Глава 2. Маленькие тайны

“Дорогие мои читатели! Грустно признавать, но если вы видите эти строки, значит вашей верной и всегда честной Риты Скитер больше нет в мире живых!” — Боже, ну и чушь, — фыркнула Гермиона, но снова задумалась. Получается, книга вышла именно потому, что Рита погибла? — Мерлинова борода! — зло выругавшись, она отправила патронуса к Гарри, нужно найти редактора и издательство и выяснить все условия выпуска этой злосчастной макулатуры. Заставить себя вернуться к чтению было ничуть не легче. Если уж Рита знала, что книга будет опубликована только после ее смерти, написать могла такое, что и подумать страшно. Впрочем, теперь НЕ читать еще страшнее, воображение у Гермионы всегда работало на все 100% и напридумывать себе она могла таких ужасных секретов, что и уснуть потом не получится. “Что ж… Это была прекрасная и насыщенная событиями жизнь, и я ни о чем не жалею, поверьте! Именно благодаря мне вы узнавали главную правду о тех, кого считали героями и кумирами, и перед тем, как окончательно попрощаться, я раскрою вам еще одну большую тайну. И много-много маленьких. Касаются они по большей части нашего нынешнего министра магии — Гермионы Грейнджер, которую вы все знаете, как самую умную ведьму столетия, героиню войны и битвы за Хогвартс и верную подругу Гарри Поттера. Миссис Грейнджер (любопытно, что после замужества она так и не взяла фамилию супруга, верно?) хорошо играет роль порядочной колдуньи: закончила Хогвартс, заняла пост секретаря при советнике министра, а через несколько лет активного продвижения по карьерной лестнице стала первым в истории магглорожденным министром магии! Примерная жена, прекрасная мать двоих очаровательных детей — идеальная картинка. Но что если я скажу вам, что: — еще на первом курсе Хогвартса юная мисс Грейнджер знала, к чему стремится и намеренно налаживала максимально полезные связи, для чего порой нагло игнорировала школьные правила; — систематические нарушения становились все опаснее и в итоге привели к тому, что мисс Грейнджер стала покрывать человека, нарушившего закон, да еще и шантажировала его, используя в своих целях; — несмотря на славу героини войны, еще со школы поддерживала тесные связи с бывшим (на тот момент будущим) Пожирателем смерти — мистером Драко Малфоем и даже стала косвенной виновницей смерти Альбуса Дамблдора; — ее замужество — лишь фикция, галочка, необходимая для создания нужного образа и дальнейшего продвижения к великим целям (читайте — к посту министра магии), а супруга — мистера Рональда Уизли — Гермиона Грейнджер обманывает и по сей день. И поверьте, главный ее секрет навсегда перевернет все ваши представления о “золотой девочке”, а это лишь малая часть того, что вы узнаете в моей сенсационной книге. Надеюсь, мой труд откроет вам глаза на тех, кто ныне возглавляет магическое сообщество и управляет вами! Искренне ваша, Рита Скитер” Гермиона пришла в себя, почувствовав боль в ладони. Оказывается, вчитываясь в строки, она так сильно сжала кулак, что ногти впились в ладонь и оставили на ней глубокие следы-полумесяцы. Да… Это другие будут читать и гадать, что в книге правда, а что вымысел, но она-то знала точно: в этот раз Рита постаралась выдать все, что сумела накопать. Захлопнув книгу Гермиона бросила ее в ящик стола и решила, что на сегодня хватит. Часы уже давно настойчиво показывали “домой” — время позднее, а думать обо всем лучше утром на свежую голову. *** Большой двухэтажный особняк встретил тишиной и полумраком, только на кухне горел свет — Рон дожидался ее, как это часто бывало с тех пор, как Хьюго уехал в Хогвартс. Им двоим здесь стало неуютно: слишком просторно и вычурно. Высокие потолки давили, а огромные идеально чистые комнаты навевали печаль воспоминаниями о том, как совсем недавно тут смеялись и бегали дети. Гермиона с радостью вернулась бы в ту маленькую милую квартиру в Косом переулке, которую они сняли сразу после свадьбы, но министру магии полагалось проживать в министерском особняке. Здесь было проще обеспечивать ее безопасность, организовывать светские приемы и принимать важных гостей. Приходилось мириться. С самого начала их особенным местом стала кухня, в то время, когда домовые эльфы, слуги и повара уже уходили спать. Здесь всегда веяло теплом и спокойствием, горел камин и пахло чем-нибудь вкусным, иногда Рон сам готовил для нее ужин, как в старые добрые времена, когда они жили вдвоем и мечтать не могли о личном поваре. Сегодня она застала его совсем сонным и с письмом в руках. — Прости, Рон, — виновато сказала Гермиона, обнимая супруга, — Вообще не следила за временем, обещаю завтра вернусь вовремя! — Я это слышу уже который день подряд, — зевнув ответил Рон и протянул ей свиток, — Хьюго пишет. — У них все в порядке? — она присела на высокий табурет у камина и развернула письмо. — Да, просто делится эмоциями, — пожал плечами Рон, а потом устало спросил, — Ты не против, если я сегодня лягу в его комнате? Гермиона понимающе улыбнулась: — Скучаешь по нему? Конечно, иди, я прочту и тоже ложусь, день сегодня тянулся так долго.. — Спокойной ночи, — он рассеяно чмокнул её в щеку и, чуть сгорбившись, направился к лестнице, а Гермиона вздохнула. Рон обожал сына, и его отъезд в школу переносил сложно, хотя прошло уже больше двух месяцев. “Дорогие мама и папа! У меня все хорошо! Обещал написать про Хэллоуинский вечер и вот пишу. Джеймс обещал, что будет очень страшно и нам придется проходить ужасные испытания с чудовищами, чтобы доказать, что мы настоящие гриффиндорцы, а Роза сказала, что все это чушь. Вечером был просто пир и было вкусно и я просто объелся, но обиделся на Джеймса потому что выучил два дуэльных заклинания и хотел с кем-нибудь сразиться и потом сразился с кошкой Филча, она тоже немножко чудовище, и Лили обиделась на меня потому что любит кошек, хотя как можно любить мисс Остроглазку я не знаю. И меня наказали, но ты не волнуйся, я просто убирался без магии в кабинете Филча и уже со всем справился. Скучаю по вам и жду Рождества, чтобы увидеться, но теперь и с друзьями на каникулы расставаться жаль, хотя они все тоже уезжают, а Брайан с родителями будет на Рождество в Париже, представляете? И я люблю Хогвартс, мама, ты была права, когда говорила, что мне тут понравится. И еще привет от Розы, ей пока некогда писать, она готовится к экзаменам, хотя до них еще целая вечность, но она все время в библиотеке. Пока, мама и папа, люблю вас!” Гермиона сложила письмо и тепло улыбнулась. Хьюго и Лили — младшие в их дружной компании, может быть поэтому их оберегали и баловали чуть больше остальных и отпускать их учиться оказалось так трудно! Детям передавалась тревога родителей, поэтому первое сентября в этом году переполнилось и радостью, и надеждой, и печалью, и сомнениями. Но вот — в итоге все хорошо, в конце концов в Хогвартсе есть кому о них позаботиться, а теперь и друзья появились, можно не волноваться. Впору начать переживать о мисс Остроглазке. Гермиона поднялась в свою спальню и аккуратно убрала письмо в резную деревянную шкатулку на камине. В ней хранились послания от Розы и Хьюго, и кое-что ещё, о чём она предпочитала не думать. Скользнула пальцами по виноградной лозе, оплетавшей крышку, ненадолго задержала взгляд на одной из ягод. Шкатулка сейчас казалась почти живой — так много в себе хранила. Закрывая глаза перед сном, Гермиона подумала, что её детям повезло куда больше, чем когда-то ей самой. С малых лет они знали о существовании магии и о том, что в 11 лет поедут учиться в волшебную школу. Их не считали странными, не смеялись над их рассказами и не шарахались в сторону, боясь стать похожими на них. Никто и никогда не посмел бы сказать им мерзкое “грязнокровка”, хотя бы потому что их отец чистокровный волшебник. И первую сову из Хогвартса и Роза, и Хьюго ждали, точно зная, что она будет. Гермиона изо всех сил старалась, чтобы ее детям не пришлось пройти через те же трудности, что и ей когда-то. Всё — ради их блага. Засыпая, она вдруг вспомнила, что к ней и сова-то не прилетала, тоже не как у всех…