Глава 13

      Сэм стоял в разрушенной гостиной некогда семейного дома и смотрел на фотографии на стенах. Стекло и рамки были забрызганы кровью, частично скрывая лица людей — а точнее, детей, чьи тела сейчас уже везли в морг в мешках.       Согласно тому, что он услышал от копов, которые всё ещё суетились по дому и не замечали его скрытого присутствия, муж и старшая дочь погибли прямо здесь, пока вместе смотрели фильм. Двух средних детей, близнецов, убили в их кроватях, а тело младшей дочери нашли в игровой. Младенец был единственным выжившим. Он лежал на груди отца, плача совершенно один. Мать тоже выжила, формально.       Полиция её искала, наивно обвиняя в произошедшем, но Сэм знал, что её не найдут. Теперь она принадлежала Михаилу.       Смерти были жестокими и беспощадными. Однако, как бы он это ни сделал, Сэм знал от Билли, что Михаил действовал не один.       Раньше он хотел убить Михаила ради одной цели — чтобы спасти Дина и весь мир, но теперь он хотел большего. Он хотел заставить его страдать. Заставить Михаила испытать ту же боль, какую тот причинил этим людям, чтобы получить согласие у несчастной женщины, которую он сейчас носил в качестве мясного костюма. Единственной надеждой для Сэма было то, что её сознание отключилось в момент, когда Михаил её захватил, и она не видела того ужаса, что творил монстр её руками.       Он задержал взгляд на лице женщины, изображённой на свадебной фотографии, которая стояла на камине. Мужа на снимке почти полностью скрывала кровь. Она была красива, её кожа цвета какао сияла счастьем, которое она, очевидно, испытывала в день свадьбы.       В доме не было признаков, что она была глубоко верующей, да и этого не требовалось. Михаил получил её согласие не через веру, а через отчаянную попытку вымолить пощаду для ребёнка после того, как остальная её семья была убита.       Сэм отступил в сторону, когда мимо прошёл человек с громоздкой камерой, выстраивая кадр на окровавленном диване.       За его спиной распахнулись крылья, ожидая приказа унести его из этого ужасного места, но он так и не двинулся. Он не знал, куда идти дальше. Просто вернуться в лесную хижину он больше не мог, ведь Михаил обрёл сосуд. Нужно было охотиться на него, хотя Сэм не представлял с чего начать.       — Помогите! Прошу, кто-нибудь!       Отчаянный и знакомый голос разорвал его сознание. Сэм никогда прежде не слышал молитвы, но сразу понял, что это она и кто именно зовёт его на помощь.       Это был Джек. И он звучал смертельно напуганным.       Сэм сосредоточился на этом голосе, и его крылья дрогнули, готовые перенести его. Он не был уверен, куда именно попадёт, но догадывался. Если Джек был ранен, есть только одно безопасное место, где Дин наверняка держал его.       Он остановился у скрытого входа в бункер и увидел, что дверь висит перекошенной на петлях, с вмятинами. Будто её выбивали ударами ног.       Сэм лихорадочно бросился внутрь, слыша из глубины панические крики, и помчался по лестнице в библиотеку. Он прижался ближе к стене, стараясь как можно больше оставаться в тени.       Мэри стояла на шаг позади Ника, который раскинул руки, защищая её. Дин и Кастиэль находились немного впереди, выкрикивая угрозы. Джек был прижат к стене Михаилом, в теле той самой женщины с фотографий. Его горло сжимала рука архангела.       — Ты причинил мне боль, дитя, — сказал Михаил. — Это было неправильно.       — Отпусти его! — закричал Дин.       Михаил усмехнулся.       — Возможно, отпущу… если скажешь «да».       — Нет, Дин, — прорычал Ник.       Михаил поднял голову и огляделся, его губы растянулись в улыбке.       — Я чувствую твоё присутствие, — сказал он. — Ты можешь обмануть серафима, но я знаю, как ощущается архангел. Покажись.       Сэм схватил Михаила за запястье и резко дёрнул вниз. Джек рухнул на землю и сразу пополз назад. Потом вскочил на ноги и бросился к Нику и Мэри. Ник заслонил его собой, выставив руку вперёд, принимая на себя роль защитника, хотя максимум, что он мог сделать, так это прикрыть его своим телом.       В этот же момент Сэм сделал себя видимым и увидел на лицах своей семьи выражения шока и ужаса.       — Люцифер, — прорычал Ник.       Михаил усмехнулся.       — Хотелось бы тебе так думать, да, Ник? Но я-то знаю лучше.       — Уйди от них, Михаил, — сказал Сэм, и клинок скользнул в его руку. Он поднял его, направив прямо в сердце старшего архангела.       Михаил издевательски усмехнулся и грубо оттолкнул клинок.       — Ты ведь сам понимаешь, что недостаточно силён, Сэм.       — Сэм? — прошептала Мэри.       Михаил на мгновение растерялся, мечась неверующим взглядом между Сэмом и его семьёй. Его глаза снова остановились на Сэме.       — Ты им не сказал?       — Нет, — ответил Сэм, снова поднимая клинок.       Михаил снова оттолкнул оружие и рассмеялся.       — Почему нет? Я думал, ты захочешь воссоединиться с ними.       — Это не имеет значения, — сказал Сэм.       Михаил нахмурился.       — Это не то, чего я ожидал. Мой брат рассказал мне о тебе и твоей семье. У вас должны были быть узы, такие же глубокие, как когда-то у моей семьи.       Сэм бросил взгляд на Дина, видя на его лице замешательство и страх, и осознал, насколько абсурдно всё это должно выглядеть со стороны. В его доме находились два архангела, один из которых ранее напал на Джека, и вели светские беседы загадками.       Сэм хотел, чтобы это были не загадки, чтобы слова Михаила стали триггером и он вспомнил, кто такой Сэм, но он знал, что этого не будет. Чак был слишком силён и слишком хитёр, чтобы его план разрушили правильно подобранные слова.       — Это было раньше, — сказал Сэм.       Михаил ухмыльнулся.       — А это — твоё настоящее… ты Люцифер. У тебя есть его воспоминания? Ты помнишь, что он сделал?       — Нет, у меня только мои воспоминания.       — Оу… тогда всё это должно быть таким запутанным для тебя, — с нескрываемой издёвкой сказал архангел. — Сколько тебе понадобилось времени, чтобы обуздать силу?       — Мне помогли, так что недолго.       — Интересно. И ты не видел Отца с тех пор? Он…       Сэм снова поднял клинок, решив ударить, пока Михаил был отвлечён, но тот остановил клинок рукой. Правда было видно, что ему понадобилось приложить некоторые усилия.       — Ты не сможешь меня убить, Сэм, — сказал он. — Ты недостаточно силён. Но я позволю тебе посмотреть. Я собираюсь наказать нефилима и взять её сына в качестве сосуда. — Он потянул за край своего свитера. — Этот крепкий, но тот станет ещё сильнее.       — Ты к нему не прикоснёшься, — прорычал Сэм, ощущая, как по его венам течёт огонь.       — О, ещё как прикоснусь, — сказал Михаил, резко обернулся и направил палец в сторону Ника. Тот начал задыхаться и хрипеть. Его руки метнулись к горлу, а глаза полезли из орбит.       — Прекрати! — крикнул Дин, схватив Ника за плечи. Его лицо было полно страха.       Сэм среагировал автоматически. Ему было всё равно, что Ник страдает, но то, что Дин испугался, зажгло его изнутри. Он схватил Михаила за руку и с лёгкостью выкрутил её, удивляясь, что у него хватило на это сил, хотя раньше он не мог даже поднять на него клинок.       Давление на горле Ника спало, и он пошатнулся назад, прижавшись к матери. Та обняла его и начала шептать слова утешения.       Старший архангел поднял свободную руку, готовый щёлкнуть пальцами.       — Я не устраиваю фокусы, Сэм, и ты это знаешь.       Сердце Сэма колотилось, он впился взглядом в свою семью.       — Бегите! — рявкнул он.       Он не был уверен, что на них подействовало, угроза для жизни Ника или его собственный приказ, но они развернулись и убежали с их поля видимости. Ник даже споткнулся, и Дин поддержал его, положив руку ему на локоть.       Михаил проводил их взглядом. В его глазах плясали искры.       — Ты собираешься всё время оставаться тут и защищать их? — спросил он.       — Ты имеешь в виду, когда я не охочусь на тебя? — дерзко бросил Сэм, приободрившись, когда семья ушла.       — Ты не сможешь меня убить, Сэм. Даже на пике своих сил Люцифер не был мне равен, а ты и близко не так силён и опытен, как он.       — А ты не сможешь убить меня, — ответил Сэм. — Я уже знаю, от чьих рук я встречу свою смерть.       Михаил вздохнул.       — Вижу, у тебя была беседа со Смертью. Она не отвечает на мои призывы. Не ожидал, что она примкнёт к тебе.       — Она меня знает, — сказал Сэм. — Ты угроза пострашнее меня.       — Тогда почему она меня не убьёт? Мы оба знаем, что она способна на это.       — Потому что это моя работа, — соврал Сэм.       Билли не давала ему никаких пророчеств, но Михаилу знать об этом не обязательно.       Кажется, ответ удивил архангела, и Сэму даже почудилось, что в его карих глазах мелькнул страх.       — Она говорила, что я сначала убью твою семью? — спросил он.       — Нет. Я уже знаю, что это невозможно, пока я жив. Но она сказала ещё кое-что. Я смогу убить тебя, когда придёт время, но есть и другой финал. Если я не убью тебя и отыщу недостающую часть того, что мне нужно, я смогу вернуть тебя в твой мир, и тогда здесь никто не погибнет.       — Вернуть меня домой… — задумчиво произнёс Михаил.       Сэм кивнул, всеми силами скрывая торжество, которое он ощутил, увидев, что Михаил, похоже, поверил его словам.       — Бог не хотел твоей смерти. Если мы отправим тебя обратно в твой мир, он позволит тебе жить и оставит меня в этом мире без моей семьи.       — Почему ты мне это рассказываешь? — спросил он.       Сэм закатил глаза.       — Я не могу потерять Дина. А если ты получишь его согласие, то именно его мне придётся убить. То, что он не помнит, не значит, что я забыл. Я скорее умру, чем сделаю такое с ним. Я хочу, чтобы этот мир был в безопасности, и хочу, чтобы ты исчез.       Михаил задумался.       — Значит, мои варианты — это или ждать, пока ты отправишь меня обратно в мой мир, или взять Дина и просто избегать тебя?       — Ты не сможешь избегать меня вечно, — сказал Сэм. — Я рано или поздно найду тебя. Что выбираешь?       — Я… подумаю, — ответил Михаил. — Я дам тебе ответ, когда приму решение.       — Ты знаешь, что я их защищу, — сказал Сэм. — Если ты вздумаешь приблизиться к Дину, я причиню тебе боль. Можешь в этом не сомневаться.       Михаил приподнял бровь.       — Правда? Сейчас у тебя нет такой силы. Как ты собираешься её получить?       — Есть способы обрести силу, — улыбнулся Сэм, зная, что эта улыбка заинтригует и запутает противника, а может, даже заставит его насторожиться насчёт риска тронуть Дина. — Я знаю их все. А ты?       Михаил долго рассматривал его, пока не кивнул.       — Ты дал мне много пищи для размышлений, Сэм. Я свяжусь с тобой.       Прежде чем Сэм успел ответить, за спиной Михаила распахнулись янтарные крылья, и тот взмыл в небо.       Сэм стоял, пытаясь успокоиться, как вдруг снова услышал голос Михаила. За дверью, ведущей в гараж.       — Я тут одно дело не завершил, — сказал он.       Раздался крик боли, и Сэм рванулся на звук, но его ослепил яркий импульс голубовато-белого света. Его что-то резко дёрнуло прочь.       Он с грохотом рухнул на землю, оставив в красноватой породе глубокий кратер. Голова кружилась. Сэм поднялся и огляделся: вокруг высились каменные монолиты, над головой сияло чистое голубое небо и палящее солнце.       Он никогда не бывал здесь, но узнавал это место по фотографиям. Перед ним были Пустоши Юты, и, если он не ошибался, его только что изгнали — впервые за всю его короткую ангельскую жизнь.