9 глава «Один из дней спокойной жизни»

Раннее утро. Из-за зубчатого горизонта, где пустынные скалы пронзали предрассветную синеву, медленно поднимался огненный диск, касаясь земли своими первыми нежными лучами. Они просачивались сквозь ещё густую серебристую дымку, которая окутывала долину, придавая всему вокруг сказочную красоту. Вместе с небесным светилом просыпались и дневные обитатели. Но их пробуждение было неспешным, под стать величию окружающего мира. Первым, кто нарушил тишину, был не птичий крик, а сам ветер. Он, словно невидимый дирижёр, пробежал по склонам, заставляя шелестеть хвойные иглы редких сосен и елей. Их смолистый терпкий аромат смешивался с прохладой утреннего воздуха, даря ощущение чистоты и свежести. Туман, словно молочная река, медленно отступал из глубоких ущелий, открывая взору новые детали пейзажа. Вот там, на каменистой вершине, виднелся штаб ниндзя, их новый дом — «Дар Судьбы». Большое судно красного цвета величественно возвышалось на окраине пустыни, переходящей в степь. Его алые бока, ещё влажные от ночной росы, начинали поблескивать в лучах восходящего солнца. Корпус корабля, искусно вырезанный из дерева, отражал первые золотистые блики, обещая новый день. Его обитатели ещё мирно спали, но это не мешало солнечным лучам медленно, но верно разливаться по палубе, заглядывая в щели и окна, будто любопытные глаза, исследующие каждый уголок. Один из таких лучей, тонкий и золотистый, проскользнул в небольшую каюту. Помещение было почти пустое, лишённое каких-либо убранств, картин или личных вещей, что обычно наполняют жилище. Лишь небольшой футон, расстеленный в углу, да прикроватная тумбочка, на которой не было ничего, кроме пылинок, спящей птицы и скромного осиирэ. Воздух в каюте был затхлым, с лёгким запахом пыли и старого дерева. На футоне, свернувшись калачиком, тихо спала светловолосая дева. Её волосы рассыпались по подушке, спадая на лоб. Лицо было безмятежным, губы чуть приоткрыты, а ресницы, длинные и светлые, отбрасывали лёгкие тени на нежную кожу. Солнечный луч коснулся её щеки, словно нежное прикосновение, но она лишь скривилась, с головой накрываясь простынёй, которая была вместо одеяла. Её сон был нарушен. Филин, спящий рядом на тумбочке, переполошился, заухал, щуря большие янтарные глаза. Его перья взъерошились, и он недовольно покачал головой, словно ругая солнце. Сэнго скинула с себя простынь, которая запуталась вокруг её ног, и села, обращая нахмуренный взор на окно, откуда на неё без труда светило наглое солнце. Её светлые брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую линию. Посреди комнаты валялся кусок картона, которым она вчера вечером воспользовалась вместо шторы. Видимо, ветер, просачивающийся через старые ставни, сдул его. Девушка потёрла глаза, пытаясь прогнать остатки сна и раздражение. Взгляд упал на филина. Зорг, казалось, разделял её негодование, тихонько ворча и переступая с лапки на лапку. – Ну не смотри ты на меня так. – сказала Кога ему, её голос был ещё сонный. – Это всё ветер. Зорг лишь моргнул пару раз своими огромными глазами, будто принимая её слова к сведению, но не особо в них веря. Он забился в угол тумбочки и оттуда с интересом наблюдал за хозяйкой. Утро этого дня Сэнго решила начать с разминки. От этого матраса, который, казалось, был набит камнями, а не хлопком и шерстью, болели спина и шея. Она встала, ощущая лёгкую скованность в теле, и начала выполнять простые упражнения, растягивая мышцы и пробуждая тело к новому дню. Её движения были плавными и отточенными, выдавая в ней человека, привыкшего к дисциплине и физическим нагрузкам. Воздух в каюте, несмотря на затхлость, казался ей свежим после ночного сна, и она вдыхала его полной грудью, готовясь к предстоящему дню. Девичий взгляд скользнул по скудному убранству каюты, отмечая каждую трещинку на деревянных стенах, каждую пылинку, освещаемую лучами. В этом минимализме чувствовалась суровая простота, не присущая ей. А в монастыре у неё было уютней даже с голыми стенами. Висели зелёные всегда чистые шторы, в её комнате всегда пахло свежим горным воздухом, смешанным с слегка сладковатыми нотками бамбука, стоящего в углу у входа, стены украшали гобелены, некоторые из которых она сделала сама, вкладывая в них частичку своей души. Здесь же всё было лишено тепла, лишено воспоминаний, лишено жизни. Сэнго потянулась, ощущая, как напряжение покидает её тело. Её движения были грациозны, словно у дикой кошки. Она знала, что каждый день может принести новые вызовы, и её тело должно быть готово к любым испытаниям. Шатенка глубоко вздохнула, позволяя себе на мгновение погрузиться в тишину, которая царила вокруг. В этом безмолвии слышался лишь едва уловимый скрип дерева под ногами, словно корабль тихо вздыхал, просыпаясь вместе с ней. За стенами каюты ветер продолжал играть с ветхими ставнями, принося с собой запахи пустыни и степи, смешанные с едва уловимым ароматом хвои и смолы. Эти запахи казались ей одновременно чуждыми и родными — напоминанием о том, что жизнь продолжается, несмотря на все испытания. Внезапно в воздухе раздался гонг — звонкий звук, который эхом разнёсся по палубе. Это был Мастер Ву, его неизменный сигнал к началу дня, зов к действию, к движению вперёд. Девушка ощутила, как внутри неё разгорается решимость, как пламя, которое не может быть погашено ни ветром, ни временем. Кога подошла к осиирэ, чьи двери, сделанные из рисовой бумаги, были такими же невзрачными, как и всё здесь. Она осторожно отодвинула их, открывая взгляду скромное, но функциональное пространство, и достала оттуда свою привычную повседневную одежду. Сначала — чёрный комбинезон до колен с длинными рукавами, на концах которого были перемычки для среднего пальца, обеспечивающие идеальное прилегание. Ткань была мягкой, но прочной, способной выдержать любые испытания. Затем — серое хаори с вышивкой сянъюань на подоле, которое она всегда надевала поверх. Его асимметричная застёжка придавала ему особый шарм, а короткие рукава-фонарики добавляли нотку элегантности, не стесняя при этом движений. Завершающим штрихом был фиолетовый пояс оби, который Сэнго ловко обвязала вокруг талии, затягивая с привычной силой. Это был не просто пояс, а символ её собранности, её внутренней дисциплины, подчёркивающий стройную фигуру и придававший образу завершённость. Каждый элемент одежды сочетал в себе практичность и эстетику, отражая внутреннюю гармонию и решимость девушки. Надев сапоги, Кога выпрямилась, ощущая прилив сил и энергии. Она закинула свою сумку на плечо, чувствуя привычную тяжесть её содержимого — мешочки для трав, раскладной нож, блокнот и, конечно же, флейта. – Ты со мной? – спросила она, обращаясь к Зоргу, который тихо сидел, лениво вертя головой. Филин, тяжело вздохнув, будто старый мудрец, которого отрывают от важных размышлений, спорхнул на девичье плечо. Его когти мягко, но цепко обхватили ткань хаори. – Не делай вид мученика, будто тебя насильно выгоняют на улицу. – обиженно буркнула Сэнго, поглаживая мягкие перья на голове птицы. – К тому же, чего дома тухнуть? На улице такая прекрасная погода. Да и твоему крылу полезно иногда двигаться. Придём домой, я тебе мазь сделаю. Зорг лишь ухнул в ответ, глубоко и протяжно, нехотя соглашаясь. В его глазах, похожих на два янтарных камня, мелькнуло что-то вроде смирения, смешанного с лёгкой долей недовольства. Шатенка вышла на палубу. Лёгкий ветерок дунул в лицо, поднимая пряди чёлки. После утреннего тумана воздух оставался влажным и всё так же пах хвоей. – Эй, Сэнго. – вдруг позвал её не пойми откуда взявшийся Джей. Девушка обернулась. – Не хочешь помочь нам с уборкой? – Ам-м, ну-у-у… – резко замялась она. – Змеи сожгли все мои запасы лечебных трав. Я отправляюсь в луга собрать новые. Поэтому не смогу. – секунду помолчав, Кога тут же добавила: – Удачи. И, не глядя парню в глаза, бесстыдно ушла. Ветер подхватил её, унося прочь от обязанностей и навстречу неизведанному, к шёпоту трав и пению птиц.

***

Сэнго осторожно спускалась по склону крутого холма. Воздух здесь был гуще, насыщеннее – с ароматами земли, влажной листвы и тонким, едва уловимым запахом цветов. Зорг всё ещё восседал на её плече, его перья слегка взъерошились от беспокойства. Он издавал тихие встревоженные звуки, иногда неуклюже махал крыльями, пытаясь удержать равновесие на её движущемся плече. Высокие стебли трав колыхались вокруг неё, создавая живой зелёный океан, в котором она чувствовала себя как дома. Каждый цветок, каждый листок казался ей знакомым, будто старый друг. Кога знала, какие из них обладают целебной силой, какие могут успокоить боль, а какие — прогнать дурные сны. Её пальцы, ловкие и опытные, касались растений, собирая их в небольшие мешочки. Иногда она останавливалась, чтобы прислушаться к пению птиц или к жужжанию насекомых, мысленно вплетая эти звуки в свою внутреннюю мелодию. – Не хочешь мне помочь, ленивец? – вздохнула девушка, когда Зорг в очередной раз захлопал крыльями, задевая её своими перьями. – Ты, знаешь ли, не пушинка. И по лицу мне бьёшь. Филин издал тихий протяжный вздох, который звучал почти как человеческий. – Давай, помогай мне. Поищи здесь вот эти травы. – Сэнго показала ему нежные синеватые цветки шалфея, чьи листья источали тонкий пряный аромат. Птица, внимательно осмотрев данную зелень своими большими умными глазами, кивнула, насколько это было возможно для филина, и, взмахнув крыльями, бесшумно взмыла в небо. Шатенка продолжила свой сбор, погружённая в тихий медитативный процесс. Она находила редкие орхидеи, чьи лепестки переливались всеми оттенками заката, собирала сочные ягоды, которые лопались на языке сладким соком, и выкапывала корешки, пахнущие землёй и древностью. Где-то в середине дня, когда солнце уже казалось беспощадно палящим и воздух стал ещё более густым и тёплым, Кога, прикрыв глаза от яркого света, почувствовала, как капли пота стекают по вискам. Её кожа, не привыкшая к суровым условиям пустыни, уже начинала ощущать жжение. Девушка поняла, что пора возвращаться. Она издала громкий чистый свист, который эхом разнёсся по округе. Через пару секунд, словно из ниоткуда, в небе возник стремительный силуэт, чьи мощные крылья рассекали воздух с едва слышным шелестом. А после на её вытянутую руку спустился сам Зорг. В своих цепких когтистых лапках он держал целый пучок травы и корешков, которые источали целую симфонию запахов. – Ого, отличный улов. – удивилась Сэнго, её глаза заблестели от радости, когда она увидела, что принёс её пернатый друг. – Ты превзошёл сам себя. Шатенка улыбнулась, осторожно забирая у него из лап травы. – Надо же, ты ещё и кермек нашёл. – сказала она, узнавая среди прочих трав редкие фиолетовые соцветия. Филин тихо ухнул, гордо распушив перья на груди. Он знал, что его труд не напрасен и что его хозяйка ценит его помощь. Кога аккуратно сложила собранные травы в кожаный мешок и вместе с филином отправилась обратно домой.

***

Солнце, как раскалённый уголь, висело в зените, выжигая последние капли влаги из иссушенной земли. Воздух дрожал, искажая очертания далёких барханов. Дорога обратно, казалось, растянулась до бесконечности, превратившись в нескончаемую череду раскалённых камней и обжигающего песка. Чёрт бы её побрал снова выйти куда-либо. Сэнго уже раз сто успела пожалеть о своём легкомыслии, и Зорг тоже. Вдруг, сквозь пелену усталости, Кога заметила две фигуры. Они медленно, но упорно двигались вперёд, их силуэты казались размытыми на фоне пылающего неба. Мастер Ву и Ния. Девушка, почувствовав прилив сил, прогнала усталость, догоняя их, её ноги, казалось, обрели второе дыхание. – Хорошая погода для пешей прогулки. – с долей сарказма и дразнящей улыбкой на лице сказала она, когда поравнялась с ними, её голос был хриплым от жары. – И не говори. – Ния смахнула пряди волос, прилипшие к мокрому лицу. Её походка была вялой, ленивой, горящие от раскалённого песка ноги еле поднимались, оставляя за собой лёгкие следы на пыльной дороге. Каждая клеточка её тела кричала об усталости, но она продолжала идти. – Веселее, мы уже почти пришли. – подбадривал их сенсей. Его голос звучал спокойно, без какой-либо одышки. Шаг был ровным, будто он ничуть не устал, и его фигура излучала невозмутимое спокойствие, контрастирующее с измождённым видом девушек. И действительно, вдали, на фоне лазурного неба, что-то блеснуло. Не просто блеснуло, а буквально излучало почти сияние. Это был «Дар Судьбы». Но не тот, что они уже привыкли видеть. Корабль, казалось, только что отполировали до зеркального блеска. Каждый гвоздик, каждая доска, каждая деталь были безупречны. – Ого. – выдохнула Сэнго, забыв на мгновение о жаре и усталости. – Это действительно сделали они? Подойдя ближе, они смогли рассмотреть каждую деталь, и их глазам предстало зрелище, достойное восхищения. Паруса, хоть и сложенные, казались белоснежными. Даже мелкие царапины, которые шатенка помнила, исчезли без следа. Корабль выглядел так, будто только что сошёл со стапелей, а не провёл бесчисленные часы в сражениях. Троица поднялась по трапу, и первое, что бросилось в глаза, была идеальная чистота. Ни пылинки, ни соринки. Воздух внутри был свежим и прохладным, словно кто-то только что проветрил все помещения. Кога невольно провела рукой по отполированной поверхности стола в коридоре — ни единого пятнышка. – Невероятно. – прошептала Ния, оглядываясь по сторонам. Мастер Ву лишь загадочно улыбнулся, его взгляд скользнул по безупречным стенам. Они прошли по коридору, подмечая каждый уголок, и, наконец, нашли ниндзя в гостиной, полностью поглощённых новой компьютерной игрой. Экран телевизора мерцал яркими красками, а звуки взрывов и криков персонажей наполняли комнату. – Что вы так долго? – спросил Кай, не отрываясь от экрана, его пальцы ловко порхали по кнопкам джойстика. – Тут всё так изменилось. – восторженно сказала Ния, разглядывая комнату. – Вы сами здесь убрали? – Ниндзя не только сражаются, Ния, но и убирают. – ответил ей Коул, мельком глянул в её сторону, его губы растянулись в самодовольной ухмылке. – Вы превзошли мои ожидания. – впечатлённо вздохнул Мастер Ву. его глаза внимательно осматривали безупречный порядок. Он погладил свою длинную бороду, на его лице появилась едва заметная улыбка. – Но сможете ли вы продолжать в том же духе? Сэнго, словно зачарованная, разглядывала потолки, на которых ещё вчера была паутина. Ребята постарались на славу. Кто бы мог подумать, что ребята способны на такое? Но вдруг какое-то мимолётное движение в окне, не ушедшее от прозорливых девичьих глаз, заставило её обернуться. Она подошла к чистому окну, его стекло было настолько прозрачным, что казалось, будто его вовсе нет. Взгляд её не подвёл, вдалеке, по пыльной дороге, к ним направлялась старенькая машина, поднимая за собой облако пыли. – Мы ждём гостей? – выгнув бровь, спросила девушка. Её недоумённый взгляд остановился на сенсее, в ожидании ответа. Ния глянула в окно вслед за подругой. Брюнетка прищурилась, чтобы лучше рассмотреть приближающийся автомобиль. Его очертания становились всё чётче, и она уже могла различить знакомый силуэт. – Причём довольно шумных. – добавила Смит, устремляя взгляд на Джея. На её лице появилась лёгкая улыбка, предвещающая что-то забавное. – О-о-о, это мои родители. – парень обречённо вздохнул. – Если они начнут болтать, не позволяйте им этого. Они не знают, когда замолчать, а если вы начнёте говорить и они начнут говорить, то не заметите… – Мы поняли. – прервал его Кай, отвлекаясь от игры. – Они много болтают. Яблоко от яблони недалеко падает. Ребятам пришлось отложить игры на потом и выйти на палубу, чтобы встретить нежданных гостей. Солнечный свет заливал просторную палубу, отражаясь в блестящих металлических перилах и играя на поверхности деревянных досок, делая её ещё более приветливой и тёплой. Лёгкий ветерок колыхал паруса и приносил с собой сухой воздух и лёгкий запах хвои. К этому времени родители Джея уже подъехали, остановившись у самого трапа. – Ма-а-ам, па-а-ап, что вы здесь делаете? – Джей вышел вперёд, его голос звучал смесью удивления и лёгкого смущения. Он старался выглядеть невозмутимым, но лёгкий румянец на щеках выдавал его волнение. Первой, как птица, из машины выпорхнула женщина. На вид лет тридцати пяти, не меньше. Каштановые с седыми прядями волосы были собраны в аккуратный высокий пучок, без единого выбившегося волоска. Глаза, полные энергии и жизни, скрывались за очками на красной тонкой оправе, что придавали ей вид любознательной и немного эксцентричной особы. Она была одета в тёмно-синие джинсы, на шлёвках которых висела небольшая связка ключей. Сверху была коричневая кожанка, совершенно не подходившая к такой жаркой погоде, да и вообще к дневному климату пустыни. За ней, пыхтя и отдуваясь, выбрался и её муж, крепкий мужчина с добродушным лицом и вечно слегка растрёпанной причёской. Его синяя рубашка и в некоторых местах потёртые рабочие штаны были немного мятыми, а на лице играла широкая, искренняя улыбка. Он выглядел как человек, который всегда готов к приключениям, даже если это просто поездка к сыну. – Джей, дорогой мой! – воскликнула она, бросаясь к сыну и заключая его в крепкие объятия. Её голос был звонким и полным радости. – Я так давно не слышала твой голос. Мы так соскучились! Её объятия были такими крепкими, что Уокер едва мог дышать. – Мама, я же звонил вам два дня назад. – пробормотал он, пытаясь расцепить объятия, но в его голосе слышалась не только лёгкая раздражённость, но и скрытая усталость. Ребята вместе с Мастером Ву, наблюдая за этой суматохой, не могли сдержать смешка. Родители Джея были именно такими, какими он их описывал несколько минут назад — шумными, энергичными и совершенно не стесняющимися выражать свои чувства. – Для нас это целая вечность, сын. – сказал отец, делая шаг вперёд и похлопывая парня по плечу так, что тот чуть не покачнулся. – Когда ты заедешь к нам на свалку? Ты обещал навестить нас, но не приехал. Уокер смущённо шикнул в ответ, не зная, как объяснить, что у него просто не было времени. Но родители, казалось, не замечали его неловкости. Особенно мать, которая, заметив Нию, уже вовсю лепетала ей что-то радостное, осыпая девушку комплиментами и рассказывая о сыне с таким восторгом, что Ния почувствовала себя одновременно польщённой и слегка растерянной. В это время Сэнго, прячась от глаз женщины за широкой спиной Зейна, тихо хихикала, прикрывая рот ладонью. Она старалась не привлекать к себе внимания, ей ни в коем разе не хотелось принимать в этом участия, но вот наблюдать за неловкими попытками Джея сохранить спокойствие и лицом подруги, которое то краснело, то бледнело, было забавно. Как и всем остальным. – Рада познакомиться с вами. – нервно потирая локоть, Ния пыталась придумать, как бы перевести тему, чтобы отвлечь внимание от себя. – Если хотите, Джей может показать вам наш штаб. Он много над ним трудился. С нервной улыбкой она посмотрела на ошеломлённого этой идеей друга. – Мы любим экскурсии! – радостно воскликнули они. Мастер Молнии лишь обречённо вздохнул. Его плечи опустились, будто на них взвалилась целая скала. Он понимал, что так быстро он от родителей не отделается и ближайшие часы будут наполнены их неуёмной энергией и вопросами. На всеобщее удивление, Джей умел не только чесать языком, но ещё и вести экскурсии. Причём очень даже интересные. В его болтливости определённо был плюс: он умело и интересно рассказывал о самых, казалось бы, обычных вещах. Его голос, обычно такой звонкий и порой раздражающий, сейчас звучал с такой увлечённостью, что даже Мастер Ву внимательно слушал, изредка кивая. Парень водил родителей и заслушавшихся друзей по палубе, показывая каждую деталь, каждый механизм, рассказывая о том, как они ремонтировали и чуть ли не до дыр вымывали этот летающий корабль. Они внимательно слушали его, их глаза сияли гордостью, а мать то и дело восклицала: «Мой мальчик! Какой же ты у меня умница!», заставляя сына краснеть ещё сильнее. – А это мостик. – приведя "экскурсантов" на последнюю точку их так называемого турне, Уокер указал на просторное помещение с множеством приборов и экранов. – Здесь мы управляем кораблём, принимаем решения и следим за обстановкой. Сэнго, стоя чуть в стороне и наблюдая за ним, не могла скрыть удивления и восхищения. За этот месяц, что она провела с ними, Джей говорил о многих вещах, иногда бессмысленных и глупых, но сейчас его речь была настолько чёткой и профессиональной, что казалось, будто он всю жизнь работал экскурсоводом, а не ниндзя. – Кто бы мог подумать, что наш болтун умеет так увлекательно рассказывать. – тихо сказала она, улыбаясь, её глаза блестели от лёгкого веселья. Коул, стоявший рядом, усмехнулся и добавил с улыбкой: – Болтливость у него в крови, но, похоже, теперь она работает на пользу. Если бы он ещё умел молчать, было бы вообще идеально. Все тихо рассмеялись. К этому времени друг уже успел закончить свою увлекательную историю. – Ты расскажешь им про кнопку? – вдруг спросил брюнет. Он подошёл к одной из панелей, где она и находилась. – Ха-ха, она ещё не готова. – весело произнёс он, но с укором взглянул на Беккера. Его глаза сверкнули предупреждением, чтобы тот закрыл свой рот и не болтал лишнего. – Оу, что за кнопка? – поинтересовалась женщина. В её глазах читалось неподдельное любопытство, искреннее желание узнать, над чем же её сын трудится с таким усердием. – Он работает над специальной защитной системой. – ответил за друга Зейн. – Которая нужна в любой штаб-квартире ниндзя. – добавил Кай. Эд подошёл поближе, его взгляд был прикован к панели. Он предложил свою помощь, его руки уже были готовы прикоснуться к холодному металлу, но Мастер Молнии остановил его, мягко, но настойчиво сказав, что не надо, он и сам справится. Парень почувствовал, как ситуация начинает выходить из-под контроля, как любопытство родителей вот-вот может привести к нежелательным откровениям. Он решил сменить тему, чтобы избежать дальнейших расспросов. – Уже поздно, вам нужно ехать, пока не стемнело. – сказал он, стараясь придать своему голосу как можно больше настойчивости, но при этом сохранить нотку заботы. Он мягко, но решительно направил родителей к выходу. – А то по ночам на дорогах полно Серпентинов. – Ох, что ж, наверное, нам и правда пора. – с лёгкой грустью в голосе согласился мужчина. Его взгляд задержался на сыне, словно он хотел запечатлеть в памяти каждую чёрточку его лица, каждый оттенок его глаз, в которых сейчас читалась смесь облегчения и лёгкого смущения. – Эдна, мы с радостью послушали рассказы о детстве Джея. – с усмешкой в глазах сказал Коул, положив руку на плечо друга, его улыбка была широкой и озорной. – О-о-о, это ещё не всё. – протянула она, её глаза заблестели. Женщина явно наслаждалась моментом, когда могла подразнить своего сына. – Я даже не рассказала историю, как застала его целующегося с подушкой. Джей лишь обречённо вздохнул, его лицо снова залилось краской, а уши покраснели. Он знал, что его мать не остановится, пока не расскажет всё до конца, вываливая на всеобщее обозрение его детские неловкие моменты. – Змеи, мама, змеи! – воскликнул парень, пытаясь отвлечь её от смущающих воспоминаний. Он отчаянно пытался перевести разговор на более "безопасную" для него тему. – Ну ладно. Мы едем, едем, – сказала Эдна, наконец, поддавшись на уговоры сына, хотя в её голосе всё ещё слышались нотки веселья. Они направились к выходу, и все остальные ниндзя последовали за ними, чтобы проводить дорогих гостей. На улице и правда начало темнеть. Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая бескрайние пески в багровые и оранжевые тона. Воздух становился холоднее, и коричневая куртка матери уже не казалась такой неуместной, наоборот, она уютно облегала её плечи, защищая от вечерней прохлады. Эд завел машину. Двигатель мягко заурчал, готовясь к отъезду. Его ровный гул нарушал тишину наступающей ночи. – Обещаешь заехать на свалку и навестить своих маму с папой? – спросила женщина, её голос был полон надежды. Она смотрела на сына, пытаясь уловить в его глазах обещание. – Да, обещаю, но только если вы уедете. – опомнившись, Джей тут же добавил, его голос стал серьёзнее. – Не хочу, чтобы вы пострадали. Темнеет. У вас же работают фары? Отец, с гордостью за своё творение, включил их. Яркий пронзительный свет прорезал сгущающиеся сумерки, ослепляя всех на мгновение. – Нравится? – хвастливо сказал он, его лицо светилось гордостью. – Я их подправил немного. – и выключил их. – Пока, сын! – посигналил ещё раз, звук клаксона разнёсся по округе. – Я так горжусь тобой! – И прихвати с собой Нию. Я понимаю, почему она тебе нравится. – крикнула вслед мама, её слова прозвучали как последний, но очень меткий выстрел. – Мам! – в очередной раз возмущённо воскликнул Уокер, его голос был полон отчаяния, а лицо горело от стыда. Машина тронулась, медленно набирая скорость и растворяясь в наступающей темноте, оставляя за собой лишь шлейф пыли и воспоминание о весёлой, но немного смущающей встрече. Фары автомобиля быстро превратились в две удаляющиеся точки света, а затем и вовсе исчезли. – Теперь, когда они уехали, возможно, Джей научит нас искусству… целования подушек. – сказал Мастер Ву, его глаза хитро блеснули, а на губах заиграла ехидная усмешка. Парень в очередной раз возмущённо простонал, его плечи снова опустились, а лицо выражало полное поражение, в то время как другие ниндзя не смогли сдержать смеха. Их звонкий смех разнёсся по вечернему воздуху, заглушая последние звуки удаляющейся машины. Джей чувствовал, как его щеки горят. Хоть это и были всего лишь шутки, но ему за этот день хватило сполна, и он был рад, что этот нелепый кошмар наконец-то закончился.