Глава 5

      Глаза Сэма открылись, и он, нахмурившись, оглядывался по комнате, узнавая обстановку. Он растянулся на диване в хижине Руфуса и не понимал, почему находился здесь. Они ведь сюда не приезжали с тех пор как обосновались в бункере.       — Дин? — позвал он.       Ответа не последовало, и Сэм быстро сел, почувствовав боль в груди и боку. Он посмотрел на обнажённую грудь и увидел кровавую повязку на сердце. В тот момент реальность его ситуации нахлынула на него с новой силой.       — Чёрт, — пролепетал он.       Он надеялся, что это был просто плохой сон, но кровавые доказательства разрушили эту надежду. Раны, которые нанесли ему Кас, Джоди и её помощник, всё ещё болели. Он всё так же чувствовал своё странное состояние, из-за которого пение птиц за окном казалось громче обычного, а капли в кухонном кране отдавались эхом.       Он всё ещё был ангелом, а Ник по-прежнему занимал его место вместе с его семьёй. Он всё так же жил с последствиями выстрела в Чака. Его жизнь всё так же была в руинах.       Сэм встал и огляделся. На столе лежали остатки ночной полевой операции: окровавленные бинты и игла с крошечной ниткой. Свет, пробивавшийся сквозь занавески, оказался ярче, чем он ожидал, по чему он понял, что проспал гораздо дольше, чем хотел.       Сам факт, что он вообще спал, казался странным и утешительным одновременно. Он радовался, что у него ещё осталась часть человечности, которую у него украли, но, с другой стороны, ангел не должен был спать. В конце апокалипсиса, когда батареи Каса почти иссякли, тот спал, но тогда он был почти нейтрализован, а Сэм всё ещё чувствовал силу. Возможно, просто потому, что он сильнее обычного человека.       Он обдумал свою ситуацию и выделил приоритетные задачи. Первое — это найти чистую одежду. Он вспомнил, что оставлял пару комплектов, когда последний раз был здесь с Дином. Поднявшись по лестнице в спальню, Сэм открыл ящик комода и нашёл две чистые рубашки, джинсы и бельё. Он снял заляпанную кровью одежду, помылся в ванной и снова вернулся в спальню, чтобы переодеться, выбросив испорченные вещи в угол.       Он спустился вниз и рухнул на диван, морщась от боли в ранах и ломая голову над тем, что делать дальше. Он чувствовал себя потерянным, не знал, каков следующий шаг. Сэм совсем не испытывал голода, так что решил, что эту часть человечности он уже потерял. Но что же тогда осталось?       Он положил голову на руки и простонал.       — Серьёзно? Ты выбрал сдаться? — послышался знакомый голос. — Ничего более умного в голову не пришло?       Сэм резко поднял голову и увидел Билли, стоявшую на другой стороне маленького кофейного столика. Он вскочил, и раны с новой силой заныли острой болью.       — Билли!       — Привет, Сэм.              — Ты назвала меня Сэмом! Ты знаешь, кто я? Как?       — Ты забыл, с кем разговариваешь? Я — Смерть. Ни одно божье колдовство не способно стереть мои воспоминания. Я вижу двойные воспоминания, которые он пытался создать, и чувствую, какие из них настоящие, а какие ложь. Только вот не понимаю, зачем он это сделал. Может ты мне объяснишь?       — Я выстрелил в него, — признался Сэм. — Оказалось, всё это время он играл с нами и сочинял очередную свою историю. Все беды, все смерти и потери — это его рук дело. А потом он убил Джека. Я потерял голову. Мне просто хотелось, чтобы он почувствовал боль, как мы после того, что он с нами сделал. Он вернул меня сюда, на год назад, и поменял меня местами с Люцифером. «Ник» получил новую жизнь, а я… — он развёл руки, — вот это.       — Он вернул тебя на год назад? — удивлённо спросила Билли.       Сэм кивнул.       — Возвращаясь к событиям вчерашнего дня. Когда Люцифер забрал благодать Джека я был там, как в тот раз, но потом вдруг стал Люцифером.       Билли усмехнулась.       — Вижу, для тебя он постарался на славу, да?       — Да уж, очень смешно, — резко ответил Сэм.       Она приподняла бровь, губы сжались в тонкую, безразличную линию.       — Ты опять забыл, с кем разговариваешь?       Сэм тяжело выдохнул.       — Извини, Билли. У меня сейчас куча проблем, и я злюсь. Я чёртов архангел, но у меня почти нет благодати, потому что он забрал почти всё. У меня колотая рана, в меня дважды стреляли, и в сердце до сих пор застряли две пули, которые я не могу вытащить, и в больницу я тоже не могу сходить.       Билли на мгновение задумалась, затем обошла стол и распахнула его рубашку.       Сэм сделал шаг назад.       — Что ты делаешь?       — Не двигайся, — приказала она и сорвала повязку.       Сэм попытался отдёрнуться, но рука Билли, казалось, притягивала его магнитом, когда она положила её на грудь. Ощущение усилилось, когда он почувствовал резкую боль над раной и как будто что-то вытягивают из него. Боль усилилась, и он вскрикнул, откинувшись назад на диван, когда Билли убрала руку и показала две пули у себя на ладони. Швы были разорваны, но кожа держалась и без них, хоть и оставалась сырой и болезненной.       Сэм протянул руку и взял пули, поднеся их к глазам.       — Маленькие, а как же больно, — сказал он.       — Представь, как чувствовали себя монстры, в которых ты стрелял.       — Это были монстры, — сказал Сэм.       — Да, и, технически, для этого мира ты тоже монстр. У меня есть все воспоминания о мире, который создал Бог, и хотя я вижу, что это ложь, я помню все твои преступления.       От этих слов внутри него закипел гнев:       — Это не были мои преступления!       Она сузила глаза, а Сэм взял себя в руки и успокоился.       — Для остального мира это твои преступления, — сказала она, опуская голос. — Для Дина так точно.       Сэм провёл рукой по волосам и отвёл взгляд. Это, пожалуй, самая горькая правда. Он уже терял Дина, и это было чертовски больно, но теперь Дин считал его дьяволом, что оказалось намного хуже. Все ужасные дела Люцифера, по мнению брата, были делом рук Сэма. Когда Дин смотрел на него, он видел Сатану.       Воспоминание о том взгляде Дина, о той открытой ненависти, жгли как кислота. Из всех существ, с которыми Чак мог его поменять, он выбрал именно его, самое ненавистное чудовище, оказался заменой.       — Я не пришла, чтобы ты увидел правду, — сказала Билли. — Это стало бы очевидным после нескольких встреч с семьёй, ведь я знаю, ты не смог бы от них полностью отстраниться. Я пришла предупредить тебя, чтобы ты защитил брата.       Сэм резко поднял голову и быстро встал.       — Что с Дином? Люцифер? Он ему навредит?       — Ты теперь Люцифер, — сказала она с нетерпением. — Это не просто изменение воспоминаний, которые создал Бог. Ник Винчестер теперь брат Дина. Он сын Мэри, брат по оружию Каса, один из опекунов Джека. Он занял твоё место. Ты был тем, кого Ник победил и затащил в Клетку вместе с Михаилом. И ты был тем, кто мучил его там почти два века. Ник тот, у кого израненная душа. Просто потому что ты не помнишь, не значит, что это не так.       Сэм отмахнулся от её слов.       — Да, да, я это всё сделал, но Люцифер или Ник всё ещё опасны.       — Вовсе нет. Он хороший человек и любит свою семью. На самом деле, его любовь к семье — это главное, что его определяет. Он умрёт за них в любой момент и убьёт любого, чтобы их защитить. Он не просто занял твоё место в их жизни, он — свой человек с похожим опытом, но с другой сюжетной линией.       — Какой?       Билли прикоснулась к подбородку.       — Если вернуться к началу, то первое — это колледж. Ник учился в Стэнфорде, но всё время поддерживал связь с Дином. Он никогда не отказывался от брата ради другой жизни.       — Это не так! Я не бросал Дина!       Она улыбнулась.       — Наверное, поэтому ты так часто ему звонил.       Сэм опустил голову, чтобы не видеть её проницательного взгляда. Всё было не так, как она говорила. Он никогда не переставал заботиться о Дине и думать о нём. Он просто знал, что не может иметь всё сразу.       — А как насчёт папы? — спросил Сэм. — Ник поддерживал с ним связь?       — Да. Ник был так же предан ему, как и Дин в твоей истории. Когда Джон пропал, Ник пожертвовал всем, чтобы помочь Дину найти его.       Сердце Сэма забилось быстрее.       — А Джесс?       Билли посмотрела на него с сочувствием:       — Жива и здорова. Живёт в Сан-Франциско, работает педиатром.       Сэм закрыл глаза, пытаясь переварить и шок, и радость. Джесс жива. Ник не проклял её, как это сделал Сэм.       — Ей не пришлось умирать, — продолжила Билли, — потому что Ник не стал тем простым парнем, каким в то время стал ты. Азазель терпеливо ждал, ведь путь Ника всегда вёл к нему. Думаю, он был более перспективным кандидатом, чем ты, потому что был лучшим охотником. У него в жизни была Джессика, они встречались и даже какое-то время поддерживали связь, когда Ник ушёл из Стэнфорда.       Сэм заставил себя снова посмотреть на неё.       — Получается, для всех этот мир лучше, да?       — Да, — сказала она, слегка нахмурившись. — Это меняет твоё мнение?       — Насчёт чего?       Она наклонила голову, нахмурившись ещё сильнее.       — Нет? Я то думала, ты уже всё решил. Я ожидала, что ты будешь решительно настроен вернуть свою жизнь, убить Ника и занять его место.       Сэм потёр заднюю часть шеи.       — Я так далеко ещё не заглядывал. Не думал, что делать дальше.       — Тогда вот твой шанс. Теперь ты знаешь, что это история Бога. Ты должен был догадаться об этом ещё давно. Это даже я поняла, а я всего лишь жнец. Ему нужна хорошая история, и он уже определил, чем закончится твоя.       — Чем? — спросил Сэм с надеждой.       Билли покачала головой.       — Не знаю, чем именно, и что она значит для тебя. Но знаю только, что оно есть.       Сэм глубоко вздохнул, надеясь успокоить бешено колотящееся сердце. Его измученный разум проецировал его тревожность прерывистым дыханием и покалывающей нервозностью. Но была лазейка, возможно, способ вернуть Дина и всю его семью, хотя он не знал как. И дело было не только в том, чтобы получить желаемое. По словам Билли, он должен защитить Дина.       — От чего мне его защищать? — спросил он, зная, что это главный вопрос.       — От Михаила.       Сэм вздрогнул. В своей собственной суматохе он забыл, что Люцифер — не единственная угроза здесь и сейчас. Был ещё и Михаил — архангел, который уже уничтожил один мир. Ещё хуже, что у него не было сосуда. Он уже забирал Дина, нарушил сделку, из-за чего Дина не было недели. Сколько сил стоило его сдержать и заточить, и в конце только душа Джека остановила Михаила.       — Я должен его убить, — сказал Сэм.       — Вот что я бы сделала на твоём месте, — сказала Билли. — Независимо от того, пойдёшь ли ты за своей прежней жизнью или позволишь им жить без тебя, Михаила надо остановить.       — Как? — спросил Сэм. — Я слаб. Чак забрал почти всю мою благодать. Я даже не могу исцелить себя. Всё, что я умею, — это летать, да и то делаю это интуитивно. Я летал всего два раза, в ответ на полученную боль. Я возвращался в места, где чувствовал себя в безопасности — сначала в дом Бобби, потом сюда.       Билли посмотрела на него.       — Ты не так слаб, как думаешь. Михаил тоже сейчас не на пике силы. Он ослаблен после атаки Джека, и у него нет армии из своего мира. Да и он никогда раньше не действовал в одиночку. Если ударишь разумно, бой будет почти равным.       — Почти равным?       — Он старший брат, Сэм, первый архангел. У тебя есть сила воли и внутренняя борьба, но он опытнее в битвах и разрушении миров. Он добился успеха там, где ты, где Люцифер потерпели поражение. — Она задумалась, будто ей пришла в голову идея. — Он борется за себя, свои планы и цели. Ты борешься за нечто важнее — за свою семью. Это будет интересная битва.       После её речи в голове Сэма возникали новые вопросы:       — А что с миром? Когда Михаил и Люцифер должны были сразиться здесь, полмира должно было погибнуть. — Он задумался над тем, что видел за последний год, который потерял. — Дин убил Люцифера без ущерба, но если я облажаюсь…       — Единственный способ минимизировать ущерб — это сделать бой как можно короче. Не смерть архангела причинит урон, а сама битва двух архангелов. Возможно, если тебе удастся склонить шансы в свою пользу, ты сможешь сделать это, не жертвуя другими.       — Как?       — У тебя есть союзники, Сэм.       Единственные союзники, которые приходили Сэму на ум, это демоны, и он пока что не понимал, как они могли бы помочь против архангела, даже если бы они согласились пойти вместе с Люцифером.       — Какие у меня союзники? — спросил он.       — Ты всегда читаешь книгу с конца? — усмехнулась Билли.       — Это не книга, — прорычал Сэм. — Это реальный мир.       — Так или иначе, я не буду пропускать концовку этой истории. Как и Бог, я люблю хороший сюжет. Посмотрю, как ты разберёшься сам.       Руки Сэма сжались в кулаки, и он почувствовал тяжесть за спиной. Это его крылья неосознанно раскрылись в проявлении силы.       Билли рассмеялась:       — Можешь дуться сколько хочешь, но я тебя не боюсь. Единственная угроза для меня — это моя собственная коса, как об этом и узнал мой предшественник. И я достаточно умна, чтобы не дать ей оказаться у тебя в руках. Но одну концовку я тебе расскажу: перед тем, как прийти сюда, я прочитала пару полок твоих историй, Сэм. Из всех возможных исходов, которые были раньше, теперь остался только один конец. Он может произойти по сотне разных причин, но свершит его рука твоего брата.       Сердце Сэма дёрнулось.       — Дин убьёт меня?       — Да. В каждом варианте это случится от рук Дина.       — Как? Он не может использовать клинок архангела.       Она улыбнулась:       — Верно. Он не может использовать этот клинок. Но это не единственное оружие, и смерть — не единственный способ закончить твою жизнь.       — Тогда что ещё?       Билли покачала головой:       — Это сюжетный поворот, который я не собираюсь раскрывать. Ты узнаешь всё в конце.       — Ты должна дать мне больше, — отчаянно попросил Сэм. — Пожалуйста, Билли. Я один, и мне нужно их спасти.       — Кого? Мир или свою семью? — спросила она.       — И тех, и других.       — Я не испорчу тебе сюжет, но дам одно преимущество. Ты почти бесполезен как архангел, пока не научишься управлять своей силой. Вопреки мнению, ангелы учатся контролировать свои способности, просто они не помнят, как это делали. Они слишком стары, чтобы помнить своё начало. Да и Наоми постоянно лазила им в головы.       Брови Сэма вскинулись:       — То есть, мне нужно научиться быть ангелом?       — Да.       Она щёлкнула пальцами, и рядом появилась женщина, та самая жнец, что спасала их, когда монстры Михаила атаковали Канзас-Сити.       — Вайолет? — узнал её Сэм.       — Люцифер! — Её глаза расширились от страха.       — Технически, — объяснила Билли. — Вайолет, ты должна научить его использовать его силы. У Люцифера был… откат в знаниях и мощи. Передай ему всё, что можешь. Обещаю, ты будешь в безопасности.       Несмотря на заверения, Вайолет выглядела испуганной, но сила власти Билли не оставляла ей выбора. Она кивнула и с опаской посмотрела на Сэма.       — Что ты хочешь знать?       — Всё, — ответил он.       — Начните с полёта, — сказала Билли.       Вайолет выглядела озадаченной и всё ещё настороженной.       — Куда хочешь полететь?       — Куда угодно, — сказал Сэм. — Мне просто нужно понять, как это делать.       — Вайолет, докладывай мне, когда закончишь, — сказала Билли. — Сэм, я буду за тобой наблюдать.       Билли исчезла, оставив Сэма наедине с Вайолет.       Он посмотрел на жнеца, видя её страх, и подумал, как же он это всё провернёт. Тяжело быть рядом с кем-то, кто боится тебя, но ему нужна была её помощь.       Ему нужны были все инструменты, чтобы убить Михаила.