8. Всё изменить

Мы все — лицемеры по необходимости.

Маска вежливости — самая удобная, ведь под ней можно скрывать всё, что угодно.

Где же правда? Она давно истлела в подвалах наших душ. Остались только удобные версии.

Дециан Соррет

٭✷٭

— Мерцелла… Что с тобой?.. Очнись, Мерц… Его голос будто доносился сквозь толщу воды. Мерцелла судорожно вдохнула, выныривая из тьмы. Веки подрагивали, в глазах стояли кровавые блики, а когда мир наконец проступил, она увидела Лайса: его склонившееся лицо, его глаза. И вспомнила… Площадь в огне. Чёрные арки. Висящие тела. И лица. Члены семьи Атрау — да, она ожидала их увидеть. Но отец… Его стеклянные, пустые глаза, раскачивающееся тело — этого раньше не было, не должно было быть!.. И самое страшное: среди повешенных не было Лайса. Потому что в этом новом видении он уже был мёртв. Как и сама Мерцелла. — В любом случае, — прошептала она, и Лайс замер, не понимая. Зато Мерцелла понимала: судьба уже всё решила, её не обмануть. Остаться и выйти за Айена — всё пойдёт по известному ей пути. Сбежать с Лайсом — и это приведёт к смерти, но уже их обоих. Почему так? Что именно случится? Это было уже не важно. Важно другое: разницы нет. Только смерть — чужая или своя. — Мерц… ты как? Идти сможешь? — Я не полечу с тобой. — Её голос прозвучал чужим. Мерцелле казалось, будто кто-то другой двигал её онемевшими губами, шевелил языком. — Что?.. Почему? Лайс не понял. Не мог понять. И не должен был — так будет лучше. Мерцелла поднялась, не без его помощи. Потёрла гудящие виски. — Я иду к Автарху. Его глаза расширились — сначала от непонимания, потом от неверия в то, что слышит. — Если это шутка… Лайс осёкся, вглядываясь в её лицо. Увидев её почти спокойную решимость, что на самом деле была не больше, чем обречённостью, прикрыл глаза и тихо выругался. Но в следующую секунду взгляд его загорелся протестом. — Что?.. Что ты увидела? Мерцелла молчала, понимая, что самым верным будет не говорить ничего — может, так останется хоть один шанс что-либо изменить? — Это не важно, — бесцветно проронила она. — Но теперь я знаю: улететь с тобой будет ошибкой. — Ошибкой?.. — Искажённые гневом, его резкие черты ещё больше заострились, тёмные брови свелись в одну линию, а в глазах бушевала буря. — Всё, что сейчас между нами было, по-твоему, — грёбаная ошибка?! Мерцелла хотела бы его оттолкнуть, но не могла. — Нет… — качнула она головой. — Совсем нет. Лайс сжал её плечи: — Что там было? Скажи… Снова виселицы? Она продолжала молчать, чувствуя, как по щеке катится слеза. Взгляд Лайса смягчился. Он напряжённо сжал губы, словно набираясь терпения, — Мерцелла видела, каких титанических усилий ему это стоит. — Ладно, — выдохнул он. — Ты решила в это поверить. Но что это меняет? Мерц, ты не угадаешь, что именно к этому приведёт. Может, как раз только что принятое тобой решение! Она знала, что Лайс прав. И была с ним согласна. Но всё ещё маячащие перед глазами серые лица, стеклянные глаза любимых людей требовали иного решения. Меняющего всё в корне. — Я просто хочу всё изменить, — сдалась Мерцелла. Голос её дрогнул — недавняя решимость начала подводить. — Да как ты не поймёшь? — Лайс крепче сжал её плечи, будто собираясь встряхнуть. — Есть вещи, которые от тебя не зависят! — Но я хотя бы попытаюсь! — Не выдержав, она тоже повысила голос. Их взгляды столкнулись в упрямом противостоянии: его — горящий, и её — мягкий, но непреклонный. Лайс не выдержал первым. Отпустив её и сделав по комнате несколько бездумных шагов, остановился у окна, провёл ладонью по коротко стриженным волосам. Он совсем не горел желанием воплощать её сумасбродную идею, но решил согласиться и всё обсудить, чтобы Мерцелла не сотворила новую глупость. — Хорошо. Что ты хочешь сделать? Не получив ответа, он обернулся через плечо. — Мерц, только не молчи! Мерцелла вздохнула, понимая, что без ответов Лайс её не отпустит. — Я пойду к Автарху и сама расскажу про взрывное устройство. Если он лично увидит его на мне, то поверит в нашу непричастность. План был прост и по-детски наивен. Лайс покачал головой, невесело усмехнулся: — В твою — возможно, но не в нашу. Эль Кассар может решить, что мы — Атрау — используем тебя. Плюс если припрёшься к нему с бомбой, это будет равносильно покушению. — А обокрасть Автарха, сбежав в колье, по-твоему, лучше? Нас обвинят в измене Престолу, а это карается смертью! — воскликнула Мерцелла в отчаянии. Лайс задумчиво свёл брови. Он мог бы попробовать ей объяснить, что пытаться сбежать гораздо надёжнее в плане успеха, чем прийти и добровольно сдаться. Что, даже будучи невиновной, она может дать Эль Кассару удобный повод показать свою власть и разбить только что образовавшуюся коалицию, совсем ему не нужную, опираясь на любимый им принцип: разделяй и властвуй. Но доля смысла в предложении Мерцеллы всё же была, и видения… Лайс предпочитал полагаться на знаки Пожирателя. — Если идти к Эль Кассару, то с доказательствами, — сказал он. — До конца банкета ещё есть время. Браннис уже должен был найти Ши. — А если господин Ши ни при чём или… не захочет ничего рассказывать? В тёплом золоте её глаз дрожала тревога. Больше всего на свете Лайсу хотелось бы убрать её, стереть, вычерпать из этих чистых, солнечных озёр, но он не знал как. Он привык, что доводы его тем сильнее, чем больше боли приносят тому, кому приходится их приводить, — простой и практичный способ быть услышанным. — Если понадобится, мы допросим его и выбьем правду, — сказал и двинулся к двери. — Никуда не уходи, я скоро приду. Мерцелла содрогнулась, вспоминая методы, какими привыкли пользоваться Атрау, однако просто не могла представить Айодели Ши растянутым на дыбе в пыточной. «Наверняка такой умный и интеллигентный человек, как он, не доведёт ситуацию до столь крайних мер», — подумала она с надеждой. Лайс уже открыл дверь, но замер в проёме. Резко развернувшись, преодолел расстояние в несколько широких шагов и сгрёб её в объятия. До боли сильные, до спёртого воздуха необходимые им обоим. — Обещай, что дождёшься меня. Мерц?.. Прижатая лицом к его груди, она кивнула. — Хорошо. Обещаю. Она знала, что лжёт, но в это мгновение сама верила своим словам всем сердцем.

٭*٭

      На Цереру опускалась вечерняя мгла. Пейзаж за окном всё больше превращался в полотно из размытых пятен чёрного и тусклого бурого — именно таким был слабый отсвет проходящего мимо спутника планеты. В полной темноте, не включая света, Мерцелла подошла к большому зеркалу. Красный огонёк детонатора на колье быстро мигал в такт биения её сердца. Девушка медленно подняла руку и накрыла ладонью эту часть украшения, будто могла таким образом избавиться от нависшей над ней угрозы… Но ни так, ни как иначе она не могла спасти ни себя, ни близких, ни Лайса. Время шло, а ответов всё не находилось. Мысли, словно загнанные в ловушку звери, ища выход, раз за разом натыкались на новую глухую стену. — Что мне делать? — прошептала она своему отражению. В памяти всплывали слова знакомой с детства молитвы — молитвы Потоку. Но не будучи религиозной, Мерцелла нечасто обращалась за помощью к этой высшей силе. «Наверное, за то и была наказана». — Как ещё можно было объяснить все беды, свалившиеся на неё и её семью? Да и как иначе, когда на теле её были выжжены руны — навсегда запечатленные знаки совсем иной веры, знаки её боли и чужих молитв? И все эти видения… Чем они были на самом деле? Бредом, случайностью? Отражением неизменного будущего? Знаком судьбы? Несли ли они в себе какой-либо высший смысл? Мерцелла вспомнила слова Лайса: «Можешь считать, что тебя признал Пожиратель». Идея, вдруг мелькнувшая в голове, показалась странной, даже кощунственной. Мерцелла не знала ни одной молитвы Церкви Обожжённых, но губы её словно сами зашептали: — Всемилостивый Пожиратель. Пожалуйста, помоги. Дай мне новую подсказку, укажи путь… И снова, и снова… Она взывала о помощи к неведомому божеству, пока поток её просьб, сводившихся к одной, самой главной, не стал иссякать, меняя слова на слёзы… Уже позабытая головная боль вновь накрыла свинцовой тяжестью, склоняя перед собой, роняя на колени, и Мерцелла готова была бы перетерпеть и бо́льшую, если бы это и правда сблизило её с магнетаром. Но ничего более не менялось, и, дрожа от бессильного отчаяния, Мерцелла крикнула: — Ответь! Она не успела осознать, не увидела разницы, потому что уже была погружена во тьму. Но возникшее перед глазами световое пятно вдруг отделило Мерцеллу от реальности. Белая маска с золотыми рогами… Тянущаяся к ней рука, что снимает её, меняя ложный лик на истинный… Мерцелла сразу же узнала и это лицо, и этот внимательный янтарный взгляд. Мужчина поднимает руку с оружием, похожим на огнестрельное, и направляет его на… Видение померкло. Едва придя в себя, дрожа всем телом и опираясь влажными ладонями о холодное стекло зеркала, Мерцелла поднялась на ноги. Она ошибалась. Подсказка уже была ей дана, раньше — перед самым выходом на площадку аукциона, — тогда Мерцелла этого даже не поняла. Но теперь она знала, кто может всё изменить. Дециан Соррет.

٭*٭

— Что ты узнал? — спросил Лайс брата, когда из зала, полного гостей, они вышли в более свободный атриум. — Ши улетел, — сказал Браннистарх, не сбавляя шага. — Его главный ассистент ничего не знает. — Врёт? — Нет, — мрачно усмехнулся Атрау-старший. — Даже до пыточной идти не пришлось. Он обмочился от страха уже по дороге. Лайс негромко выругался, обратив на себя внимание проходящих мимо гостей. Недоумение, испуг, отвращение — вот лишь малая часть того, что было на их лицах, когда они увидели его физиономию, помимо пирсинга и наколок разукрашенную теперь багрово-синим фингалом. «Головорезы… » — донёсся обрывок чужих мыслей. — Ты народ пугаешь, — хмыкнул Браннис. — Не я один. Они свернули в коридор, ведущий к их апартаментам. — Ты это… Извини, что врезал. Лайс покосился на брата. Браннис редко извинялся, особенно перед ним. И если уж это делал, значит, действительно чувствовал себя виноватым. — Ничего. Я заслужил. Мысли Лайса вернулись к обдумыванию прежнего плана и к тому, как лучше убедить Мерцеллу согласиться лететь с ним сейчас же. То, что Браннистарх согласится помочь и прикроет их, Лайс не сомневался. — Нравится? — вдруг спросил тот. Уточнять, о чём, а точнее, о ком именно шла речь, нужды не было. Ответом же стало честное и единственно возможное: — Да. Браннис тихо хмыкнул, то ли понимающе, то ли одобрительно, и Лайс теперь был уверен: точно поможет. Апартаменты встретили их пустым молчаливым мраком. Дурное предчувствие тут же расползлось внутри ядовитыми щупальцами. — Мерц?.. Мерцелла! Лайс обошёл все комнаты, включая свет во всех, даже в родительских. Её нигде не было. — Эй! Здесь записка! — окликнул его Браннис. Лайс вернулся к брату, выхватил из его пальцев небольшой бумажный листок. На нём было всего два слова: «Доверься мне».

٭*٭

      Мерцелла нашла Соррета на открытой площадке перехода между крыльями здания резиденции. Он был занят разговором с одним из гостей, однако поспешил откланяться, когда увидел девушку. — Мерцелла-шаар. — И снова та же вежливая улыбка. — Дециан-консье, — Мерцелла ответила такой же, зеркальной. — Решили подышать свежим воздухом? — Снова тот же цепкий взгляд, на краткий миг задержавшийся на её шее. — Как и вы. — Чуть склонив голову, Мерцелла сузила глаза. — Погода чудесная, вы не находите? Она коснулась колье, давая атташе понять, что заметила заминку, — он был вынужден посмотреть на украшение снова. — Это колье очень вам идёт, — вновь улыбнулся Соррет почти искренне, но в глазах появилась настороженность. — Благодарю. — Улыбка Мерцеллы стала ослепительной. — Считаете, оно идёт мне больше, чем моя жизнь? Словно невзначай она коснулась волос, убирая в сторону локон. Если Дециан знал про взрывчатку, — а Мерцелла была уверена, что знал, — то должен был увидеть среди мерцания рубинов мигающий красным огонёк. И он увидел. — Что… Вы имеете в виду? Маска вежливого участия на его лице треснула, и Дециан поспешил сменить её другой — наигранным удивлением. Однако эта, новая, не скрыла мелькнувшего в глазах страха, — Мерцелле только оставалось сорвать и её. Но сначала она отбросила свою, перестав фальшиво улыбаться. — Значит, я не ошиблась, — сказала уверенно вполголоса. — Вы в этом замешаны. Дециан приоткрыл рот, собираясь ответить очередной заготовкой, но, видимо, передумал. Вид его преобразился, странным образом сочетая смиренное спокойствие и запоздалое покаяние. — Как вы узнали? — тихо спросил он. — Догадалась, — ответила Мерцелла. Отчасти это так и было, про видения она предпочла умолчать. Удивление атташе, на этот раз правдивое, сменилось досадой, но и оно растаяло, вернув его лицу прежнее выражение. — Что вы намерены делать? — Мне ничего не остаётся, как только рассказать Автарху правду. Всю правду. Кто знает, сколько минут мне осталось жить? — Хотите подвергнуть опасности и его жизнь? — Мне нечего терять, — солгала Мерцелла, — а Автрах, как вы знаете, бессмертен. — Это весьма спорно… — задумчиво заметил Дециан. — Но вам это и не интересно, я прав? Мерцелла не нашла нужным отвечать. В терпеливом ожидании она смотрела на атташе — что же он ей скажет. Бросив девушке за спину несколько быстрых взглядов — кое-кто из гостей прогуливался неподалёку, — Дециан приблизился. — Мерцелла, — обратился он к ней тихо, опуская все титулы. — Что если я предложу вам альтернативу? Соррет извлёк из нагрудного кармана нечто плоское в овальном металлическом корпусе с красным мигающим индикатором в центре. Мерцелла обомлела от ужаса. Пульт управления… Он мог подорвать её в любой момент! Будто не замечая её вмиг побледневшего лица, Дециан небрежно повертел устройство в руке, затем скрыв его в складках плаща. Светло-карий взгляд атташе беспрерывно бегал, осматривая площадку, пока, наконец, не остановился на лице девушки. — Похоже, на Гексосе вы действительно украли мою удачу, и без того довольно скудную. Вот уже третья моя попытка убить вас терпит крах. — Третья… что? — Мерцелла оглянулась по сторонам в поисках свидетелей, но на террасе они с атташе остались только вдвоём. — Я должен был убить вас, — повторил Соррет медленно и чётко, глядя в глаза. — И пытался это сделать до сегодняшнего вечера уже дважды. Отчего-то эта новость не стала шоком. Наоборот, Мерцелла ощутила, как всё наконец становится на свои места. Интуиция её не обманывала. Всё, что казалось в атташе фальшивым, на самом деле таким и было. Но что несло бо́льшую опасность — эта уже знакомая его фальшь или вдруг прорвавшаяся честность, — Мерцелла не знала. — То есть… та аварийная посадка на озере не была случайной? — спросила девушка, отчаянно пытаясь тянуть время и что-нибудь придумать. — Вы догадливы. — Губ Соррета коснулась тонкая улыбка, которая ничем не отличалась от тех, что он раздавал с первой минуты их знакомства, и это было самым страшным. — Та попытка была второй. Какая была первой, Мерцелла решила не уточнять. — И… к-кому это было нужно? — Их разделяло несколько метров, и, опасаясь, что Соррет в любой момент решит отойти на безопасное расстояние и привести в действие взрывное устройство, Мерцелла сделала к нему робкий шаг. Дециан беззлобно усмехнулся: — Вы же не думаете, что я расскажу? Хотя, пожалуй, в общих чертах всё же могу обрисовать. Кто знает, может, у вас возникнут идеи? — Идеи?.. Какие? Ещё один шаг… Атташе, казалось, не замечал её приближения или не придавал этому значения. — Положим, такие, которые помогут вам остаться в живых. Для начала. В идеале же — помогут мне компенсировать потерю возможности довести задуманное до конца. Мерцелла не верила ушам. Соррет не просто шантажировал, но только что предложил ей стать соучастницей? С каждой секундой происходящее всё больше походило на дурную, бредовую шутку… — Признаюсь, идея задействовать вас мне изначально не нравилась, — признался Дециан словно нехотя. — А после прибытия сюда его, ставки повысились, и убирать вас, как это планировалось раньше, необходимость, на мой взгляд, отпала. К сожалению, не все с моим мнением были согласны, и мне пришлось выбирать меньшее из двух зол. — Моя смерть оказалась меньшим? — приподняла бровь Мерцелла, изображая надменность, которой совсем в этот миг не обладала. Но показывать страх и этим умалять свою ценность в глазах атташе она не собиралась. — Бо́льшим была бы моя, — усмехнулся Соррет. — Помимо других проблем. Сложив на груди руки с зажатым в одной из них пультом, Дециан рассеянно посмотрел туда, где открывался вид на мрачный ночной ландшафт. — То, что он во что бы то ни стало захочет купить колье, было известно заранее, ведь «Наследие садовницы» когда-то уже принадлежало ему. Не удивляйтесь, официальный провенанс об этом умалчивает. Дециан намеренно не называл ни имени, ни титула Автарха — вероятнее всего, из-за показного презрения. После стольких признаний вряд ли можно было предположить, что Соррет опасался возможной прослушки. Мерцелла же пожалела, что на ней её не было. — Всё должно было произойти после того, как колье оказалось бы у него. Однако планы поменялись. Это ваше платье… Взгляд Соррета скользнул по фигуре Мерцеллы, а на лице появилась гримаса пренебрежения. С такой обычно смотрят на то, что недоступно, но, к досаде, всё так же желаемо. — Оно стало бы идеальным дополнением к задуманному действу. — Рот Дециана скривился в язвительной улыбке. — При чём здесь платье? Её вопрос удивил Соррета. — Мерцелла. Вы же умная женщина и не понимаете? Автарх вас заметил — этим решили воспользоваться. Оставалось дело за малым — сделать так, чтобы он захотел вас добиться, пусть и столь вульгарным способом: купив вместе с колье на глазах у всех. То отвращение, которое Мерцелла ощущала, стоя на сцене, словно товар, опять вернулось. — Что за дешёвый театр? — Отнюдь нет. Ну согласитесь же, задумка потрясающая и красивая. — Вы правда полагаете, что может быть красивый способ убийства?! — воскликнула девушка. Взгляд атташе быстро пробежался по площадке — не появился ли кто-либо из гостей. Но они по-прежнему были одни. — Почему нет? — улыбнулся он снова. — Это тоже — своего рода искусство. На это Мерцелле ответить было нечего. Спорить с собственным убийцей, пусть и не состоявшимся, или наставлять его на путь истинный было бы верхом безумия или же святости. Ни тем, ни другим Мерцелла обременена не была. Оставалось уповать на милость Потока, Пожирателя или на ту самую удачу. — Получается, моё участие в аукционе не было приказом Автарха? — В его глазах вы сделали это добровольно, как организатор аукциона и радушная хозяйка. — Я стала наживкой… — Примерно так. — И… что должно было произойти дальше? Дециан пожал плечом. — По плану всё должно было случиться ещё на банкете, но помешал небольшой сбой. Нужно отдать Атрау должное — их система безопасности на высоте. — То есть… Если бы всё получилось, я бы уже… была мертва? — К сожалению. — Вежливая улыбка Соррета приобрела толику грусти. — И если бы сейчас я не подошла к вам сама?.. Вы бы всё равно привели бы свой план в исполнение. Но позже. — В связи с техническими проблемами, это не видится возможным. Поражённая догадкой, Мерцелла замерла. — А если бы я решила снять колье?.. Дециан сразу же уловил нить её мыслей. — Вы думали, если снимете, оно взорвётся? — улыбнулся он снисходительно. — Это было бы слишком бесконтрольно. В любом случае планы изменились. Живой вы можете быть полезнее. Мерцелла готова была расплакаться от отчаяния — она давно могла просто снять эту безделушку, и ничего бы не произошло! — Почему вы мне всё это рассказываете? — спросила, проглатывая задавленные слёзы. Увидеть её плачущей? Такого удовольствия она Соррету не доставит. И лучшим для этого средством как всегда была злость. — Вам больше нечего терять или уже решили наконец от меня избавиться? Этот её словесный выпад Дециан встретил с напряжённой сдержанностью. — Я рассказываю это для того, чтобы вы приняли правильное решение. Откровенность за откровенность, — улыбнулся он, «включая» дипломата. Мерцелла едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Вы упоминали о видениях, — продолжил Соррет вкрадчиво. — Расскажите мне обо всех, что касались Автарха, и я отключу детонатор. Первое побуждение Мерцеллы что-либо возразить он тут же пресёк: — Сразу хочу предупредить: не пытайтесь лгать. Я точно знаю — эти видения у вас были. Вы делились ими с Лайс-шааром. Да, порой он бывает болтлив. — И снова та самая улыбка, которую Мерцелла уже тихо ненавидела вместе с её обладателем. — Попытайтесь вспомнить каждое. Даже незначительные сведения могут быть полезны. Мерцелла не стала торговаться и задавать глупых вопросов. Пульт в руках атташе наглядно демонстрировал — выбора у неё не было. И всё же главной причиной, которая побуждала всё рассказать, была надежда, что Пожиратель не зря дал ей подсказку, что именно он сейчас её ведёт. — Хорошо, — выдохнула девушка. — Когда-то у него был щенок по кличке Барон фон Барк, — для начала решила рассказать самое безобидное. — Так. — Соррет явно ждал какого-то продолжения, и предельно серьёзное выражение его лица говорило, что шутить он не намерен. Понимая, что ходит по грани, Мерцелла продолжила: — Ещё… с ним сотрудничала особа по имени Урсула. Она занималась научными исследованиями, которые его интересовали. — Какого рода исследования? — Он искал способы обрести бессмертие. — Что-то ещё? — Кажется, они состояли в близких отношениях. Это всё, что я знаю. Информации было не так много, и она, в большей части, была бесполезной. Каждый уважающий себя Автарх интересовался наукой, а Урсул за эту тысячу лет также могло быть тысячи. Так Мерцелла думала, успокаивая уже терзающую её совесть. Едва ли рассказанное как-то могло навредить Эль Кассару. Но даже если и так, она была готова стать преступницей перед Потоком и в своих собственных глазах, была согласна принести эту вынужденную жертву. — Это… полезная информация, — задумчиво сказал Дециан и, направив пульт на Мерцеллу, улыбнулся. — Благодарю.