Начало необратимого

Говорят, время лечит. Так ли это?  Когда маленькая Захарра впервые попала в Змиулан, мир вокруг стал серым и враждебным. Хотелось забиться в угол и никогда больше не выходить оттуда. Не видеть злобных братьев, а главное — не встречаться взглядом с ужасающим дядюшкой. Тогда рядом оказался Фэш. Такой же потерянный, напуганный и раненный. Он стал её опорой. Единственной. Если не считать Рока — чуть мягче остальных, но всё равно чужого. А Фэш… Фэш был рядом в самые страшные моменты. Защищал от братьев, держал за руку, обнимал по ночам, когда её мучали кошмары, будто говоря: “Ты не одна. Я здесь.” Но потом он ушёл. Сбежал. Не впервые, но теперь — навсегда. И тогда всё рухнуло. Нет, она была рада за брата. Правда. Но всё равно завидовала ему до боли. Фэш сбежал — потому что мог. Потому что не боялся. А она не могла себе такого позволить.Вдруг дядя сделает что-то с её мамой, если она пойдёт по стопам брата? Свобода — слишком высокая цена, если платить за неё чужой безопасностью. Поэтому она не последовала его примеру. Захарре уже не было страшно остаться одной, ведь она научилась давать отпор. Она боялась остаться в одиночестве.  А потом появилась Василиса. А с её появлением — столько всего,за два?.. Три года? Произошло действительно много. Рассвет Алого Цветка. Недолгая жизнь в Астрограде. Учёба в Светлочасе. Друзья. Новое Время. Переезд в Чернолют. Маар. И вроде бы наступила белая полоса, всё было нормально. Внешне — да. Но внутри Захарры что-то тревожно скреблось. Будто она живёт не своей жизнью, будто каждое её действие — ошибка. Это чувство появилось исподволь, как мелкий шум на фоне. А потом стало только громче. С каждым днём её всё сильнее накрывала странная, липкая тоска. Кошмары, которые долго не давали о себе знать, вернулись. Теперь — ярче, страшнее, почти настоящие. Что-то пошло не так. Совсем не так. Всё, что она годами строила, во что верила — будто рассыпалось в прах. И она не понимала, как это остановить. Ссора. В банкетной зале Расколотого Замка царила особая атмосфера. Светлая, немного торжественная — как и всё в этом древнем часодейном месте. Высокие окна пропускали много света. Мраморный пол поблёскивал, отражая солнечные блики. Золото в карнизах и узорах потолка не казалось роскошью — скорее, старой привычкой замка быть красивым. Посреди зала стоял длинный обеденный стол. По обе стороны — аккуратно расставленные стулья. А у торцов — два особых места. Король. Королева. Даже если они здесь не появлялись, их присутствие чувствовалось. Но сегодня в этом месте было немного шумнее обычного. После успешных экзаменов старшие позволили Новому Времени немного почувствовать себя хозяевами собственной жизни — и те, не раздумывая, пригласили в гости весь Орден дружбы. Василиса счастливо наблюдала за друзьями, не веря своему счастью. Как же она соскучилась по ним! Ребята приехали всего два дня назад, а она уже боялась их отъезда.  Парни болтали о чём-то своём, Фэш и Маар умудрялись пересекаться между делом, Диана сонно ковырялась вилкой в завтраке, слушая Данила, а Лёшка, пришедший сегодня утром через зеркальный переход, мило беседовал с Грозой. Но чего-то не хватало. Точнее — кого-то. Василиса нахмурилась. — Кто-нибудь видел Захарру? Все тут же отвлеклись и уставились на её пустое место. — Странно. Обычно она на завтраках первая, — пробормотал Ник. — Вы её в своём Чернолюте совсем запугали, — попытался пошутить Фэш, но Василиса сразу заметила что-то странное в его голосе. Он с утра был не в духе: угрюмый, молчаливый, не поддавался на расспросы. — Никто её не запугивал, — сразу же хмуро ответил Маар. — Ну-ка, Броннер, скажи, где твоя девушка? — Драгоций, кажется, только ждал повода задеть его. — Я не контролирую каждый её шаг. И не говори так, будто ты здесь ни при чем, — Маар сегодня тоже был мрачным. Явно что-то происходило. — Ну конечно, ты же у нас всевидящий, — оскалился Фэш.     Василиса насторожилась. — Мальчики! — хлопнула она ладонями по столу. Диана вздрогнула. — Что происходит? — Она посмотрела на Фэша, сидевшего напротив, но тот только хмыкнул и уткнулся в тарелку. — Перебесится, и всё нормально будет, — пробурчал он. — Не поняла. — Вы поссорились? — как всегда проницательная Диана с интересом наблюдала за Фэшем, который всем видом изображал безразличие. Маар нахмурился ещё сильнее. За столом повисло напряжение. — Да… Нет. Какая разница? Давайте завтракать, — буркнул он. Завтрак прошёл тихо и с хмурой атмосферой. А после Фэш резко встал и быстро вышел из зала, не обратив внимания даже на Ника, который пытался его окликнуть. Василиса поспешно встала, пробормотав извинения, и побежала за ним. — Фэш! Да стой же ты! — догнав его, она схватила его за руку и развернула лицом к себе. — Ты не хочешь объясниться? Драгоций закатил глаза и зло уставился на неё. — А должен? Брови приподняты, уголок губ дёрнулся. Раздражение — открытое, не прикрытое. Василиса заглянула ему в глаза и увидела бурю. — Я думала, у нас больше нет секретов. Что мы всё решаем вместе, — её голос дрогнул. Не от сомнений — от растерянности. Она не понимала, что с ним происходит. Фэш задержал взгляд. В его глазах что-то смягчилось. — Не в этот раз, — коротко ответил он. — Просто не лезь, хорошо? — Что с Захаррой? — Василиса не отступала. — Не твоё дело! — выкрикнул Фэш, вырывая руку. — Есть вещи, которых тебе не понять. У тебя метка Непростых — и что? Это не делает тебя одной из Драгоциев. Так что не лезь. Мы сами разберёмся. — Но… — Но! — Он рвано вскинул руку. Василиса вздрогнула от его резкости. — Думаешь, ты можешь помочь? Себе сначала помоги — у тебя у самой вся семья разбросана по параллелям! Василиса не верила своим ушам. Он задел её за живое. На глазах выступили слёзы. Она размахнулась — и со всей силы влепила ему пощёчину. На мгновение повисла тишина. Фэш растерянно приложил ладонь к щеке и посмотрел на неё. В его взгляде что-то дрогнуло, появилась вина. — Я не… — Не смей больше так со мной говорить, — прошипела она и выбежала из комнаты, оставив его одного. На крыше.  Уже давно стемнело. Над Расколотым замком рассыпались миллионы звёзд. На крыше одной из башен виднелась одинокая девичья фигура. Захарра сидела, свесив ноги над пропастью, и грустно смотрела вниз. Фэш и Василиса поссорились. Из-за неё. Она случайно услышала их ссору, когда шла на завтрак. Если бы не вчерашний разговор с братом, этого, возможно, и не случилось. Теперь всё шло наперекосяк — и, похоже, это заметили все. Девушка тяжело вздохнула и поёжилась. Было холодно. Странно — она ведь выросла в ледяных стенах Змиулана, холод никогда не пугал её. Наверное, три года в Чернолюте всё же размягчили её.  — Вот ты где! — раздался голос позади. — Я тебя весь день ищу. Умеешь же ты прятаться. Маар прервал поток мыслей и сел рядом. На душе стало немного легче. Приятно знать, что о тебе ещё помнят. — Расскажи мне, что тебя тревожит, — мягко сказал он. Броннер понимал, что девушка в подавленном настроении из-за ссоры с братом, но боялся спрашивать напрямую.  В темноте Захарра не могла разглядеть его лицо, но знала: в его зелёных глазах — беспокойство. — Ты всё ещё злишься на Фэша? — продолжил он. — Нет, я не злюсь… Просто… — она замялась. — Просто у него сейчас всё будто бы складывается. Я знаю — у него учёба, королевские дела… но всё равно. Он — единственный из моей семьи, кто остался. А теперь с каждым днем он все больше и больше отдаляется.  И мне от этого… одиноко. Драгоций редко откровенничала, особенно когда речь заходила о прошлом или семье. Там всё было запутано и болезненно. — Я рядом, — сказал Маар и аккуратно взял её за руку. Большим пальцем он провёл по её ладони. Захарра слабо улыбнулась и подняла глаза к звёздам, чувствуя как на глаза наворачиваются слезы.  — Ты когда-нибудь задумывался, в чём твоё предназначение? — тихо спросила она. Маар замер. — Не особо, — усмехнулся он. — Плыву по течению. — Мне кажется, мне здесь не место. Это прозвучало неожиданно и резко.  — Что? — его пальцы чуть крепче сжали её руку. — Я не выбирала быть здесь. Я хотела помочь маме… А теперь я даже не знаю, зачем всё это. — Твоя судьба изначально была расписана, ты не могла оказаться здесь просто так.  — Наверное… Захарра молчала. А Маар — просто сидел рядом, слушал, как бьётся её сердце, чувствовал, как в ней что-то колеблется. Она хочет что-то сказать… но боится. — Я просила Фэша помочь мне вернуться в мою параллель, — неожиданно выпалила она на выдохе. Что-то внутри Маара оборвалось. — Что?  — Ты всё правильно услышал. — Ты… А он? — Он отказал. Маар аккуратно высвободил руку, встал, приложил пальцы к вискам и сжал глаза. Захарра тут же поднялась вслед за ним. — Ты чего?.. — она уже жалела, что заговорила. — Ты хотела всё бросить и сбежать? — Что? Нет, — слабое оправдание — Но я же не сбежала! — Но хотела. Если бы Фэш согласился — ты бы даже не попрощалась. Так? — Маар, нет, ты что… — она схватила его за руку, притянула ближе. — Я бы так не поступила с тобой. — Врёшь. Но… почему? Захарра молчала. С башни падал тусклый свет, и она смогла рассмотреть выражение его лица. Он был… обижен. И очень ранен. А то, что она собиралась сказать, должно было сделать ещё больнее. Но врать она не могла. — Потому что… — голос её задрожал. — Потому что я не верю, что действительно кому-то важна, — выкрикнула она почти срываясь. — Ты мне важна! Когда ты уже начнёшь доверять? Или это неизлечимая болезнь Драгоциев — всё отталкивать?! — он с трудом сдерживал дыхание. — Я доверяю тебе, — прошептала она, опуская руки и отводя взгляд. — Я люблю тебя. И ребят люблю.  Вы все… вы мне очень дороги. Но я просто не достойна этого, — последние слова она выдавила сквозь дрожь. Драгоций никогда не говорила о своих чувствах — уж точно не словами. Поэтому её признание по-настоящему испугало его. — Что ты имеешь в виду? Захарра?..  — Мне очень жаль… — она снова повернулась к нему, уже не сдерживая слёз. Маар видел, как она плачет. Несколько раз. Но тогда она скучала, грустила. А сейчас — она сожалела. Горько и по-настоящему. И он чувствовал, что это… необратимо. — Мне так жаль, — повторяла она, теряя голос. — Тише-тише, — он взял её за плечи. — Скажи, что произошло? — Ты меня возненавидишь… — уже в слезах. Он знал — сейчас она скажет что-то ужасное. И не будет пути назад. — Я… я… — запинаясь, начала она. — Я открыла Янтарную шкатулку. Он сбежал. Прости меня… Захарра вырвалась и побежала прочь, боясь услышать его ответ.  А Маар так и остался стоять, ошеломлённый, в абсолютной тишине. Его пальцы бессознательно сжались в кулак, но в голове — пустота.