Глава 10. Полезные знакомства

      Весна 675 года       Радис Сфета       — Да вот же у меня приг-ла-си-тель-ный! — повторяла я сотый раз, пока била тыльной стороной ладони по помятому листу. — Я же не с улицы пришла, мне специально бумагу выдали, чтобы у вас вопросов не было.       — Мы не можем вас пустить на церемонию, потому что вы в списке должников Королевской Канцелярии, — твердо говорил привратник, мягко жестикулируя. — Оплатите долг, и мы вас пустим.       — Чего, прямо взять и оплатить? — съязвила я.       — Да, конечно! Видите очередь картежников? Вам туда.       У меня не осталось слов. Привратник кивнул и показал жест пересчета бумажных денег — кровосос хотел взятку. Я оскалилась и покачала головой, мол, нет, ничего не получишь, и медленно, так, чтобы его алчная башка начала соображать, показала на свой пригласительный и отказалась уходить.       — Вы одеты мрачно. Это будто военная форма.       Я окинула себя взглядом. Приталенный жилет без рукавов, накидка попроще и штаны на свободный манер, чтобы носить с сапогами. Посмотрела за спину: там в очереди будто фруктовый прилавок выстроился. Аж в глазах рябило от безвкусицы.       — Мрачно? Это элегантно! И чины Анулейна это подтвердят.       Очередь начала возмущаться, а ближайшие гости и вовсе подумали, что я приехала из-за границы, и начали защищать мое право пройти дальше. Привратник, видимо решив, что скандал и взбучка от начальства не стоят взятки, которую он вымогал, махнул рукой и все же пропустил меня.       Залы встретили меня пугающим изобилием украшений, лепнины, банальных статуй и нарядов. Люди танцевали, пили и веселились. Все рамках принятого, к сожалению, и томное кружение в центре зала так и навевало дремоту. Это была ежегодная церемония, когда молодые маги из Корпуса создателей торжественно заступали на службу. В этот раз их было так мало, что событие совместили с еще каким-то поводом: сначала танцы и другие увеселения, а уже после подтянулись бы и создатели, завершая вечер.       Меня происходящее вообще не волновало. Ну какой смысл смотреть на изящные движения хрупких девичьих рук после очередного па? Какое мне дело до юбок с подолами, платочков и костюмом и разговоров ни о чем? За зиму мои усмеры со скуки наплавили столько стекла, что его не успевали покупать в Сен-Сфета. Брусчаткой можно было застелить половину дороги до столицы. Мой Корпус всем составом звали и в деревню углежогов, и на производство бумаги и красок. Вот это было интересно! Это занимало все мои мысли.       На этот прием я пришла прежде всего потому, что нужно было найти Наместника, поговорить о своих малых успехах как о крайне завидных, показать себя занятой и серьезной. Делать этого не хотелось до зубовного скрежета, но Мануиль настаивал, что мне жизненно необходимы полезные знакомства. Я металась по залу в одну сторону, в другую. На меня уже оглядывались гости, которых беспокоила моя суета. Когда я услышала, что Наместника, Мануиля и остальных важных персон еще нет, вздохнула, пристроилась спиной к колонне у фуршетного стола и опустила глаза в пол. Я обдумывала, как быстро я покрою долги, если мое поместье превратится в цех, а я — в рабовладельца. Чисто теоретически, разумеется.       — Госпожа Сфета? Не ожидал увидеть вас тут. Я думал, у вас полно работы в вашем Корпусе.       Я подняла глаза. Рядом стоял среднего роста мужчина. Шатен, волосы густые собрал на затылке в хвост, а пара прядок выбилась, то ли ради напускной нотки небрежности, то ли сами по себе. Одет как все, в руках бокал вина. Лицо у него было интересное: переносица выделялась слабо, подбородок массивный и красивые пухлые губы. Вот только взгляд незнакомца был неприятный — будто царапины по стеклу. У меня аж волосы на руках зашевелились, насколько смешанное впечатление произвел незнакомец.       — А вы, простите, кто? И откуда мы знакомы?       Он посмеялся. Достал зеркальце из кармана пиджака, глянул в него мельком и положил обратно. Вина отпил, а посмотрел при этом так, будто губами не к бокалу приложился, а к моей руке. Отрубленной.       — Мы не знакомы. Меня зовут Дарара, я видел вас в Палатах год назад и тех пор интересуюсь вашими успехами.       — Ну интересуйтесь.       — Не поделитесь ими?       — Не поделюсь.       — Интересная вы женщина, Радис, — сказал он.       Опять достал свое зеркальце, посмотрелся с одной стороны, с другой. Степень его самолюбования раздражала. На мое счастье, нас заметил Мануиль. Секретарь возник за спиной Дарары в компании какого-то светловолосого мужчины, и я как никогда была ему рада. Компании смешались, и мне стало не так тошно. Спутник Мануиля выглядел лет на пятьдесят, двигался он без особой прыти, хотя когда-то у него наверняка было в достатке и стати, и здоровья. Обычный уроженец северного Анулейна: скуластый, с ровный носом, со светлыми волосами. Иноземец из таких дальних краев здесь, на юге, был приметной диковинкой.       Мануиль представил его как господина Анъина Бирас-Ану.       — Вам будет что обсудить. Анъин хоть и безземельный господин, но когда-то руководил Корпусом создателей. Пока, к сожалению, его не сместили.       — Да, но репутацию не перечеркнуть одним поспешным указом, — усмехнулся тот. — Рад знакомству, Радис. Думаю, мы сможем помочь друг другу.       Закончив со мной, Анъин познакомился с Дарара. На этом я спокойно выдохнула — боялась, что судьба выкинет очередную шутку и пухлогубый шатен окажется нынешним руководителем Корпуса. Но нет, он был обычный маг-создатель.       — Не видел вас раньше среди воспитанников Корпуса, Дарара.       — Только недавно приехал. Меня прислали для обмена опытом из Анулейна.       — Какое забавное совпадение! У меня было так же, а потом я перевез сюда семью насовсем. И что вы, оттуда родом?       — Нет, мои родители родом отсюда, но перебрались в Ану около тридцати лет назад. Корпус того времени показался им бесперспективным.       — Досадно. В то время я только-только начал поднимать его с колен. Через пару лет они бы не захотели переезжать. Кстати, сегодня переговорил с Наместником. Мне кажется, мы завершили переговоры. Вполне вероятно, что скоро я верну себе управление Корпусом создателей, — говорил Анъин, и Дарара коротко, но торжественно поднял за это бокал. — Обещаю, госпожа Сфета, что, как только это произойдет, он перестанет приносить вам неприятности.       Я на секунду растерялась. Какие неприятности? О чем он говорит? Не успела задать уточняющий вопрос, а Мануиль, гад, тут же влез со своим бесполезным дополнением:       — Это будет правильно. Все же вы держите такую важную стратегическую точку, — сказал он, а потом увидел мое замешательство и трактовал его по своему. — Вижу, вы, госпожа Сфета, не посвящены. Дело в том, что Анъин держит Крепость Дграя! Это наш главный козырь в борьбе против долгожителей из степи. Основа нашей обороны.       Дарара усмехнулся и с каплей яда в голосе произнес:       — Из Корпуса вас выгнали, а крепость оставили. Можно сказать, что вы везунчик.       — У меня столько связей и столько знакомых! Я как будто никуда не уходил. Я заслужил безмерное уважение, и многие до сих пор ходят ко мне за советом. За годы в управлении я не растерял навык в магии и больше многих создателей знаю толк в стычках с ивенами. Мы не раз выходили победителями в самых тяжелых сражениях исключительно благодаря опыту. Пусть наши враги разменяли не одну сотню лет, но настоящих схваток они как будто не пробовали…       От его стрекота и полупустых фраз у меня кружилась голова. Этот вечный шум от его голоса, акценты и детали дергали мне нервы, как струны на гитаре. Я была готова даже вклиниться в разговор, только чтобы раздражение от монотонной горделивой речи откатило. Чтобы отвлечься, я внимательно рассматривала детали одежды и так увидела у Мануиля интересные запонки. Издали не понять точно, но камни были похожи на алмазы. Я так пристально смотрела на них, что Секретарь заметил это, смутился на секунду и завел руки за спину.       — Я слышал, что ту Крепость построили ивены сорок лет назад в рекордные сроки.       — Да, это так. Грандиозное сооружение. Не только как защита, но и культурно это настоящие сокровище. Особенно меня вдохновляют красные гравюры. Капальщики рисовали их теми же красками, которые использовали для своих бус. Вам стоит на это взглянуть.       Дарара улыбнулся, но из-за его странного вида уже не могла понять, серьезен ли он или все же издевается.       — Обязательно заеду к вам в гости, когда появится время, — кивнул Дарара.       — Я бы тоже посмотрела, — тут же вклинилась я напоследок.       — О, вы интересуетесь культурой? Что же, давайте нанесем друг другу взаимные визиты. У меня есть одно важное дело, и я бы хотел как-нибудь обсудить его с вами. Личного характера.       Согласилась. А куда деваться-то, если он и правда был такой значимой фигурой? Условились, что спишемся чуть позже. Я не понимала, в чем была проблема отойти в сторону и огласить хотя бы тему, которую он хотел поднять, но Анъин от такого предложения вежливо отказался.       Музыка резко затихла, танцующие в замешательстве остановились, оборвались разговоры. Привратник приподнялся на помост для музыкантов. Он завел длинную речь о том, что всем следует соблюдать спокойствие. Его слова оборвались грохотом магии и надрывным скоротечным криком перепуганных людей. Танцующие пары, остановленные на полушаге, разбегались в разные стороны от других гостей, которые воинственно поднимали руки с создательскими копьями. Еще кто-то зашел на помост, сталкивая оттуда побледневших музыкантов и привратника.       «Понабрал взяток, скотина», — пронеслась тут же мысль.       Я медленно встала перед Мануилем, а его толкнула чуть дальше, за колонну. Такой чиновник, как он, точно бы заинтересовал этих людей, а мне не хотелось проблем с новым Секретарем, если этого прилюдно казнят.       — Мы пришли сюда от лица истинных хозяев этих земель! — прогремел голос с помоста. Неизвестный ходил кругами, приковывая к себе внимание толпы. — Мы против Наместника, его сомнительных вложений и связей и считаем, что ради общего блага он мог договориться с ивенами, но пренебрег этой возможностью. Стране не нужен такой правитель. Однако мы понимаем, что благородные гости нам не враги, а лишь заложники ситуации. Мы обещаем вам безопасность, если вы не станете вмешиваться. Вы — свидетели исторического события, когда решается судьба вашей страны…       Мануиль потянул меня подальше за колонну, наклонился и прошептал, заставляя почувствовать его дыхание на собственном лице:       — Настоящие бойцы сейчас во втором зале, пробиваются к Наместнику. Надо что-то делать…       Я выглянула из-за колонны и начала прикидывать, есть ли у меня вообще шансы. Мне на глаза попались четыре мага, но я была уверена, что в толпе точно спрятались и другие. Первый, кто завяжет с ними драку, обречен получить создательским копьем между лопаток. Мануиль своими пафосными требованиями толкал меня на смерть.       — Радис, что ты стоишь?! — стыдил меня Секретарь, перебивая речь с помоста. — Это твой долг! Это…       По залу раскатился новый гром, а вместе с ним хруст и скрежет, вопли и крики. Паникующие неслись кто куда. Мужчины то бросали дам, то тащили их в сторону всеми правдами и неправдами. Создатели, как взбешенные звери, начали швыряться иглами не глядя. Я рухнула к подножью колонны и стала ждать, когда это безумие закончится. Секретарь приземлился рядом, но он схватил меня за локоток, готовый мной то ли прикрыться, то ли швырнуть в центр сражения.       Через жалких две минуты со всем было покончено. Наши создатели победили создателей чужих. Они докидывали друг в друга последние иглы с редким грохотом и звоном. Как все закончилось, так подоспела и стража. Все забегали и засуетились, а нас так и оставили в окружении раненых и напуганных. Новых знакомых рядом не было — видимо, вместе с остальными они кинулись спасать действующую власть.       Я подошла к едва уцелевшему фуршетному столу. Почти все было разбито, осколки стекла засыпали еду. Часть блюд сдернули вместе с краем скатерти. Свечи, которые там стояли, попадали, подожгли декор и тканевые салфетки. Из всего этого безобразия я вытащила полуразбитый графин с водой и чудом уцелевший бокал.       — Что ты делаешь?! Я спрашиваю, что ты делаешь?       Мануиль вдарил мне по руке, едва я успела сделать парочку глотков. Бокал улетел на пол. Звук от разбитого стекла заставил кого-то перепуганно вскрикнуть — уж больно это было похоже на треск создательской игры.       — А что вы предлагаете? Кинуться следом за стражей? Спасать Наместника?       — Именно!       — Сейчас создатели с той стороны намертво поставили щиты, чтобы до них никто не добрался. Создатели с нашей стороны поступили точно так же. Они так днями могут стоять. При всем желании я не смогу ничего сделать одна, а других усмеров тут нет.       — Ты создавала свой Корпус как защиту от ивенов! Ты обязана с ними бороться. Мне плевать на твои отговорки. Если ты сейчас же не предпримешь меры, то я доложу об этом как об измене.       Мне было интересно, а кому же он доложит, если Наместника все же прибьют.       Я примирительно подняла руки.       — Не получится у меня пройти через два ряда щитов. В ту комнату, где сейчас Наместник, есть другие входы? Нет ли тайной тропки?       Мануиль начал жаться и кривиться. Нормальных путей не было. Два коридора, и даже из зала мы видели, что все так, как я сказала, — создатели встали намертво. Наших магов тоже подгоняли туповатые командиры, но едва ли они проходили шаг без щитов, как им тут же прилетало. Секретарь, наблюдая за этим, скривился и наконец признался:       — Есть тайный коридор недалеко отсюда. Пойдём.       Он провел меня через забитую людьми галерею в небольшую кладовку. Там, за искусственной стеной, он нашел невысокий темный лаз. Я глянула в черную дыру перед собой и начала подыскивать, чем бы освятить дорогу. Потребовала у Мануиля его запонки с алмазами для света, тот нехотя их передал. Я положила драгоценности на ладошку и начала тихонько водить по крохотным граням кончиком среднего пальца.       — Если в драгоценный камень правильно влить магию, то он начинает светиться. Вы знали? — отвечала я на расспросы Секретаря. — Сейчас, еще немного.       Предвкушая мягкий, чистый свет, я добавила еще чуть силы. Вот только бриллиант распался в труху, которая, потрескивая, вывалилась сначала с оправы, а потом с моих рук на пол. Мануиль гневно глянул на меня, я чуть презрительно на него.       — Ты что, растерла в крошку мои бриллианты.       — Это стекло.       — Да? — неправдоподобно удивился он. — Я был уверен, что он…       — Чтобы осветить нам путь, нужен либо драгоценный камень, либо факел.       Мануиль тут же за пару фраз уговорил какую-то женщину поблизости, по талию перепачканную в крови, отдать ему ненадолго подвеску с изумрудом. И вот этот камень и правда засветился как нужно. Молча мы прошли по старым коридорам. То ли это была часть канализации, то ли просто кто-то издох, но от вони слезились глаза. Иной раз было так узко, что плечи не расправить. Все ощущения подсказывали, что они попали в длинную темную кишку, выход из которой виделся совсем не вдохновляющим. Дышать было нечем, и как будто кружилась голова, и я волей-неволей представляла простор Мертвой степи — там хотя бы и жутко, но просторно и дышалось полной грудью.       — И много таких тайных ходов в Палатах? — заговорила я, когда испугалась, что вот-вот потеряюсь оттого, как давят на меня потолок и стены.       — Много. Но как только поняли, что враги знают про эти коридоры, так все снесли.       — Какие враги? Ивены?       — Да, именно они.       Оглянулась на Мануиля. Мне хотелось увидеть лицо, чтобы понять его тон: что же такое он вложил слова, раз меня это так насторожило? Но я увидела только грубые рубленые тени от изумруда и пугающие блики в глазах.       — А это место почему оставили?       — Бесполезный ход из одного торжественного зала в другой. И к тому же часть канализации.       Я мысленно похлопала себе — угадала же!       По одному ему известному признаку Мануиль остановил меня. Вместе мы отодвинули первую заслонку, вторую, и я стала выбираться. Передала Мануилю назад вазу, которая мешала мне пролезть, и выглянула. Я была в полутора метрах от пола, если не больше. Двое в потрепанных костюмах сидели на корточках в центре коридора, они не обращали ни на что внимания. Да и шум от борьбы магов перекрывал все наши мелкие шорохи.       Размяв кисти, я уцепилась за край лаза и осторожно спустилась вниз. Мануиль высунулся следом, но я вдавила его голову обратно. Видимо, так обезумел от вони, что был готов сам со своими слабенькими ручками кидаться на врагов, только бы дышать нормальным воздухом. Я подманила его ближе и шепнула, чтобы он шел обратно и предупредил наших о моей небольшой диверсии.       Оглянулась и стала медленно, спокойно идти к магам, будто я своя в их хитром нападении. Будь я врагом, то кралась бы на цыпочках, а не прогуливалась, верно? Надеялась, что хотя бы издали кто-то в коридорах не обратит на меня внимания, пока не увидит в деле. Когда я подобралась на расстояние десятка шагов, мне стали слышны их разговоры.       — Мы тут на вечность застряли или как? Чего они там копаются?       — У Наместника окопался какой-то создатель.       — И что, они вдесятером одного мага прибить не могут?       — Одного — зато какого. Это тот самый маг, который сидит в Крепости Дграя с непробиваемым щитом. Старый, а сильный, скотина!       — Он же не может сидеть там вечно.       — А мы не можем сидеть вечно тут!       Еще один шаг. Казалось, сердце бьется слишком громко и его вот-вот услышат. От волнения чуть ли пальцы не сводило. Я заставляла все мысли о возможном крахе утихнуть и не мешаться, не кидаться поперед дороги, не красть у меня решительность и стремительность. И вот в момент, когда до противников было не больше пары шагов, я кинулась на них. Пальцами я впилась в их глотки спереди и выпустила порыв. От магии у них все свело, не вырвалось ни единого звука. От боли они потеряли сознание, выгнулись. Маги начали валиться вперед, и я едва удержала их, чтобы они легли на пол потише. В два прыжка я оказалась в тени и оглянулась, не заметил ли меня кто-нибудь. Никто не поднял тревогу.       Казалось, у меня был выбор: пойти защищать Наместника или помочь страже Палат прорваться через магическую баррикаду. На самом деле выбора у меня не было: как бы ни хотелось Мануилю, но я не прикончу десяток создателей, который наседают на барьер Бирас-Ану. Я осторожно, тихонько отправилась в сторону приемного зала. От одной темной ниши к другой, благо окон не было. Меня, будто мотылька, манил свет магических вспышек из-за поворота.       Я осторожно выглянула. Там водяными бликами мерцал голубоватый щит от пола до потолка, и на его фоне темные фигуры бродили в разные стороны и делали пассы. Как назло, все стояли в кучке, никто не отбивался от остальных, они постоянно оборачивались, разговаривали и были настороже. Я следила за жестами, которыми они помогают себе творить магию, как держатся: напряжены, даже плечи не могут опустить, смотрят только перед собой и на руки. Они словно не чувствовали, как затекают их ноги, и не шевелились, чтобы разогнать кровь, будто мощь общей магии, общего всемогущего щита их очаровывала. Кто-то стоял по стенам, то ли отдыхая, то ли наблюдая за обстановкой, но я все равно оставалась для них незамеченной.       С моих губ сорвался вздох облегчения. Это не опытные маги, а недоучки какие-то! Жалкие, очарованные своей миссией или обещанием, но переполненные самоуверенностью, иначе бы не занимались подобным. Это была моя самая ненавистная порода создателей, ведь они не замечали изъяна своей исключительности. Я на секунду ощерилась — вспомнила, как сталкивалась с подобными в Академии и как против них драться.       Опустила руку вдоль тела, приложилась затылком к стене. Раз. Один порыв замкнулся. Следуя моей воле, он кружился вокруг запястья, где-то возле ладони. Отпущу на секунду, и он расцепится, улетит, как слетевшее с оси колесо. Два. Еще один такой же, будто петелька в нити силы. Три. Петли каждый раз удваивались, и держать все под контролем становилось невообразимо трудно. Еще парочка. В Сен-Сфета я на этом останавливалась — пять витков хватало, чтобы подпалить два десятка наемников. Добавила до семи. Вся рука заболела так, будто в кость впились спицы и перекрутили. По каждой крохотной мышце пробегали судороги, зуд и уколы ноющей, неутихающей магии.       Я вышла из-за угла и задержала дыхание, чтобы магия не спалила там воздух. Хлопок как для молнии. Ладонь в сторону рядов небрежных врагов.       Магия, будто бешеное животное, кинулась вперед. Невнятное месиво из молний, искр, свечения и рокота. Оно влетело в тело первого создателя, следом во второго, который стоял на одной линии. Их опалило, волосы и одежда загорелись. Они побросали свои части щитов и вцепились в лица и глотки. Моя магия сожгла весь воздух на два метра вокруг и опалила все от ноздрей до легких жаром. Секция щитов начала крошиться и оседать.       Они растерялись. Уцелевшие с ужасом смотрели на мой силуэт, подсвеченный магией. Создатели не кинулись защищать друг друга, не поддержали оседающий щит. Они в испуге закрылись в своей полупрозрачной скорлупе и чуть в штаны не наделали. А у меня не было сил на быстрые удары после такой атаки! Я кинулась обратно за угол, со слезами прижимая к груди руку, и взмолилась, чтобы на той стороне защитники Палат наконец-то начали атаку. Десяток секунд я была уязвима.       Создатели за углом перераспределились, кричали о помощи раненым, о поддержке и чтобы кто-то отправился меня убить. Кинулась прочь оттуда как только смогла. Через несколько секунд туда вылетели две пары бойких магов: одни щиты держали, а другие из-за них палили. Я кувыркнулась вперед, приземлилась как получилось и не глядя швырнула вспышку. Это был не удар, а световая пугалка. Создатели с перепугу выдали плотные щиты, и их напарники с иглами на изготовку так в них влепили, что те разбились в крошево.       Я кинулась на самого растерянного, вцепилась ему в живот и выпустила порыв. Красное, мягкое и мерзкое залило мне кисть. Его товарищи замерли с занесенными иглами — не решились метать их, боялись навредить своему. Я бросилась к щитоносцу, правой рукой вцепилась в его ладонь, крутанулась и со всей силы влетела локтем в челюсть.       Сердце отмеряло удары. Я теряла время. Чувствовала, как не успеваю, как смыкаются у меня на глотке клыки смерти. Два создателя, пусть и неопытные, размажут меня.       Я на удачу кинулась на того, что был спереди. И удача мне улыбнулась.       Создатель метнул в меня иглу. Быстро и собранно. Она влетела в выставленную правую руку. Кроха порыва в моей ладони не остановила снаряд, но он треснул и ослаб. Кожа и мышцы кисти превратились в один пучок боли, будто мне туда забили десяток гвоздей. Маг, не ожидавший вспышки у самого лица, замешкался, я вцепилась ему в кадык, неуклюже подсекла, и он упал на колено. Я запрыгнула за спину создателя и уставилась на последнего мага в их компании. Левая кисть была словно не моя, поэтому я зажала создателя лишь предплечьем, заставив его перепуганно задрать голову и ахнуть.       — Руки перед собой вытянул, а то голову оторву. Живо!       Мой пленник подчинился. Затих. Я получила драгоценную передышку. Но полминуты спустя он осмелел.       — Да она выдохлась! Она в обморок сейчас упадет.       — Заткнись! — рыкнула я.       Пленник дернулся назад. Мой порыв разорвал ему плоть и кость, оставив одни лишь лоскуты. Его голова прокрутилась немного, а потом свалилась вниз, остатки мышц оторвались, и она свалилась на пол. Последний создатель на мгновение потерял дар речи, швырнул в меня магией и тут же закрылся щитом. Я свела ладони и с близкого расстояния начала засыпать его молниями. Без хитрости и подхода, мне хватало силы воли только на это. Из-за немеющих рук выходило паршиво, но остановиться нельзя — иначе уже не смогу ничего сделать.       От щита отлетал осколок за осколком, противник за секунду сбросил его. Он швырнул иглу: попал в бедро, и у меня на секунду отнялась нога от пятки до таза. От моей молнии его начала трясти как в припадке. Прихрамывая, я подошла к нему и ударила раскрытой ладонью в нос. Такая мелочь оказалась решающей.       Я стояла посреди бойни с потрохами и оторванной головой и слушала звуки битвы вдалеке — стража Палат наседала на щиты. Победа была не за горами. Под гул крови в ушах я поняла, что был велик шанс получить от своих, а спрятаться где-нибудь я не успею. Села на задницу прямо посреди бойни, недалеко от оторванной головы, и, к счастью, лицом она лежала в другую сторону.       Меня не покидали мысли о том, как глупо погиб этот человек. Он кричал об обмороке, потому что если бы я и правда была создателем, то от такого потока ударов точно свалилась бы с ног. Не догадался, что я усмерка. В глаза не видел таких, как я. Из-за этого казалось, что в схватке со мной у них не было настоящего шанса на победу, и мой уставший ум искал в этом какую-то иронию. Мне хотелось посмеяться, чтобы обесценить ужас, который сделала собственными руками.       Кривая, неприятная улыбка, от которой заболело пол-лица. На щеках и губах появилась стянутость, и я начала тереть те места тыльной стороной ладони, избавляясь от корки чужой крови.       Я не ошиблась. Скоро меня окружили свои. Создатели держали снаряды на изготовку, а мне почему-то не удавалось ничего крикнуть. Мануиль их остановил. Остальные двинулись вперед, а меня, уставшую, подняли на ноги и повели рядом с Секретарем.       — Чего вы сразу не атаковали, когда щиты посыпались? — спросила я.       Мануиль ответил что-то про поиск командиров. Мне уже было, на самом деле, без разницы.       Стража Палат снесла магов, которые наседали на Бирас-Ану. Изможденный старый создатель не иначе как мировым усилием держал огромный купол. Такой плотный, с четкой линией петель и зацепов, что я залюбовалась. Такое не пробить десятком мощных ударов. Оно вообще казалось вечным. Волей-неволей я прониклась уважением к мужчине, что он разобрался в подобной магии.       Едва нападающие пали, как он снял свой купол. Многослойный стеклянный шелест заполнил комнату, захватил эхо и перебил все разговоры и стоны раненых. Сам Бирас-Ану, встретившись взглядами со мной и Мануилем, свалился без сил. В тот самый обморок, который предвещали мне.       У меня пронеслась мысль, что Секретарь и правда преподнес мне полезное знакомство.