4. Will you have me, lady?

Я возвращаюсь в зал, становлюсь у стены и беру с блюда один из капкейков с шоколадными масками. Но только я собираюсь откусить кусочек как откуда-то сразу появляется Бен. Это никуда не годится! - возмущается он, - на балах надо танцевать, Маргарет. Танцевать, а не поглощать углеводы! Ты должна танцевать. Вообще-то я уже танцевала, но об этом я сказать не могу, ту уж Кэрри решать раскроем ли мы когда-нибудь остальным что мы сегодня провернули. Поэтому я решаю, что в столовой у Алана в течение суток вполне могут прозвучать сразу две не вполне уместные цитаты из одной из самых смешных книг на свете, и с подчеркнутой театральностью произношу: At such an assembly as this, it would be insupportable. You are dancing with the only handsome girl in the room. Неправда, - смеется Бен, - я в данную секунду не танцую ни с кем, а в следующую собираюсь танцевать с тобой! Что же до единственной хорошенькой девушки в этой комнате, то с ней я танцевал пять минут тому назад, и честное слово, делал это только из желания соблюсти приличия и безмерного уважения к твоему крестному. К твоему сведению, то, что она хороша как майский день, нисколько не искупает того, что она такая злюка. Я выслушал от нее под сотню придирок и упреков в свой адрес, из которых заслужил разве что с десяток. Нет, подвергнувшись разговору с ней, волей-неволей разуверяешься в своих убеждениях касательно того, что худшие пытки изобретенные человечеством это четвертование, сожжение заживо и лекции в зуме и начинаешь подозревать что на девятом круге ада величайших грешников этого мира ждет кое-что пострашнее: им предложат пятнадцатиминутную непринужденную беседу с этой дамой! Я чуточку обижаюсь что Бен не выразился в каком-нибудь таком смысле, что в комнате вообще-то не одна по-настоящему хорошенькая девушка. Разве не полагается ему как хорошему другу в такой момент сделать мне какой-нибудь комплимент, пусть даже и неискренне?! Впрочем, это не так важно, меня в любом случае чрезвычайно забавляет вся эта его болтовня. Беки, кстати, направляется сюда, - сообщаю ему я. О нет, - Бен старательно изображает отчаяние, - Маргарет, спаси меня от ее общества. Наверняка тебе нужна сейчас какая-нибудь мелочь из твоей комнаты, или из машины или, предпочтительнее всего, откуда-нибудь с Канарских островов...Пошли же за нею меня и поскорее, если только тебе дорога наша дружба. Ну уж нет, - отвечаю я, - мне ничего от тебя не нужно, кроме разве что танца, который ты имел неосторожность мне пообещать. Бен изображает тяжелый вздох, мученически закатывает глаза и протягивает мне руку. Кэрри и Мэтью наконец тоже выходят в зал и присоединяются к танцам. Все таки балы — это удивительно весело, Алану стоит устраивать их чаще. Едва танец заканчивается, Бен куда-то исчезает, а Беки подходит и присоединяется к нашей компании. У меня появилась девушка, - хвастается ей Мэтью. Так скоро? - удивляется она, - чтоб вы знали я совсем с другим расчётом составляла плейлист для этого бала: сначала в нем идут быстрые и легкие мелодии, под которые допустим разве что ни к чему не обязывающий флирт, через пару минут пойдут медленные и проникновенные песни, под которые уже можно делать серьезные признания, ну а под самый конец музыка станет тяжелой и драматичной, в самый раз для того чтобы сожалеть под нее о том что вы рассказали кому-то о своей любви хоть лучше было смолчать, или наоборот оставили свои чувства при себе хотя единственно верным было бы выразить их...впрочем, я очень за вас рада, желаю вам всех возможных благ, можете поцеловаться если хотите. Этому совету я пожалую последую, - соглашается Мэтью и притягивает к себе Кэрри, - но в остальном это какой-то пугающе мрачный монолог, неужели же все обязательно должно быть настолько печально? Поскольку вместо того, чтобы слушать ее ответ он действительно принимается целоваться с моей подругой, Беки не находит ничего лучше,чем адресовать свою следующую реплику мне. Вот, - жалобно говорит она, - у всех все складывается как нельзя лучше, одна я так и буду всю жизнь сидеть под лестницей одна одинешенька. Никто не станет делать мне комплиментов, никто не поклянется мне в бесконечной верности до гроба и никто, никто, не пригласит меня на медленный танец, музыка к которому заиграет уже через несколько секунд ,и не признается мне в любви… Хочешь я признаюсь? – неожиданно для себя самой откликаюсь я. Ох, кто же тянет меня за язык? Я ведь ни в коем случае не хотела бы чтобы она узнала. А как шутка это глупо и неуместно. Да она ещё и наверняка догадается что это вовсе не шутка. Тому кто шутит не свойственна такая серьезная интонации, у того кто шутит не замирает так дыхание, тот кто шутит так не краснеет…впрочем, я же в маске, а она у меня изначально была красная. Может никому ничего и не видно? Начинает играть обещанная музыка к медленному танцу и какая то часть меня, отвечающая за то чтобы вести себя естественно ни смотря на то, что я только что сказала, решает что логическим завершением этой реплики будет всё таки пригласить ее на танец. Спасибо за столь щедрое предложение, - смеётся Беки, принимая протянутую руку,- но думаю от этой идеи лучше отказаться: ты слишком уж хороша: умница, красавица, лидер и музыкальный талант, только представь что такой посредственности как я пришлось бы как то дотягивать до твоего уровня не на время наших коротких бесед пару раз в неделю, а каждый день пока смерть не разлучит нас. Не думаю что я на это способна. Мы продолжаем медленно кружиться в танце, перед моим взглядом проплывают висящие на стенах маски, смеющиеся Мэтью и Кэрри, последний оставшийся на блюде капкейк, снова появившийся в зале Бен о чем-то болтающий с Алом, какая-то незнакомая мне пара в масках, расчерченных шахматными клеточками, и забытый кем-то на столике бокал с недопитым глотком вина на дне и на глаза мне наворачиваются слёзы. Хорошо что их не видно под маской.