10. Между нами

Я во всём люблю порядок: сначала улыбаюсь, потом бью.

Браннистарх Атрау

٭✷٭

      Увидеть её здесь он ожидал меньше всего, но Мерцелла стояла в двух шагах от него, живая и настоящая, хоть Лайсу и понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что она всё-таки реальна. Он невольно прошёлся взглядом по фигуре девушки. На Мерц был серебристый костюм. Отливающая перламутром ткань эффектно обтягивала стройные ноги, подчёркивая рельеф мышц — таким он стал, между прочим, благодаря их совместным тренировкам. Длинные светлые волосы были убраны в обычный хвост, и эта простота делала Мерцеллу по-настоящему красивой. Держалась она уверенно и твёрдо, но в золотистых глазах читалось беспокойство. — Отпусти его, Лайс. — Боишься за своего пернатого? — Лайс скривился в оскале, не спеша сходить с горла Мейо. — Да, боюсь. Мне хватило того, что произошло на Церере, до нашего… отлёта. Лайс не пропустил возникшую заминку и нахмурился. Память участливо подкинула ему несколько размытых картинок. Чьи-то лица — озлобленные, испуганные… Чья-то кровь на сбитых костяшках… Холодный блеск зажатого в ладони клинка… Лайса окатило ледяным осознанием. — Я… кого-то убил? Мгновения до ответа казались бесконечными. Лайсу не было жаль ни одного из тех уродов, что поливали помоями весь его род и Мерцеллу в том числе, но подставлять семью ему совсем не хотелось. — Слава Потоку, нет. Но ранил. — Поджав губы, Мерцелла отвела взгляд. — По чистой случайности не убил, — обвиняюще добавил Мейо. Он уже встал с пола (Лайс даже не заметил, как его отпустил) и с недовольным видом поправлял свою одежду. — Если бы не мы с твоим братом, ты бы уже на виселице болтался. У Автарха с такими, как ты, разговор короткий. От былого страха у Мейо не осталось и следа: он видел растерянность Лайса и нагло черпал в этом силы. Впрочем, и сам Лайс действительно растерял весь прежний пыл — убивать Ланмея расхотелось, и вообще кого-либо… — Ладно, я вас оставлю. — Гордо смахнув на бок светлую чёлку, Мейо шагнул к выходу. — Мейо, — остановила его Мерцелла и протянула раскрытую ладонь. — Ты уверена? — Ланмей недоверчиво покосился на Лайса, который безучастно смотрел в темноту иллюминатора. — Он же… конченый псих. Лайса такая характеристика нисколько не обидела. В принципе, он был с ней согласен. — Отдай ключ, — настойчиво попросила Мерцелла. Сделав полный раздражения и вселенской усталости вздох, Мейо достал из кармана небольшой овальный жетон и отдал ей. Снова откинув чёлку, оскорблённо удалился.

٭*٭

      Мерцелла уже не обращала внимания на этот обиженный тон Мейо. Она была благодарна за всё, что он для неё сделал, а потому для собственных обид места не оставалось. Тихо подойдя к Лайсу со спины, она протянула руку к его запястьям, но без разрешения трогать не решилась. — Я сниму… это? — Валяй. Мерцелла прислонила к наручникам жетон. Тот мигнул, и жгуты, связывающие руки парня, ослабли. Стянув их и разглядев поближе, Лайс фыркнул и с ухмылкой протянул: — Полимерные наручники… Наше изобретение. Значит, это Браннис меня скрутил… Смешно. Мерцелле смешно не было. Ей до сих пор было не по себе от воспоминаний о том, как парни — Мейо и Браннис — заламывали невменяемого Лайса. Крики, угрозы, грязная ругань, кровь… — Да, их надел Браннистарх, — тихо проговорила она. То, зачем Атрау изобретают и носят с собой такие атрибуты, думать не хотелось. — Сильно подпортил их вонючие шкурки? — словно между делом, поинтересовался Лайс. Когда прошлым утром, возвращаясь в свои апартаменты, Мерцелла увидела ту кровавую сцену, она, признаться, слишком испугалась, чтобы вникать в подробности самой и что-то рассматривать. Боясь потерять сознание, как это было на арене, в её первые часы на Церере, при первой же возможности Мерцелла покинула атриум. Ещё больше тогда она испугалась за Лайса, но что толку высказывать ему про это сейчас? — Достаточно, — просто ответила она. — Но жить будут. Лайс только хмыкнул и, бросив наручники на пол, принялся растирать багрово-белые следы на коже рук. По его кривившимся губам Мерцелла видела, как ему больно, но Лайс упрямо тянул губы в дикой улыбке. — Как ты? — тихо спросила она, и ей сразу же стало стыдно — Лайс взглянул на неё так, словно она сморозила несусветную глупость. Колко. Отчуждённо. С презрением. Мерцелла этого не заслуживала, но понимала, что Лайс чувствует, что думает о ней. В его глазах она пала очень-очень низко, и сама всё для этого сделала. Но был ли выбор? Лайс отвернулся к неправильному кругу иллюминатора, всё ещё потирая запястья. — Я так и не понял, куда мы летим, — было похоже не столько на вопрос, сколько на претензию. Мерцелла чуть помедлила, прежде чем ответить: — В двадцать первый сектор. На ближайшем космодроме сменим этот гиперлайнер на более… подходящий. А потом… — Она опустила глаза, боясь увидеть реакцию на свой ответ. — Потом я планирую лететь на Гексос, где вступлю в брак со своим будущим мужем. — Мерцелла старалась говорить ровно и уверенно, но голос подвёл едва заметно дрогнув. Ответом стала тишина, что через десять быстрых ударов сердца прервалась усмешкой. — Как я понимаю, этим счастливцем будет не Айен. Иначе он был бы здесь. Или… он прилетит к тебе на другой развалюхе? — Нет, это не Айен… — Мерцелла закусила нижнюю губу, подбирая объяснения… — И правильно, — вполголоса вдруг добавил Лайс, которому объяснения, видимо, были не нужны. — Я бы на его месте тоже передумал. — Позволь заметить, он не передумал. Это было моим решением. — Значит, отпустил. Тоже мудро.

٭*٭

      Лайс наморщил лоб. Соображалось туго. Голова всё ещё трещала, а в мыслях был сизый туман. Но если сложить два и два, получалось, что Мерцелла вернулась к своему пернатому. Ну, или хочет вернуться. То, как Ланмей строил из себя обиженку, подтверждало, что он пока её не простил. Но, по крайней мере, теперь было понятно, почему они летят все вместе. Ещё было ясно, что возвращаться на Цереру было нельзя. Раз его запихнули в это летающее дерьмо, значит, дело и правда дрянь. Лайс прикинул, сколько ему добираться до Калеона — родной планеты матери. Дед давно звал его в гости, а в нынешнем положении лучшего места было не найти. У Лайса не было с собой ничего — ни вещей, ни каких-либо средств к существованию. Похоже, пьяные сборы в дорогу прошли быстро — всё, что у него с собой было — это те самые наручники собственной разработки дома Атрау. Но ничего, как-нибудь выкрутится. — Удивительно, что твой пернатый женишок согласился лететь на этом, — проворчал Лайс, проводя ладонью по ёжику коротких волос. Щёки Мерцеллы вспыхнули. Лайс решил, что она переживает за тот их поцелуй, и что Ланмей о нём узнает. Не узнает. Лайс не привык болтать о таком кому ни попадя. А пернатому в этом списке поклонников его недобывшей-недобудущей хватит и Автарха. К тому же, что значит какой-то там поцелуй, в сравнении с тем, что у неё потом было с Эль Кассаром? Так, ерунда. Она уже и думать о нём забыла. В тысячный раз Лайсу вспомнилось, как он звал — нет, уговаривал — её сбежать вместе, как она согласилась, а он и растаял. Вот дурак… — Мейо, к твоему сведению, не так привередлив, как ты. — Мерц надменно приподняла подбородок. — Это он нашёл этот корабль и договорился с владельцем. Нам нужно было избежать внимания, и старый гиперлайнер подошёл для этого лучше всего. — Избежать внимания… — хмыкнул Лайс. Отвернувшись от иллюминатора, смерил девушку презрительным взглядом. — А тебе-то это зачем? От внимания Автарха сбежала? Разве не должна была печься о благополучии наших семей в его койке?

٭*٭

      Она прикрыла глаза словно от пощёчины. Слова Лайса ранили не хуже его клинка. Только вот крови видно не было — ею истекала душа. Мерцелла поджала губы, сдерживая дрожь. За последние сутки слёз было достаточно. Сначала это были слёзы облегчения, когда они покинули орбиту Цереры, потом — тоски и страха. Она снова поставила на кон свою судьбу, но, в отличие от прошлого раза, теперь ей никто не давал гарантий. Но Мерцелла не сожалела. И пусть Лайс вёл себя, как последний… мерзавец, главное, теперь он был в безопасности: вдали от магнетара, вдали от страшного будущего, что сулили видения. Тех, старых видений больше не было — а значит, всё не зря. Даже если, Ценнария оказалась права… — Ценнария, я сделала то, что хотели вы. Теперь прошу вас сделать то, что хочу я. — Что ж. Это честно. Мы с Габбасом не против. Но я знаю Лайса. После всего, что было, он тебя не примет. Да. В его глазах она действительно не заслуживала ни прежней дружбы, ни уважения. Но Мерцелла видела: Лайсу тоже больно, а значит, не всё равно. Это давало надежду. — У Автарха много планов, но я в них больше не вхожу, — сказала она почти спокойно. Это было чистой правдой, если, конечно, Кайелетт Эль Кассар не лгал, когда давал ей своё обещание. Впрочем, может ли требовать от монарха или хотя бы ждать от него обещаний простая пешка? Великие сего мира — полноправные хозяева своих слов. Захотят — дадут. Передумают — вернут себе обратно. — Вот это ты обломалась, подруга, а? — Лайс растянул губы в глумливой улыбке, одаривая её злым, насмешливым взглядом. Выдержка Мерцеллы полетела хризалиде под хвост, а ведь так хотелось сохранить остатки достоинства. Но сейчас всё, чего она желала — расцарапать этому хамыге лицо. — Может, хватит?! — Её голос прозвучал неожиданно звонко. — Хватит что? — Лайс протянул лениво, но лыбиться перестал. — Строить из себя идиота! Не хочешь ничего спросить? — Например? — Например?! Например, как я сняла это чёртово колье! Как вообще выбралась из всего этого дерьма! — Выбралась?! Ха-ха! — Лайс расставил ноги шире, словно принимая стойку для стрельбы из арбалета, и сложил руки на груди. — Может, и выбралась. Но сначала чуток припачкалась, и воняет от тебя теперь мама не горюй! — Он наморщил нос, изображая брезгливость. Мерцелла чуть не зарычала от злости. Как же ей хотелось вмазать по этой самодовольной роже! Сжав кулаки, она шагнула к Лайсу и задрала лицо — так, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Я не спала с Автархом! — И ещё ближе, чтобы ни одно её слово не прошло мимо. — И не собиралась этого делать. На миг ей показалось, что чёрный лёд напротив дал трещину, оттаял, но эта мимолётная оттепель тут же сменилась недоверием. — Две ночи ты была с ним. Все это знают. — Лайс говорил негромко, но так же тихо рычит волк, перед тем как напасть. — Всё это скопище прощелыг и подхалимов только об этом и говорило, обсуждало, обсасывало… Я должен верить в другое?! — Да, я была с ним, но… — Но он тебя не тронул?! — Два чёрных угля прожигали её лицо, но Мерцелла не отвела глаз. — Говори это Ланмею. Не мне. Лайс шагнул в сторону, разрывая их случайную близость. Небрежно бросил: — Надеюсь, нам не долго лететь вместе.

٭*٭

      Он подошёл к спальному месту, прикреплённому к стене кубрика. Когда-то раскладное, теперь оно еле держалось на разболтанных шарнирах. Вытянувшись на нём, Лайс шумно вздохнул, прикрыл глаза ладонью. Рост его оказался слишком большим, поэтому одну ногу он согнул в колене, стопа второй упиралась в пол.       Болезненно растягиваясь и расслабляясь, мышцы откликнулись благодарностью. И всё бы ничего, но она не ушла. Всё ещё стояла над душой, всё чего-то ждала. Чего? Зачем? — Лайс… — позвал её тихий голос. Уже знакомая ласка в нём резала без ножа. Он промолчал. — В моей каюте удобная кровать. Ты можешь отдохнуть там. Ты несколько часов провёл на полу… Скрипнув зубами, Лайс нервно выдохнул. Посылать Мерцеллу не хотелось. В конце концов, кто она ему? «Пусть катится». — Мне жаль, что ты не веришь. Её тихие шаги растворились за аккуратно прикрытой дверью. Она наконец ушла, как он и хотел. Но почему тогда стало так херово?

٭*٭

      Несколько часов прошли в полузабытьи и в обрывках снов. Первая же более-менее ясная мысль вцепилась в его сознание когтями и больше не дала уснуть. Лайс лежал и думал, думал, думал… Что если она не врёт?.. Нет… Ей нельзя больше верить. Но почему, зачем оправдывается?.. Ответов не было. Если быть честным, Лайс сам отказался их слушать. Уже прижившаяся злость на Мерцеллу не хотела уходить, ей было тепло и сытно. С ней было надёжно. Злиться было куда проще, чем снова поверить и получить ножом под дых. И всё-таки надежда, что Мерцелла сказала правду, без устали скоблила его изнутри, мучила в его личной невидимой пыточной. Но даже если она не лжёт, что это ему даст? Она снова с Ланмеем. Да, Мерц это не подтвердила, но ведь и не отрицала. Понимая, что скоро свихнётся от попыток что-либо понять, Лайс поднялся с постели. Быстро приняв душ, обнаружил кем-то оставленный поднос с едой. Та оказалась вполне сносной, а Лайс понял, что жутко голоден. Покончив с завтраком, хотя, может, это был и ужин, Лайс вышел из кубрика. Гиперлайнер не был большим, но и не маленьким, как и все, что принадлежали этой старой линейке. Современные были компактнее, но при этом мощнее и могли совершать скачки на большее число парсеков. А на этом, дай Пожиратель, хоть бы до ближайшего сектора добраться. На таких мелкие торгаши обычно перевозили грузы между планетами или нелегалы — контрабанду. Побродив по переходам между отсеками, где встретил пару членов экипажа, а потом заглянув в кабину пилотов, Лайс убедился в последнем: только у контрабандистов было сразу несколько представителей инопланетных рас. Идя по одному из проходов, Лайс увидел открытую дверь в какую-то каюту, а потом услышал знакомые голоса. Остановился, прислушиваясь. — …не воспользоваться такой возможностью просто глупо! Мерцелла! — Мейо, нет. Мне жаль, что так получилось, и я не устану тебя за всё благодарить, но прошлого не вернуть. Прости. — Что ж… Знаешь… Я слишком себя уважаю, чтобы навязываться. У нас есть два дня, чтобы ты могла передумать. Лайс услышал шаги и прижался спиной к стене, скрываясь за обшивкой коммуникаций. Конечно же, Ланмея он не боялся, но быть застигнутым за подслушиванием не хотелось. Впрочем, Мейо его бы вряд ли заметил — выйдя из каюты, тот быстрым шагом пошёл в другую сторону. Пока Лайс с недоумением провожал взглядом белобрысую шевелюру, размышляя, что же мог значить услышанный им разговор, из каюты донёсся еле слышный вздох: — О, Великий… Дай мне сил. Потом тихие шаги… Без лишних раздумий Лайс ступил им навстречу — ему нужны ответы, и он их получит прямо сейчас.

٭*٭

      Мерцелла выходила из каюты, когда скользнувшая из прохода тень преградила ей путь. Это было так неожиданно, что девушка взвизгнула, а в следующее мгновение оказалась прижатой к стеновой панели. Большая ладонь накрыла ей рот. — Не ори. Это всего лишь я. То, что это был Лайс, Мерцелла поняла и так. Она бы ни с чем не спутала этот горьковато-древесный запах со вкусом дыма — тело распознало его раньше разума, откликаясь волнующей истомой. Сердце забилось сильнее, а в коленях появилась приятная слабость. Мерцелла подняла глаза, встречаясь с тёмно-серым взглядом. Пару секунд Лайс считывал её реакцию, похоже, ожидая бурного сопротивления, но Мерцелла и не собиралась его отталкивать — её ладони спокойно лежали на его груди. Убедившись, что кричать она не будет, и, видимо, собираясь отпустить, Лайс сдвинул руку ниже. Движение получилось интимным, даже ласкающим: его тёплая ладонь прошлась по губам, а пальцы по скуле. Взгляд Атрау приковался к её приоткрывшемуся рту. — Не кричи, ладно? — зачем-то повторил он тихо и охрипло. — Не буду, — шепнула Мерцелла, смешивая их отяжелевшие дыхания. Она и сама заметила не сразу, что смотрит на мерцающий тёмным металл пирсинга на его нижней губе. Её собственные губы словно запульсировали, и Мерцелла не смогла сдержать желание их увлажнить… Мышцы мужской груди под её ладонями напряглись. Лайс отпрянул. Сделав несколько шагов вглубь каюты, он неспешно обернулся кругом. — Извини, что… без приглашения. Цепкий взгляд парня прошёлся по каюте, определяя, кому она принадлежит, и, Мерцелла могла поспорить, в поисках вещей Мейо. Но поскольку их тут не было и быть не могло, он обернулся к ней, хмурый и… озадаченный. Мерцелла легко улыбнулась: — Ничего. Я как раз хотела идти к тебе. Присаживайся, — указала на небольшое мягкое кресло. Она немного слукавила: хотеть-то она хотела, но после прошлого разговора пока не собиралась — слишком большим был риск рассориться окончательно. Теперь главной задачей было не сильно показывать свою радость оттого, что её робкие надежды сбылись: Лайс пришёл сам. Пройдя за ним следом, Мерцелла присела на краешек спального места. — Ты… — Опираясь о подлокотники, Лайс опустился в кресло. — Сказала вчера, что… — Но руки его остались в том же напряжённом положении, а глаза блуждали по затёртому покрытию пола. Он зажмурился и, тихо ругнувшись, посмотрел на Мерцеллу прямо. Во взгляде его не было вражды — только тысячи вопросов и… усталая просьба. — Скажи правду, Мерц. Я не то, чтобы хочу лезть в твою жизнь, но… Он всё-таки встал, будто не в силах усидеть на месте. Нервным движением провёл ладонью по коротко стриженому затылку… — После того, что было… Между нами, в тот вечер… Мне просто нужно понять: почему? Почему ты даже не поговорила со мной? Почему избегала? Почему ты и Ланмей сейчас здесь? В эту минуту Лайс казался крайне уязвимым, и, видя его волнение, Мерцелла разволновалась сама, хоть и постаралась этого не показывать. Получалось не очень. — Я пыталась объяснить всё вчера, но боялась, что после всего ты не захочешь со мной разговаривать. Так и вышло… Лайс болезненно скривился. Мерцелла продолжила: — Но я рада, что ты решил поговорить. Хочешь выпить? — Если только немного. Подойдя к стене, Мерцелла открыла небольшую дверцу мини-бара — каюта принадлежала капитану экипажа, но за хорошую сумму любезно была предложена ей. Достала два стакана и плеснула в каждый напиток голубоватого цвета — самого приятного на вид из тех, что были. Взяв стаканы в руки, подошла к Лайсу и передала один ему. — Спасибо. — Их пальцы и взгляды соприкоснулись, задерживаясь дольше необходимого. — Твоё здоровье, — улыбнулась девушка, получив чуть кривую улыбку в ответ. — И твоё. Они чокнулись, Лайс выпил залпом, Мерцелла только пригубила, решив, что напиток слишком крепкий, — чтобы снять напряжение достаточно всего глотка. Минута или две прошли в неловкой тишине, но молчать дольше было невозможно — тёмный выжидающий взгляд исподлобья сверлил Мерцеллу почти осязаемо. — Тогда… в тот вечер… когда ты ушёл, — начала она, — у меня было видение. — То, каких моральных сил Мерцелле стоило то откровение Пожирателя, она говорить не стала. — Оно было о Дециане. — О Соррете? — Держа в руках пустой стакан, Лайс облокотился о колени и подался вперёд. — Да. В видении он был в маске, которые обычно носят «Дети гидры». Я поняла, что он замешан в этом покушении, с колье. Лайс раздражённо выдохнул и резко поднялся с кресла: — Почему не сказала? Тем более, нужно было дождаться меня! — Он начал ходить из стороны в сторону, теребя в руках несчастный стакан. — Соррет внедрён в «Гидру» и шпионит на нас. Не говорить об этом тебе было… общим решением. — Лайс замялся, усаживаясь на подлокотник кресла и широко расставляя ноги. — Меньше знаешь — крепче спишь. Мерцелла тихо ухмыльнулась. — Я тоже так подумала. И чтобы всем вам спалось крепче, приняла решение самостоятельно, — покривила она душой, но не подколоть не смогла: имея на неё такие грандиозные планы, Атрау не удосужились предупредить о жизненно важных вещах. Лайс сверкнул недовольным взглядом, но Мерцелла поспешила продолжить — пустые споры были ни к чему. — Как я поняла, атташе, шпионит не только на вас, но и на радикалов. И не только шпионит, но и участвует в организации терактов. — С чего ты решила? — Когда я его нашла, он предложил мне небольшую сделку и отключил детонатор. Лайс побледнел. — Что?.. Как отключил? Мерцелла пожала плечами и нервно улыбнулась: — Пультом. Лайс ошарашенно на неё уставился, бледнея ещё больше. Мерцелле, казалось, она видит каждый этап осознания им всего, что могло — в любую секунду — тогда произойти. Грубо выругавшись, Лайс сам подошёл к бару и налил себе выпить. После мрачно спросил: — Что за сделка? Мерцелла рассказала о желании атташе знать про её видения, которые касались Автарха, и о своих ему ответах. — Эта Урсула… Ты вроде про неё рассказывала? — задумался Лайс. — Да. Она была учёным, исследователем в области нейроинженерии, и каким-то образом помогала Кайелетту Эль Кассару достичь бессмертния. Это было очень давно, в прошлом тысячелетии. — Охренеть… — Лайс покачал головой. — А ты и в это вляпалась. Мерцелла обиженно поджала губы и уже хотела было высказать, что это он во всём виноват, что если бы не то платье… — Это я виноват, — вдруг сказал Лайс, прерывая её мысленную тираду. — Я знал, что Соррет с гнильцой, слышал кое-какие его мысли, но считал это частью его натуры — хорошие шпионы должны уметь лгать, ошибка может стоить им жизни… Что потом? Не успев на Лайса обидеться, теперь Мерцелла собиралась возразить, что тот слишком много на себя берёт и в этом случае виноват совсем не он… Но Лайс уже ждал, что она скажет дальше, поэтому Мерцелла лишь вздохнула и продолжила: — Колье со взрывчаткой было поддельным. Дециан обменял его на настоящее, которое я и вернула Автарху. Пристальный взгляд Лайс стал опасно острым: — Вот так просто? Вернула... и всё? — Нет, — тихо призналась Мерцелла. — Не всё.