21. Родители.

      Сириус смотрел на своего крестника, и его глаза, казалось, перестали моргать. Драко ошарашил его своим заявлением, и мужчина не знал, что сказать, как реагировать.       — Ты уверен? — Сириус сжал пальцами переносицу, прикрывая глаза. Услышанное никак не укладывалось у него в голове.       — Более чем, — ответил Драко и сел в кресло. Его руки тут же потянулись к бутылке с водой, что стояла на столике, и Малфой поспешил открыть ее и сделать глоток воды.       В горле пересохло, потому что Драко не был уверен. Ему казалось, что он поступает правильно. Что это решение единственное верное. Будто только так он мог заслужить признание Гермионы, признание своих родителей наконец.        — Я не знаю, что тебе сказать, Драко, — Сириус сел напротив и разместил локти на коленях, — ты взрослый мальчик, тебе решать. Но подумай хорошенько еще раз. Мы проделали столько работы, прошли такой путь, чтобы… что? Это из-за твоей балерины?        Драко покачал головой.       — Нет, — он посмотрел на своего крестного, — и да. В основном.       — Из-за родителей? — продолжил Сириус, уже зная ответ.       Драко поджал губы и промолчал, давая своим молчанием нужный ответ. И мужчина не давил, понимал, потому что ему тоже было тошно смотреть на молчаливые, глубокие терзания Драко. Он как никто знал, что значит, когда от тебя отворачивается семья, близкие и родные люди.       Сириус встал и подошел к Драко. Его ладонь легла на его плечо, и Малфой поднял голову, заглядывая в глаза своему дяде.       — Она приняла тебя и с боксом, с разбитым носом, со всем, — почти улыбнулся мужчина, вспоминая, как начиналось все у этих двоих, — незнакомая девушка смогла, значит и родители смогут когда-то. Не нужно жертвовать ради этого всем, что у тебя есть, своей мечтой.        Сириус сжал плечо Драко и поспешил удалиться, оставляя Малфоя с его мыслями. Он метался и не знал, что ему делать. Хотя буквально недавно был уверен в верности того, что собирался сделать.

***

      Раннее утро в доме Малфоев всегда начиналось тихо с тех пор, как самый младший перестал жить в поместье. Маленький Драко часто начинал утро с криков и беготни, когда повзрослел, постоянно болтал с матерью и отцом, а когда занялся боксом — началась беспросветная ругань с утра до ночи.       Поэтому теперь стены огромного дома заполняли тихие разговоры, звон посуды и столовых приборов.       — Ваша почта, — голос прислуги раздался с порога просторной столовой, и Нарцисса Малфой подняла голову на женщину.       — Что-то важное есть? — миссис Малфой не любила разбирать почту, даже для этого в их доме был отдельный человек.       — Думаю, вы захотите увидеть это, — пожилая женщина подошла ближе и протянула конверт прямо в руки хозяйке дома.       Нарцисса отложила приборы и промокнула губы салфеткой, прежде чем принять почту в руки.        Обводя пальцами красивый конверт, женщина тут же почувствовала легкий трепет и дрожь в пальцах. Это оформление было очень знакомо ей, кажется, она догадывалась, что внутри.       — Что там? — опустив утреннюю газету спросил Люциус и сделал глоток кофе.       Нарцисса глубоко вздохнула и открыла конверт, разламывая сургучную печать. Да, она была права.       — Ох, Боже мой, Люциус! — воскликнула миссис Малфой и прикрыла рот ладонью, пряча широкую улыбку, — мисс Грейнджер вернулась на сцену! Это приглашение! Уже в эту пятницу!       Люциус отложил газету и завис с чашкой в руках. Улыбка тут же заиграла на его лице, когда мужчина присоединился к восторгу жены.       — Какая чудесная новость! — он покачал головой в неверии, — нам нужно договориться с мадам Жакó. Она точно успеет прилететь!       — Обязательно! — Нарцисса сжала приглашение в пальцах и поднялась из-за стола, — я срочно поеду за цветами! И платье! Мне нужно платье! Вставай, поехали!        Женщина подбежала к мужу, хватая его за руку. Все ее манеры стерлись радостной новостью, и ее муж был абсолютно не против. Они оба были счастливы узнать, что их любимая прима-балерина вернулась на сцену. И они встретят ее не только цветами в этот раз.

***

      Драко не дышал все время, что наблюдал за Гермионой. С того самого момента, как застрял в дверном проеме, он наверное и не моргал, завороженный, заколдованный представлением в классе. Малфой еще никогда не видел ее такой.       Ее длинные, непослушные, такие для него любимые кудри были затянуты в низкий, строгий пучок. Ни единой торчащей волосинки. Если бы Драко не знал, подумал бы, что это кто-то другой.       Обычно танцевальная форма сегодня была совсем другой. Более сдержанной, строгой, идеальной. Привычная легкая юбочка сегодня была заменена на балетную пачку. А пуанты были как никогда плотно завязаны, были продолжением Гермионы.       Казалось, что перед ним не его девушка, а принцесса из сказки, из мультфильма, из его фантазий. Она казалась ему нереальной, оттого внутри огонь разгорался еще сильнее. Гермиона Грейнджер, прима-балерина Королевского Балета, такая необыкновенная, изящная, талантливая девушка — его.        Драко заулыбался, продолжая наблюдать, и даже не понял, что Гермиона сделала поклон и закончила. Она приподняла голову и улыбнулась ему в отражении зеркала, прежде чем выровняться и развернуться. Легкими, мягкими шагами она сократила расстояние между ними, а Драко вышел навстречу, глубже в класс.       — Волнуешься? — спросил Драко, протягивая руку девушке.       Гермиона коснулась его ладони, а когда Малфой поднес ее руку к своим губам, смущенно улыбнулась и прикрыла глаза.       — Да, немного, — честно ответила Гермиона и подошла ближе, все еще держа Драко за руку, — ты ведь… будешь там?        Осторожно касаясь второй рукой лица Грейнджер, Драко наклонился и оставил на ее губах целомудренный поцелуй, сразу же отстраняясь, чтобы не мять балетную пачку.       — Ты иногда такие глупости спрашиваешь, любимая, — Драко покачал головой, сжимая тонкие пальцы в своей руке.       Гермиона вздохнула, снова прикрывая глаза. Ее план должен сработать. Но волнение от скорой встречи со зрителями, с первым выходом на сцену все равно перекрывало все предвкушение от встречи Драко с родителями.       — Поможешь мне немного отвлечься? — спросила Гермиона, с озорством заглядывая Драко в глаза.       Он лишь кивнул, шире улыбаясь. И тогда Гермиона отпустила его руку и развернулась спиной.       — Значит, сегодня ты научишься самым основным позициям, — Гермиона изящно приподняла руки и установила их в нужном, танцевальном положении, — это первая.       Драко смотрел на нее в изумлении, пока Гермиона не обернулась через плечо и не приподняла брови вверх.       — Ты же обещал помочь мне отвлечься, — она кивнула на его ноги, — давай-давай.       Драко тяжело вздохнул, прикрыл глаза и открыл снова. Боже, во что он ввязался? И разве он мог отказать, когда она так смотрела на него, такая красивая?        Располагая руки в почти нужном положении, Драко попытался поставить ноги так, как показала Гермиона. Когда девушка тихо засмеялась, прикрывая рот, он метнул в нее яростный взгляд, сообщая о том, что он еще отыграется за это… унижение.