Часть 4

Сёко вновь достала сигарету, стоило Масамичи, от которого она только что получила нагоняй, скрыться за углом. Она вернулась утром, поэтому выглядела ещё более уставшей, чем обычно. Они с Гето стояли на улице у входа в учебный корпус, когда Сатору подошёл к ним. Чуть позже объявилась Утахимэ, потрёпанная и невыспавшаяся. Годжо мысленно усмехнулся. Он на удивление хорошо спал. Крепким беспробудным сном без изнуряющих ночных мыслей, которые уже стали привычными. – Говорят, вы ребята, были на совместной миссии вчера. Как все прошло? – Сёко выпустила изо рта клубы дыма. Сатору лениво потянулся, глядя на Утахимэ. Затем произнес елейным голосом: – Утахимэ... тебе понравилось? Она вытаращила на него свои огромные глаза-блюдца, услышав в интонации именно тот подтекст, что он и пытался вложить. Затем уткнулась под ноги, поправляя чёлку, спадавшую на лоб. – Весьма посредственно. Годжо растянул губы в улыбке. Ну да, наверное поэтому ты растеклась, как масло по сковороде. – А мне показалось, что ты была... заинтересованной. Она снова посмотрела на него, и в этот раз полный злобы взгляд явно намекал на то, чтобы он заткнулся. Похоже это станет его любым развлечением. – Тебе. Показалось. Отчеканив последнее слово, она схватила Сёко за руку, утягивая в класс. – У вас своя атмосфера, да? – спросил Сугуру, провожая девушек взглядом. Годжо улыбнулся, хлопнув друга по плечу. – Ну типо того. Сам то как? Все проклятия съел? Вкусно наверное? Гето не ответил, тихо хмыкнув. Что-то на мгновение мелькнуло в его взгляде. Сомнение? – Что с тобой? Сугуру внимательно посмотрел на Сатору, будто обдумывая, стоит ли говорить. После небольшой паузы он ответил: – Просто устал. Все нормально. Ладно. Расскажет, когда захочет. Занятия прошли скучно, как и всегда. Впереди был выходной и Годжо большую часть времени, проведенного в классе, обдумывал, чем бы заняться. Но любая идея казалась пресной и приевшейся. Краем глаза он поглядывал на Гето, который казался ему странным. Может у него тоже не лучший период? Почему-то не верилось, что что-то могло вывести его из равновесия. Сугуру был образцом сдержанности и непоколебимой стойкости, что в принципах, что в повседневной жизни. Именно к нему Сатору обращался, когда не знал, как поступить. Конечно, он спросит его что случилось, только в более подходящий момент. Возможно, Гето действительно просто устал после задания и ничего более. Что странно, Сёко сегодня была будто отражением Гето. То же старательно скрываемое напряжение, тот же задумчивый взгляд. Даже Утахимэ разочаровывала. Годжо надеялся, что после вчерашнего, она хотя бы бросит пару взглядов в его сторону, либо же будет наоборот избегать любого контакта, что так же будет заметно. Но вместо этого она впала в какой-то анабиоз. Мутными глазами Утахимэ уткнулась в стену, провалившись куда-то в глубины собственных мыслей. За все время пошевелилась лишь раз – погладила запястье, будто растирая болевшее место. К концу занятий объявилась Мэй Мэй, предложив завтра прогулку сначала в город, а потом на пляж. Годжо согласился сразу, ничего лучше он все равно не придумал. Гето и Сёко идея тоже понравилась. А вот Утахимэ замялась. В глубине души Сатору понимал, что она постоянно отказывается от совместного времяпровождения именно из-за него. Когда Мэй Мэй стала трепать Утахимэ за щёку, уговаривая пойти, та все же согласилась. Рассматривая покрасневшую от пощипываний кожу, Годжо нахмурился. Ему бы такого не позволили. *** Утахимэ чувствовала дурноту на протяжение всего дня. Невыносимо было ощущать, что он сидит всего в паре метров. К тому же сказывался недостаток сна, она проворочалась практически всю ночь, не в силах уснуть. Вспоминая произошедшее, она комкала в руках край одеяла. Бросало то в жар, то в холод. Подумать только. Ее первый поцелуй. И с кем? Годжо был последним человеком, которого можно было бы выбрать на эту роль. Под утро ее уже подмывало пойти к нему для прояснения ситуации. Слишком долго она репетировала речь в голове. Конечно, она этого не сделала. Однако, открыла чат с Годжо, в котором не было ни одного сообщения. "Был(а) в сети в 23:21" Наверное спит. Как этот идиот может спокойно спать после того, что наделал? В конец обессиленная от собственных мыслей, Утахимэ уткнулась в подушку. Долгожданный сон всё-таки пришел, но до занятий оставалось всего пара часов... После уроков Утахимэ была рада просто оказаться в своей комнате. Аппетита не было от слова совсем. Быстро приняв душ, она рухнула в кровать, решив немного поспать, хотя было только пять вечера. Сбивать привычный режим не хотелось, но глаза слипались. Стоило только начать проваливаться в забытье, как перед глазами возник насмешливый взгляд, смотрящий поверх солнцезащитных очков. – Придурок. – тихо прошептала Утахимэ себе под нос. Затем зачем-то взяла телефон и вновь открыла пустой диалог. "Был(а) в сети 10 минут назад" Сон окончательно поглотил ее. Разлепив глаза, Утахимэ глухо застонала. Голова раскалывалась. В комнате темно. Похоже "немного" превратилось в несколько часов. Медленно приняв сидячее положение, она вытерла тыльной стороной ладони слюну, стекающую по щеке. Яркий свет телефона чуть не выжег глаза. Половина одиннадцатого. Класс. Из-за выступивших слез, смазывающих экран в мутное пятно, взгляд не сразу зацепился за висящие уведомления. Сообщение от Сёко: "Спишь?" Сообщение от Годжо: "?" Утахимэ с полминуты тупо пялилась в экран блокировки, пока не пришло осознание. Страх кольнул где-то под ребрами. Она открыла диалог.

17:02 Увс6кнангыцысор

17:24 ? Похоже случайно отправила сообщение, когда засыпала. Утахимэ скривилась, почувствовав себя полной дурой.

22:37 Прости, случайно

Затем ответила Сёко.

22:37 Да, только проснулась. А ты что делаешь?

Глубоко вздохнув, Утахимэ откинулась на подушку и закрыла глаза. На сетчатке отпечатался прямоугольник от экрана телефона, который теперь плясал под веками. Тишину нарушила короткая вибрация. Хоть бы это была Сёко. Утахимэ старалась контролировать дыхание, пролежав так ещё пару минут. Ожидания не оправдались. Это было сообщение от Годжо. 22:41 И часто ты "случайно" пишешь в пустые диалоги? Утахимэ фыркнула и откинула телефон на кровать. Встала, злобно ткнула на выключатель, бессмысленно заходила по комнате туда-сюда. Не будет она отвечать. Желудок жалобно заурчал от голода, прерывая негодование. Прошлепав босыми ногами на кухню, Утахимэ открыла холодильник. Достав контейнер с вчерашним салатом, она плюхнулись на стул. Утахимэ старательно и немного ожесточенно пережёвывала горьковатый лист капусты, когда телефон снова издал вибрацию. Она подорвалась с места, не в силах сдержаться. 22:52 Не знаешь, что ответить? 22:52 Маньячка

22:53 Отстань от меня. Сказала же, что случайно

Ответ пришел практически мгновенно, даже не успела закрыть чат. 22:53 Признайся. Фантазируешь обо мне? Утахимэ подавилась и громко закашлялась, прижав ладонь к груди.

22:54 Вот ещё

Похоже теперь он не отстанет. Утахимэ почувствовала, как кровь приливает к лицу. Взяв телефон, она вернулась на кухню и отправила в рот новую порцию салата. 22:55 Врунишка. Я знаю, что тебе понравился наш вчерашний поцелуй

22:55 Да, он незабываем. Лучший момент в моей жизни

22:56 Такой ответ ты ждёшь?

22:56 Примерно 22:56 Что делаешь?

22:56 Какая тебе разница?

22:57 Бууу 22:57 Не будь занудой

22:57 Только проснулась

22:57 Чем же ты занималась ночью?

22:58 Думала о тебе. В красках представляла свадьбу, придумала имена нашим детям

22:58 Ты что, открыла для себя понятие "сарказм" и теперь не можешь насытиться?

22:59 Отвали

22:59 О, даа, ненасытная Утахимэ, покажи мне, что ты умеешь Утахимэ едва сдержалась чтобы не закатить глаза. Он одинаково невыносимый, что в жизни, что в переписке.

23:00 Тебе часто говорят, что ты придурок?

23:00 Постоянно 23:01 Если наскучит только фантазировать, то заходи

23:01 Неужели до меня снизошёл великий Годжо Сатору?

23:02 Да брось, разве я могу отказать однокурснице Утахимэ фыркнула. По-моему ты вообще никому не отказываешь. Вдруг её накрыло внезапное облегчение. Утахимэ поняла, что тот поцелуй действительно ничего не значил и всё останется таким же, как и прежде. Он будет цепляться к ней с глупыми шутками, она будет кривить носом и закатывать глаза. Да, всё будет как раньше... Решив, что больше не уснет, Утахимэ включила первый попавшийся сериал и укуталась в одеяло. Однако, только закрыв глаза, она тут же провалилась в сон. Утро выдалось ясным и прохладным. Через настежь открытые окна в комнату врывались свежий воздух и звонкое пение птиц. Наконец хорошее настроение, солнечные лучи на коже и ни одной вязкой мысли в голове. С Сёко они встретились заранее – хотели пройтись по магазинам перед общей прогулкой. Аккуратно подбирая слова, Утахимэ пыталась прощупать ментальное состояние подруги, пока они медленно шли по торговому центру. Сёко, кажется, была уже более отдохнувшей. – Ты знаешь, иногда просто накатывает. Какая-то хандра, куча мыслей в голове, тревога за будущее и всё такое. Порой уснуть долго не получается, отсюда усталость, отсутствие аппетита и к тому же обостряется все то, что я уже перечислила. Замкнутый круг. Понимаешь? Утахимэ кивнула. Да, она понимает. – Конечно. Просто мне показалось, что в последнее время ты грустишь. И я подумала, что возможно что-то случилось. Сёко улыбнулась. – Все нормально. Но могу сказать, что тоже самое было замечено и за тобой. Как кстати прошла миссия с Годжо? Утахимэ тяжело вздохнула. Она уже думала о том, стоит ли рассказать Сёко о случившемся. С одной стороны она знала, что подруга её поддержит в любом случае, с другой – не хотелось вообще упоминать о произошедшем между ней и Годжо, будто этим она предаст этому значимости. – Раздражающе, неловко, странно – как и любое взаимодействие с Годжо. Сёко ухватила Утахимэ за руку направляя к популярному магазину женской одежды. – Если бы я не знала вас обоих, то подумала бы, что вы влюблены друг в друга и у вас страстные тайные отношения. – Из страстного у нас только взаимная неприязнь. И ты хоть где-то видела что-то подобное, кроме сериалов и любовных романов? Сёко взяла с вешалки футболку цвета хаки и начала её рассматривать, подставляя под белый свет люминесцентных ламп магазина. – Хмм, в жизни, наверное, не встречала. Вы будете первые. – она рассмеялась. Внимание Утахимэ переключилось на легкое летнее платье, заманчиво красующееся в другом конце зала. Именно такое она хотела, хоть и повода носить его слишком часто не было. – Сейчас, погоди. Я вижу цель. Иори коснулась ткани, пробуя на ощупь. Приятный мягкий материал. Платье было нежно-голубого цвета, украшенное цветочным принтом. Даже цена была подходящей. Если оно ещё и подойдёт по размеру, день точно будет прожит не зря. И оно подошло. Утахимэ крутилась перед зеркалом в примерочной, улыбаясь собственному отражению. В этом платье она выглядела женственно. Из-за открытых рук и коленей казалась ещё более миниатюрной. – Сёко! Иди сюда! Лицо подруги просунулось в примерочную. – Вау… Тебе очень идёт! Утахимэ глупо захихикала, довольная обновкой, этим днём и вообще всей своей жизнью в этот самый момент. Настроение взлетело в небеса. Сёко тоже не осталась без покупок, её выбор пал на летние шорты и топ с открытой спиной. Поэтому когда девушки покинули магазин, на лицах обеих растянулись довольные улыбки. Выходя с эскалатора, Утахимэ немного отстала от Сёко. На телефон пришло уведомление, и девушка уткнулась в экран, медленно шагая вперёд. Поблизости послышались голоса и смех, а затем её чуть не сбило с ног. Она пошатнулась, пакет и телефон выпали из рук. Компания парней перед ней тут же замолчали. Тот, что был посередине и являлся виновником столкновения, придержал её локоть, удерживая от падения. – Оу, прости-прости. Он нагнулся, чтобы поднять упавшие вещи. – Ты не ударилась? Смотри, экран не разбился. Всё нормально? Утахимэ улыбнулась. Ничто сегодня не испортит её настроения. – Да. Прощу прощения, это я виновата. Отвлеклась на телефон. Она взяла свои вещи из рук парня. Тот тоже улыбнулся. – Хорошо. Утахимэ нагнала Сёко и поравнялась с ней. – Витаешь в облаках? Утахимэ глупо гоготнула. – Ага. Девушки обошли ещё несколько магазинов, прежде чем решили, что на сегодня достаточно. Остальные ребята должны были ждать их у входа в торговый центр через двадцать минут. Сёко предложила выпить по молочному коктейлю в оставшееся время. Сидя на небольшой скамейке на верхнем этаже и потягивая через трубочку приторные напитки со вкусом клубники, подруги смотрели как солнечные лучи заливают огромный зал, пробиваясь через стеклянную вставку на потолке. Сёко набрала в лёгкие побольше воздуха и подула в трубочку, вызывая в пластиковом стакане громкое бурление. – Мне надо в туалет. Ты пойдёшь? Утахимэ мотнула головой. – Неа, я подожду. Утахимэ наблюдала за людьми вокруг. Компания школьников столпилась у прилавка со сладостями. Парень с девушкой, держась за руку, неспеша прогуливались между магазинов. Женщина, держащая маленькую девочку за руку, что-то показывала той, тыкая пальцем в витрину. Ребёнок звонко смеялся. Утахимэ хотела бы детей в будущем. Наверное, даже двух. Это виделось ей правильным течением жизни. Она была бы хорошей матерью и женой. Однако, подобные планы шли в разрез с выбранным ею путём мага. Порой она задавалась вопросом, готова ли отказаться от этого в угоду спокойной жизни обычного человека. Почти невесомое касание за плечо прервало размышления. Тот самый парень, что чуть не сбил её, стоял за спиной. – Привет ещё раз! Он улыбался. Мелкие морщинки у глаз добавляли улыбке теплоты и искренности. Симпатичный – русые волосы, зелёные глаза. – Чем могу помочь? – спросила Утахимэ и тут же ужаснулась глупости той фразы, что слетела с её губ. – Извини, могу ли я позвонить с твоего телефона? И ещё раз прости, что врезался в тебя. Утахимэ стало неловко, она почувствовала что-то неладное. – Да, конечно. Ничего страшного. Девушка вытащила телефон из сумки и протянула незнакомцу. Тот быстро набрал номер и тихо засмеялся. Из кармана его кофты послышалась вибрация. – Виноват. Я боялся просить твой номер в открытую. Меня зовут Джун кстати. – парень вернул телефон Утахимэ. Та продолжала тупо пялиться, не веря произошедшему и не зная, что ответить. К щекам прилила кровь от волнения. Тут она заметила Сёко, стоявшую чуть поодаль с улыбкой до ушей. – Надеюсь, ещё увидимся! – с надеждой в голосе произнёс Джун. Утахимэ кивнула. *** – Ну где их носит? Сатору, Сугуру и Мэй Мэй стояли в ожидании у торгового центра уже минут десять. Годжо, задрав голову, наблюдал как в воздухе, пронизанном солнечным светом, кружится тополиный пух. – Девушкам свойственно немного опаздывать, так что держите себя в руках, господа, – ответила Мэй Мэй, попутно печатая что-то в телефоне. – Ну ты же не опоздала. – сказал Годжо, протирая очки краем футболки. Сугуру же похоже было всё равно, кто опоздал, а кто нет. Тот слишком пригрелся на солнце, подставляя лицо тёплым лучам. Наконец Сёко и Утахимэ показались на горизонте. Они заговорщически хихикали, наклоняясь друг к другу. Кажется, Годжо в последний раз видел Утахимэ такой довольной… Нет, он никогда не видел её такой довольной. – Привееет, – пропели они почти одновременно. – Ну неужели… Чего опаздываете-то? – пробубнил Сатору. Сёко пихнула его в бок. – А вот не твоё дело. У нас, между прочим, была причина. – она снова захихикала, многозначительно глядя на Утахимэ. Та тоже засмеялась, затем сказала: – Заткнись. Пойдёмте уже. Похоже их приподнятое настроение было заразительным. Сатору почувствовал, как пропадает раздражение. Через несколько минут они уже дошли до парка развлечений. Глаза разбегались от всевозможных аттракционов. Время понеслось ужасно быстро, так, как это всегда бывает, когда проводишь его хорошо. Мэй Мэй и Сёко громко визжали на крутящемся диске, раскачивающемся из стороны в сторону. У Сёко потом ещё долго был зелёный оттенок лица. Сугуру попал во все мишени в тире и выиграл плюшевого белого зайца, которого подарил Сёко. Утахимэ попала всего раз и то в оператора тира. Годжо, Мэй Мэй и Утахимэ прокатились на огромном колесе обозрения. На самом верху Сатору начал раскачивать кабинку, отчего получил подзатыльник от Мэй Мэй. Потом все кроме Сёко, катались на ракушках. Та больше не решилась испытывать судьбу. Закончился вечер на безлюдном пляже. Все были довольны и счастливы, развалившись на влажном песке. В воздухе пахло солью, чайки громко кричали в воздухе. Годжо рассказывал все анекдоты, которые помнил. Иногда над ними смеялись, но чаще смеялись над Сатору. Внезапно Утахимэ воскликнула: – Я умею делать колесо! И она действительно сделала. Один, второй, третий раз, кружась по пляжу, пока её босые ноги утопали в песке. Она громко рассмеялась и, не удержав равновесия, рухнула на бок. Странно, но он в первый раз видел, чтобы она так искренне смеялась. Без привычной холодности и серьёзности она была… милой? Сатору удивился этой мысли. – Давайте её в песок закопаем, – предложил он, глядя как Утахимэ оттряхивает одежду. Все единогласно одобрили затею и, когда Утахимэ вернулась на своё место, Годжо озвучил их намерения. – Почему я? – удивилась Утахимэ. – Ты самая мелкая. Яму быстрее копать. – прыснул Годжо. Она на удивление быстро согласилась и все принялись на работу. Когда дело было сделано и из песка торчала одна голова, пляж наполнился громким смехом. – Предлагаю так и оставить. – У Сатору на глазах выступили слёзы, а живот заболел от хохота. Когда Утахимэ начала жаловаться на клаустрофобию, её все же откопали, предварительно сделав миллион фотографий с недовольной головой. Закончить прогулку решили алкоголем. Сатору, само собой, отказался – он его не переносил. Утахимэ к нему присоединилась. Остальные купили по банке пива и теперь шли чуть впереди ещё более весёлые, толкая друг друга локтями. Гето заставили нести покупки Сёко и Утахимэ, и теперь он размахивал пакетами под неодобрительные возгласы Сёко. Заметив, как Утахимэ дрожит от прохладного влажного воздуха, Годжо стянул с себя кофту и протянул ей. Она неловко улыбнулась, но не отказалась. Впервые она улыбнулась ему лично. Просунув руки в слишком большие для неё рукава, она укуталась в кофту, словно в одеяло, и глубоко вздохнула. Возможно, мир перевернулся, но ему нравилась такая Утахимэ. Они почти дошли до колледжа, и ему захотелось снова привлечь её внимание. Ненадолго продлить то перемирие, что воцарилось между ними сегодня. Он раздумывал над тем, как именно это сделать, когда Утахимэ отвлекло уведомление на телефоне. Она ненадолго замерла, затем улыбнулась. Сёко обернулась и вопросительно кивнула Утахимэ. Та кивнула в ответ. – Что там у вас? – спросил Гето. Этот вопрос интересовал и Сатору. Ему уже хотелось заглянуть в экран, когда Сёко произнесла: – У Утахимэ появился парень. – Не парень он мне. – тут же ответила Утахимэ, убирая телефон. Годжо потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что речь идёт не о нём. Всё встало на свои отвратительные места. Теперь была понятна причина изменений в её настроении. Годжо почувствовал, что хорошая часть дня закончилась. Неприязнь к Утахимэ, которая сегодня дремала где-то на задворках сознания, лениво потянулась и оскалила зубы. Ему плевать. В колледже подвыпившая компания была поймана с поличным. Несмотря на то, что они уже были официально взрослыми людьми, Масамичи алкоголь не поощрял. Поэтому всю провинившуюся троицу повёл на пятнадцатиминутную лекцию об осознанном отношении к своему организму. Утахимэ и Годжо пошли в жилой корпус. Сатору пытался удержать внутри те язвительные фразы, что крутились на языке. Но уже будучи в коридоре, он не совладал с собой. – И как это было? Утахимэ мельком глянула на него. – Ты о чём? Годжо снял очки и убрал их в карман штанов. – С кем и где ты зажималась сегодня? У тебя это давно или только недавно вошло в привычку? Она остановилась и тупо уставилась на него. Затем произнесла надтреснувшим голосом: – У тебя что, раздвоение личности? Зачем ты говоришь это? Годжо хмыкнул. – По-моему это у тебя раздвоение личности. Кто бы мог подумать, что умница-Утахимэ на самом деле шлюх… Он не договорил. Голова мотнулась в сторону от сильной пощёчины. Годжо сначала замер, не поверив в произошедшее. Затем медленно повернул голову, посмотрев на Утахимэ. Она тяжело дышала, глядя на него безумными огромными глазами. Быстро развернувшись, она почти бегом добралась до своей комнаты. Послышался звон ключей и затем громкий хлопок двери.