Chapter 7. A dream of spring.

Лёгкий каблук дуэльных туфель Эллы цок-цок-цокал по каменному полу, пока она спускалась в подземелья на вечерний урок. Это было её первое занятие в новом учебном году, и она с нетерпением его ждала. Всё лето она продолжала заниматься с частным наставником, но это было не то же самое, что обучение у Дамблдора. Ее спортивная одежда в настоящее время была прикрыта тонким, облегающим свитером. Она планировала вскоре его снять, но сейчас он защищал её от прохлады подземелий по пути в зал для дуэлей. Элле не разрешалось участвовать в официальном школьном дуэльном клубе — учитывая её частные уроки, это сочли бы неспортивным, — так что она бывала здесь только на индивидуальных занятиях. — Добрый вечер, Элла, — поприветствовал её профессор Дамблдор, когда она вошла в потрёпанный дуэльный зал. Знакомый запах этого места был словно призыв к оружию, наполняя ее предвкушением. Плесень, пот и свежий мятный аромат, который не мог его скрыть. Комната носила шрамы сотен и сотен дуэлей, оставленные неотремонтированными как напоминание студентам об опасностях дуэлей. — Добрый вечер, профессор. — Надеюсь, лето прошло приятно? — Да, сэр, спасибо — мы ездили в Уэльс. — Далеко от Континента, — заметил Дамблдор, в его глаза мелькнула искорка веселья. Древние, знатные семьи из «Священных двадцати восьми» редко проводили лето без визита на Континент. Элла рассмеялась. — Моя мать выросла в Уэльсе, сэр. Я думаю, это прекрасно. — Полностью с тобой согласен. — А вы, сэр, чем занимались летом? — спросила Элла, уверенная, что переступает черту, но она слышала слухи о Грин-де-Вальде и ей не терпелось узнать, упомянет ли о них Дамблдор. — Я занялся маггловским вязанием, — радостно ответил он. — Надеюсь, к зиме закончу большое одеяло. В этом ответе не было того рассказа о жестокой битве, на который надеялась Элла, но она попыталась скрыть свое разочарование. — Надеюсь, вы позволите мне взглянуть на него, когда он будет готов, — ответила она, и Дамблдор улыбнулся. — Скажи, Элла, ты думала над тем, о чём мы говорили в прошлом году? Сердце Эллы забилось быстрее. Именно об этом она размышляла всё лето. — Вы имеете в виду — поиска у Народа информации о моём проклятии, сэр? — Да. Министерство магии, несмотря на всю свою мудрость и доблесть, всё же состоит из людей, и я сильно ошибаюсь, если знаю хоть один пример того, как колдовство или волшебство преодолели проклятие фей. — Нет, сэр, и я не верю что когда либо такое случалось. И да, я думала об этом. Я хочу попробовать. Хотя, признаться, не представляю, что делать, когда туда попаду, — призналась она. — Я знаю, вы предположили, что они могут заключить со мной сделку, но разве проклятия действительно подлежат торговле? И знаете ли вы, как попасть в Иной мир? — Среди Народа все подлежит обсуждению— за определённую цену, — ответил Дамблдор. — Что касается того, как ты можешь попасть в их земли, то есть Дверь. Известны случаи, что смертные проходили через неё - правда обратные путешествия, по общему признанию, случаются реже. — Значит, я могла бы поехать и попробовать договориться с ними? — Это возможно. И я думаю, это наш лучший шанс на успех. — Мне нечего им предложить, кроме золота, но я не думаю, что они будут в этом заинтересованы... — Нет, но не торопись предполагать, что у тебя нет для них никакой ценности - они очень капризные люди, и их обычаи нам не понять. Может быть, они просто обменяют твое проклятие на то, которое покажется им более забавным, - сказал он. Элла задумалась. Неужели всё может быть настолько просто? И в то же время — так чудесно? У неё есть причина посетить Волшебную страну, под защитой могущественного наставника… Перед её мысленным взором распахнулся Остров Яблонь — сказочный пейзаж вечной весны, настолько богатый древней, глубокой магией, что урожай рос даже без смены времен года, и поговаривали, что никакое увядание не коснулось этого королевства, которое было бессмертным местом, всегда цветущим. — Это, разумеется, не будет увеселительной прогулкой, — мягко заметил Дамблдор, будто читал её мысли. Элла смутилась. — Конечно, нет, сэр, — виновато ответила она, стараясь выглядеть серьёзной и взрослой. Дамблдор взглянул на неё поверх своих очков-полумесяцев. — Я предлагаю это только как последнее средство. Проход становится доступен смертным благодаря свету Лунного Цветения — которая выпадает всего за несколько дней до твоего дня рождения. Я надеюсь, что к тому моменту мы найдём другое решение. — Но вы не думаете, что найдём, да, сэр? — Нет. Но пойми: это не будет весёлым приключением, Элла. Элла почувствовала, как в ней зашевелился страх от строгости его предупреждения, но было трудно всерьёз бояться, особенно когда она знала, что Дамблдор будет с ней, каким могущественным он был. Внезапно Эллу посетила обескураживающая мысль. — Думаю, мои родители будут недовольны… — Несомненно. Но если к Лунному Цветению мы не найдём другого выхода, я думаю, страх, возможно, сделает их более открытыми к альтернативам. Страх — мощный мотиватор. А теперь, Элла, давай вернёмся к нашему занятию, — сказал он. И они так и сделали. Позже, когда Элла шла в ванную, она не могла не думать с радостью и удивлением об Ином мире, и, погружаясь в воду, ей чудилось, что аромат розового масла для ванны - это весенний бриз Авалона, а когда мылась, она думала об озерах, таких глубоких и чистых, что плавание по их поверхности похоже на бескрылый полет, а вода - невидимая опора, сквозь которую можно ясно увидеть свою тень на каменистой земле далеко внизу, или так говорилось в песнях.