Настоящий

* Для усиления ощущений читайте под izzamuzzic - no word*

      

«Я избрал путь истины, 

поставил пред собою суды Твои»

• Псалтырь, глава 118, стих 30

      

***

Девушка подошла ближе. Она провела рукой по крылу. Кожаная поверхность скользила под её прикосновениями. Шероховатые чешуйки у возвышающихся когтей легкими покалываниями царапали кожу. Но сами крылья были гладкими, мягким. В них чувствовалась неземная, невероятная мощь, которая, безусловно, исходила от их хозяина. Ей не нужны были сейчас объяснения. Она знала, что он скажет ей только правду и ничего кроме неё. Вот он, перед ней. Тот самый глоток кофе, то сияющее платье, те мускус и мята, которые преследовали её везде. Он действительно всегда был рядом. А сейчас он перед ней. Обнажен душой, какой бы она у него не была. Отвернувшись от крыла она встала с ним лицом к лицу. Смотрела прямо на него, в него, растворяясь в глубине его глаз. Во мраке комнаты они казались безднами. Краторами огненного Марса. Он сам был, как пришелец, спустившийся к ней и ради неё на эту грешную землю. Её взгляд был изучающим. Его - покорным. Он не не просил, не требовал, не умолял и не ждал. Он устал от схватки с судьбой. Но твердо знал, что если всю свою бессмертную жизнь ему нужно будет провести на поле боя ради неё, то он родится заново, чтобы жить ею от самого начала и до неизбежного конца. Девушка прикоснулась к его израненной руке, рассматривая свежие порезы, в которых уже свернулась демоническая черная кровь, и шепотом разрезала тишину, тяжесть которой стала осязаемой: - Ты же знал, что я подозреваю…, - она отвела свой взгляд в сторону, сдерживая подкатывающую истерику от гаммы смешанных чувств. - Надеялся, что нет…, - мужчина отвечал спокойно, боясь разрушить появившуюся хрупкую близость. - Я была готова бежать с тобой, куда бы ты не повел меня… но…, - ком в её груди подкатил к горлу, она прерывисто вдохнула, останавливая соль, предательски подступившую к уголкам глаз. - Я не могу изменить то, что тебе пришлось вынести… - демон сжал её ладонь своей, стараясь не дать ей уйти вновь. - Эти люди… - она вырвала кисть из твердой мужской хватки, - Ты… ты… я видела. Ты был огнем. Ты горел… - она прижала руки к лицу, отвернувшись. Психолог тяжело дышала, отходя от мужчины. Перед ней снова была картина боли. Вой людей вперемешку с криками и молитвами шквалом излился в её сознании. - Я не мог иначе… - мужчина сделал шаг, сокращая вновь появившуюся дистанцию и скрыв дьявольские отростки за своей спиной - Я не знаю, кого видела в тебе до этого… Один из самых терпеливых его голосов прошептал: «Сейчас». Демон во мгновение оказался перед ней. Сдерживать бурю, терзавшую его с каждым её словом, больше не было ни сил, ни терпения. Он схватил девушку за лицо, обращая её взгляд на себя. Марсианские кратеры блеснули красным светом. Он тяжело задышал. Была лишь секунда чтобы передумать, но он не остановился: - Тогда смотри! - он прорычал ей это в губы и прильнул своим лбом к её. И она прозрела. Все это время он окружал её теплом, заботой и вниманием. Никто и никогда не давал ей такой спектр эмоций, такую поддержку. Чувство надежности обволакивало её все время в «Астрее». Все недели проведенные с ним, просто под одной крышей, ощущались как нескончаемый поток всепоглощающей радости. Даже если день был чернее ночи, он являлся её фонарем среди темного переулка. Он был опорой, когда она хотела опустить руки. Был щитом, что закрывал от гнева всех, кого она успела встретить на этом пути. Он был всем… И она стала всем для него. Давид отпустил её. Обессиленные руки мертвым грузом опустились вниз. Он припал перед ней на колени, склонив голову: - Я не умел… не знал, что это и как мне с этим быть… Девушка молчала, внимая каждому сказанному слову. Её сердце колотилось. - Одри… я…, - она повторила его позу. Они снова лицом к лицу. Девичья рука, коснувшаяся щетинистой щеки, перебила новое откровение. Она завершила его мысль: - Люблю… - она прошептала это почти беззвучно, если бы не чуткий неземной слух, демону пришлось бы читать по губам: - Люблю… - уверенно повторил он заветное слово, которое объясняло все, что он испытывал. До этого момента они вечно следовали нелепым правилам, рассказывали друг другу что-то про черту, которую нельзя было переступать. Но сейчас… Признание двоих чужих друг другу по происхождению созданий... Они чувствовали одно и тоже. Рука девушки все еще покоилась на его лице. Они рассматривали друг друга, будто впервые встретились. Забытые и обретенные воспоминания кружили Одри на американских горках. Мужчина вновь первый нарушил молчание: - Если моя любовь будет такой, то я готов. Только прошу, ответь мне. Не терзай. Я приму любой исход. В ответ на искренность, девушка подарила демону намек на улыбку. Это была клятва, очередная клятва в её честь. Но вырезана она была уже у него на сердце. И он прочел эту новую подаренную ему эмоцию. Демон повернул голову носом в её ладонь, закрыл глаза, сделав глубокий ровный вдох, и уверено проговорил: - Да, моя ведьма, я люблю тебя, - рискнув тем хрупким миром, что они только что построили на руинах своих судеб, Давид невесомо коснулся губами её руки. Это была не жадная эгоистичная страсть, скорее порыв нежности и облегчения. Он открыл ей все, что от неё должно было тщательно скрываться, и положил перед ней все, что имел. Не почувствовав сопротивления, мужчина положил свою руку поверх её и стал покрывать обжигающими поцелуями каждый сантиметр её ладони. Он помнил те раны, что были оставлены той ночью. Зацеловывал невидимые человеку рубцы, прося прощения. Она придвинулась к нему: - Посмотри на меня… - девушка повернула его лицо, обращая к себе. Его красные глаза более не вызывали ужас. Осознав это, Давид прикоснулся к её шее и потянулся вперед. Она подалась навстречу. Запретный плод, что всегда манил их, наконец был сорван. Стоя друг перед другом на коленях, их тела слились в опьяняющем поцелуе. Мужчина сминал её мягкие податливые губы натиском своей нежности. Он так пламенно желал её, так стремился к ней, будто в ней суть его бытия: - Околдовала… - вымолвил демон, не хотя оторвавшись от её уст. Она запустила руку в его волосы, жадно притянув к себе. Только сейчас поняла, что все время неосознанно тянулась к нему, желала его и молила о нем. Демон вкушал её ласку, улавливая каждое её движение. Он читал, как она «хочет» и дарил ей именно эти ощущения. Он потянул её на себя , усадив на свои бедра. Его язык проник внутрь её рта, они переплелись в неизвестном танце. Он завел свои руки ей за спину. Согревая своим горячими теплом лопатки, жадно вжимал в себя, будто она могла исчезнуть, если он немного ослабит хват. Мужчина впивался в ее кожу на ребрах, стараясь запечатлеть все ощущения. На мгновение отстранившись, он прошипел: - Прошу, останови меня сейчас, если не готова. - одной рукой он держал её за тонкую талию, второй - за затылок. Он ждал одобрения. - Теперь я готова ко всему - ответила девушка, не разрывая зрительный контакт. Это был контрольный выстрел по его существу. Он слегка сжал её волосы и вернул её губы на правильное место. Она руками обвивала его шею, впиваясь в неё ногтями. Мужчина пропускал её волосы сквозь пальцы, вдыхая их аромат. Языком он провел дорожку к её шее, оставляя мокрый отпечаток. Еще один и еще. Она плавилась в его руках. А он был готов сгореть только от одного её более громкого вздоха. И она вздыхала. Температура в комнате нарастала. Воздух, раскалялась параллельно их желаний, прожигал изнутри. Придерживая её одной рукой, Давид поднял девушку. Её ноги сцепились за его спиной. Он усадил её на подоконник, открывая себе большую площадь для ласк. Одри была в свободной белой футболке. О, как ему нравились эти домашние бесформенные вещи, под которыми лишь намеком читались манящие очертания. Он прижимался пахом к ней между ног, распаляя их двоих еще больше. Продолжая терзать её шею губами, руки мужчины принялись к изучению округлых форм. Нежно огладил грудь, сквозь вовсе не плотную ткань проступили силуэты бусин сосков. Он осторожно сжал один между пальцами. И услышал… Самый сладкий звук, что когда-либо касался его слуха. Она впилась в его шею ядовитой змеёй, держась за крепкие и надежные плечи. Когда его рука опустилась на бедро, подминая мягкую упругую плоть, она простонала на ухо его имя. Каждый звук обжигающим воздухом касался его кожи. Девушка вновь скрестила ноги за его спиной и рывком прижала к себе: - Мы так долго друг друга избегали, - её молящий шепот кружил демону голову. Он выполнит все, о чем она попросит, о чем подумает, чего пожелает. Её желание - его обязанность . Одри спустила кисти с плечей на широкую раскаленную спину. Мышцы напряженно перекатывались под её ладонями. Она ощущала его дыхание внутри. Давид начал терять контроль. Он проник ей под одежду, наконец прикоснувшись к бархатной коже. Гладил её живот, продолжая покрывать поцелуями шею и опускаясь на ключицы. Руками он вновь коснулся груди, мягко сжимая и сдавливая манящие полусферы: - Я не смогу остановиться, - мужчина прохрипел это, его дыхание сбивалось. И она взмолилась: - Так не останавливайся. Верх её одежды полетел на пол. Он упивался её пожаром, спуская губы к груди. Она закинула голову, расплавившись в удовольствии, когда мужчина горячим языком провел по её соску. Его руки напряженно гладили внутренние стороны бедер, медленно пробираясь к женскому началу. Продолжая обволакивать влагой своего рта её горошины сосков, демон ощутил её тепло через одежду. Он оглаживал её промежность, растягивая ласку для двоих. Она ерзла бедрами на подоконнике, подталкиваясь навстречу его прикосновениям и сжимая вьющиеся локоны. Время замедлилось. Давид посмотрел ей в глаза в поисках добровольного согласия. И она ему его давала. Он одним движением отодвинул белье на сокровенном месте. Пальцы утопали в её соке. Он продолжал осторожно поглаживать её, раздвигая складки и распределяя смазку. Большим пальцем демон без труда отыскал нервный узел и надавил на него подталкивающим вверх движением. Девушка вздрогнула, издавая стон наслаждения. Она изнывала от желания, растекалась морем по его руке. Средним и безыменным пальцем он спустился ниже, открывая для себя вход. Мужчина вернулся лицом к её шее. Погрузив пальцы в её разгоряченное лоно, он простонал ей на ухо. В ответ девушка резким движением насадилась глубже, давая понять, что она согласна на все, что он предложит . Демон принял её ответ и задвигался внутри, глядя ей прямо в глаза. Он менял скорость и давление, чтобы она получила всё: от нежного штиля волн, до сокрушительно цунами. Он внимал звукам, которые издавало её тело. И был готов поклясться, что за каждый её вздох он был готов умереть. Трясущимися руками Одри потянулась к застежке ремня. Оковы на поясе мужчины со звоном были сняты. Она прогладила сдавленный брюками член и сжала его через ткань. Мужчина рвано выдохнул. Ему нравилась её решительность. Прикрыв глаза, он улыбнулся, высвобождая руку из её мокрого плена. Чтобы смягчить чувство опустошенности, демон нежно смял набухший от желания клитор. Еще раз прильнув к её пересохшим губам, он стянул с неё бельё, и наконец высвободил себя от темницы оставшейся одежды. Впервые ему было позволено рассмотреть её: - Ты так прекрасна... - по спине Одри пробежали мурашки. Слышать подобное от существа из другого мира было сродни лести, но ему она верила. Девушка изучала его. Это было тело не человека. Точенный рельеф торса освещался луной. Сильные плечи казались ей самой надежной опорой. Опуская взгляд, она сосчитала кубики пресса и остановилась на косых мышцах, что сводились к налитому кровью члену. Демон вновь прижал её к себе. Мужское начало упиралось ей в живот и пульсировало от желания. Он перенес её на белый диван и уложил на него спиной. Сам же навис сверху, размещая свои руки сбоку от её тела, согнув одну в локте. Девушка раздвинула стройные ноги, приглашая его прервать растянувшуюся паузу. Его бедра разместились у её промежности. Ни один из его голосов не смел издавать звуков. Давид наконец-то был в тишине, наслаждаясь единением с образом своего обожания. Он пожирал её лик глазами. Одри потянулась к его предплечью ласковыми губами, оставляя эфемерный невесомый поцелуй, которым она дала ему власть над собой. Мужчина прильнул к её уху, обводя раковину языком, опускаясь к шее, его дыхание обжигало. Он держался из последних сил. Одной рукой провел от плеча до бедра и обратно. Давид знал, что она ждет его. И более разрешения не спрашивал. Коснувшись её там, демон еще раз убедился в верности своих ощущений. Девушка, распластанная по мягкой поверхности, на мгновение остановила его. Она коснулась его лица. Заглянув в затуманенные глаза, сказала: - Будь настоящим сейчас... И он услышал. Не разрывая зрительный контакт, демон, боясь испортить все, чего так долго добивался, нервно выдохнул. За его спиной вновь развернулись два огромных крыла. Он вытянул их, размяв, и спокойно опустил: одно - на спинку дивана, второе - на пол. Одри улыбнулась и в его голове прозвучало: "Приняла". Он страстно впился в её губы, сжимая ребра. Руку опустил на свой готовый орган и направил навстречу к ней. Нежный упругий вход принял его мощь. Демон закрыл глаза, усиливая ощущения от долгожданного контакта. Он не спеша погружался во влажные складки девушки, она сжималась вокруг него плотным кольцом, чувствовала его пульсацию, его напряжение и сосредоточенность. Он так боялся навредить, что мог позволить себе лишь медленное терпеливое продвижение. Она изогнулась дугой под его горячим телом, запрокидывая голову и разнося по комнате протяжные стоны. Держать себя в руках не было сил. Очередной толчок был резче предыдущих. Девушка закусила нижнюю губу. Он понял, что все хорошо, и сделал движения размашистее. Она хваталась за его спину и повторяла его имя. Не видя никаких преград, он входил до конца. Даря ей ту наполненность, о которой она просила. Медленно и резко. Её ноги подрагивали, и она решилась изменить положение. Одри толкнула Давида в грудь, чтобы он сел и облокотился на спинку дивана. К её удивлению, крылья заняли все оставшееся место. Она перекинула через него ногу и присела сверху к нему лицом. Он смотрел на неё, как на божество: - О, дорогая..., - теперь тонул он. В омуте глаз, чувств и нежности. Она направила его внутрь себя и опустилась, уперевшись об плечи мужчины. Он обнял её за спину, внимания каждому движению, и вновь вернулся к её груди с прекрасными выпирающими бусинами. Демон обводил языком розовые ореолы, мягко прикусывал чувствительные места. Она жадно насаживалась на его член, закидывала голову назад и кричала. А он смотрел ей в глаза, упиваясь её открытостью. Столько времени он наблюдал издалека. А теперь она здесь, перед ним. Настоящая, горячая, желанная, любимая. Вниз и вверх, быстрее, активнее, страстнее. Она хотела показать, что все его труды не напрасны. Она хотела принадлежать ему, и он брал то, что давным давно считал своим. Они были близки. Демон выпрямил спину. Одной рукой он продолжал обнимать её за поясницу, второй схватил за бедро и рывками толкал себя глубже, еще резче опуская её синхронно своим движениям. Мокрые шлепки вперемешку с его рычанием и её стонами разносились по помещению. В один миг девушку пробила дрожь по всему телу. Демон свел свои крылья, закрывая их двоих от всего мира, чтобы этот момент принадлежал лишь им двоим. Её мышцы сократились, не оставляя ему места внутри. Волна неземного удовольствия накрыла их одновременно. Она затряслась в его руках, чувствуя горячий поток внутри своего тела. Его крылья, ставшие их убежищем, подрагивали. Он оставался в ней, она не предпринимала попыток это изменить . Давид убрал с её лица прилипшую от пота прядь. Одними пальцами за подбородок обратил её глаза в глубь своих. Она тяжело дышала, лицо горело огнем. Но никто ни о чем не жалел. Мужчина очень вдумчиво и серьезно произнес: - Моя ведьмочка... Я люблю тебя. Теперь нет никаких тайн. Я твой. Она обхватила ладонями его лицо и жадно, но нежно поцеловала, забирая у них двоих остатки кислорода "Теперь нет никаких тайн. Я люблю тебя. Теперь я твоя".