Глава 15. Фарфоровый осколок

США, штат Нью-Мексико, Альбукерке, 2001 г. Когда падаешь в пропасть, можно попытаться взлететь. Но если ты сама туда прыгнула, какой смысл бороться? Ариана лежала в кровати, невидящим взглядом уперевшись в потолок. Жесткий матрас как будто впивался в позвоночник девушки, а свет уличного фонаря издевательски светил прямо в лицо. В ушах сначала звенело, но затем назойливый звук прекратился, давая пространство убивающей изнутри тишине. Эта тишина была не мирная, не та, что ты ощущаешь, когда остаешься один на один с собой дома, после праздничной мессы и Евхаристии. Эта тишина как плотоядный червь разрывает сердце и все внутренности, пробираясь по телу, оставляя за собой лишь гниющие зловоние. Такая тишина накрыла Ариану. Она и не знала, что ей может быть настолько невыносимо плохо. Ненависть к себе казалась даже более сильной, чем ненависть к Лало. Ее корежило каждый раз от воспоминания о том, что она с ним переспала. Она сжимала бедра, будто защищая себя от мысленного вторжения этих воспоминаний, пытаясь забыться, скрыться от правды. Все казалось страшным сном, злой шуткой, полуденным ужасом. Ариана не могла понять, почему ни разу не допустила мысли о том, что перед ней Лало Саламанка, а не Эмилио. Почему в ее голове ничего не щелкнуло. Она прокручивала массу вариантов, когда ощущала дежавю, но единственно верный — не всплыл в ее сознании. Теперь, когда она знает правду, ей не по себе от всего того, чем она делилась с мужчиной. Ариана раскрыла ему самые сокровенные тайны и страхи. Он буквально выведал у неё все — даже боль из-за смерти отца, которой она поделилась с ним, теперь была известна ему. Казалось, что он проник в ее сознание, тело и даже сосуды — по венам словно бежала не просто кровь, а какое-то темное вещество, убивающее девушку изнутри. Ариана повернула голову набок и кинула взгляд на полку с крестом. Сердце сжалось от боли и стыда. Она предала Того, Кто никогда не предаст. Она переступила через то, во что так верила. Несколько недель — всего лишь! — а сколько всего изменилось? Она потеряла все силы. Казалось, что из неё высосали всю радость, оставив ее лежать в безжизненном теле, чтобы сквозь мутное стекло наблюдать за происходящим. Как теперь ей причащаться? Имея столь сильный грех на душе? Как пойти на исповедь — ей еще никогда не было так  стыдно, как сейчас! Ведь раньше она не совершала ничего подобного.  Но хуже этого — что теперь ей предстоит делать для Лало? Она понимала, что даже если установит это устройство, которое, как она поняла, являлось прослушивающим, — Лало не оставит ее в покое. И Ариана не знала, что ужаснее: выполнять поручения на благо наркокартеля или давать пользоваться своим телом. От мысли, что даже после того, как он раскрылся, он продолжал делать недвусмысленные намеки, продолжал целовать и трогать ее, Ариану затошнило. Стрелка часов близилась к трем часам ночи — а сна ни в одном глазу. Рука потянулась к мобильному, но девушка тут же осеклась. В ее сознании вдруг всплыло воспоминание: время на часах мобильника сбилось, из-за чего она прибежала к миссис Батлер раньше назначенного времени. Ариана свела брови — впервые с момента, как она вышла из квартиры Лало, на ее лице проявилась эмоция. Ей вдруг стало понятно, что Лало, вероятно, изучил весь список контактов Арианы. Возможно, он делал что-то еще, например, запрашивал всю информацию у оператора по звонкам, автоответчику и прочее… Скорее всего его интересовали разговоры с Хосе и с мистером Фрингом. Что ж, здесь Ариана была собой довольна. Она невесело усмехнулась, подумав об этом. Ведь единственное, что она реально сделала правильно, — свела свое общение с братом к абсолютному минимуму. Лало даже не смог ничего откопать. Она снова повернулась на другой бок и закрыла глаза. Ей вдруг вспомнился один из самых нежных моментов в ее жизни: Эмилио, то есть, конечно, Лало обнимает ее, и она засыпает под тихое звучание фильма. Горячим льдом вонзилось в сердце это воспоминание и заставило девушку всхлипнуть. Она ощутила, как комок боли разрастается в груди и прорастает корнями в самых отдаленных уголках ее души. Как же ей теперь жить с этим? — Утро добрым не бывает? — Мария наливала кипяток в кружку с заранее насыпанным быстрорастворимым кофе. — Да уж… — Ариана грустно улыбнулась и решила взбодриться тем же напитком. — Знаешь, я думаю, это к лучшему, подруга… — девушка отпила кофе. — Давай просто забудем эту историю? Будто никакого Эмилио в моей жизни не было, ладно? — Ариана умоляюще посмотрела на подругу, надеясь на ее благоразумие. — Окей… Но… Тебе придется взамен дать мне что-то очень важное и… нужное! — Мария хитро улыбнулась и открыла холодильник, который, как и обычно был заполнен газировками, открытыми упаковками тостового хлеба — каждый из соседей покупал его для себя отдельно — и самым дешёвым плавленным сыром. — Дай угадаю… Ты хочешь то колье? — голос Арианы звучал так устало, что Марию это задело. — Эй! Нет, ты что! Я… я вообще-то я не такая! Как тебе вообще это в голову пришло! — она закрыла дверцу холодильника громче обычного. — Ладно, извини… я просто почти не спала. В голову ничего не лезет. Что ты имела в виду? — Ариана отпила кофе и вздрогнула, обжегшись горячим напитком. — Рианчик, ну пожалуйста! Пожалуйста! — Мария сложила ладони вместе, умоляя подругу. — Ну что?! Ты хоть скажи, я же не умею читать мысли! — Ну номер телефона твоего брата! — она сделала такое жалобное лицо, что, кажется, самый бесчувственный прохожий дал бы ей пару долларов на пропитание. — Да блин, Мария! Я же сказала, это исключено! Он… Он в наркокартеле, понимаешь? Бандит. Убийца. И прочее! — Ощущение, что ты просто мелкая вредная сестра, порочащее имя прекрасного… Как его зовут? — Никак! — Ариана поспешила в ванную комнату, которая только что освободилась. — Эй! Тогда всю жизнь буду припоминать Эмилио! — вдогонку кинула расстроенная Мария. Ариана хлопнула дверью, повернула щеколду и, оперевшись спиной, скатилась на пол, закрыв глаза ладонями. Плакать не было сил. Сил вообще не было ни на что. Но сегодня ей предстоит выполнить задание Лало, несмотря ни на что. Ариана приехала на работу раньше обычного. Войдя в помещение, ей стало все время казаться, что кто-то за ней следит. Будто всем известно, что она намеревается сделать. Будто ее мысли витали в воздухе на облачке прямо над головой, как в комиксах: «Как же подложить эту штуку Фрингу?» Конечно же, дверь в кабинет была закрыта. Густаво никогда не забывал закрывать ее перед уходом. Вряд ли вообще существовало что-то, о чем он в принципе мог забыть. Если бы только Лало дай больше времени… Но уже этим вечером она должна была явиться к нему в квартиру, чтобы рассказать, как выполнила задание. Рабочий день был таким же, как и всегда: она все еще заменяла Лайла, новый повар смог довольно быстро влиться в работу, поэтому вопросов не возникало. Когда стрелка часов неумолимо приблизилась к трем часам дня, а Ариана в который раз протерла подоконники и проверила наполненность отсеков с напитками, она краем уха услышала, что в кабинет мистера Фринга зашел немолодой мужчина. Краем глаза Ариана отметила лысину и, кажется, несколько оттопыренные уши. Она уже видела этого мужчину пару раз на прошлой неделе, но не придала этому значения, однако в этот раз он почему-то привлек ее внимание. Может, потому, что слишком уж зачастил он в гости к Фрингу, а может — что-то внутри неё подсказывало, что это не просто знакомый начальника. Ариана стояла в проходе, разглядывая луч света, падающий из-под двери кабинета мистера Фринга. Она не подслушивала: во-первых, было слишком шумно, чтобы что-то услышать, во-вторых, совесть, чей голос она пока что слышала, шептала ей, что лучше бы Ариана не слышала никаких разговоров Фринга с кем бы то ни было. Ведь если Лало взялся за Фринга — а еще неизвестно, как они с ним на самом деле связаны —, то он точно будет эксплуатировать все возможности девушки: проследить, подслушать, подглядеть и затем доложить обо всем.  Ариана понимала, что лучше бы ей включить режим «не вижу, не слышу, не говорю». По крайней мере, она не сможет ничего сказать, если в действительности не услышит и не увидит чего-то, что может понадобиться «сучьему Лало». Девушка очнулась от размышлений, когда дверь кабинета раскрылась и из неё вышел тот самый лысый мужчина. Он пересекся с ней взглядом, ей показалось, что он задержал его на ней чуть дольше, чем полагается незнакомцам, проходящим мимо друг друга. Она не успела толком рассмотреть его, но седая борода, грустный и жесткий взгляд, крупный нос и морщины на лбу хорошо запомнились ей. Ариана подумала, что это бывший военный или полицейский, по крайней мере, в его взгляде было нечто похожее на военную выдержку. — Мистер Фринг, — обратилась Ариана, зайдя в кабинет начальника, натянув улыбку и постаравшись расслабить напряженные от волнения плечи. Жар все равно прилил к лицу, когда она собралась бессовестно соврать, лишь бы уличить момент и выполнить задание. Задание, которое она ненавидела, но которое не могла не выполнить, ведь на кону — жизнь ее брата, да и ее самой, хотя последняя не волновала ее на столько же сильно, как первая. — Да, Ариана, все в порядке? Ты отлично справляешься с работой, — безупречная белоснежная улыбка озарила ее, и сердце дрогнуло. — Спасибо, мистер Фринг… — она отвела смущенный взгляд. Но это смущение было не от его слов, а от совести, чей голос все еще не стихал и колол ее в самое сердце, когда она осознавала, на что оказывается способной, когда дуло пистолета приставлено к голове родного человека. — Закрой дверь, есть разговор, — не переставая улыбаться, мистер Фринг кивнул в сторону двери и внимательно проследил за тем, как Ариана подошла к ней и закрыла ее. Она едва заметно сжала и разжала ладони, ощущая, как они стали влажными. — Присядь, Ариана. Сердце продолжало биться все сильнее, в ее план совершенно не входила внезапная беседа на непонятную тему с начальником. С другой стороны, может, это шанс? Нужно только придумать, как отвлечь Фринга. —  Ариана, я думаю, самое время обсудить то, что я хотел. Ты отлично справляешься со своей работой в качестве управляющего. Признаться честно, я даже подумывал перевести Лайла на другую точку, чтобы дать тебе возможность продолжить работу в должности управляющего. Девушка напряглась сильнее, она продолжала натянуто улыбаться, чтобы не раскрыть свое переживание. — Однако я понимаю, что ты создана не для работы в кафе. Твое призвание медицина. Я хотела бы предложить тебе пройти практику в одной из больниц Альбукерке, которую я спонсирую. И если ты будешь и дальше демонстрировать успехи в учебе, то я смогу гарантировать тебе там рабочее место. Странное настроение девушки не ускользнуло от внимательных глаз начальника. — Что-то не так? — он слегка нахмурился и подался вперед. Несколько секунд она просто смотрела на Фринга, в его глаза, но взгляд был не сфокусирован, девушка пыталась придумать хоть что-то. Эта новость была так не кстати и не вовремя. Если бы только он сказал об этом раньше. Если бы только она никогда не знала Лало… Ей хотелось разрыдаться от несправедливости мира. От того, что на ее хрупкие плечи легла такая ответственность. Что именно от неё почему-то всем было что-то надо. И этот Лало. Сучий Лало. Чтоб он сдох… О, Господи, какой ужас, что она такое думает? Какой грех желать смерти… Казалось, в эти мгновения колебаний мистер Фринг смог проницательно разглядеть в лице девушки смятение и боль. На идеально прибранном столе мистера Фринга стояла лампа, рамка с фотографией, две папки с документами и фарфоровая чашка с недопитым кофе. Чашка, кофе. Чашка. Кофе. Венка запульсировало в виске Арианы. — Я… — начала Ариана, не дав начальнику первым прервать молчание. — Это просто замечательно! — на глаза ее навернулись слезы — вполне искренние, но в них была не радость, а боль и страх. Девушка резко встала, стараясь показать безмерную радость. Она рывком дернулась в сторону начальника, переваливаясь через стол, неуклюже, будто действительно вне себя от счастья. Опешив от столь бурной реакции, Густаво одернулся, не дав Ариане притянуть его в объятия. В это мгновение то ли его рука, то ли ее коснулась чашки, и та полетела с громким звоном на пол. Осколки разлетелись под стол и стул, недопитый кофе расплескался. Девушка ахнула и попятилась назад. Она виновато посмотрела на Фринга. Его лицо выражало смесь раздражения, удивления и даже смеха. Вся эта ситуация, судя по всему, показалось ему даже забавной, что для Арианы было странно. Мистер Фринг встал из-за стола, оказалось, что кофе плеснул и на его рубашку. — Ой, простите! Простите, мистер Фринг! — Ариана не стала упускать возможность и кинулась под стол, чтобы собрать осколки. — Ничего, — сухо ответил начальник, направившись к раковине и зеркалу в углу комнаты. Девушка собирала осколки и судорожно высматривала, куда прикрепить то самое устройство. Она выбрала единственно возможный в ту секунду вариант — выемка на внутренней стороне деревянного стола: достаточно близко, чтобы было слышно, о чем говорят, но и незаметно, чтобы Фринг не обратил на него внимания. Она успела нажать на кнопку включения, когда Густаво подошел к ней и помог собрать остальные осколки. — Мистер Фринг, я… Я очень благодарна вам… Простите за рубашку, — она виновато потупила взгляд. — Не переживай, у меня их много, — он положил руку на ее плечо и взглянул в ее глаза, когда она подняла их на него. В это мгновение ей показалось, что мужчина все знает. Будто бы в его взгляде сквозила жалость, смешанная с осуждением и снисхождением. Ариана тут же отбросила это наваждение, стараясь успокоиться: самое главное уже сделано. Она слегка сжала ладони, забыв, что все еще держит в руке осколки чашки, и вздрогнула, почувствовав, что один из них вкололся в мякоть ее ладони. Ариана тут же бросила то, что осталось от чашки, в урну, и посмотрела на руку. Кровь стекала по ладони красной дорожкой, рана была неглубокая, но почему-то кровь долго не останавливалась, хотя она уже минуту держала руку под холодной водой. — Ариана, я помогу обработать рану, — произнес Фринг над ее ухом. Она хотела плакать, ей было стыдно смотреть в глаза мужчине. Все было неправильно. Все было несправедливо. Мистер Фринг был столь добр и любезен, а она — последняя сука. Змея, которую он пригрел на груди и продолжает греть. Он разглядел в ней что-то, что ему показалось добрым. Фринг был известен своей благотворительностью, поэтому ее нисколько не удивлял его порыв помочь ей с учебой и работой в медицинском центре. Но что ее удивляло, так это собственная ничтожность. Ариана вполне осознавала, что Лало не желает ничего доброго Фрингу. И рано или поздно, когда ему что-то не понравится, он скорее всего захочет убить Фринга. «А если он захочет, чтобы это сделала я?» — страшная мысль промелькнула у девушки в голове, когда она закрыла кран и уставилась на кровь, продолжающую капать в белоснежную раковину. Теперь главное — не показать Фрингу, что что-то не так. Устройство установлено, а значит, и Лало сможет прослушать их диалог. Какой кошмар… Мистер Фринг обработал рану перекисью и заклеил пластырем. Странно, но в мгновение стресса девушка напрочь забыла обо всем, что связано с оказанием первой помощи. — Сегодня можешь уйти пораньше. Я буду допоздна, — Фринг проводил девушку до двери кабинета. — Хорошо. Еще раз спасибо вам, мистер Фринг, — она мелком посмотрела ему в глаза и тут же отвела взгляд. Ариана вернулась к работе. Постепенно ее перестало трясти, но в какой-то момент она начала переживать, что недостаточно хорошо закрепила прослушку. И если Фринг обнаружит ее, то в лучшем случае он обратится в полицию — а там уж по отпечаткам пальцев нетрудно будет понять, что это была она. Но даже если бы ее посадили за незаконное вторжение в личную жизнь, это было бы не так страшно. Самое кошмарное в этом всем было бы то, что задание она провалила бы, а значит, Лало исполнил бы свое обещание. От одной мысли, какие пытки могли поджидать брата, ей стало дурно, к горлу подступила желчь и захотелось стошнить, но она сдержалась, стараясь ровно дышать. Исполнив просьбу Фринга, Ариана не стала надолго задерживаться после работы и, проверив, что в целом на кухне все в порядке, она отправилась домой. Но на полпути осознала, что вообще-то ей нужно ехать в центр города. Когда она вышла на остановке, чтобы сесть на другой автобус, то заметила, что вместе с ней вышел еще один человек. Обычно эта остановка не пользовалась популярностью в такие часы: здесь никто не жил, вокруг — лишь забегаловки, офисы и один вьетнамский салон красоты. В общем-то, вечером отсюда скорее все стремились поскорее уехать. Странно было и то, что мужчина сел с ней в тот же автобус, что и она. Ариана постаралась отогнать навязчивый страх преследования, который приклеился к ней с самого утра. «Никто за тобой не следит. Никому ты ненужна. Не сходи с ума, Ариана. Не сходи с ума, дура!» — твердила она себе, стараясь не подавать виду. Девушка смотрела в окно, наблюдала, как огни города проносятся перед глазами, как малоэтажная застройка сменилась высотками. Мужчина вышел с ней на той же остановке, и, когда Ариана почувствовала, что тот не отстает, решила идти не в сторону нужного дома, а самым странным и извилистым путем, сворачивая внезапно то за один угол, то за другой. В какой-то момент ей казалось, что незнакомец наконец ушел своей дорогой, но она то и дело доставала из кармана зеркальце, чтобы незаметно подглядеть назад, и в конце переулка все равно видела преследователя. Оказавшись на людной улице, где ей точно не могло ничего угрожать — по крайней мере так она себя успокаивала — Ариана резко развернулась и уставилась на мужчину. Он выглядел совершенно непримечательно, так выглядит любой другой прохожий, чье лицо ты забываешь в ту же секунду, как оторвешь беглый взгляд от него. — Что вам от меня нужно? — Ариана сжала руки в кулаки, сама не заметив этого. Ногти впились в кожу. Мужчина озадаченно поглядел на неё и хотел пройти мимо, но, осознав, что девушка все это время его водила кругами по району, посмотрел на неё: — Извините… Я… Вы очень красивая, я хотел познакомиться… Ариана свела брови, не веря ничему из сказанного. Ни тому, что она могла выглядеть красиво после бессонной ночи и ужасного дня, ни тому, что мужчина шел столько кварталов, а до этого ехал на автобусе, чтобы познакомиться. — Я не знакомлюсь. А если вы продолжите преследование, я вызову полицию, — Ариана пристально и угрожающе смотрела мужчину, будто пытаясь прожечь в нем дыру. — Извините, — он виновато опустил голову и скрылся в толпе. Девушка еще некоторое время постояла на месте, а затем, удостоверившись, что за ней нет хвоста, пошла в сторону дома, где жил Лало. Она зашла в кофейню, взяла кофе, но не для бодрости, а для того, чтобы еще раз убедиться, что никто не следит за ней. Ариана то и дело косилась на стеклянную дверь и витрину. Девушка выпила кофе и кинула бумажный стаканчик в урну, когда подошла к зеркальной высотке. Только сейчас, глядя вверх, на последние этажи, Ариана почувствовала жуткое волнение, оно накрывало волнами, будто море потихоньку раскачивает приближающимся штормом. Сделав глубокий вдох и резко выдохнув, Ариана зашла внутрь и поднялась на нужный этаж. Она позвонила в дверь. Через несколько секунд щелчок — дверь распахнулась, и в проеме показался мужчина. Его пронзительный взгляд тут же ударил девушку в самое сердце, желудок скрутило, а позвоночник напрягся так сильно, что, казалось, еще чуть-чуть и он хрустнет. И Лало будет наслаждаться этим звуком. — Заходи, — кинул он, оставив дверь открытой, а сам прошагал в гостиную. В квартире пахло сигаретами и алкоголем. Есть ли в этом мире что-то более стабильное? — Я все выполнила, как ты и просил, — она встала посреди комнаты, переминаясь с ноги на ногу и теребя заусенец на пальце. Лало закивал головой, всматриваясь в лицо Арианы. — Расскажи, как это было. Девушка сглотнула и кратко пересказала все, что было, но не стала упоминать лишь саму суть разговора с Фрингом. — О чем вы говорили? — Лало не мог оставить это без внимания. — Я же сказала… О том, что я хорошо справляюсь с работой, — девушка заправила выбившийся локон за ухо. Лало резко встал с дивана и подошел к Ариане. Он сверлил ее взглядом, будто хотел заглянуть в самую душу. Девушка старалась держаться, не выдавая и капли страха и ужаса, который на самом деле он ей внушал. Губы ее были крепко сомкнуты. — Ты нажала на кнопку? — Да, — повторила в который раз Ариана. — Он находился в этот момент в кабинете? — Да, но он отвернулся, говорю же, он испачкался кофе и мыл руки в этот момент. — В зеркало, он смотрел в зеркало на тебя? Он мог увидеть тебя через зеркало? Девушка на мгновение задумалась, испугавшись, что в словах Лало есть логика. — Нет, — ответила она, вспомнив, что действовала действительно аккуратно и, кажется, она краем глаза видела, что Фринг в этот момент уже вытирал руки о полотенце, не смотря в зеркало. Еще несколько секунд он продолжал смотреть на девушку. В его глазах теперь она видела жесткость и даже будто бы безумие, которое раньше списывала на загадочность. Она когда-то читала о признаках разных психических отклонений. Его стеклянный взгляд, которым он, казалось, мог сверлить собеседника часами, вполне походил на признак социопатии. Впрочем, все его поведение было одним огромным признаком, который она, дура, не заметила. — Завтра заберешь его и принесешь сюда, — вдруг произнес он, и взгляд слегка смягчился. — Зачем? — выпалила Ариана, не подумав. От мысли, что ей придется снова искать способы проникнуть под стол Фринга, ей стало дурно. — Не задавай лишних вопросов, Ариана, — он улыбнулся, и в его улыбке мелькнуло что-то недоброе. — Меньше знаешь, крепче спишь, — он подмигнул, будто флиртуя. Нижняя губа Арианы дрогнула, но она постаралась взять себя в руки. Девушка кивнула и сделала шаг назад, чтобы развернуться и уйти, но Лало остановил ее: — Куда-то собралась? Девушка застыла на месте. Она оглянулась на мужчину и почти умоляюще посмотрела в его глаза. Ариане хотелось поскорее скрыться и сбежать из этой квартиры. Абсолютно все, что ее окружало, а тем более сам владелец, давило на неё, воспоминания то и дело охватывали ее сознание, а запах все еще напоминал ей об Эмилио, но никак не о Лало. — Я все выполнила, как ты и просил. Завтра принесу устройство обратно. Я могу идти? Лало улыбался. Он взял наполовину полный — или пустой? — стакан и осушил его. Сколько еще ему нужно выпить, чтобы умереть от цирроза печени? Ариана вдруг усмехнулась собственной мысли, что не прошло мимо внимания Лало: — Настроение получше, да, Ариана? — он плеснул во второй стакан виски и протянул девушке. — Выпей со мной, Ариана. Девушка помотала головой: — Я не пью, все об этом знают. Если подруга услышит запах алкоголя, то поймёт, что что-то не так. Лало хмыкнул и кивнул: — Ты умная, Ариана. Гораздо умнее своего отца и брата. Ариана сжала челюсти, чтобы не бросить в Лало что-нибудь оскорбительное. — Я могу идти? — вновь повторила свой вопрос девушка. Лало слегка наклонил голову вбок, рассматривая Ариану. Его взгляд скользнул по ее плечам и груди, остановился на бедрах, отчего девушка напрягалась еще сильнее. — Иди. И наладь свой сон, выглядишь просто ужасно, — он усмехнулся. — Нам с тобой еще очень многое предстоит. Нужно, чтобы ты была в хорошей форме. Он вновь подмигнул. Глаз девушки нервно задергался. Ариана развернулась и как можно скорее вышла из квартиры, хлопнув дверью. Он не прикоснулся к ней, не дотронулся и пальцем, даже не сказал ничего сального, но Ариане казалось, будто бы все происходящее было даже хуже, чем ей представлялось до этого. Она не смогла сразу уехать домой. Сначала она побродила по городу, справляясь с нахлынувшим на неё рыданием. Ей казалось, что внутри неё бьется запертая и изувеченная девушка, которая продолжает насильно смотреть на происходящее с ее телом, ей уже будто бы и не принадлежащее. Каждый всхлип отдавался в груди болью. Лицо разъедало от слез и попыток стереть их с лица руками и тканью футболки. Глупость какая! Алкоголь подруга заметит, а состояние после часового рыдания — нет? Нельзя возвращаться в таком виде. Ариана продолжала сидеть на разрисованной граффити лавочке в почти безлюдном переулке. Редкий прохожий не бросал и взгляда на желающую вернуться в прошлое и все исправить девушку. Спустя какое-то время, когда всхлипы стали более редкими, а слезы, кажется, просто закончились, Ариана вдруг с ужасом осознала, что последний комментарий Лало был не столько пугающим, сколько просто по-женски неприятным. Какая глупость! Еще одна из всех тех, что она ощущала в эти минуты. Ведь если ее укололи нелестные слова в сторону ее внешнего вида, значит ей не все равно на мнение законченного психопата и морального урода, сломавшего ей жизнь. Будто бы ей все еще важно, что он думает о ней как мужчина. Будто бы в глубине души она все еще надеется… Нет, нет. Ну это было бы уже слишком. Ариана стала уговаривать себя, что Эмилио — тот в кого она была искренне влюблена — отлично сыгранная роль, но никак не истинное лицо Лало. И она лишь проживает как бы посттравматическое состояние, ведь мозгу нужно некоторое время, чтобы разорвать ассоциацию с Эмилио. По крайней мере, прошло не больше двадцати четырех часов, сознание не могло перестроиться так быстро. Ариана вдруг вспомнила их с Эмилио, то есть, конечно, с Лало поцелуй в машине. Как она сама — вновь и вновь дура! — инициировала это. Тут же всплыло и воспоминание, как в тот день он грубо приставал к ней, и по спине пробежал холодок. Когда девушка уже второй час сидела и смотрела вперед, не всхлипывая, не плача, просто осознавая всю безнадежность ситуации, в которую сама себя завела, кто-то сел рядом с ней. Она кинула беглый взгляд, надеясь, что на этот раз это будет не тот преследователь-насильник. В свете неяркого фонаря она не могла рассмотреть лицо незнакомца. Но это был мужчина, точнее молодой человек, едва ли старше неё, а может даже и младше. Неожиданно он обратился к ней, не глядя в ее сторону: — Хреновый денек, не правда ли? Ариана вдруг немного распрямилась, но не ответила. — Просто… Блин, ну вот реально, я ж своим корешам всегда говорю, мол, чувак, если ты придумал че-то, то мне ну в натуре все надо рассказать. И базара ноль, мы ж кореша, мы ж банда, сука! Девушка лишь произнесла тихое «угу», стараясь поскорее уйти. — Слышь, эй, а у тя сиги-то не найдётся? Я свою пачку прохавал где-то. Ариана покачала головой и встала, чтобы уже направится в сторону остановки. — Эй, если че, у меня шикарный продукт есть, вставляет что надо, никаких потом проблем, в натуре. Я те могу и бесплатно дать, базара ноль, я ж не жадный, — начал он ей говорить вдогонку. Ариана смылась в то же мгновение. Америка не была раем. И это она понимала. И американская мечта была недосягаема для подавляющего большинства мигрантов. Что уж говорить, если даже местные жители скатываются в употребление алкоголя и наркотиков. Она не чувствовала себя здесь безопасно, хотя раньше казалось, что именно США — ее шанс скрыться от бандитов. Что под полосатым флагом со звездами ей будет спокойнее. Но сейчас она все больше и больше осознавала, что убегая от Саламанок, только сильнее впутывала себя во все их дела. Накротики и накроторговцы были повсюду. И кто знает, быть может тот пацан на лавочке был бегунком в одной из схем Саламонок. Ариана поежилась, когда подул ветер. Лало прав, нужно взять себя в руки и уснуть сегодня. Иначе она не только провалит его задание, но и не сможет оказать ему сопротивление. А именно этим она собралась заняться. Ведь если не она, то кто?