Глава 8. Вкус света

В ту ночь всё замерло. Лес, будто выдохшись, погрузился в странную дрёму. Даже ветки не шевелились — только редкие искры от угасшего костра поднимались в небо, словно огонь тоже устал бороться. Дом стоял в центре мира — тёплый, выстоявший, живой. И внутри — были только двое. Алиса закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной. Влад стоял напротив. Грудь поднималась — он ещё дышал тяжело. Его рубашка была порвана. На коже — следы битвы, царапины, кровь. Глаза — не волчьи, но и не человеческие. — Хочешь, я скажу что-то умное? — прошептала она. — Типа: "Ну что, это была интересная пятница"? Он подошёл к ней. Молча. Тихо. Его пальцы коснулись её щеки, чуть под подбородком — и приподняли лицо. Слов не было. Его губы были тёплыми. Сначала просто касание. Потом — медленное, глубокое, с каким-то почти священным трепетом, будто он не целовал — а признавался. В ней. В себе. В этом мире, который чуть не разрушился. Алиса прильнула к нему всем телом. Сердце било по рёбрам, как птица. Руки легли на его грудь. Горячую, живую, настоящую. Он не был мечтой. Он был её реальностью. — Я думала, умру, — прошептала она, скользнув пальцами по его шее. — И если честно… я бы хотела, чтобы ты был последним, кого я почувствую. — Ты жива, — ответил он, глухо. — Потому что сильная. Потому что твоя сила — древнее, чем всё, что я знал. — А твоя — в том, как ты смотришь. Так, будто я центр вселенной, даже когда кричу на тебя. — Потому что ты им и стала. И она не выдержала. Потянула его за рубашку, вдавила в себя поцелуем. Не нежным. Нет. Жадным. Таким, будто всё, что было сдержано, теперь прорвалось. Огонь, запрет, страх, желание. Всё смешалось. Он поднял её на руки — и понёс вверх по лестнице. Легко, как будто она была частью его самого. Их тела двигались в унисон, интуитивно. Больше не нужно было слов. Спальня встретила их тихим светом от свечей. Где-то внутри дома всё ещё работала старая система освещения, но им не нужно было электричество. Им хватало друг друга. Он опустил её на кровать — аккуратно, как сокровище. Скользнул пальцами по её ключицам, по горлу, ниже. Глаза её были полны света, вызова, страсти. Она расстегнула пуговицы на его рубашке сама. Медленно. Наслаждаясь каждой секундой. — Я волк, Алиса, — прошептал он. — Я дикий. Я могу быть грубым. — А я — та, кто знает, как с тобой обращаться, — ответила она. — Пусти. Не бойся. И он пустил. Их любовь была не мягкой. Она была первобытной. Глухой от звуков и слепой от ощущений. Пальцы — как язык. Касания — как клятвы. Поцелуи — как заклинания. Он целовал её шею, плечи, живот. Так, будто запоминал. Она — вжималась в него, царапала спину, стонала от каждой новой волны удовольствия. Когда он вошёл в неё — всё исчезло. Дом, лес, страх. Остались только они. В движении, в жаре, в этой странной смеси боли и экстаза, когда тело разламывается на куски, чтобы собрать себя заново. Вместе. — Алиса… — его голос был сдавленным. — Ты моя. Не просто пара. Моя душа. Моя кровь. Моя жизнь. — Тогда живи во мне, — выдохнула она. — Навсегда. Он отдался ей. Целиком. Без остатка. Когда всё закончилось, они лежали в тишине. Только дыхание. Только пульс. Алиса уткнулась в его шею, лениво водя пальцем по его груди. — Скажи, Влад… у нас будет шанс быть нормальными? Типа… обычной парой? Без древних врагов и магических ножей? Он усмехнулся, притянул её ближе. — Мы уже пара. Необычная. Истинная. А значит — никакой "нормальности". Только ты, я… и, возможно, один очень ревнивый лес. Она рассмеялась. Легко. По-настоящему. — Тогда давай. Покажем этому лесу, кто тут теперь альфа. Он прижал её к себе, и ночь — стала их союзником.