Обитатель особняка напротив.

Понемногу жизнь в пансионе входила в привычную – ну почти, колею. Уроки, распорядок дня, быт. Перенесшие болезнь девочки напоминали бледные тени самих себя – но Мария питала надежду, что весной и летом это удастся исправить. Самоотверженные владельцы лавок продолжали им приносить продукты, а заодно принесли новости – в городе эпидемия тоже пошла на убыль, часть жителей переболела достаточно легко, и собрав свою жатву, зараза отступила. Лондон понемногу оправлялся от случившейся беды. И вместе с восстановлением и возвращением порядка – пришли новости. И далеко не радостные. Несколько девочек – причем разного возраста, осиротели из-за эпидемии. Растерянные, словно утята без мамы-утки, они сбились в одном из углов гостиной, вопросительно глядя на Марию. — Девочки, до тех пор, пока не найдутся родственники, до тех пор пока они не выразят явно желание взять вас на попечение и обеспечение – я отвечаю за вас. Вы продолжаете свое образование до тех пор, пока ситуация не прояснится. — Но плата… Мисс Минчем… – робкие возражения были прерваны взмахом руки. — Вы поступаете под опеку пансиона. Одежда, питание, содержание, образование. Плюс будут организованы курсы для овладения различными навыками и умениями. Зарабатывать на кусок хлеба с маслом, а то и с чем повкусней честным трудом достойно. Если вы будете успешно овладевать науками – вы сможете быть учителями. Да даже обучая в будущем своих детей! Девочки приободрились. Жизнь продолжалась. А еще к Марии подошли Бекки и Сара и попросили уделить им внимание. Женщина заинтересовалась – она не забыла визиты индуса в их пансион. Бекки, вполне здраво рассуждая, предположила, что гость приходил к ним в каморку по крышам – и скорей всего из дома напротив – в ряде мест была возможность по крышам перебраться практически не ступая на мостовую. Скорей всего, он так и посещал лазарет. Сара же подтвердила догадки девочки – более того, она смогла выяснить, откуда этот смуглокожий ангел приходил на самом деле. Из дома напротив. И был он слугой весьма обеспеченного джентльмена, прибывшего… из Индии. Жил сей достойный господин весьма уединенно, но был очень обеспеченным. У Марии мелькнула мысль, попросить этого человека о некоем гранте или фонде для неимущих учениц, в конце концов меценатство и попечительство здесь считалось делом весьма богоугодным. Но это терпело – для начала стоило просто присмотреться. Потому что еще неизвестно, что там за человек. Может инициатива его слуги – это его персональная инициатива. Поделившись своими сомнениями с отцом Джозефом, Мария получила неожиданную поддержку и помощь. У священника был знакомый – выбравший юридическую стезю, и отец Джозеф брался найти его, с тем, чтобы предложить ему место поверенного, вместо мистера Бэрроу. Мария дала согласие – и уже на следующий день после этого разговора она имела честь общаться с мистером Уилфредом Дженкинсом. Молодой, но явно умный и хваткий мужчина вызывал у Марии симпатию. Выслушав все соображения, мистер Дженкинс кивнул и пообещал за неделю выяснить все интересующие ее сведения. Так же он дал согласие стать поверенным как самой Марии, так и для осиротевших девочек. Дженкинс сдержал слово – уже через неделю к ней на стол легла объемистая папка с материалами по интересующему ее лицу. Раскрыв принесенные бумаги, женщина принялась их изучать. Что ж, здесь было более чем достаточно информации, чтобы составить определенное мнение. Выписка из Сити наглядно показывала, что человек этот далеко не бедный – скорей уж баснословно богатый, а богатым свойственны причуды. И богатство там поистине феерическое: паи от предприятий в Индии, принадлежавших Восточно-Индийской компании, всевозможные активы, и бонусом – алмазные копи. Мария постучала по губам кончиком перьевой ручки. Опять эти самые копи… Но допустим, это не те же самые. Газетные вырезки описывали прибытие этого джентльмена – с пышностью, и помпой, достойными магараджей, после чего эпатировавший общественность джентльмен закрылся в особняке. Да, была информация, что особняк навещали врачи – правда, во время эпидемии эти визиты прекратились, но признаков, что обитатели особняка мертвы, нет. Так же не было ничего, что могло бы показать на ненадежность репутации этого человека – никаких исков, судебных процессов, ничего о скандалах или долгах. Это плюс. Мария поднялась и прошлась по комнате. Может ли быть загадочный мистер Кэррисфорд тем самым другом, по вине которого все и случилось? Вполне возможно, что вина его только косвенная. Все же в этом времени без качественной геологоразведки добывать алмазы… Чревато провалом. И все же что-то произошло там, в Индии. Потому что уже по слухам и обмолвкам – состояние владельца особняка было не слишком хорошим. Речь шла о нервном истощении, о сильнейшем потрясении, о тропической лихорадке – и все это вместе погрузило мужчину в глубокую меланхолию. Итак. Подводя итоги: опять пресловутые копи. И джентльмен, живший долго в Индии. На авантюриста он явно не похож – скорей на человека, который сам пострадал от своей недальновидности. А еще чувство вины из-за гибели друга. И всё же – эта весьма своевременная помощь — инициатива только слуги — или же некий посыл владельца особняка?.. Это возможно будет выяснить у слуги-сикха. Пока же она займется тем, что выяснит статус девочек, о родителях которых нет никакой информации уже давно. Изучить этот вопрос она поручила Дженкинсу. Мужчина уже доказал, что на него можно положиться, и он душой болеет за свое дело. Собранная им информация оказалась далеко не радостной. Да, были родственники, которые могли бы взять на себя попечение над девочками, однако по тем или иным причинам отказались от этого. Мария лишь кивнула – в целом, это было ожидаемо. Это не Россия, где сироту так или иначе примут, обогреют, и вырастят. Здесь, что называется, только расчет. Кивнув своим мыслям, лишь подтвердила свои планы – девочки получат образование, подъемные и профессию. Дженкинс обещал продумать, как создать своего рода накопительные счета для девочек. Мария это одобрила. Спустя несколько дней, засидевшись за документами заполночь, она услышала какие-то шаги в коридоре, ведущем к комнатам девочек. Спустившись туда, практически нос к носу столкнулась с индийцем. — Намасте, почтенный. Что привело вас в наш дом в столь неурочный час? — Простите, мэм-сахиб, если потревожил вас… Мое имя Рам Дасс, и я служу господину, что живет в доме напротив. — Почему вы тайно приходите? Это не поручение вашего хозяина? Ваша собственная идея? — Сахиб видел несчастье. Сахиб просил помогать. — Сахиб – Кэррисфорд? Индус не ответил, но по его мимике Мария поняла, что да. — А те подарки девочкам на чердаке — тоже по его указанию? — Сахиб видел девочек. Сахиб говорил – помогать. — Вы очень помогли с лекарствами. Я благодарна. Мы все благодарны. — Сахиб узнает об этом. Вы странная, мэм-сахиб. Вы как мудрая мать – строгость и забота. — Потому что это правильно. — Сахиб желал помочь, он боялся, что она исчезнет снова… и что ей не причиняют вреда. — Ей? Саре? Она в полной безопасности. Даже сейчас. Индус посмотрел на нее с сомнением. — Простите, мем-сахиб. Мой долг – служить. И помогать. Мистер Кэррисфорд – добрая душа. Разрушенная горем, но добрая. Поклонившись, мужчина быстро удалился, оставляя множество вопросов. На следующий день она стояла у окна, держа в руках чашку с чаем и размышляла. Информации было много, разной, и как всё же относиться к загадочному “сахибу”, она не понимала. Самым разумным было бы встретиться с ним, поговорить, и прояснить ситуацию. А то ведь наверняка считает ее злом во плоти. Им надо поговорить. Ведь Кэррисфорд тоже хочет заботиться о Саре. И если он тот самый друг, и его горе и уныние связаны с теми событиями – надо дать ему надежду, и цель. Приняв решение, Мария довольно улыбнулась.