил.       Слишком сильный толчок, и вот я уже лечу дальше, чем планировал. Следующая крыша, на которую я собирался приземлиться, осталась позади.       "Проклятье."       Мир замер. Но не я.       "Не можешь предотвратить — используй."       Решимость ответила на мои слова. Под ногами в воздухе вспыхнула красная платформа, сотканная из пульсирующей энергии. Она была призрачной, почти эфемерной, но я почувствовал её прочность.       Не теряя ни секунды, я оттолкнулся.       Взлёт. Платформа исчезает сразу же, как только мои ноги покидают её, но мне этого достаточно. Следующая крыша. Приземление.       Секунды были выиграны. Я почувствовал, как что-то внутри меня хищно ликует. Это работает.       Ещё один прыжок. Крик женщины стал громче, почти оглушительным. Последний толчок. Приземляюсь бесшумно, как тень.       Я осторожно выглядываю за край крыши.       Сцена передо мной замирает на мгновение.       Толчок с двух ног — и я лечу вниз. На этот раз не в начале пути, а в его конце. На этот раз я успел. Решимость пылает во мне, как пламя, разгораясь с каждым мгновением.              Я смогу.       Десять алых клинков вырываются из пустоты прежде, чем мои ноги касаются земли. Они движутся сами, как продолжение моей воли, стремительно устремляясь к зверю.              Мои глаза сфокусированы на его массивной фигуре. Зверь, оскалившись, заносит своё оружие — странные когти, которые кажутся продолжением его рук. Их блеск напоминает металл, но их вид больше звериный, чем человеческий. Он будто чувствует угрозу, замечая клинки раньше, чем они достигают цели.       Зверь резко переводит инерцию удара, отбивая часть снарядов. Движение берсеркера грубое, но эффективно. Только три клинка царапают его плоть, оставляя тонкие полосы черного, слегка заметные на грязной коже. Остальные бессильно падают в грязь и исчезают, растворяясь в воздухе.       Для такого громилы эти раны — ничто. Но я всё равно улыбаюсь.       Я смог. Я остановил смерть. Разорвал порочный круг. Осталось лишь одно.       Победить.

      СОХРАНЕНИЕ…

      Взгляд зверя встречается с моим. Его лицо, испачканное черной кровью, не выражает ничего, кроме безумного гнева. Глаза сияют жёлтым светом, будто в них плещется сама ненависть.       Предвкушение победы наполняет меня решимостью. Я быстро оцениваю противника. Его оружие выглядит странно, будто создано для разрушения, но в нём чувствуется нечто чуждое, неправильное. Я бы запомнил такие когти, если бы видел их раньше.       Мои ножи быстры и точны, но зверь явно предназначен для ближнего боя. Его массивное тело, вопреки ожиданиям, движется с пугающей скоростью. Он не теряет контроля, несмотря на звериный оскал и дикие атаки. Это не просто сила — это мастерство, переработанное через хаос.       Моя ошибка становится очевидной. За моей спиной остаётся женщина. Её глаза полны ужаса, но её дыхание прерывисто, почти беззвучно.       Если зверь поймёт, что не может добраться до меня, она станет его следующей целью.       Не допустим этого.       Я бросаю взгляд на женщину. Она прижалась к стене, страх застыл в её глазах. Узкий проход делает пространство ограниченным — здесь нет места для ошибки. Условия задают правила игры.       Мои пальцы привычно скользят по перчаткам, поправляя их. Рукопашная — самоубийство. Но мои ножи слишком коротки для этого боя. Мне нужно что-то другое. Что-то, что даст преимущество в дистанции.       И тут возникает образ.       Фигура, танцующая с копьём на светлой поляне. Его движения сильны и точны, каждый удар, каждая блокировка — словно ветер, рвущий воздух.       Воспоминания пронзают меня, будто вспышка, накрывая волной. Слишком много воспоминаний для одного дня.       Копьё...       Но я качаю головой. Нет. Это не мой путь.              Мой взгляд падает на парня в переулке. На его оружие. Мечи. Их изогнутые лезвия напоминают Инь и Ян, танцующие в гармонии. Грациозные линии, сила формы — это идеально.              Я поднимаю правую руку, указывая на зверя. Решимость внутри меня вспыхивает, разжигая огонь, который прорывается наружу. В ладони формируется фальшион. Его изгиб отдалённо напоминает форму мечей незнакомца, но на гарде сияет герб Дриммуров.       Рыжий замечает мой меч, но зверь не теряет времени. Его массивная фигура бросается вперёд.       Его цель не я. Он идёт за парнем.       Тот успевает отпрыгнуть, но его шаг предсказуем. Удар когтей обрушивается на его плечо, и из раны тонкой струёй течёт кровь. Один из его мечей выскальзывает из руки и падает на асфальт с металлическим звуком.       Зверь поднимает оружие для следующего удара, но я уже за его спиной. Мой клинок разрывает воздух, устремляясь в цель. Но зверь двигается быстрее, чем я ожидал. Его рывок в сторону выглядит интуитивным, но идеально рассчитанным. Уклонение. Мы стоим плечом к плечу с рыжим. Женщина сзади вжимается в стену, её страх почти осязаем.       Рыжий стиснув зубы удерживает раненое плечо. Его губы шепчут слова:       "I am the bone of my sword…"       Звук его голоса словно набат. Он тихий, но пронизывает переулок. Воздух вокруг нас       меняется. Решимость, не чуждая мне, но всё же иная, наполняет пространство. Моя улыбка становится шире. Он похож на меня. И он не сдастся.       "Ну что, партнёр? Время второго раунда?" — бросаю я с вызовом.       Но женщина позади кричит, её голос дрожит, но в нём слышится сталь: — "Бегите! Ему нужна я. Вы не должны умирать здесь!"       Я делаю шаг вперёд.       Женщина продолжает кричать что-то за моей спиной, но слова теряются в шуме битвы и реве зверя. Её голос дрожит, в нём есть что-то стальное, но я не слушаю. Её жертва ничего не изменит. Зверь не насытится ею, это только раззадорит его голод.       Шаг вперёд — и это сигнал.       Зверь бросается на меня, его когти, словно хищные клыки, рвут воздух. Первая атака левая — я парирую её, но это только уловка. Правая рука уже занесена, нацелившись на мой бок.       Он думал, что нашёл брешь?       Моё тело реагирует быстрее, чем мысли. В левой руке вспыхивает второй меч. Клинки скрещиваются, отражая атаку. Его когти отлетели на долю секунды, но этого мгновения мне достаточно.       Алый свет за моей спиной вспыхивает ярче.       Восемь ножей появляются в воздухе, повинуясь моей воле. Они парят вокруг меня, пульсируя решимостью, и одним движением я отправляю их в цель.       Зверь видит атаку. Его оружие движется быстро. Два, нацеленные в голову, отбиваются с искрами металла, с точностью, которую невозможно ожидать от такой массивной фигуры. Оставшиеся ножи попадают в цель.       Два в бедра, два в плечи, два в предплечья и два в корпус. Зверь рычит, и тёмная, густая кровь начинает течь из ран, медленно испаряясь в воздухе.       Его взгляд пылает яростью. Он пытается контратаковать. Левый клык движется на меня с невероятной скоростью, но, между нами, внезапно, возникает рыжий.       Парень обходит меня и отражает удар.       Его меч сталкивается с когтями зверя, и звук металла режет воздух. В тот же миг, не теряя ни секунды, он наносит неожиданную атаку — запрещенный удар укреплённой ногой прямо в пах зверя.       Рычание зверя обрывается. Его тело на мгновение застывает, его дыхание становится рваным.       Я не теряю момента.       Выхожу из-за рыжего и наношу удар наискосок. Моё лезвие рассекает грудь зверя, оставляя глубокую рану, завершая крест на ней. Чёрная кровь брызжет во все стороны, но зверь всё ещё стоит.       Парень бросается добить его. Его клинок устремляется вперёд, целясь в сердце. Но Зверь, несмотря на полученные раны, успевает контратаковать. Его мощный удар ногой в грудь отбрасывает рыжего назад.              Я вижу, как парень отлетает к стене здания. Его тело врезается в камень с глухим звуком, оставляя за собой тонкие трещины. Он сползает вниз, тяжело дыша, но меч остаётся в его руке.       И тогда тени начинают сгущаться.       Зверь делает шаг назад. Его когти вспыхивают тьмой, и воздух вокруг меня становится густым, словно его наполнили чёрные волны. На миг его взгляд меняется.       Голод уходит.       Его глаза больше не животные. Теперь в них что-то разумное, но от этого не становится легче.       Тени вокруг него растут. Они принимают жуткие очертания, напоминающие собак, которые тихо рычат и кружат, готовясь к броску.       Зверь поднимает взгляд, его лицо изогнуто в страшной, нечеловеческой усмешке. Свет вокруг нас гаснет.       И тогда раздаётся голос.              Он тихий, властный, почти спокойный:              — Верг…              Я понимаю, что должен действовать. Мои клинки готовы сорваться в полёт, но я опаздываю.       — Авеста.