Глава 3
7 сентября 2025, 18:00 В течение минуты после того, как Чак ушёл, Сэм стоял у развалин дома, который когда-то был для него почти как родной, и просто позволял волне шока и отчаяния захлестнуть себя. Он не знал, что делать и как вообще ему справиться с этой новой реальностью.
В конце концов, растущая лужа крови на его рубашке и джинсах заставила его понять, что нужно что-то делать. Рана болела, и, похоже, Чак отнял слишком много благодати, чтобы она могла сама быстро зажить. Всё-таки придётся ему зашивать её вручную.
Обычно это не было бы проблемой, даже если бы Дина не было рядом, чтобы помочь. Он бы просто достал аптечку из багажника Импалы или из медотсека бункера, нашёл бы более или менее чистое место и наложил бы швы сам. Но теперь у него не было ни бункера, ни Импалы. Всё, что у него осталось, это окровавленная одежда на нём.
Он проверил карманы и понял, что у него даже нет кошелька или телефона. Он оставил их в бункере.
Он не мог обратиться за помощью к кому-то другому, и он не знал, выльется ли остаток благодати, если рана снова откроется. Ситуация хуже некуда. Он снова взял себя в руки и начал думать. Ему нужно найти место, где есть всё необходимое. В больнице слишком много народу, в клиниках охрана. Оставался один вариант, и он решил, что сейчас достаточно поздно, чтобы там уже никого не было.
Он пошёл между рядами покинутых автомобилей, направляясь к выходу с кованой аркой. Всё было бы намного проще, если бы он мог летать, но он понятия не имел, как это делать. Он ощущал вес крыльев за спиной и, когда шевелил плечами, чувствовал, как они расправляются, но не мог осознанно управлять ими. Они были там, он чувствовал их, но сейчас они скорее были для вида. Он даже не думал, что они физически существуют. Он всегда видел лишь тени крыльев, а сейчас, если обернуться, они напоминали скорее колебание воздуха над горячим асфальтом.
Бесполезны. И он хотел, чтобы их просто не было.
Но это была его наименьшая проблема. Всё, что он сейчас хотел бы, так это вернуться всего на несколько часов назад и остановить себя от того, чтобы выстрелить в Чака. Да, проблемы всё равно остались бы, и Джек был бы мёртв, но, по крайней мере, рядом с ним была бы его семья. Был бы Дин.
А сейчас у него не было никого.
Он вышел на дорогу и направился в сторону города. Дом Бобби находился на самом краю Су-Фолса, в уединении, если не считать нескольких других домов, в которых жили люди. Сэм их не знал, но Бобби как-то упомянул соседку по имени Марси с таким задумчивым выражением, что Сэм тогда даже удивился. Но он никогда не думал о них как о чём-то важном. Они были просто частью пейзажа, когда он приезжал к Бобби. А теперь это были ещё люди, которых он, возможно, подверг риску, разозлив Бога.
Хотя… действительно ли он их подверг?
Пока он шёл, в голове начали крутиться мысли. Месть Чака была направлена конкретно на него. Он никогда прежде не был жесток к человечеству напрямую. Он позволил им умирать, когда не вмешался во время Апокалипсиса и всех катастроф, что были после, но он никогда намеренно не причинял страданий. Сэму всегда казалось, что люди — это самое ценное из Божьих творений. Он потерял Люцифера из-за них и всё равно любил. Может быть, людям всё-таки ничего не угрожает?
Чем больше он думал об этом, тем яснее становилось, что вся эта затея, несмотря на боль и мучения, созданные для него самого, на самом деле самый благоприятный исход для остального мира. Даже для тех, кого он любит.
Люцифер, по сути, став Ником и заняв его место в семье, теперь был нейтрализован. Джек был жив, и он не потерял слишком много благодати, благодаря инстинктивному и своевременному исцелению Сэма, так что баланс, поддерживающий его жизненную силу, сохранился. Мэри была жива и находилась с Дином. По сути, единственным, кто страдал в этом новом мире, был сам Сэм. Все остальные были счастливы.
Может, так и правда для всех будет лучше?
Эта мысль вызвала у него внутренний конфликт. Не может быть, чтобы так было лучше. Его семья была с Люцифером — существом, которое пыталось уничтожить мир, которое убивало не один раз убивало Каса. Наверняка он бы убил и Мэри, если бы она не была нужна ему как средство сближения с Джеком, когда они нашли способ вернуться. Это был кошмар.
— Люцифер — это не Ник, — прошептал в голове тихий голос, как будто издалека.
Сэм замер. Услышать голос в голове было достаточно, чтобы из недр головы всплыли мучительные воспоминания о галлюцинациях из прошлого, но ещё больше его испугала личность этого голоса.
Это был Гавриил.
— Это его второй шанс, — продолжил тот. — Отец дал ему его. Разве он сделал бы это, оставив Люцифера тем же монстром? Нет. Он отнял у него всё, что у него было раньше, Сэм. Ник стал тем братом, которого я знал.
— Нет, — сказал Сэм вслух в темноте. — Некоторые вещи в человеке прописаны в самой его сущности. Люцифер — зло.
— Уверен? — тихо прозвучало в ответ.
— Да! — резко бросил Сэм.
Он знал Люцифера лучше, чем кто-либо. Почти два столетия, проведённые вместе с ним в Клетке, дали ему возможность изучить каждую грань его личности: как он наслаждался болью, как в его глазах загоралась искра от крика Сэма.
— Но сейчас он Ник…
Сэм выругался. Ему было противно об этом думать, но голос, возможно, был прав. Если Чак действительно сделал то, о чём говорил, то Ник был тем самым Люцифером, каким он был до того, как Печать развратила его. А насколько же он мог быть плохим, если был любимцем Бога, и если такие ангелы, как Михаил и Гавриил его любили?
Эта мысль только усилила его раздражение. Внутри что-то по-детски восстало от несправедливости. Ник сделал гораздо больше зла, чем он: он предал Бога, свою семью, чуть не разрушил мир. Но теперь ему дали новую жизнь, а Сэму осталась только эта проклятая участь одиночки.
— Технически, именно ты предал Бога и причинил ему боль. Ты выстрелил в него.
— Заткнись! — рявкнул Сэм.
Голос умолк, и Сэм ускорил шаг. Он чувствовал слабость и усталость, что казалось почти абсурдным для ангела, а кровь продолжала сочиться из раны. Он должен был прекратить злиться на происходящее и на голос мёртвого архангела в своей голове, и сосредоточиться на более важном — выживании. Эта рана не убьёт его, это было невозможно, но если он не обработает её, он в лучшем случае рухнет в обморок где-нибудь на обочине.
На горизонте показался свет фар, и он наклонил голову, продолжив идти. Искушение поймать попутку было велико, но никто не поедет туда, куда ему нужно, перед этим не предложив сначала поехать в больницу. Он зажал рукой самый окровавленный участок на боку и надеялся, что всё остальное выглядело как разлитый напиток, а не как пятно крови.
К его облегчению, машина проехала мимо, даже не замедлившись, и он двинулся дальше. К следующей цели. К следующей проблеме.
---
Сэм с облегчением выдохнул, когда добрался до ветеринарной клиники, и увидел, что внутри темно. Отсутствие отмычки его раздражало. Дин всегда твердил, что хоть одну он всегда должен носить с собой, особенно учитывая, как часто они оказывались запертыми где-то. Но он решил, что и без неё справится. Всё-таки он теперь ангел, хоть и ослабленный, а замок на двери выглядел не слишком надёжным. Он оглядел улицу, делая вид, что читает график работы клиники, пока мимо него не прошли две женщины. Они держались под руку, слегка пошатываясь, и смеялись, болтая друг с другом, даже мельком не глянув на него. Они были одеты так, словно возвращались после весёлой ночи в баре. Сэм понял, что выпили они прилично и полностью увлечены обществом друг друга. Когда они скрылись из виду, он резко нажал на ручку двери и толкнул её вниз. Внутри что-то хрустнуло, и дверь легко открылась. Он быстро вошёл внутрь и прикрыл дверь за собой. Замок, конечно, больше не функционировал, поэтому он взял со стола стопку брошюр, сложил их и вбил в дверной проём, чтобы дверь хотя бы не распахнулась обратно. Убедившись, что конструкция держится, он пошёл вглубь помещения. До его ушей донёсся едва слышный гул. Звук был настолько тихий, что будь он человеком — точно бы его не услышал. Даже с отточенными охотничьими чувствами. Но сейчас, с ангельским слухом, он слышал его отчётливо. Видел он тоже лучше, несмотря на то, что света в помещении почти не было, только тусклое сияние уличных фонарей, пробивающееся сквозь окна. Заглянув за стойку регистрации, на стене он заметил небольшой белый щиток с мигающим красным огоньком. Сигнализация. Он обошёл стойку и ударил по панели кулаком. Гул стих. Развернувшись, Сэм осмотрел помещение. На стенах висели плакаты с изображением собак и кошек и призывами к регулярной дегельминтизации и защите от клещей. На одном были изображены породы собак, на другом — информация о вреде неправильного питания, с рекламой кормов, которые клиника, судя по всему, продавала по партнёрке. Он не был в ветеринарке со времён, когда навещал Амелию. Боже, как давно это было. Ещё до возвращения Дина, до истории с Доном, до того, как всё развалилось, едва успев собраться. Сейчас же это место оказалось идеальным: здесь были все необходимые инструменты, и чистота не уступала больничной. Зайдя в кабинет процедурной, он огляделся. Он не стал включать лампы, поскольку и так всё прекрасно видел без света. Сэм подошёл к шкафу и открыл его. Там хранилось множество различных коробок и упаковок. В первой лежали смеси для гипса и таблетки, в назначении которых он не разбирался, но точно знал, что они ему не помогут. А вот во второй полке он нашёл наборы для наложения швов. Он взял один, и ещё прихватил упаковку марли и бутылку перекиси. Он не был уверен, может ли ангел с пониженной мощностью подцепить инфекцию, но решил, что лучше перестраховаться. Сэм разложил всё на металлическом столе, подтянул табурет на колёсиках и сел. Куртку нужно было сохранить — ему ей ещё нужно будет прикрываться. Расстегнув рубашку, он аккуратно снял её и положил на стол, затем смочил марлю перекисью и обработал кожу вокруг раны. Она была не очень широкой — ангельское лезвие славилось своей разрушительной силой, а не размером прокола, но из неприятной глубины раны он понял, что всё не так просто. Он тщательно всё очистил, откинулся назад и вылил перекись прямо в рану. Жгло так, будто он лил туда раскалённый металл. Перекись стекала на брюки, оставляя влажные разводы. Следующим делом после того, как он себя зашьёт, было раздобыть чистую одежду. Но вот что делать дальше он не имел ни малейшего понятия. Он вытер края раны, затем разорвал упаковку с набором для наложения швов и взглянул на рану. — Вот дерьмо, — пробормотал он. Глубоко вздохнув, он сжал края раны и вонзил изогнутую иглу. Продев её через сопротивляющуюся плоть, он стиснул зубы, смотря за тем, как нить чёрного шелка закрывала рану. Он повторял эти действия снова и снова, медленно стягивая рану, пока та не сомкнулась. Дальше он действовал по уже отработанному сценарию: отпустил иглу, обрезал нить, вытер выступившую кровь, наложил повязку и поднялся на ноги. Ему даже показалось, что стало легче, хоть он и знал, что так быть не должно. Обычно в начале швы болят сильнее самой раны, особенно если затянуты слишком туго. Возможно, дело в благодати — теперь, когда рана закрыта, она сможет зажить. Он снова надел рубашку, застегнул пуговицы, ощущая липкость крови на коже, и замер, услышав снаружи звук подъехавшего автомобиля и выключившегося двигателя. Пока он был внутри, мимо проезжали машины, но ни одна не останавливалась. У него было плохое предчувствие, что эти остановились не зря. Он огляделся в поисках другого выхода, но из комнаты путь был только один. Кто бы ни был снаружи, мимо них ему придётся пройти. Охотничьи инстинкты отреагировали незамедлительно, и он начал искать оружие. Но вдруг с тихим шелестом что-то упало ему в правую руку. Он ахнул и опустил взгляд: в ладони лежал длинный серебристый клинок. Не ангельский, этот был другим. Длиннее, мощнее, наполненный внутренним светом. Клинок архангела. Он как будто гудел в его сознании, откликаясь на его зов. Сам вслушался в это ощущение, как внезапно послышался голос, от которого у него внутри всё сжалось. — Полиция! Выходите с поднятыми руками! Сэм снова оглядел помещение, прикидывая, можно ли сбежать через окно, но быстро отверг идею: слишком узко. Он глубоко вдохнул и медленно пошёл к двери. — Я выхожу, — крикнул он. — Медленно. Руки подними! — раздалось в ответ. Он приоткрыл дверь ногой и с поднятыми руками вышел в главный зал — тот, что служил приёмной. В одной из рук он держал сверкающее лезвие. — Брось оружие! — снова рявкнули, и теперь он узнал голос. — Джоди? — сказал он громче, чем собирался. — Мы знаем, что ты там. Руки вверх и давай без фокусов! — отозвалась Джоди Миллс. Он вышел в открытую дверь и увидел, что Джоди стояла с пистолетом в руках. Рядом с ней был её заместитель Фрэнк. Оба целились в него. — Бросай оружие! — закричал Фрэнк. — Бросай, или я стреляю! Сэм просто уставился на Джоди. На её лице виднелся не просто страх, а настоящий ужас. Он видел её в ситуациях, когда она рисковала жизнью, но такой он её не видел никогда. — Спокойно, Фрэнк, — сказала Джоди. — Не стреляй. Фрэнк бросил на неё ошарашенный взгляд. — Он вооружен, шериф! — Я вижу. Но я знаю его. Он… — она сглотнула, — опасен. Сэм невольно горько усмехнулся. Да уж. Он и правда был опасен. И как охотник, способный уничтожать самых разных чудовищ. И как человек, совершавший ошибки, стоившие жизней. И как обладатель оружия, способного распороть любого одним движением. И теперь ещё и как архангел. Сэм никогда раньше не был опаснее, чем сейчас. Но Джоди видела вовсе не это. Сэм видел это по её глазам. Не по страху, а по вере в то, кто он теперь. Не Сэм, не охотник, не брат. Для неё и, вероятно, для всех, кого он любил он теперь дьявол. Люцифер. Враг. — Я не хочу никому причинять вред, — спокойным тоном сказал Сэм. — Я просто хочу уйти. — Не выйдет, приятель, — бросил Фрэнк. — Брось оружие, руки за спину и ложись на землю. Сэм шагнул вперёд, намереваясь просто обойти их и уйти. Но не успел он и пройти метра, как послышались два выстрела. Он почувствовал, как пули врезались в грудь, как будто по нему ударили кувалдой. Воздух вырвался из лёгких, рубашка моментально пропиталась кровью. — Серьёзно? — прохрипел он. — Что за чёрт? — Фрэнк был в шоке. — Шериф?! — Всё хорошо, — сказала Джоди, голос у неё дрожал. — Не нужно никому причинять вред. Вы можете идти, сэр. — Кто он, шериф? — Фрэнк потрясённо качнул головой. — Я знал, что у тебя странные теории и сумасшедшие дела, но этот парень… — Просто уходи. Пожалуйста. — Джоди смотрела только на Сэма. В её глазах читались страх и мольба. Сэм снова пошёл вперёд. Фрэнк теперь прицелился ему в голову. Он увидел, как его палец нажимает на курок, и в тот же миг расправились крылья. Тяжесть распахнулась за спиной, и он взмыл в воздух. Мир сменился. Мгновение — и он опустился на пол в знакомой комнате. Домик Руфуса в Монтане. Он, шатаясь, начал подниматься. Он посмотрел вниз: грудь была залита кровью. Три идеальных пулевых отверстия — прямо над сердцем. — Вот дерьмо, — выдохнул он. Пальцы сильно дрожали, когда он расстёгивал кнопки на рубашке. Раны находились близко друг к другу, расстояние не больше миллиметра. Если он не хотел вырезать пули прямо из сердца, а он точно не хотел, придётся жить с ними. Он снова вздохнул. Новая боль. Новый след. Новый груз. Он сейчас займётся этими ранами, перевяжет их. А потом остановится. На немного. Прежде чем снова попробует осознать, что теперь делать дальше. Он заслужил хотя бы короткую передышку. Он никогда ещё не чувствовал себя настолько потерянным.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!