Глава 20. Признание

Миссис Малфой была как всегда элегантна: в темно-зеленой мантии, с идеально уложенной прической и тонким кольцом жемчуга на шее, а в руках черная коробка с серебряной лентой. Они заговорили одновременно: — Я думала, Драко… — Я не знала, что здесь… И обе умолкли, глядя на предметы в руках друг друга. Мгновение спустя Нарцисса осторожно вымолвила: — Драко разговаривает со Скорпиусом перед сном, а я…, — она приподняла подарочную коробку, — Наша маленькая традиция: каждый год стараюсь спрятать один из подарков так, чтобы Драко сам нашел — случайно, в обыкновенный день. Это придает празднику чуть больше волшебства. Гермиона слабо улыбнулась в ответ. — Очень мило, — она указала взглядом на свой сверток, — Я тоже кое-что принесла, он сказал будет в кабинете. — Скоро действительно будет. Ты не выдашь мой секрет? — к удивлению Гермионы Нарцисса мягко ей улыбнулась, а потом осторожно выпустила коробку из рук и магией направила в одно из отделений шкафа, — Вот так. Надеюсь, Драко заглянет туда через пару дней или недель, и обрадуется. Атмосфера искрилась неловкостью, они обе чувствовали это. Нарцисса снова посмотрела на нее — внимательнее, пристальнее. — Извини, что я вот так — на ты и запросто, Гермиона. От неожиданности забыла про манеры, совсем иначе нужно приветствовать Министра Магии… — Надеюсь, моё присутствие здесь не кажется вам… неуместным, — она заметно напряглась, осознавая, что сама себя подставила. — Я понимаю, как это выглядит, и не хотела бы… — ...чтобы я подумала, будто ты приходишь к моему сыну ночами, как писала Рита Скитер? Нарцисса усмехнулась, но не язвительно, а Гермиона почувствовала, как внутри все сковывает льдом. — Вы… Это на самом деле… — слова никак не хотели складываться, но миссис Малфой не дала ей договорить. — Все в порядке, Гермиона. Не нужно ничего объяснять, прошу. Я прекрасно знаю, на какие вещи была способна Скитер, и как мало правды на самом деле в ее статьях и книгах. К тому же, я в любом случае на твоей стороне. — На моей? — прозвучало слишком недоверчиво. — Конечно. Как я могу быть против матери моей единственной внучки? Гермиона застыла на месте, внутри будто что-то оборвалось. Мир в короткое мгновение сжался до одной точки — взгляда Нарциссы, спокойного и почти сочувственного. Дыхание сбилось, сердце замерло, а потом болезненно дернулось, она сделала шаг назад, ощущая себя зверем, загнанным в угол. Миссис Малфой не просто прочитала книгу, она знала правду. Женщина, которая была символом всего, от чего Гермиона когда-то защищалась. Та, кто всегда смотрела на неё сверху вниз, подчинила собственного сына Империусом, лишь бы тот не протянул Гермионе руку. Помогла Гарри в битве при Хогвартсе — да, но разве не ради Драко? И теперь она знает о Розе и о том, что Гермиона скрывала от всего мира. Она выпрямилась слишком резко. Руки похолодели, губы дрогнули, но голос остался почти ровным: — Простите, миссис Малфой… Я не думала, что вы в курсе. Нарцисса едва заметно кивнула. — Я ведь тоже мать и понимаю некоторые вещи без лишних слов. О ваших … чувствах я знала еще тогда — в школьные годы, но не думала, что все может зайти настолько далеко. Прочла книгу и поняла, где в ней правда, а Драко не отрицал. Гермиона крепче сжала свёрток в руках. Хотелось сделать шаг назад, уйти, вычеркнуть последние десять секунд, но было уже поздно. — Надеюсь… вы не думаете, что я… — она запнулась, — Обманула его или использовала. — Нет, — в голосе Нарциссы не было ни холода, ни осуждения, — Я думаю, ты пыталась защитить дочь. И выстоять. Гермиона не сразу нашлась, что ответить. Жизнь постоянно заставляла ее ждать ударов: пресса, оппозиция, прошлое, даже знакомые норовили задеть и сбить с пути, но сейчас за словами Нарциссы, кажется, не пряталась угроза, и смотрела она тепло и без вражды. — Спасибо, — вымолвила, наконец, Гермиона сдержанно, по-деловому. Как всегда, когда не доверяла, но обязана была принять. Нарцисса чуть склонила голову. — Если когда-нибудь Роза захочет… пусть знает: я буду рада. Писать, говорить, встречаться — всё, что ей будет удобно. Она не обязана, конечно, выбор за ней. Знаю, у тебя нет причин доверять мне, но и с тобой я рада была бы поддерживать общение — не как с Министром, а как с той, что стала частью нашей семьи. Неловкая пауза повисла в воздухе, и тут Нарцисса добавила почти с грустью: — Не понимаю, как Рита Скитер могла поступить так с ребёнком. У неё же самой была дочь. — Что? — выдохнула Гермиона, напряжение как рукой сняло, мозг сразу переключился в боевой рабочий режим, — У Скитер… была дочь? — Да, — Нарцисса кивнула. — Мало кто знал, но мы-то тогда все вращались в одних кругах. Рита, конечно, скрывала это, но я помню, как много лет назад она несколько месяцев не появлялась на мероприятиях - уезжала за границу, спустя год вернулась одна. Позже, лет через десять или 11 мелькала с девочкой, но всегда представляла племянницей, хотя близкий круг знал правду. Гермиона стояла неподвижно. Эту деталь она расскажет Гарри — обязательно и как можно скорее! В этот момент в коридоре послышались шаги, и дверь в кабинет отворилась. — Мама? На пороге стоял Драко, в домашней тёмной мантии, волосы чуть растрёпаны, на лице следы усталости. Он замер, увидев их вместе. Несколько секунд полной тишины, в которой Гермиона пыталась вспомнить как и зачем тут оказалась, а у Нарциссы появился странный блеск в глазах. — Мы просто разговаривали, — спокойно промолвила миссис Малфой. — И, кажется, уже обсудили всё, что хотели. Она пожелала им доброй ночи и бесшумно скрылась в коридоре. — Я не знал, что она здесь, — удивленно сказал Драко, когда за Нарциссой закрылась дверь. — Всё в порядке? — Да, — ответила Гермиона чуть быстрее, чем хотелось бы. — Мы… просто поговорили. Драко прошел к столу и повел рукой, приглашая ее сесть в кресло. — Что она тебе сказала? — Что читала книгу, и знает о Розе, — Гермиона села и задумчиво посмотрела в камин, — А еще, что она на моей стороне и хотела бы поддерживать общение. Драко кивнул и устало опёрся на спинку кресла. — Мама догадалась сразу, как прочла книгу. Я не стал врать, смысла не было, позже она все равно провела собственные проверки — родовая магия, семейные линии. И она действительно рада и точно не хочет войны ни с тобой, ни с Розой. Гермиона кивнула с отрешенным видом, в мыслях все еще крутилось то, что Нарцисса сказала о дочери Скитер. — Ты хотела меня видеть, — деликатно напомнил Драко, устроившись, наконец, напротив, а Гермиона, мгновенно придя в себя опустила глаза. Пальцы всё ещё крепко сжимали свёрток. — Я пришла, чтобы вернуть это, — сказала она тихо. — Я не могу ее оставить. — Почему? — в глазах у Малфоя загорелся недобрый огонек. — Потому что подарки — это слишком личное, особенно эта книга! Нельзя давать повод… — Она без подписи, — перебил ее Драко. — Не в этом дело. Я… — она запнулась, но все же нашла в себе силы признать, — Я не могу принимать от тебя подарки. Драко скрестил руки на груди, брови взлетели вверх, а взгляд стал колючим. — А от Блейза, значит, можешь? — Что? — Забини. Ему можно? Писать тебе письма, звать в отпуск, дарить подарки. Или у тебя правила для всех разные? — Я… — Гермиона растерялась. — Я не принимала от него никаких подарков. — Значит, просто пока не нашла его среди десятков других — от людей, которым тоже можно что-то тебе прислать. И ты улыбнешься, когда увидишь коробку с подписью “Забини”, а мой подарок пришла вернуть. Гермиона хотела возразить, но не смогла. Сердце отозвалось тихим теплым толчком от того, как он все это произнес: с горечью и обидой. Она, наконец, поняла почему он вел себя так странно в Италии, и что его задело. — Ты сейчас … ревнуешь меня к Блейзу? Он не ответил, но в этом молчании было всё, что она боялась услышать. — Это нелепо, — выдохнула наконец Гермиона, губы предательски дрогнули. — Ты не можешь всерьез… — Я устал от того, что ты всё время отстраняешься и убегаешь. — Драко отвёл взгляд, — И отчаянно пытаешься стереть все, что нас связывает. — Мы договорились, что оставим это в Хогвартсе… – Теперь у нас дочь, Гермиона, ее в Хогвартсе ты навсегда не оставишь! — По поводу Розы мы все решили, я приняла твои условия, вы даже познакомились без моего ведома, так что можете поддерживать связь. И на этом все. Наши пути давно разошлись, ты забыл? Я отказалась от всего, чтобы стать министром! — Ну так ты им стала, Грейнджер, — он смотрел холодно и все с той же обидой, — А теперь непонятно зачем продолжаешь бежать куда-то по инерции, хотя всего, о чем ты мечтала 20 лет назад, давно уже добилась! Гермиона резко поднялась. Внутри что-то рвануло, ведь он осмелился вслух произнести то, что она сама так яростно старалась в себе заглушить. — По инерции? Думаешь, ты много понимаешь, да? Начитался маггловских книжек и вдруг стал разбираться в моей жизни лучше меня? Да, я министр магии, да, сумела сделать этот мир таким, каким хотела когда-то…, — и вдруг, совершенно неожиданно для себя самой выпалила, — Но кем я буду я без этого титула и достижений? По-прежнему грязнокровкой. Заучкой с книгами… Драко поднялся с кресла, и она сделала шаг назад. Книга всё ещё была в руках, и пальцы, сжимавшие ее, побелели от напряжения, Гермиона больше не могла молчать. — Я отстраняюсь и убегаю? Да. Потому что, если снова позволю чувствам взять верх, то все, чего я добивалась, рухнет! То что написала Скитер для всех станет очевидной правдой, а я … Я просто не смогу больше играть в эту жизнь и в эту роль! Наступила глухая тишина. Ее признание будто повисло в воздухе, и теперь Гермиона боялась посмотреть ему в глаза. В груди вдруг шевельнулось странное желание: пусть Драко скажет что-то неуместное! Глупо пошутит или даже потянется к ней в попытке поцеловать. Просто, чтобы появился повод оттолкнуть его и уйти с легким сердцем. Чтобы больше никогда не возвращаться, окончательно вычеркнуть его из головы и убедить себя, что все забудется. Это было бы гораздо проще, чем то, что происходило на самом деле. Малфой не двинулся с места и ничего не спросил, только смотрел внимательно, изучая. — Тогда не возвращай, — сказал он наконец, как раз когда тишина стала невыносимой, — Это же просто книга, Гермиона. Ты когда-то читала ее ночами, не замечая времени и верила, что числа могут открыть нам любые тайны. Оставь ее, попробуй снова прочитать, и, может быть, вспомнишь, что тебя уже когда-то полюбили такой — без титула, регалий и побед. Гермиона сжала книгу крепче. Хотела что-то сказать, но побоялась опять выдать лишнее. К тому же, все, что они могли сейчас себе позволить уже прозвучало, они оба поняли это без лишних слов. — Оставь её, — повторил Малфой, — Я помню как ты сияла, когда говорила о нумерологии в Хогвартсе. Хочешь забыть меня — ладно, но вспомни себя саму и то, что для тебя было по-настоящему важным. Позже, уже дома, лёжа на краю широкой кровати, она смотрела в потолок, прислушиваясь к привычному фоновому гулу мыслей. Теперь все, что беспокойно металось в голове перестало быть стройной системой. Обрывки воспоминаний, рациональные мысли и проблески глупых надежд больше напоминали разбившееся зеркало, осколки которого начинали больно ранить, стоило только сосредоточить на них внимание. Драко снова оказался прав: она выстроила вокруг себя крепость из достижений, регалий и контроля, но теперь стены дали трещину, и вода прибывала слишком быстро. Если продолжать делать вид, что всё в порядке, то совсем скоро что-то внутри окончательно сломается. На тумбочке рядом лежала книга, как напоминание о том, кем она когда-то была и кем ещё может стать. ____________________ От автора Меня закрутила осенняя круговерть, только к вечеру вспомнила про главу. Но не пугайтесь. Во-первых, уже много раз говорила - фанфик дописан, я его просто редактирую перед тем как выложить. Во-вторых, я очень хочу, чтобы кто-то помимо меня узнал, чем все закончится, поэтому продолжаю выкладывать по главе в неделю - вполне комфортный ритм. И спасибо, что читаете, ждете продолжения и пишете комменты - это так вдохновляет!