2. Маленькая мисс Грейнджер.

      Гермиона всегда приходила раньше, чем начиналось первое занятие. Растягивалась, проверяла, все ли оборудование в порядке, нет ли каких-либо технических проблем в помещении. У неё оставалось время, чтобы размяться и побыть наедине с собой.       Сегодняшнее утро стало исключением. Она как и всегда пришла раньше, но дверь в зал уже была открыта. Это было весьма странно и подозрительно. Даже немного страшно. Она ведь точно закрывала вчера вечером на ключ входную дверь.        Гермиона прошла внутрь, и её глаза сразу же расширились, цепляясь за обстановку вокруг. Было очень грязно. Буквально очень! Все в пыли, в следах от обуви, каких-то ошметках коробок и полиэтилена.        А ещё играла очень громко музыка. Слишком громко для девяти утра. Слишком нетипично для места, где занимались исключительно балетом.       Видимо, до сегодняшнего дня.       Гермиона прошла дальше, переступая через весь мусор. Она дошла до открытой двери во второй зал, что раньше был таким же, как и её. С зеркалами и светлым паркетом, со станками у стены и кипой ковриков в углу.        Теперь там было все иначе.        Туда-сюда сновали мужчины, что-то говорили кричали друг другу, но Гермиона не слышала из-за музыки.        Она нашла глазами колонку, и сразу же двинулась к ней, уже почти закипая от злости. Арендовать и переоборудовать зал — одно, но устраивать здесь черт знает что девушка не позволит.       Музыка затихла под натиском её тонкого пальца, и она выровнялась, скрещивая руки на груди. Взгляд карих устремился прямо на мистера, мать его, Малфоя.       — О, это та самая цыпочка? — хихикнул какой-то кудрявый парень, и Гермиона открыла рот, вскипая пуще прежнего.        Малфой пихнул его в бок, отчего тот скрючился, но не переставал улыбаться.       — Господа! — вдруг звонко и твердо начала Гермиона, — у вас есть, — она посмотрела на часы, а затем вернула взгляд мужчинам, — пятьдесят шесть минут, чтобы убрать весь беспорядок, что вы устроили, закончить свои работы и выключить эту чертову музыку. Время пошло!       Она развернулась на пятках, поправляя сумку на плече, но вдруг остановилась и снова повернула голову в сторону парней:       — Уборочный инвентарь сами найдете или вам помочь?        Никто не ответил, и девушка решила, что её помощь не нужна. Она направилась на выход и скрылась за дверью, оставляя всех мужчин стоять с полуоткрытыми ртами, а Малфоя — с раздувающимися ноздрями.        — Ох, я бы эту кудряшку… — Нотт мечтательно закатил глаза, — все балерины такие или только эта? Я бы узнал ее получше.       — Закрой рот, — снова пихнул его Малфой, — иди занимайся уборкой.       — Почему я? — запротестовал Тео.       — Чтобы меньше пиздел, — фыркнул Драко, на секунду снова бросая взгляд на дверь.       Кудрявая статная сучка. Выпустить когти решила. Ну, что ж, посмотрим, кто кого. 

***

      Удивительно, но парни действительно навели порядок за собой. Гермиона, честно говоря, не особо рассчитывала на присутствие мозгов в голове хотя бы одного из них. Особенно, в черепной коробке этого Малфоя. Его этот скотский прищур не нравился ей, и если бы не вынужденные меры и аренда зала — ноги его бы в жизни здесь не было.       Но было забавно наблюдать, как парни возились с уборкой, иногда препираясь и подкалывая друг друга.        На входной зоне и в коридоре теперь снова было чисто: Малфой заканчивал скручивать в руках и заматывать скотчем мусор, а тот самый кудрявый парень уже беседовал с первой пришедшей мамочкой — парня вообще не смущали пятилетняя девочка в ее компании и обручальное кольцо на пальце. Собственно, Сьюзен это тоже не смущало.       Гермиона глубоко вздохнула, прикрывая глаза, когда возле неё появилась ещё одна, её подруга, Джинни.       — Ты наняла клининг? — девушка опустила дочь на пол, которая тут же рванула в комнату для переодеваний.       — Если бы, — фыркнула Гермиона, — сдала в аренду часть зала. Мистер Драко Малфой, какой-то там боксер, теперь арендует вместе со мной зал.       Джинни округлила глаза, глядя на подругу, которая продолжала контролировать каждое движение того самого Малфоя.       — Ты шутишь, — Джинни покачала головой, переводя взгляд на Малфоя и снова на подругу, — действительно, Драко Малфой?       Гермиона обернулась на подругу, сводя брови на переносице. Что за идиотские вопросы?       — Да, он самый, — кивнула Гермиона, продолжая наблюдать за странным выражением лица подруги, — почему ты так смотришь на меня?       — Ты серьезно не знаешь его? — Джинни округлила глаза, не веря своим ушам.       — Джин, мне некогда, — Гермиона скрутила руки на груди, — у меня начинается класс через пять минут. Кто такой Драко Малфой, мне плевать. Заберешь Лили через два часа.       Гермиона резко развернулась и плавно пошла в класс, где вот-вот начнется занятие, не желая продолжать разговор. Джинни смотрела ей вслед какое-то время, но когда в зал за ней стали забегать малышки, перевела взгляд на парней.        Вот это да! Гарри и Рон будут в восторге, когда узнают, с кем теперь работает бок о бок их подруга детства. Хотя, второй вряд ли…

***

      Драко только закончил эту чертову уборку, и сейчас впервые добрался до небольшой уборной в коридоре, чтобы умыться.       Эта Грейнджер выводила его одним своим видом, одним существованием. И если бы были другие варианты аренды зала, он бы с радостью выбрал другой вариант. Но вариантов не было. А общий зал для него — не лучший вариант. Здесь он хотя бы мог быть вдали от любопытных носов и вездесущих глаз. В таких залах было то, чего не было нигде, — спокойствие. Его вряд ли кто-то стал искать бы по подвальным залам или в балетной, мать ее, школе.       Драко вытер руки салфетками и выбросил их в урну, а затем поспешил выйти. Пора приступать к тренировке, ведь до ближайшего боя осталось совсем немного — три недели.       Стоило Драко открыть дверь, как он тут же встретился глазами с крошечным прекрасным созданием. Ее огромные карие глаза и завязанные вверху бантиком кудряшки просто подкосили его коленки. Он, двухметровый здоровый мужчина, разомлел в секунду от вида маленькой девочки в розовом купальнике и розовой полупрозрачной юбочке. А её маленькие танцевальные чешки. Боже. Не хватает только единорога.       — Здравствуйте, — заговорила малышка, редко моргая, пока смотрела на Драко, — мне очень нужно в туалет. Вы меня пустите?        Драко улыбнулся, а внутри разлилось неимоверное тепло.       — Конечно, проходите, мисс, — он сделал шаг в сторону и указал обеими руками на дверь.       — Спасибо, — девочка очень быстро забежала и закрыла дверь за собой, оставляя Драко одного.       Он покачал головой и хотел было уже уйти, как вдруг сладкий голос снова раздался за его спиной.       — Мистер, а вы можете постоять тут? — девочка выглядывала из-за двери, и Драко готов был поклясться, что таких красивых глаз он ещё не видел в своей жизни, — я не достаю до замка. Вдруг кто-то зайдет.       — Конечно, я постою здесь, — улыбнулся Драко, а затем словил ответную улыбку малышки, которая кивнула и сразу снова скрылась за дверью.       Было слышно какие-то кряхтения, недовольства, что шептала себе под нос крошка, а Драко продолжал расплываться. Стоял, как охранник, сложив руки в замок спереди, и действительно не уходил, пока девочка не выйдет.       Через какое-то время послышался звук смыва, но малышка не выходила.       Драко обернулся, прислушиваясь. А затем нахмурился, подходя ближе к двери.       — Маленькая мисс, вам нужна помощь? — он осторожно постучал пальцем по двери, привлекая внимание.       И малышка тут же высунулась из маленькой комнатки.       — Мне нужно помыть руки, — констатировала факт маленькая кудряшка и приоткрыла дверь шире.       — Мне подсадить тебя? — спросил Драко, заходя с ней в уборную, но не закрывая дверь.       Малышка лишь кивнула, поджимая маленькие губы. Драко присел возле раковины на корточки, и когда малышка подошла к нему, осторожно поднял, вставая на ноги.       Он поднес девочку к раковине, и она сразу же включила воду, выдавила жидкое мыло и стала намыливать крошечные ладошки.       Что-то точно взрывалось в груди Драко от происходящего. Никогда у него не было в окружении и в жизни таких малышей, тем более таких сладких девочек, и он готов был сгрести ее в объятия и расцеловать. Но это чужой ребенок, и вообще все это странно.       — Теперь вытереть, — его отвлек сладкий звон, и Драко поставил малышку на землю, вручая ей следом салфетки.       Она быстро вытерла свои маленькие ладошки, а затем снова подняла голову на Драко.       — Спасибо большое! — она аж подпрыгнула на месте, улыбаясь во весь рот, хлопая своими длинными густыми ресницами.       — Пожалуйста, — Драко присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с девочкой, — как вас зовут, мисс?        — Эмма, — вздернув нос ответила крошка, и Драко показалось, будто он видел уже подобный жест и выражение лица, — но мама с папой всегда звали меня Эмми.       — Очень приятно, Эмма, — Драко протянул ей свою большую ладонь, — меня зовут Драко.       — Ты тоже можешь звать меня Эмми, моя сестра зовёт меня так, — она протянула ему ладошку, и Драко сразу же несильно сжал её.       Они вдвоем замолчали, недолго глядя друг другу в глаза. Кажется, он тоже нравился малышке Эмме. Она так лучезарно улыбалась ему, как никто и никогда не улыбался.       — Эмми, — послышалось из коридора, и двое повернули головы на звук, — детка, все хорошо? Беги в класс скорее.       Гермиона подошла ближе, переводя теплый взгляд с малышки на Малфоя. Разгон от милой балерины в розовых пуантах до разъяренной пантеры у нее был быстрым.       Девочка ещё раз хлопнула ресницами, улыбаясь, и вытянула ладошку из хватки Драко, убегая в класс.       Драко поднялся на ноги, выходя из уборной и подходя к Грейнджер, возвышаясь над ней.       — Не вздумай приближаться к моей сестре, — она вздернула нос, и теперь Драко понял, где видел этот жест, — и вообще к детям. Ты что, педофил?        — А ты сука, — сказал Малфой, наклоняясь, — и это не вопрос.       Он обошел её и скрылся за дверью своего зала, оставляя Гермиону закипать от злости в одиночестве.       Драко, оказавшись за дверью, слишком быстро остыл, вспоминая это короткое мгновение с маленькой мисс Грейнджер. Хотя бы одна из них нравилась ему, и это было взаимно, кажется.

***

      Гермиона погасила свет в комнате, оставляя только ночник. Она на ходу завязала волосы в косу, не завязывая резинкой. В кровати её уже ждала сестра, как всегда чрезмерно счастливая от того, что дождалась Гермиону и не уснула.       — Привет, — Гермиона забралась под одеяло, и малышка тут же, как маленький червячок, продвинулась ближе, обвивая сестру своими ладошками и закидывая ножку, — как твой день, Эмми?        Она нежно погладила малышку по пушистым кудряшкам, которые теперь уже не были собраны в пучок и торчали в разные стороны.        — Мы с бабушкой ходили в магазин за новыми нитками, — Эмма мечтательно подняла глаза в потолок, — она будет вязать меня такие же штуки, как у тебя. Так она сказала. А потом мы делали печенье. С шоколадом, — её глаза расширились, и Гермиона засмеялась, представляя, с каким удовольствием прямо сейчас малышка съела бы парочку, — а ещё в садике я виделась с Лили. Она уже в следующем году идет в школу. А когда я пойду в школу?       — Уже скоро, — Гермиона убаюкивала поглаживаниями девочку, улыбаясь её как обычно активной болтовне перед сном, будто у крошечного человека никогда не заканчивалась энергия, — тебе не нравится в садике?       — Нравится, — Эмма вдруг стала говорить тише и теребить в руках ночную рубашку сестры, — только там меня обижают.       — Кто тебя обижает? — насторожилась Гермиона: она впервые слышала об этом.       — Сэм, он новенький в нашей группе, — ответила крошка, и прижалась сильнее к сестре.       Гермиона не знала, что ответить. Что делать. Что должны делать родители в такой ситуации? Она ведь не мама, и она никогда не сталкивалась с этим. Завтра она спросит у бабушки, как поступить лучше.       — Эмми, — снова позвала Гермиона, — а что говорил тебе сегодня во время занятий тот…       — Драко? — малышка задрала голову, чтобы видеть сестру, и Гермиона вскинула брови, удивляясь быстрому ответу, — он сторожил меня, пока я была в туалете. А потом поднял, чтобы я помыла руки.        Девочка вернулась в прежнее положение и прикрыла глаза, а Гермиона продолжала следить за ней.       — Он хороший, — уже почти засыпая сказала Эмма, — и такой большой. Он точно не будет обижать меня.       Гермиона аж открыла рот. Это было… неожиданно. И отчего-то злило её. Этот ублюдок точно не будет больше приближаться к Эмме.        И она будет продолжать думать так же, когда утром в уборной зала обнаружит маленькую розовую деревянную лестницу рядом с раковиной, стоящую под надписью «для маленьких принцесс», приклеенной на стену.        Малфой точно больной.