Почему тогда я в ней?

Глава 30 — Тогда завтра жду тебя на поле, будем продолжать учиться летать, — напомнил Лестер, когда мы убрали со стола все ингредиенты и вымыли котел. Он задержался на секунду, будто ожидая чего-то, но, не дождавшись ответа, просто улыбнулся: — Спасибо за урок. Благодаря тебе я принёс факультету двадцать баллов. Здорово, правда? — Не за что, — пробормотала я почти шёпотом. Но прежде чем я успела добавить что-то ещё, к нам подошли ребята. Их лица перекосились в странной смеси злости и тревоги. Лестер, видимо, мгновенно почувствовал перемену в атмосфере. Его брови чуть дрогнули, но он не стал ничего говорить. Только коротко кивнул мне, пробормотал «пока» и быстро исчез в коридоре. Как только его шаги стихли, Геральд шагнул вперёд и, сверля меня взглядом, холодно произнёс: — Ты понимаешь, что он наш враг? Слова ударили по сознанию, словно меня выдернули из теплой, уютной кровати и швырнули в ледяную, грязную лужу. — Что?.. — только и смогла вымолвить я, совершенно сбитая с толку. — Он гриффиндорец, Селена! Ты хоть понимаешь, как опасно с ним общаться? Геральд кипел от негодования, но в его голосе была пугающая уверенность. От этого становилось только хуже. Ещё минуту назад всё было нормально, а теперь меня вновь окутал этот тягучий, липкий холод… Безнадёжность нашего положения. — Не думаю, что он представляет опасность, — наконец ответила я, и это было единственное, в чём я действительно была уверена. Да, Лестер с Гриффиндора. Но разве это делает его плохим? Разве у нас в Слизерине все исключительно хорошие? Это нелепое разделение только мешает… Какой в нём смысл? Разве не лучше было бы быть едиными? Но я не сказала этого вслух. — Они получили двадцать баллов, — вставил Фауст, будто пытаясь оправдать меня перед Геральдом. — И что? — тот не собирался отступать. — В результате у нас с ними ровный счёт. Ноль. — Просто так совпало, — я чувствовала, что начинаю оправдываться. — Он учит меня летать, и когда Слизнорт попросил кого-то с другого факультета, первым, кто пришёл мне в голову, был Лестер. Так же, как я ему… — Это не оправдание. — Геральд нахмурился. — Лучше я тебя научу. Или Оливер. Он отлично летает. Я бросила взгляд на Оливера. Тот округлил глаза и, как обычно, промолчал. Я представила, как мы стоим с ним на поле, каждый со своей метлой, и… молчим. На этом всё. Затем воображение услужливо нарисовало другую картину — Геральд и я, и он орёт на меня, заливаясь пунцом. Нет, одна перспектива хуже другой. — Нет, спасибо, — отрезала я. — Тем более, мадам Трук сама попросила его. Я пожала плечами, надеясь, что разговор на этом закончится. Но Геральд опустил глаза и сквозь зубы процедил: — Нужно быть осторожнее, Селена. Мы не знаем, что случилось с Венсом, но это не случайность. Я напряглась. — На что ты намекаешь? Он хотел сказать что-то важное, но явно не решался. — Давайте отойдём. Мы вышли из прохода в коридор. Ученики ещё расходились кто куда, но вокруг нас уже не было никого. Мы сгрудились в плотный круг, и Геральд тихо заговорил: — Помнишь, что сказал Теренс на первом уроке по Истории магии? Я начала перебирать в голове их перепалку. И, конечно же, всплыла та самая фраза: «Змей лучше убивать сразу, чтобы не покусали». — Помню. И что? — Ситуация с Венсом ничего тебе не напоминает? Я нахмурилась. — Ты хочешь сказать, что нас хотят убить? Слова сорвались с губ прежде, чем я успела осознать их смысл. Мирабелла побледнела. Она и так стояла угрюмая, молчаливая, но теперь её лицо совсем помертвело. — Это бред, Геральд! — воскликнула я, не дожидаясь ответа. — Нет, не бред, — он смотрел на меня серьёзно. — Слова Теренса, странное поведение Слизнорта после посещения, покушение на Венса… и на тебя, Селена. Я моргнула. — На меня?! Я не знала, что и думать. Всё звучало логично, но могло ли это быть правдой? — Метла, — напомнил Геральд. — Она упала прямо тебе на голову. — Да, да! — встрепенулась Мирабелла. — Она тогда просто пулей полетела вниз. Я так испугалась… Я пыталась собрать воедино обрывки мыслей. Да, Мирабелла говорила мне об этом, что-то всплывало в памяти, но всё равно… это были просто догадки. — Да, это странно, — пробормотала я, глядя на узоры на полу, — но всё это беспочвенно. Геральд пристально посмотрел на меня. В его взгляде было что-то тяжелое, давящее. Он выдержал паузу, словно собирался с духом, а затем заговорил — тише, чем раньше, почти шёпотом: — Мой отец… — он сжал кулаки, словно удерживая что-то внутри, — перед тем, как я уехал в школу, сказал мне, что может случиться нечто подобное. И что нам нужно быть осторожными. Очень осторожными. Главное — не дать себя в чём-то заподозрить. Мурашки пробежали по спине. Его слова, сказанные с такой убеждённостью, застыли в воздухе, словно зловещий туман. — Ты хочешь сказать… — я сглотнула, чувствуя, как неприятный холодок пробирается по позвоночнику, — твой отец знал, что вас или Венса могут убить? И всё равно отправил вас сюда? Мысль казалась абсурдной, невыносимой. Это была история не из реальности, а из мрачных сказок, которыми пугают маленьких волшебников. Геральд молчал. Он продолжал смотреть на меня всё так же неподвижно, но впервые в его глазах не было ни вызова, ни раздражения. Впервые в его взгляде читалась мягкость. Странная, болезненная, гнетущая. — У него не было выбора… — наконец выдохнул он, едва слышно, словно говорил это больше себе, чем нам. Затем резко опустил голову, отвернулся и сделал шаг назад. Мгновение мы стояли в тишине, не зная, что сказать. Оливер, казалось, понимал больше нас всех, но, как обычно, молчал. — Я в комнату… отдохнуть, — коротко бросил Геральд и, не оглядываясь, ушёл. Оливер последовал за ним, шаги эхом разносились по пустому коридору. — Жуть… — пробормотала Мирабелла. — Не то слово, — слабо усмехнулся Фауст, но в его голосе не было и тени лёгкости. Я молчала. Внутри росло странное чувство. Что-то в этой истории было неправильно, слишком похоже на мои сны. Лестор на башне, этот холодок неизбежности… Если одна часть сна сбылась, что мешает сбыться остальным? В голове начали всплывать пугающие картины. Может, Геральд прав, и мы все действительно в опасности? — Надо навестить Венса, — голос Мирабеллы вывел меня из размышлений. — Да, — протянул Фауст. Мы направились через сумрачные коридоры подземелья к выходу, а затем — в сторону больничного крыла. Венс лежал на кровати, держа перед собой раскрытую книгу по астрологии. Увидев нас, он оживился, закрыл её и сел, хоть и с заметным усилием. — Ребята, я так рад вас видеть! Мирабелла тут же кинулась к нему, склонилась над кроватью и тронула его лоб. — Ты как? — Уже лучше, правда, — он попытался улыбнуться. — Хотя меня тут держат… Сказали, что выпишут через неделю. Может, позже. — Неделю?! — мы почти хором воскликнули. — Да. Нужно убедиться, что яд полностью нейтрализован. Яд. Значит, всё-таки яд. — А ты узнал, кто тебя укусил? — с тревогой спросил Фауст. Венс вздохнул, его пальцы начали нервно мять край простыни. — Нет… мне не говорят. — Одни тайны, — пробормотала я. — И не говори, — фыркнула Мирабелла, плюхаясь на кровать рядом с ним. — Как только мы оказались в этой школе, всё стало каким-то хаосом! Ничего не понятно! Венс было хотел улыбнуться, но тут я спросила: — Венс… а кто родители Геральда? Как только слова сорвались с губ, я поняла, что задела что-то важное. Венс замер. На его лице отразилось ошеломление, затем лёгкая улыбка исчезла, сменившись выражением тяжёлой задумчивости. Он словно перенял у Геральда его взгляд — настороженный, скрытный. — Почему ты спрашиваешь? — голос его был медленным, напряжённым. — Он сказал нам… странные вещи. То, что ему сказали родители. Венс всё понял. Его пальцы снова начали мять простыню, но теперь судорожно, резко. — Не только его… но и мои родители. — Что?! — Мирабелла вскрикнула. Фауст нахмурился, его взгляд метнулся между нами. — Я с первого дня думала, что они связаны, — пробормотала Мира, поджимая губы. Я сделала шаг вперёд. — Так кто же они? Венс поднял голову. В его глазах стояли слёзы. — Только это тайна…не кто не должен знать… Они…он осёкся, были приспешниками Тёмного Лорда. Воздух в комнате словно сгустился. Я почувствовала, как холод разливается по телу. Это не моя история. Не может быть. Я словно случайно заглянула в книгу, которая не должна была оказаться в моих руках. Распределение на Слизерин, сны, преследование, странные нападения… А теперь ещё и это. Мои друзья. Дети тех, кто служил Тому-Кого-Нельзя-Называть. Эта история не про меня. Это чужая история. Но почему тогда я в ней?