Глава 56. Любовь с приправой из обид.

— …И насколько это надёжно? — Эйприл чуть не улетела в фургоне, когда Стив, не сбавляя скорости, резко завернул в какой-то тёмный, заваленный мусором переулок и остановился так внезапно, что её тело по инерции дёрнулось вперёд, а ладонь упёрлась в холодную стенку фургона, чтобы не впечататься лицом прямо в неё, и она бросила быстрый, но полный упрёка взгляд на затылок Харрингтона. — Накладок ни разу не было, — Джонатан ответил спокойно, не отрывая сосредоточенного взгляда от мелькающих цифр на приборе, и в его тоне звучала непоколебимая убеждённость, что Картер действительно позволила себе поверить в это. Всё-таки Джим спускался в Изнанку не раз, не могло же с её появлением всё пойти не так, словно само мироздание решило наказать её за что-то? Эта мысль, иррациональная и глупая, на секунду принесла ей успокоение. — Да, если не считать того раза, когда связь оборвалась на несколько минут, — Стив говорил с набитым ртом, уже пережёвывая свой батончик, и крошки посыпались на его куртку, когда он встретился взглядом с Эйприл и её чуть нервными, расширенными от тревоги глазами. — То есть мы быстро его поймали, не волнуйся, — Харрингтон проглотил чуть не вставший комок батончика в горле и закашлялся, прочищая его, осознав, что решил побыть откровенным не очень вовремя. — И какой у вас план на случай потери сигнала там? — спросила девушка, ожидая, что у них, как у опытной команды, имеются хоть какие-то чёткие, продуманные и отрепетированные действия на этот случай. Но тишина, повисшая в фургончике, была слишком неловкой, и Картер переводила взгляд с одного напряжённого парня на другого, чувствуя, как надежда внутри неё медленно умирает. — Обалденно, — подытожила Эйприл, выдыхая с горькой усмешкой, в которой не было ни капли веселья. — Получается, Джим все эти тридцать семь вылазок был в Изнанке без подстраховки? Скажите, что вы шутите… — она жалобно простонала. — …Надо сказать? — неуверенно спросил Стив, оборачиваясь к ней. Девушка покачала головой, бессильно взмахнув рукой, мол, валяй, хуже уже не будет. — Мы пошутили, — Харрингтон переглянулся с Джонатаном, который закатил глаза и предпочёл молчать, не ввязываться в этот цирк и сохранять остатки своего спокойствия. — Но, если говорить на самом деле, Хоппер действительно крепкий орешек, реально ни одной накладки, — Стив увидел, как уголок губ Картер дрогнули в слабом подобии улыбки. Парень чуть улыбнулся в ответ, и на какой-то короткий момент ему показалось, что такое хрупкое перемирие между ними, продержится до самого конца. Но всё-таки он действительно был идиотом, раз верил в это. — В машине, — голос Майка, раздавшийся из рации в руке Джонатана, разорвал тишину и обозначил, что Джим наконец-то пробрался в машину к военным. Эйприл напряглась всем телом, сжимая ладони в замок так, но одновременно испытала и волну облегчения, накатившую на неё с головой, осознавая, что мужчину не поймали и он всё ещё на шаг впереди. — Джонатан, как сигнал? — через некоторое время миссис Байерс связалась с ним. Парень, не говоря ни слова, начал медленно прокручивать маховик, изменяя положение антенны и внимательно наблюдая за цифрами частоты на приборе. — Поймал, — сказал он, когда цифры начали меняться, постепенно стабилизируясь по мере его осторожной прокрутки маховика. — Может, поедем? — влез Стив, вновь жуя батончик, и этот хруст показался Эйприл режущим слух. Девушка прикрыла глаза, чувствуя, как в висках начинает пульсировать раздражение. Ей никогда не нравилось, когда он говорил с набитым ртом. Она проигнорировала это в самом начале, переживая за Джима, но сейчас… сейчас поняла, что не имеет права вообще высказывать ему ничего, поэтому вовремя прикусила себе язык, до боли сжав челюсти, и почувствовала медный привкус во рту. — Нет, ждём, — не согласился Байерс, пристально наблюдая за прибором. Эйприл с усилием оторвала взгляд от Харрингтона и так же стала наблюдать за изменением частоты, сильно ущипнув себя за бедро, чтобы привести чувства в порядок. Соберись, дура. — Ждём, ждём, — продолжал Байерс, а затем резко прокрутил маховик, когда сигнал достиг девяноста. — Пошёл, — скомандовал он, и Харрингтон резко рванул с места так, что Картер пришлось схватить Байерса за плечо. — Без накладок, — сказала она, смотря на друга, и в её глазах застыла немая мольба, обращённая к нему. Тот, быстро взглянув на неё, кивнул, и его кадык судорожно дёрнулся. — Без накладок, — подтвердил парень. Но лучше бы оба молчали. Джонатан резко напрягся через какое-то время, и его спина стала неестественно прямой, словно он только что проглотил лом. — Мы его теряем! — взволнованно выкрикнул он, и Эйприл резко посмотрела на цифры, ощутив, как сердце дрогнуло и пропустило удар, а парализующий страх мгновенно разлился по всему телу, пока показатели стали быстро уменьшаться, неумолимо теряя сигнал. 91, 85, 74, 66… — Чего? — не понял Стив, продолжая ехать, и в его голосе звучало искреннее недоумение. — Стой Стив, стой! — Картер повысила голос почти до крика, и Харрингтон резко притормозил. Визг шин по асфальту, ударил по барабанным перепонкам, и к горлу подступила небольшая тошнота, вызванная резким торможением. Джонатан тут же стал судорожно прокручивать маховик дальше, пытаясь стабилизировать сигнал, и его рука двигалась с отчаянной скоростью. Ему удалось поймать его только на частоте сорок семь. — Есть сигнал, — сказал Байерс, и девушка прикрыла глаза, слыша, как Стив расслабленно выдыхает. Только вот её собственное состояние ни капли не улучшилось, и это чувство, испытанное парнем, никак ей не передалось, оставив лишь горький осадок. — Ты можешь связаться с ним? — Картер посмотрела на Джонатана, который бросил взгляд сначала на неё, а затем на рацию в своей руке, и его пальцы, сжимавшие пластик, побелели. — Джо, можешь или нет? — голос дрогнул, и она подсела ближе к другу, почти прижимаясь плечом к его плечу, ища в этом контакте хоть какую-то опору. Она ощутила, как мелкая дрожь охватывает её руки и спину, а живот сводит в болезненный узел, пока тошнота продолжала подкатывать к горлу. Эйприл против воли вспомнила тот день. Горящий “Старкорт”, залитый оранжевым светом пожара, и то, как она искала Джима среди мечущихся фигур, но не находила. Помнила, как увидела миссис Байерс в одиночестве, и сделала выводы. Она думала, что Хоппер умер, пережила без него столько долгих, тёмных месяцев, а сейчас, если сейчас он действительно… — Он всё ещё жив. Ослепительная головная боль, последовавшая после знакомого голоса, заставила её рвано выдохнуть и согнуться пополам, зажмурив глаза. Боль была пронзительной, вонзившейся в мозг, словно раскалённая спица, и на мгновение мир перед глазами побелел. Боль была знакомой. Нет. — Эйп? — Байерс посмотрел на неё с беспокойством, отложив рацию в сторону, и его лицо исказилось тревогой. Стив обернулся на эту интонацию, мгновенно ощутив её. Он сразу заметил побледневшую, почти серую кожу и мелкую испарину, выступившую на лбу. Слишком знакомое состояние, которое парень прекрасно помнил и которое вызывало у него ужас. — Эйп, снова он? Эй! — Харрингтон было хотел перелезть к ней назад, бросив руль, но девушка приоткрыла глаза и быстрым рывком добралась до задних дверей, распахивая их. В какой-то момент ей показалось, что она грохнется лицом в грязный асфальт, но ей удалось удержаться за холодную ручку двери. Она вышла на свежий воздух, отходя к обочине, слыша, как её зовут по имени два голоса, полных паники, но игнорировала их, сосредоточившись только на одном — на дыхании. Эйприл старалась вдохнуть как можно больше, одновременно пытаясь понять, не ослышалась ли. Детский голос? Неужели… — Генри? — прошептала девушка, но в ответ только новая порция ослепляющей боли, и к горлу снова подступила тошнота. А затем, перед внутренним взором появились образы, в которых ей удалось узнать дом Уилеров. Девушка слышала крики и вой, совершенно нечеловеческий. — Нет… — начала было Эйприл, но резко замолчала, когда её замутило намного сильнее. Она успела только выдохнуть, ощутив, как пот скатывается по спине. И в следующее мгновение её вырвало. Слезы навернулись на глаза, во рту появился неприятный, желчный привкус, а голова продолжала ходить ходуном. — Вот чёрт, — девушка почувствовала, как чьи-то ладони обхватили её поперёк плеч, помогая сохранить равновесие, хотя коленки чуть подогнулись, и она почти осела на землю. Картер старалась дышать глубже, но выходило плохо, каждый вдох давался с трудом, словно лёгкие были чем-то сдавлены. — Там есть вода… найдёшь Харрингтон. Джонатан. Он рядом. — Не надо… — Картер кое-как оторвалась от друга, делая шатающийся шаг в сторону, убирая волосы назад с запотевшего лба. Взгляд стал более ясным, и девушка смотрела на пустую трассу, на которой они остановились, понимая, что головная боль не уходит. — Там… Уилеры, — начала было Эйприл, но из фургона вышел Стив, быстро приближаясь к ней с бутылкой воды, на ходу откручивая крышку. — Выпьешь? — он потянул её ей, останавливаясь вплотную к ней, оттесняя Байерса, но девушка не успела ответить, когда помехи от рации раздались из машины. Джонатан, оглядев их обоих, тут же отошёл к распахнутым задним дверям и подобрал рацию, и они услышали дрожащий, срывающийся голос Нэнси на том конце, которая звала Джонатана. Расслышать из-за шума в ушах ей удалось не всё, только обрывки слов, полные страха. — Моя мама и папа… в больницу… Эйприл взглянула на побелевшего Байерса и на застывшего с бутылкой в руке Стива, внутри не ощущая того же острого и пронзительного переживания, как бы она ни пыталась найти его. Потому что Уилеры были не первые люди, о которых девушка волновалась, далеко не первые. И следующие слова заставили её в этом убедиться, когда Джонатан подошёл ближе к ним, а рация снова затрещала. — …Оди пошла за ним, она тоже в Изнанке, — Картер смотрела на рацию, из которой доносились эти слова, и, рвано выдохнув, выхватила из рук Стива бутылку, делая глоток воды. Ещё один, и ещё один, а затем опустила голову, пряча лицо, зажмуриваясь. Всё это лишь для того, чтобы как можно дольше не показывать, как глаза её заслезились уже не от реакции на тошноту, а от совершенно другой, разрывающей сердце боли. *** Эйприл стояла, облокотившись на холодный металл кузова фургона, оперевшись плечом и головой на распахнутую дверь, которая слегка поскрипывала под её весом при каждом движении. Она скрестила ноги в лодыжках и вновь сделала глоток воды, чувствуя, как прохладная жидкость медленно стекает по пересохшему горлу, не принося, впрочем, никакого облегчения и лишь на мгновение отвлекая от гнетущих мыслей. В целом, если бы кто-то посмотрел на неё со стороны в этот момент, то вполне мог бы сказать, что девушка выглядит спокойной и собранной. Но это, конечно, было бы глубочайшим заблуждением, потому что внутри неё всё клокотало и вибрировало от напряжения. Пальцы одной руки нервно барабанили по металлу кузова, выбивая быстрый, сбивчивый ритм, в то время как пальцы второй сжимали пластик бутылки, то скручивая его до хруста, то отпуская. Они застряли на этом проклятом месте уже около часа, потому что их фургон окончательно сдох, издав напоследок жалобный скрежет. Стив, с головой ушедший в обнаружение проблемы, с ожесточением копался в развороченных внутренностях капота, периодически издавая неразборчивые ругательства. Джонатан же ходил в отдалении, нервно вышагивая взад-вперёд по пустой дороге и прижимая рацию ближе к уху, пытаясь разобрать сквозь помехи обрывки фраз от Нэнси. Это был самый настоящий кошмар, разворачивающийся в реальном времени: монстр напал на семейство Уилеров, похитив Холли и отправив в больницу Теда и Карен с тяжёлыми ранениями; связь с Джимом была окончательно потеряна в самый критический момент, а Джейн, их единственная надежда на спасение, ушла за ним в Изнанку. А они были здесь, застрявшие на пустынной дороге в оцепленном военными городе, и каждый из них находился на грани нервного срыва, который мог случиться в любую секунду. И хуже всего скрывать это внутреннее напряжение удавалось сейчас именно Эйприл, которая сжала бутылку слишком сильно, и вода, перелившись через горлышко, неожиданно хлынула на её руку и рубашку, мгновенно пропитав тонкую ткань майки, и намочив рукава кожаной куртки, оставляя на ней влажные подтёки. — Блять, — процедила Картер сквозь зубы, тут же ощущая, как прохладный ночной воздух неприятно холодит мокрую кожу, заставляя её поёжиться и передёрнуть плечами. Бутылка была с силой и раздражением отброшена в сторону и улетела куда-то в высокую траву на обочине, но до этого чуть не попала в голову Стиву, который как раз решил подойти к ней. Однако тот вовремя успел увернуться от летящего в него снаряда, инстинктивно пригнувшись. Девушка провела мокрой ладонью по лицу и несколько раз шлёпнула себя по щекам, пытаясь собраться и привести мысли в порядок, но куда там, всё было бесполезно. — Видимо, просить тебя о помощи мне не стоит… как ты? — Харрингтон остановился в паре шагов от неё, держа в одной руке фонарик, включая и выключая его для вида, намекая, чтобы она посветила ему, но, конечно, больше его интересовал ответ на второй вопрос. Картер повела головой в его сторону, смотря на него снизу вверх, и в её глазах мелькнула тень раздражения, смешанная с усталостью. — Чем ты занимался этот час? — спокойно спросила она, доставая из кармана кожанки пачку жвачки, конечно игнорируя вопрос о самочувствии. Две пластинки со вкусом черники отправились в рот, а взгляд в сторону, словно говоря: “Это тебя не касается”. Но Стив безошибочно распознал в этом наигранном спокойствии нотку тщательно скрываемой нервозности. Он и не был удивлён: их старый друг Векна, вновь явил себя и напомнил о своём существовании самым неприятным образом, вторгнувшись в её разум и показав то, чего видеть ей вовсе не следовало. Харрингтон прекрасно помнил состояние девушки год назад, когда этот потусторонний маньяк влезал в её сознание, показывая ужасные смерти своих жертв, и помнил её состояние после них. Бледную, дрожащую, с потухшим взглядом и срывающимся из-за слёз голосом. И сейчас Эйприл была близка к этому, но держалась заметно лучше, чем в те разы, и эта внутренняя стойкость, и отчаянный отказ сломаться вызывали у него истинное уважение. Но помимо этого, её внешний вид откровенно оставлял желать лучшего. Минут сорок она попросту игнорировала их с Байерсом, приходя в себя и отпивая маленькими глотками воду, полностью уйдя в себя. Но Стив не мог сказать ей, что большую половину часа ходил рядом, приглядывая за ней, или сидел на краю кузова, пока та не замечала его присутствия, безучастно смотря в одну точку перед собой. Харрингтон прекрасно понимал, что починка машины дело безотлагательное, что им нужно было как можно скорее добраться до больницы или вернуться обратно к радиовышке и там уже думать, что делать дальше. Но, глядя на девушку рядом, которая нервно кусала губы и перебирала пальцами туда-сюда, дал ей некоторое время. — Байерс больше истерил и разговаривал с Нэнс всё это время, пока я пытался сделать хоть что-то, — Стив подумал, что упоминание её друга в негативном ключе приведёт её в хоть какой-то тонус или хотя бы заставит огрызнуться в своей привычной манере. Но Эйприл лишь слабо улыбнулась, вновь посмотрев на него снизу вверх, и в этой улыбке не было ни капли знакомой энергии. — Он переживает за неё, это нормально. Парень видел, как трепетно она относится к Джонатану, и невольно вспомнил, что когда‑то такое же внимание было адресовано ему. Естественно, это всегда ему льстило, как и любому нормальному парню, нравилось получать внимание от девушки, которую любишь. Но сейчас не время для воспоминаний. — А я переживаю за тебя, — сказал Стив таким тоном, что Эйприл на мгновение растерялась, не поняв, правда это или очередная шутка. — Так что прошу, ваши умелые руки мне понадобятся. Он быстро развернулся и пошёл обратно к капоту, протягивая ей фонарик. Картер застыла на месте от столь двусмысленного комментария, но, поведя головой из стороны в сторону, отгоняя ненужные мысли, решила, что просто неправильно его поняла. Когда она подошла к нему, Харрингтон уже наклонился к содержимому капота, что-то высматривая в хитросплетении проводов. Картер осветила ему пространство, и яркий луч фонарика выхватил из темноты его сосредоточенное лицо. Он благодарно кивнул, не отрываясь от работы. — А если что-то серьёзное? Что тогда? — Эйприл смотрела, как Стив осматривает провода аккумулятора, иногда прищуриваясь и что-то бормоча себе под нос. — К нашему счастью, нет, — медленно ответил он, пару раз постучав костяшками пальцев по аккумулятору и прислушиваясь к звуку. — Думаю, проблема в нём. Перенапрягли мы старичка, и пфу… — Стив издал губами характерный звук, пытаясь полностью передать масштаб проблемы. — И что делать? — девушка подошла ближе, соприкасаясь плечом с ним, и это неожиданное прикосновение, заставило Харрингтона на секунду замереть. Он перевёл взгляд на её бледный профиль, освещённый тусклым светом фонаря, и невольно залюбовался. Какая же она красивая. Но Стив пропустил момент, когда Эйприл посмотрела на него, выжидающе выгибая бровь, явно что-то требуя. — …так, Стив? — он встрепенулся, моргнув пару раз, и тут же поспешил занять свои руки хоть чем-то, надеясь, что не порвёт какой-нибудь жизненно важный провод. — О, эм, да, что? — Харрингтон быстро оперся одной рукой о внутреннюю часть капота, но его ладонь чуть не соскользнула, и парень, неловко почесав нос, выпрямился. Картер, наблюдая за этим, старалась не закатить глаза, но её губы всё же дрогнули в подобии усмешки. — Я говорю, что нужно что-то делать, так? Или простоим здесь до утра и… — её перебили на полуслове. — У тебя в карманах случайно не завалялась вспомогательная батарея, желательно двенадцати вольт? — Стив саркастично оглядел её карманы, задерживая взгляд на пустых местах, и на это она уже закатила глаза, шумно выдохнув. — У вас нет запасной в машине, серьёзно? — Картер хмыкнула, когда Харрингтон тяжело вздохнул и устало потёр переносицу. — Нужно просто “прикурить” у кого-то, гении, — Джонатан, появился неожиданно, сказав это достаточно громко, хотя его самого не было видно за поднятым капотом, но затем послышался звук захлопывающейся двери, и она увидела его макушку на переднем пассажирском сидении, поверх поднятой крышки. — Действительно… — кивнул Харрингтон, обходя машину к боковой двери Джо. — Самый умный Байерс. Но видишь ли ты здесь хоть одну машину? Ночь на дворе, мы в оцепленном военными городе, очнись. — Стив широко взмахнул рукой, обводя жестом пустынную дорогу, а Картер прошла дальше по асфальту, туда, где дорога сворачивала на другую тёмную улицу. — Ты и Хендерсон были ответственны за фургон, где запасной аккумулятор? Или и здесь ты облажался? — Что?! Девушка полностью игнорировала их нарастающую перепалку, понимая, что они даже задержались с ней, потратив почти час на бесплодные попытки. Картер вновь оглянулась то в одну сторону дороги, то в другую, и было хотела развернуться обратно к фургону, но резко остановилась, возвращая положение головы обратно, прищуриваясь. Это же свет фар? Это не могло быть не оно. Картер сделала пару неуверенных шагов вперёд, вглядываясь вдаль и надеясь, что это не военная машина, мчащаяся к ним с явным намерением арестовать всю группу. Большинство военных находились сейчас в Изнанке, но это не отменяло того факта, что на поверхности их было ещё с избытком. — …Просто ты, Байерс… стоп, Эйп, ты куда? — голос Стива прозвучал растерянно, но Эйприл не ответила, продолжая идти вперёд уже быстрее, увидев, что машина была ярко-красного цвета и ехала ей навстречу. Картер отошла чуть в сторону, вытягивая руку в призывном жесте, чтобы машина остановилась или хотя бы замедлила ход. Позади неё уже слышались приближающиеся шаги. Около них, взвизгнув тормозами и оставив на асфальте короткий чёрный след, остановился красный джип CJ. Окно плавно опустилось, и Картер встретилась глазами с молодой, кудрявой девушкой, скорее её ровесницей, которая смотрела на них с откровенным подозрением. — Здравствуйте, извините, мы… — её бесцеремонно перебили. — Чё надо? — наглость, судя по всему, было её вторым именем. На это Эйприл лишь дернула уголком губ, ощущая, как внутри поднимается горячее раздражение. — Ну раз так, — тихо сказала Эйприл, скорее самой себе, тут же ощущая, как Стив, стоящий рядом, напрягся и застыл. Понимая, что сейчас может начаться, он мягко, но настойчиво обхватил Картер за локоть, придвигая чуть ближе к себе. — Успокойся, иначе мы здесь так и останемся, — его шёпот, тёплый и близкий, обжёг ей ухо. Девушка резко высвободила локоть из хватки, стараясь не обращать внимание на то, как по её спине пробежали предательские мурашки, и нервно повела плечами, скрещивая руки на груди. — Слышь, сахарные, чего надо то? — этот голос вновь завёл что-то глубоко внутри Картер, но она лишь хмыкнула, отходя чуть назад, демонстративно уступая место. — Ладно, включай своё обаяние, оно сейчас нужно, — Стив на это быстро возвёл глаза к небу, а затем наклонился ближе к окошку незнакомки, начиная объяснять ситуацию. Картер не могла слышать, о чём те говорили, так как уже возвращалась к фургону, замечая высунувшегося из окна Джонатана, который смотрел на неё с немым вопросом в глазах. — Харрингтон всё сделает, — бросила она, и действительно, он всё сделал. Девушка подъехала к ним на своей машине, вышла и открыла капот, пока Стив быстро забрался в кузов, достав пусковые кабели и вернулся. Он подсоединил красный зажим к положительной клемме аккумулятора сначала на машине Джессики, затем на их фургоне, а чёрный к отрицательной. Закончив, парень встал, облокотившись одной рукой о капот, а вторую уперев в бок. Эйприл, скрестив руки на груди, продолжала пристально смотреть на девушку, но при этом отчётливо чувствовала, как нервничает Харрингтон, когда та, встретившись с ним взглядом, чуть прищурилась. — Чё вылупилась? — кудрявая, повторив позу Картер, смело бросила ей это. Харрингтон подавился слюной, начиная кашлять, а Эйприл только ласково улыбнулась, но эта улыбка не предвещала ничего хорошего. — А ты всегда такая сук… — её резко перебил Стив, который выпрямился как по стойке смирно. — Ещё немного позаряжаем, и готово, пара минут, а там, надеюсь, врум-врум, — бодро сказал он, намеренно заминая опасный разговор и стараясь, по-видимому, разрядить накалившуюся до предела обстановку. Но куда там. Две девушки бросили на него такие говорящие взгляды, что парень тут же осёкся и замолк. Напряжённое молчание вновь повисло между тремя людьми, хотя особый, концентрированный негатив исходил только от двух девушек, стоящих друг напротив друга. Стив же, не зная, куда себя деть, стал менять позы, вертеться и попросту всем своим видом показывать, что он явно несчастлив здесь находиться. Оглядев обстановку в последний раз, парень чуть цокнул языком и потянулся к карману джинсов, доставая оттуда батончик. — Батончик, пока ждём? — спросил он, показывая сладость кудрявой, которая лишь закатила глаза и презрительно обдала его уничижительным взглядом, ничего не ответив. Повернувшись к Эйприл с тем же предложением, Харрингтон столкнулся со взглядом, который был ничуть не лучше предыдущего. Картер продолжала смотреть на него, надув пузырь из жвачки, который та тут же лопнула, продолжая жевать. Красноречиво. — Думаю, тебе лучше пойти в машину. Я тут справлюсь, а ты попробуешь завести фургон по сигналу, — девушка сказала это ровным голосом, продолжая пристально смотреть на него. — Я не думаю, что… — он не договорил, когда ладонь Эйприл с глухим стуком хлопнула его по животу, и парень замолчал, чувствуя, как воздух выходит из лёгких. Рука у неё всегда была тяжёлая. — Иди, — твёрдо сказала она, сделав вид, что чуть улыбнулась, и эта улыбка, больше похожая на оскал, заставила его отступить на шаг. Харрингтон пару раз покивав, согласился с доводом и открыл было рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут же быстро закрыл его, явно передумав. Стив просто развернулся и ушёл, садясь на водительское сиденье и с грохотом захлопывая дверь. Честно, он лучше проведёт это время с Байерсом, чем останется там, между двух разъярённых фурий. Когда парень скрылся, и девушки остались наедине, Картер не думала, что тишину нарушат. Но это произошло. Посмотрев себе под ноги, их спасительница произнесла: — Не боитесь, что военные засекут? — Эйприл взглянула на неё, и та, равнодушно пожав плечами, продолжила. — Особенно ночью, это всё очень романтично, но… — Картер на это резко нахмурилась, не понимая, о чём идёт речь. — Стоп, стоп, стоп, — она выставила одну ладонь вперёд, а когда поняла, что её слушают, вновь скрестила руки на груди. — Э… как тебя…? — ей ответили сразу. — Джессика. — Джессика, я Эйприл — кивнула Картер, быстро возвращаясь к нужной теме разговора. — Что именно романтично? На этот вопрос Джессика лишь снова пожала плечами, словно у неё спрашивали, как выйти из оцепленного города глубокой ночью. — Ну харе тупить, а. Твой парень всё рассказал. Ты типа сбежала с ним, пока родители не видели, и он устроил вам небольшой вечерний пикник в укромном местечке. Поэтому и спрашиваю: из-за военных не стрёмно? Хотя я теперь понимаю, чё ты такая дёрганая. Эйприл потребовалась огромная сила воли, чтобы не прикрыть глаза и не направиться прямиком к Харрингтону, чтобы задушить его голыми руками. Если бы в реальности он предложил ей такое идиотское свидание, со сбеганием от Джима, который наверняка уже схватился бы за ружьё, и с пикничком под звёздами прямо посреди военного положения, то она бы надела ему эту плетёную корзинку на голову или, что более вероятно, схватила бы ружьё Хоппера и с радостью согласилась выстрелить в него сама. Придурок чёртов. — Ммм, да, Стиви такой романтик, — Картер ощутила, как язык с трудом ворочается во рту, но заставляла себя говорить, выдавливая из себя эти слова сквозь стиснутые зубы. — По мне, так он слишком смазливый. Ну, или просто напомнил мне того парня, вокруг которого крутилась моя сестра… козёл, продинамил её, а мне потом подушку выжимай. — Эйприл навострила слух, чуть прикусив губу, чувствуя, как у неё напрягаются ноги. — Что, так похож? — уточнила Картер, мысленно усмехаясь, понимая, что Чарли не такой уж и сведущий в подробностях личной жизни Харрингтона. Но она тут же отогнала от себя эти мысли. Это было не её дело. Они же расстались, так? Значит, он мог быть с кем душа пожелает… да, конечно, мог. — М? Ну да, есть такое, — Джессика почесала щеку, а Эйприл ничего не ответила, и спустя минуту Джессике, видимо, надоело ждать и вести этот ни к чему не ведущий и скучный разговор. Она села в свою машину и несколько раз нажала на клаксон, и протяжный гудок разнёсся по пустынной дороге. В это время в кабине фургона разгорался нешуточный спор между двумя парнями, который, благо, Картер не слышала, понимая, почему Стив так нервничал, под подозрительным взглядом Джессики. *** Когда Харрингтон сел в фургон к Байерсу, тот неподвижно сидел, глядя в лобовое стекло, оперев одну ногу о приборную панель в совершенно несвойственной ему расслабленной позе. Стив промолчал на это, и начал нервно тараторить, пытаясь сесть, захлопывая за собой дверь. — Да, надо бы как-то ускориться. Наша добрая самаритянка и Эйприл не в духе, — Харрингтон уселся поудобнее, и сиденье жалобно скрипнуло под его весом, когда Байерс медленно повернул голову к нему, и в его глазах мелькнула тень любопытства, смешанного с плохо скрываемым раздражением. — Не в духе? — Джонатану было сложно разглядеть Картер из-за поднятого капота фургона, который загораживал почти весь обзор, но урывки интонации слышал, и мог составить примерную картину происходящего. Пока что Эйприл не была не в духе, но находилась в опасной близости к этому, балансируя где-то на самой грани, и достаточно было одной искры, чтобы она сорвалась. — Ну, если с Эйп всё как всегда, то вторая… может, она вспомнила меня? — Стив неуверенно пожал плечами, а Джонатан, чуть нахмурившись, спросил, глядя на него с явным непониманием. — Вспомнила? — Я динамлил её сестру… несколько раз, — Стив посмотрел в окно, рассеянно скользя взглядом по тёмным силуэтам деревьев. В памяти невольно всплыл образ одной девушки с которой он познакомился около трёх месяцев назад. Меган или Мелани, парень не помнил. Но помнил тёмные волосы, и знакомый изгиб губ, который думал, что забудет. Именно с ней он попытался начать что‑то, хотя сам не мог сказать, что именно. Не вышло, совершенно не вышло, как бы Харрингтон ни старался убедить себя в обратном и заставить испытывать внутри себя что-то, при виде другого человека. Всё попросту сводилось к одному: он ловил себя на том, что ищет в её чертах знакомые черты Эйприл. И максимум, чего ему удалось добиться, пересилив себя и подавив подступающее к горлу отвращение к самому себе, быстро и почти формально поцеловать ту девушку в щёку. Его не покидало мерзкое чувство, что он делает всё неправильно, что использует другую, и что предаёт, и было ясно, кого именно. Так дальше одного неловкого свидания и смазанного касания в щёку, который и поцелуем не назовёшь, ничего и не зашло. Остался лишь горький осадок и чувство собственной никчёмности, из-за попытки заменить одно на другое, а вышло лишь ещё сильнее ощутить и убедиться, насколько ему не хватает одной конкретной девушки. — Отлично, — саркастичный голос Байерса, прекрасно передающий, что тот о нём думает, вернул его к реальности, хотя Стив мог бы сказать себе, что был благодарен за это, но никогда не произнесёт этого вслух. Между ними вновь повисла неудобная тишина, и Харрингтону хотелось её нарушить, потому что был ещё один человек, о котором он переживал, и это беспокойство грызло его изнутри. — Ты связался с Нэнс? — он взглянул на Джонатана, прекрасно зная ответ ещё до того, как задал вопрос. Байерс помолчал какое-то время, собираясь с силами и явно переживая каждое слово заново, а потом на выдохе сказал, и его голос прозвучал глухо: — Папа в искусственной коме, маму оперируют. Пока велели ждать пару часов. — парень поднёс пальцы ко рту в нервном жесте, начиная покусывать ногти, и Харрингтон, отведя взгляд, подытожил с тяжёлым вздохом: — Просто охренеть, — он прикрыл глаза ладонью, массируя веки, пытаясь хоть на секунду отгородиться от всего этого кошмара, когда Байерс медленно кивнул. — Думаешь, стоит навестить её в больнице? — продолжил Харрингтон, переводя взгляд на парня и ожидая хоть какой-то реакции. — Если сможем завести эту колымагу. Но ответ ему был дан чёткий, что Стив на мгновение подумал, будто ослышался. — Нет. — Джонатан сделал короткую паузу и продолжил. — Придерживаемся плана. Прочёсываем “Г” один, ищем Хоппера, Одиннадцать и Холли, — Байерс считал, что хоть с Харрингтоном они ну совсем не понимали друг друга, но он не думал, что это достигнет апогея сейчас. — Просто… это будет сложно и может занять очень много времени, — Джонатан, услышав эту, казалось бы, ясную мысль, развёл ладонью на колене, не понимая, к чему тот клонит. — Ну да, — ответил парень, смотря на Стива с нарастающим подозрением. — Ну, больница же по пути. Мы можем заскочить, показать Эйп Чарли, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке… — Джонатан сощурил глаза на этом. Единственное, чем мог помочь Митчелл, это дать конскую дозу успокоительного для неё, которую Эйприл могла запихать им самим, если бы узнала, а такое развитие событий никого не радовало. Но Стив продолжил, не замечая его реакции, — …привести Нэнси цветов… — Вот оно что. — Господи, — Байерс резко отвернулся, чуть усмехаясь, когда Харрингтон взглянул на него с искренним недоумением, и его брови поползли вверх. — Что? — тот явно не понимал, к чему такая реакция, и его лицо выражало абсолютную растерянность, что делало ситуацию ещё более абсурдной. — Я просто подумал, что… сегодня уже можно и прекратить. — Что прекратить? — Стив либо притворялся, либо действительно не понимал, но Джонатан уже не мог отличить одно от другого. — Серьёзно? Не понимаешь? — Байерс развернулся к нему на сидении всем корпусом, смотря в упор и сверля его неприязненным взглядом. — Из Эйприл Векна вновь чуть не сделал свой личный радиоприёмник, ты видел её состояние. Её отец и сестра пропали где-то в Изнанке, а ты сейчас думаешь о том, как подарить Нэнси цветочки? — Джонатан никогда не считал себя вправе влезать в их с Эйприл отношения, несмотря на его личное отношение к Стиву. И как бы Байерс не хотел признавать, Харрингтон сделал для неё действительно многое. Самое важное, то что он действительно не дал девушке полностью рухнуть после “смерти” Джима. Картер, всякий раз, когда писала ему и Уиллу в Калифорнию, обязательно упоминала Харрингтона и в каждой строчке сквозила глубина её чувств к нему, пусть она и признавалась, что ей непривычно быть с кем‑то в таких отношениях. В итоге они, посоветовавшись с матерью, смогли купить им два билета в Калифорнию, и это многое значило. А затем они расстались, что Байерс узнал от Чарли, который не горел особым желанием отвечать на вопросы, сказав только, что это их личное дело. И это было действительно так, если бы Эйприл, резко не прекратила общение со всеми. И сейчас понимал почему. Джонатан не удивился, если бы узнал, что они расстались из-за этой неопределённости и вечного метания Харрингтона. — Я не понимаю, о чём ты. Эйп действительно было плохо, и в больнице… — Стива перебили, когда он попытался взять слово и возразить. — Не понимаешь, серьёзно? — Джонатан не верил ему. — Твоё желание привлечь к себе внимание настолько велико, что ты не понимаешь, что сейчас не время? — Стив удивлённо расширил глаза, когда Байерс продолжил, и его голос зазвучал намного злее, чем ожидалось от него. — Я не идиот, чтобы не замечать, как ты стал общаться с Нэнси, пока Эйприл не было рядом. Но сейчас, как только она появилась, ты вновь пытаешься перетянуть её внимание на себя своим идиотским рисованием перед ней, но втягиваешься в это и Нэнси. Байерс чуть повысил голос, когда Харрингтон сам начал заводиться, чувствуя, как внутри закипает негодование. — Это и в обычные дни напрягает, но сейчас ты действительно пробил дно. Ты эгоистичный, безмозглый шовинист. Стив с шоком смотрел, переваривая оскорбления от взорвавшегося Байерса, и тут резкий сигнал машины отвлёк его внимание и заставил вздрогнуть. Парень взглянул вперёд, замечая, как Джессика неистово долбит по рулю, сигналя с протяжным, раздражающим гудком. Харрингтон быстро взмахнул ей рукой, давая своеобразный сигнал, и стал заводит машину, надеясь, что аккумулятор зарядился, но внезапно остановился и сказал, обдумывая каждое слово: — А знаешь, что, Байерс? Ты совершенно прав. Я переживаю за свою подругу, — сказал он, выделяя голосом и делая паузу перед следующим словом. — Просто подругу, — Стив попытался вновь завести машину, но раздражение мешало это сделать. — Серьёзно, вы с Эйприл слишком большое внимание придаёте нашим дружеским отношениям с Нэнси, но, конечно, именно я эгоист, — вновь завести машину не удалось. — Или, возможно, проблема всё-таки в тебе, чувак. Джонатан посмотрел на Харрингтона, слушая с напряжённым вниманием. — После Калифорнии ты ведёшь себя как стрёмный укурок-параноик. Перестань уже смотреть на меня и чаще смотри на неё. Стив жестикулировал на руле, и его руки двигались резко и порывисто, выдавая крайнюю степень раздражения. — И тогда, наконец, будет вам обоим счастье, а то получается, сейчас в этих отношениях несчастней тебя только Нэнс. Харрингтон было вновь потянулся к ключам, но Байерс, явно задетый за живое, не желал оставаться в проигрыше аргументов и уступать последнее слово. — Да? Серьёзно? И часто ты сам пользовался своими советами? Потому что я не вижу счастливую пару Харрингтон и Картер. Стив замер, сжимая пальцы на ключе сильнее, смотря на них. — Ты-то не забывал смотреть на неё чаще, не упуская при этом из вида Чарли, ну, мало ли, подойдёт к ней ближе, чем тебе хочется. Хотя сейчас, возможно, уже и подошёл, от этого бесишься? Харрингтон резко посмотрел на него и заметил, как Байерс язвительно поднял уголки губ, больно напоминая ему этим Эйприл. Но сейчас это вызывало скорее раздражение, чем тепло на душе. — Была ли она достаточно счастлива с тобой, раз вы разбежались? Думаю, нет, — Джонатан смотрел, как Стив отвернулся, но продолжил, и его голос стал тише, но твёрже. — Ты хоть раз пытался заговорить с ней за этот год, а не строить сейчас из себя непонятно кого? Весь этот год, этот Векна мог её… а мы даже не пытались выяснить, что с ней происходит, только Уилл. — Здесь уже было порицание и к самому себе. Байерс замолчал, а затем продолжил. — Ты говоришь себе, что её любишь, так? — Стив замер, поражаясь такой смене настроения от обычно тихого паря, хотя в голосе Джонатана продолжало слышаться уныние от непринятия этого факта. — Тогда какого хрена цветы для Нэнси тебе важнее, чем пропажа её близких людей? Стив хмыкнул, вновь пытаясь завести фургон, когда Джессика вновь посигналила им, на этот раз более настойчиво. — Вы серьёзно с Эйп два сапога пара, твердолобые, аж бесит, — Харрингтон с раздражением взглянул на Байерса. — Но поверь мне, у меня с Эйприл всё ещё впереди, будь уверен, а вот у вас с Нэнс… ну, я сильно сомневаюсь. Джонатан зло посмотрел на Стива, сжимая челюсти с такой силой, что перед глазами стали плясать чёрные круги. А тому наконец-то удалось завести машину, и двигатель взревел, заполняя салон вибрацией. — Не будь так уверен, — тихо сказал Байерс, и в этот самый момент Картер, почувствовала, как фургон наконец завёлся. Она отошла от капота и прошла к двери со стороны Харрингтона, хлопнув по ней ладонью с такой силой, что оба парня быстро посмотрели на неё, прерывая свою перепалку. Эйприл подняла голову, смотря на заведённого Стива, который, правда, тут же попытался смягчить взгляд и лицо, когда встретился с ней глазами, и на его губах появилось что-то отдалённо напоминающее виноватую улыбку. — Скоро поедем, можешь залезать, а я пока… — парень аккуратно приоткрыл свою дверь, чтобы выйти и наконец-таки отпустить кудрявую девушку, которая, судя по её нетерпеливому виду, уже готова была уехать, прихватив с собой их кабели. Но внезапно он замер, смотря куда-то поверх головы Картер. Он чуть прищурил взгляд, а затем расширил его, и на его лице отразилось неподдельное потрясение. — Да чтобы тебя перевернуло… Эйприл ощутив смятение от его вида, резко повернула голову, смотря себе за спину, но тут же развернулась полностью, чуть приоткрыв рот от шока, когда её глаза расширились. — Дасти… Он был избит. Его окровавленный нос, кровь с которого стекала на губы и подбородок, капала на порванную майку клуба Адского Пламени, представляя собой ужасное зрелище. Сам он еле шёл, облокачиваясь на велосипед, который служил ему единственной опорой. Парень остановился и слабо махнул им рукой, когда девушка поспешила к нему, внимательно осматривая его лицо и переводя взгляд на другие части тела в поисках более серьёзных повреждений. — Что… — она не успела закончить, как Хендерсон, чуть шмыгнув разбитым носом и поморщившись от боли, вытер кровь с губ дрожащими пальцами. — Поможешь? — Дастин указал на своё лицо, и девушка только кивнула, ощущая, как внутри всё сжимается от ужаса и ярости, одновременно надеясь, что в фургоне найдётся хотя бы что-то, чтобы подлатать парня. *** — На меня смотри, а не на него, — Эйприл придержала голову Дастина за подбородок, начала осторожно вытирать остатки уже запёкшейся крови с его разбитой губы. Сделать это было почти невозможно, поскольку Хендерсон, то и дело вертел головой из стороны в сторону, следя за маячившим за спиной Картер Стивом, который нервно вышагивал туда-сюда. Девушка, впрочем, соврала, если бы сказала, что не ощущает этого давящего напряжения от обоих парней, которые, буравили друг друга взглядами всё это время, обмениваясь молчаливыми и полными взаимных претензий сигналами, и это неимоверно раздражало, мешая сосредоточиться на ранах. Джонатан тем временем вновь вернулся к ним, держа в руках ещё одну бутылку с водой, и теперь оттирать кровь с разбитого лица Хендерсона стало намного легче. — Кто тебя так? — Эйприл, спросив это, оглядела разбитый нос парня, переносица которого была уже покрыта кровавой коркой. Оттирать её сейчас было бессмысленно, салфетки и вода здесь мало чем могли помочь, и явно требовалось что-то посерьёзнее. — Точнее говоря, почему тебя так? — голос Харрингтона сзади прозвучал с недовольством, которое повлекло за собой немедленное закатывание глаз со стороны Дастина. — Ты только что закатил глаза…? — девушка глубоко вдохнула от абсурдности ситуации и на секунду прикрыла веки, пытаясь сохранить самообладание и не сорваться на крик. — Стив, — Эйприл резко повернула голову в его сторону, и тот так же посмотрел на неё, но по его упрямому, напряжённому лицу она сразу поняла, что оставлять Дастина в покое он не намеревался ни при каких обстоятельствах. Поэтому, шумно выдохнув и отвернувшись, начала сворачивать остатки салфеток в трубочки. — Оставь его в покое, по крайней мере сейчас, лучше иди, и садись за руль. Скоро поедем. Картер услышала за своей спиной говорящий вздох, когда вставляла Хендерсону получившиеся трубочки в ноздри, чтобы хоть как-то остановить всё ещё сочащуюся кровь. Затем послышались удаляющиеся шаги, и девушка украдкой заметила, что Стив действительно направился к водительскому месту, хотя и с явной неохотой. — Что бы я без тебя делал, — саркастично сказал Дастин, следом морщась от боли в носу и чуть отстраняясь, когда она надавила чуть сильнее, чем нужно. — Вынужден был бы выслушивать нудную лекцию и претензии. Правда, они и не без основательны, — Эйприл взглянула на него, сказав это, и тот сразу отвёл взгляд, уставившись куда-то в асфальт, поудобнее устраиваясь на кузове. — Хотя не думаю, что твоё присутствие что-то изменило… с тобой или без это случилось бы. Парень заметил, как девушка рвано выдохнула, а затем, покачав головой, вновь оглядела его, и тогда он увидел в её глазах беспокойство, которое она так старательно прятала за маской безразличия. Было видно, что Картер стоило огромных усилий, чтобы это чувство не переросло в истерику. — Что произошло? — он поправил сбившуюся на затылок кепку, когда Джонатан, оглядев их обоих, молча залез в фургон, устроившись на сиденье под маховиком и начиная проверять оборудование. Хендерсон же полностью сосредоточил внимание на стоявшей перед ним девушке, которая, быстро взглянув на небо, горько усмехнулась и в каком-то жесте отчаяния опустила голову обратно, продолжая усмехаться. — Может, Стив расскажет лучше… — её перебили почти сразу. — Навряд ли. Максимум, что мне светит, это история его видения ситуации, как я всех подставил, подкреплённая осуждением и сарказмом, — Эйприл лишь хмыкнула, признавая горькую истину в этих словах, и, поджав губы, продолжила смотреть на асфальт под ногами. — Ну, если коротко, то Джим пропал, Джейн отправилась вслед за ним, на семейство Уилеров напали, доведя до состояния выживших из мясорубки Карен и Теда, Холли похитили, а ну и Генри вновь… почтил меня своим визитом. Хендерсон тут же нашёлся, подхватывая мысль с той быстротой, которая всегда поражала её. — Как в поместье Крилов? — На что Картер кивнула, обхватывая шею ладонью и чуть сжимая её, ощущая, как напряжённые мышцы немеют под пальцами от давления. — Да, только более щадящие в этот раз. Я смогла увидеть только короткие обрывки и услышать рык… этого, — она нахмурилась, пытаясь вновь восстановить в памяти название существа, от которого кровь стыла в жилах. — Демогоргона, — подсказал Дастин обыденно, и Эйприл, коротко угукнув, замолчала. Они оба затихли, каждый думая о своём. — Мы готовы, — Стив обернулся к ним, смотря из распахнутых задних дверей фургона, где девушка устроила небольшую зону медпункта для Хендерсона. — Щас начнётся, — выдохнул Дастин, и Картер, не видя смысла лгать, лишь кивнула, соглашаясь с неизбежностью. — Я думала, ты выработал иммунитет к нему, — она залезла в фургон следом за Хендерсоном, который, хмыкнув, сказал: — А я думал, что ты выработала. Хотя тебя он даже и не думал бы отчитывать, — пожал плечами парень, добавляя последнее предложение заметно тише, наблюдая, как Джонатан надевает наушники, показывая всем своим видом, что рулевым остаётся он. — О, поверь мне, я была бы в первой списке Харрингтона, если бы облажалась, — так же тихо сказала девушка, легонько пихая Дастина в плечо и желая хоть как-то разрядить обстановку, но Хендерсон продолжал оставаться серьёзным. — Пф, он всегда, во всех спорах вставал на твою сторону, и сейчас бы было так же, даже если бы ты сказала, что сама являешься Векной, — Эйприл выгнула бровь на такое заявление, а Хендерсон лишь сделал невинное лицо, после чего полез на переднее сиденье к Стиву. Картер провожала его взглядом, а Джонатан, настраивая прибор, искоса наблюдал за ней. Фургон наконец-таки поехал, мягко покачиваясь на неровностях дороги, и девушка подсела ближе к Байерсу, который стал следить за изменением показателей частоты, периодически что-то подкручивая и хмурясь. Её мысли, касательно фразы Дастина, быстро улетучились, когда пришли куда более важные и тревожные. — Как думаешь, они в порядке? — спросив это, Эйприл получила быстрый взгляд от Джонатана. — Хоппер не промах, как и твоя сестра. Они выживут, и мы найдём их, — Картер благодарно кивнула, желая услышать именно это, поэтому решила сосредоточиться на возможной помощи Байерсу, пока Стив тем временем решил просвятить Хендерсона более подробно о том, что случилось в его отсутствие. Когда они проехали уже достаточно по тёмной, извилистой трассе, Харрингтон подходил к завершению своего рассказа. — …Повезло, что Джессика возвращалась с вечеринки и под действием моих чар нас “прикурила”. Эйприл и Джонатан переглянулись, но мудро промолчали, решив не комментировать это сомнительное заявление. — А теперь рассказывай ты, почему выглядишь как Рокки Бальбоа. Видишь ли, именно эта вылазка была особенной, — Картер не поняла, когда эта вылазка стала таковой. Всё должно было быть, как обычно и никто не мог подумать, что она обернётся такой катострофой. — Всё пошло не так. Словом, молодец, Хендерсон, отличился, так держать, — Эйприл чуть напряглась, слушая то, что говорит Стив. Хендерсон же молчал, что явно не нравилось Харрингтону. Тот взглянул на него, покачав головой. — Молчит, — сказал он, когда уже и Джонатан начал бросать на них короткие взгляды. — Что-то новенькое… — продолжил парень, но Дастин резко перебил его, не выдержав этого давления. — Я перевариваю, Стив, уймись, — Эйприл пододвинулась чуть ближе, слыша усталый, надломленный голос Хендерсона. — Холли… почему Холли? — он явно не понимал связи, — Оди могла бы рассказать, но расспросить её нынче сложновато, мы потеряли связь с Изнанкой, — обвинение в тоне Харрингтона вывело бы любого из себя, но Дастин продолжал сохранять спокойствие, хотя было видно, что это даётся ему с огромным трудом. — Ладно, на будущее, когда свет начинает сильно мигать, значит, генератор перегружен и надо всё вырубать. Немедленно, — как только он закончил, Стив вновь вступил в диалог, словно только и ждал повода. — Да, ну класс. Спасибо, Хендерсон. В следующий раз обязательно так и сделаю, ну или, как вариант, может, тебе следует тупо быть на своём месте, — Картер провела рукой по лицу, смотря на Джонатана, и её голова, не успевшая пройти после визита в гости Генри, вновь дала о себе знать тупой, пульсирующей болью в висках. — Это может продолжаться вечность… — сказала она, когда Байерс снял наушники, прерывая обоих ссорящихся просящим тоном. — Эй, а можно так не орать? Я вообще-то пытаюсь поймать сигнал, если вы забыли, — кивнул он на прибор, на что получил саркастичный палец вверх от Стива, но тише они с Дастином стали. На пару секунд. Их голоса продолжали становиться громче и громче, и каждый новый виток перепалки, казалось, распалял их всё сильнее. — Ты или я? — только и спросила Эйприл, смотря на раздражающегося шумом Джонатана, когда Стив взорвался. — Господи, да хоть раз в жизни признай, Хендерсон, что ты облажался! — Эй! — Байерс не выдержал и прикрикнул. — Вы можете заткнуться, нахрен… достали, — парни угомонились, но всё равно смогли что-то процедить друг другу сквозь зубы, более тихо, но не менее ядовито. — Вы успокоитесь или нет? — Картер уже сама повысила голос, замечая, как Джо рядом морщится от этого шума, а Стив и Дастин переглядываются с одинаковым выражением на лицах. Эйприл отсела подальше, выдыхая, облокачиваясь на холодную стенку фургона, прикрывая глаза. Холодный металл хоть как-то остужал разгорячённую кожу, и она позволила себе на мгновение расслабиться, слушая, как Джо причитает о слабости сигнала и необходимости скорректировать курс. Девушка понимала, что ещё немного и она провалится в сон, ведь уже пару раз клювала носом и вздрагивала, когда голова падала на грудь. А завтра ещё на работу… Картер чуть усмехнулась, откидывая голову назад, приоткрывая глаза. Её отец пропал, как и сестра, а она думает о долбанной работе. Но это хоть как-то помогало не сойти с ума окончательно от переживаний и домыслов, что кружились в голове. Что где-то там, за пределами этого кошмара, существует нормальная жизнь. Эгоистично? Скорее всего, но так ей было легче. Она даже не поддалась тому воодушевлению, когда Джонатану удалось поймать какой-то сигнал, это было бы слишком светло и хорошо, чтобы быть правдой. Хотя даже Дастин перелез к ним назад, но, как Картер и подозревала, ничего путного, лишь пустые помехи. — Мы не можем ездить всю ночь, рано или поздно нас засекут, — Стив взял слово, аккуратно ведя машину. — И мы все устали, нужно передохнуть. Он бросил взгляд на Эйприл через зеркало заднего вида, а затем на Дастина, который выглядел так же плохо, если не хуже. — А завтра продолжим или, я не знаю, придумаем что-то. Эйприл заметила, как ночь перестаёт быть столь тёмной и чуть вытянула шею, смотря вперёд. За стёклами начинало понемногу светлеть. — И как я с таким лицом покажусь матери? — Дастин взглянул на Харрингтона, и тот лишь пожал плечами. — Только сейчас об этом задумался? — Хендерсон покачал головой, когда Эйприл взяла слово. — Ты можешь переночевать у меня. Я позвоню твоей маме и скажу, что ты со мной, а если начнёт расспрашивать, то придумаем что-нибудь. А вы можете ехать дальше к радиостанции, — девушка скрестила руки на груди, ожидая ответа. — Я не прот… — как только Дастин начал отвечать, его перебили. Нет сомнений в том, кто это был. — Ты… серьёзно собираешься остаться одна? — Харрингтон чуть сбавил скорость, чтобы взглянуть на неё, встречаясь с её чуть сонным и, мягко говоря, задолбанным взглядом, полностью игнорируя вопрос Дастина о том, что значит “одна”. — Не начинай, — только и сказала она, прикрывая глаза и откидывая голову на стенку. — Не начинай? Серьёзно? Векна снова навестил тебя, превратил в фарш твои мозги или этого мало? Эйприл вздохнула, и её вздох прозвучал устало и обречённо. — Это был Генри, а не Векна, — трое парней переглянулись. — Есть разница? — Дастин обернулся к ней, и в его глазах застыл немой вопрос. — Есть, — Картер кивнула. — Видения Генри обычно связаны с ним его детствов или более щадящие, но видения Векны это то… то, что он показывал мне год назад или Макс. Упоминание рыжеволосой девушки, которая до сих пор находилась в коме, было неприятным. Потому что до сих пор было непонятно, что с ней. Эйприл навещала её по мере возможности весь этот год, стараясь, конечно, не пересекаться с ребятами, что приходили проведать её. Сложнее всего было с Лукасом, который буквально не отходил от койки девушки ни на шаг, дежуря у её постели днём и ночью. — Но сейчас же ты вновь видела что-то похожее на Векну, разве нет? — Стив и сам мало что понимал, но старался слушать, чтобы не упускать деталей. — Я слышала детский голос, — она помолчала, а затем продолжила. — Он был похож на голос Генри, он… сказал, что Джим жив, — девушка открыла глаза, но все смотрели в свои стороны, погружённые в раздумья. — Ты думаешь, что Векна и Генри — разные личности? — вновь начал Хендерсон заинтересованно. Картер же, не понимая и половину сути, поспешила сообщить. — Я не знаю точно, но, возможно, что да, — повисла тишина, но Эйприл ощутила, как фургон плавно остановился. Она чуть нахмурилась, но через лобовое стекло ей удалось разглядеть очертания знакомой улицы. Её улицы. Эйприл взглянула на Стива, когда Дастин уже вышел на улицу, разминая затёкшие ноги и морщась от боли. — Ты просила домой, — он не смотрел на неё, и его голос прозвучал нейтрально, даже слишком. — Спасибо, — быстро сказала девушка, смотря на Джо. — Увидимся, — на это парень поднял свой кулак, и она отбила его своим, выходя через задние двери на прохладный предрассветный воздух. — Отдохни как следует…, — Джонатан с каждым словом звучал неуверенно, будто что-то другое отвлекло его внимание, и через пару секунд Картер поняла, кто именно. Стив вышел из машины и, быстро обойдя фургон, кинул Джонатану ключи. — Справишься, Байерс? — Эйприл долго смотрела на него, пока Дастин уже стоял у входной двери, всем своим видом показывал, чтобы они поторопились, нервно переминаясь с ноги на ногу и кутаясь в свою порванную куртку. — Куда ты собрался? — Картер не собиралась двигаться с места. Ни на йоту не сдвинется. Харрингтон перевёл взгляд на неё и просто ответил. — Ты не останешься одна. Можешь обижаться и злиться сколько влезет, — Картер злобно смотрела на него, но лицо оставалось внешне спокойным, хотя внутри всё клокотало от смеси ярости и какого-то совершенно неуместного, предательского тепла. — Сел в фургон и уехал, — на эти слова, в которых еле сдерживалась злость, Стив только взглянул на неё и захлопнул двери машины, говоря напоследок: — Езжай, Байерс. Эйприл сглотнула, громко выдохнула через нос и прошла мимо него к дому, пока в тишине улицы постепенно затихал звук отъезжающего фургона. Девушка достала ключ из заднего кармана штанов, открыла дверь, пропуская Дастина внутрь и вошла следом. Она уже собралась резко захлопнуть дверь перед носом Харрингтона, но тот мгновенно среагировав, успел придержать дверь ладонью, приоткрыв её шире и ловко проскользнул внутрь. — Хорошая попытка, — сказал Стив, когда Картер заперла дверь и с раздражением бросила ключи на тумбочку, где они звякнули о деревянную поверхность. Молчи и терпи. Молчи и терпи. Только сегодня. Она стала стягивать с себя обувь и кожаную куртку, чувствуя, как майка под ней, неприятно липнет к вспотевшей спине, говоря через плечо: — Марш в ванну, Хендерсон, приведи себя в порядок, нужна помощь? — тот отрицательно покочал головой, поплёлся наверх, держась за перила, еле волоча ноги. Девушка же быстро помыла руки в раковине, когда краем глаза заметила движение позади себя. — Не садись, он сломан, — Стив кое-как успел выпрямить ноги, чтобы не рухнуть на диван, который предательски скрипнул под его весом, и этот звук заставил его поморщиться. — Сломан? — парень взглянул на диван, когда девушка налила себе воды и принялась жадно пить, чувствуя, как холодная жидкость наконец смывает металлический привкус с языка и неприятные ощущения из-за рвоты. — Он скрипит и не раскладывается, выброшу его позже, — она пожала плечами, но ей ответили, и в голосе Харрингтона проскользнула заботливая нотка: — Может, я посмотрю? У нас с Робин на радиостанции был похожий, так что я могу… — девушка громче нужного поставила кружку обратно на столешницу, и звук удара о дерево эхом разнёсся по кухне, заставив её саму вздрогнуть. — Не нужно ничего смотреть, — Эйприл развернулась к нему всем телом, и в этом движении было столько напряжения, что, казалось, воздух между ними заискрился. — Будешь спать с Дастином наверху, в комнате родителей. Если что-то не устраивает, вали. — и прошла мимо, почти задев его плечом. — Вполне устраивает. Конечно, я бы предпочёл спать в совершенно другой кровати, но раз так, — девушка остановилась как вкопанная, прекрасно понимая намёк, и внутри неё что-то болезненно сжалось. Картер резко развернулась и подошла к нему вплотную, так, что между их лицами осталось лишь небольшое расстояние, но трепета от этого сближения не ощутил никто, и ей пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Прекрати, понял? — он наблюдал за ней, ничуть не смущаясь её агрессии и даже не пытаясь отстраниться, и в его карих глазах плясали отблески тусклого кухонного света. — Мы расстались, и точка. Всё кончено. Вдолби себе это в голову и оставь меня в покое. Потому что единственное, что меня сейчас волнует, это то, как найти мою семью живой. Но ты даже сейчас пытаешься… Эйприл указала рукой на него, не зная, как закончить, потому что ощутила, как всё навалилось разом: усталость, страх за семью, боль от этой непроходящей головной боли, и его присутствие, такое знакомое и такое непереносимое одновременно. И самое мерзкое, что девушка почувствовала, как начинает свербить в носу, а губы дрогнули. Только попробуй заплакать, Картер. А Стив продолжал смотреть, прекрасно видя её состояние и то, как она балансирует на грани. Он видел, как дрожат губы девушки, как влажно начинают блестеть глаза, а плечи напряглись, словно та готова была ударить его. Поэтому он и сделал то, что сделал. Эйприл только и успела, что возмущённо простонать, когда парень, несмотря на её сопротивления, прижал её к себе, обнимая крепко и надёжно. Девушка действительно пыталась вырваться, упираясь ладонями в его грудь и чувствуя, но либо слишком мало прилагала сил, либо не хотела этого на самом деле. Через пару безуспешных попыток, она успокоилась, тяжело дыша, а затем, всхлипнув, уткнулась лбом ему в ключицу, прикусив губу до боли, ощущая, как глаза наполняются горячей влагой, и сдерживать это стало невозможно. Никто ничего не говорил, но его ладонь, опустившаяся ей на затылок, и мягкие, успокаивающие поглаживания по нему сделали своё дело. Стив прижимал её к себе, уткнувшись носом в её макушку, и его дыхание было тёплым и ровным. Эйприл тихо заплакала, прижимаясь к нему чуть сильнее, и её пальцы сами собой вцепились в ткань его куртки на спине. Совсем чуть-чуть. Только сегодня. — Это ничего не меняет, — сказала Картер спустя какое-то время, когда слёзы иссякли, а дыхание стало ровнее, но её голос прозвучал приглушённо и надломленно. — Конечно, — ответил парень, и это прозвучало так, словно он и правда ни к чему её не обязывал и не ждал ничего взамен, как будто всё, что ему было нужно, это просто быть рядом, во что она не верила. От всех этих противоречивых чувств хотелось рыдать, но объятий не разжимать. И если бы Эйприл только знала, что ждёт её утром, то с полной уверенностью выгнала бы Харрингтона прямо сейчас. *** Эйприл не знала, сколько времени провела здесь, медленно бредя от одного места к другому, шагая по этим бесконечным и однообразным песчаным склонам, которые постепенно сменялись участками твердой, потрескавшейся земли. Каждый шаг давался с трудом, а тело ощущалось тяжёлым, а в висках пульсировала тупая боль, навязчивое напоминание о том, что физически она находилась не здесь. Этот разрыв между реальностью и иллюзией лишь добавлял ощущение болезненной дезориентации. Картер даже не могла бы с уверенностью сказать, как именно оказалась здесь. Она помнила лишь, как проваливалась в сон, наполненный обрывками тревожных мыслей о Джиме и Джейн и острой, всё ещё не утихшей злостью на Харрингтона. Ей снилось что-то ещё, какая-то бессвязная мешанина образов, но воспоминания о том ускользали от неё, стоило только попытаться за них ухватиться. А затем ей словно кто-то грубо разлепил веки, и перед ней предстала эта пустошь. Воздух здесь был обжигающе сухим, и каждый вдох отдавался в горле неприятным, саднящим покалыванием. Эйприл понимала, что это очередной сон или очередное видение от Генри. Обычно девушка почти не ощущала физического дискомфорта в этих иллюзорных мирах, но сейчас, после долгой и изнурительной ходьбы, её ноги болели по-настоящему, и это сбивало с толку сильнее любого кошмара. Она не знала, куда идти. Земля сама вела её вперёд. — Слышишь, Генри? — голос, сорвавшийся на крик, утонул в пространстве, поглощённый этой мёртвой тишиной. Эхо не вернулось. — Мне уже надоело бродить туда-сюда. Что ты хочешь? Ответа не последовало. Только ветер, сухой и безликий, прошёлся по пустоши, поднимая в воздух тонкую пыль, которая оседала на губах, оставляя неприятный привкус. — Кто бы сомневался, — буркнула Картер себе под нос, пиная небольшой камень. Тот бессильно откатился на некоторое расстояние и замер. Ей и самой было неловко от того, как спокойно она сейчас себя вела и ощущала здесь. Не от наигранной уверенности, нет, до неё ей было далеко. А от какого-то парадоксального чувства безопасности, связанного с Генри. За все те долгие недели и месяцы кошмаров, что он показывал ей, она ни разу не ощущала от него прямой физической угрозы. Эйприл видела его разным, то маленьким, испуганным мальчиком с не по-детски серьёзными голубыми глазами, то взрослым мужчиной с холодным взглядом. Он не был для неё единым целым, и этот контраст пугал её сильнее, чем если бы он всегда являлся в своём истинном, чудовищном обличье. — Ненавижу тебя, чтобы ты знал, — с вызовом проговорила она в пустоту, повышая голос. — Понял? — Переживу. Эйприл резко развернулась, её сердце на мгновение пропустило удар, прежде чем забиться с удвоенной силой. Генри стоял в нескольких шагах от неё, его лицо было спокойным, почти отстранённым, а монотонные, лишённые глубины глаза смотрели прямо на неё. Она инстинктивно отступила на шаг, втянула голову в плечи и прикусила язык. Боль была отрезвляющей. — Пару секунд назад ты была куда смелее, — заметил Генри, и в его лишённом интонаций голосе ей почудилась едва уловимая насмешка. — Пару секунд назад тебя здесь не было, — парировала Картер, стараясь, чтобы её голос звучал твёрже, чем она себя чувствовала. Девушка рассматривала его, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию или намёк на них на этом застывшем лице. — Ты никогда не выходил. Генри не ответил, мужчина лишь скользнул по ней безучастным взглядом и, медленно развернувшись, побрёл куда-то вперёд, вглубь пустоши. Его шаги были бесшумными. Девушка смотрела ему в спину, чувствуя, как внутри неё нарастает липкое, тягучее беспокойство. — И куда ты? — крикнула она ему вслед. Он не остановился. — Эй! Он продолжал идти, но и Эйприл не торопилась следовать за ним. Ей вообще начинало казаться, что это какой-то странный, бесконечно вложенный сон, «матриошка» из кошмаров, из которой невозможно выбраться. Иди сюда. Голос Генри прозвучал у неё в голове, уже более резкий и раздражённый. Девушка вздрогнула и, чуть ускорив шаг, поспешила догнать его. Её мозг лихорадочно перебирал вопросы, но один вертелся на языке настойчивее остальных. Почему он такой... спокойный? Такое ощущение, будто мужчина и та чудовищная сущность, которую они называли Векной, существовали отдельно. Как будто внутри этого монстра всё ещё были частички человеческого разума. Действительно выходит, что Генри и Векна разные люди? — Частично, — пришёл ответ на её невысказанную мысль. Картер сначала не поняла, к чему это относится, но потом осознание ударило, как пощёчина. Кошмар, он слышит её мысли, хотя чему тут удивляться. — И как вы... функционируете? — спросила она, глядя на его затылок, на светлые волосы, так выделяющиеся на фоне окружающей мёртвой пустотой. Напряжённая линия его плеч выдавала, что вопрос задел что-то глубоко внутри. Молчание было ей ответом. — Почему я? Почему ты показываешь всё это именно мне? Тишина стала почти осязаемой. — Из-за матери? Генри резко остановился. Движение было настолько внезапным, что Эйприл замерла на месте, едва не споткнувшись о собственную ногу. Он медленно развернулся к ней лицом. Картер увидела, как напряглись его челюсти, а желваки заходили под бледной кожей, пока в глазах мелькнула тень ярости, которую он так тщательно скрывал. Она не дрогнула, хотя внутренне ожидала, что сейчас он сомкнёт пальцы на её горле. Но Генри не тронул её, лишь осмотрел её лицо долгим взглядом, а затем посмотрел куда-то поверх её головы. Девушка обернулась, но за её спиной не было ничего, кроме бесконечной равнины. — В тебе часть меня, — наконец произнёс мужчина, и в его голосе проскользнула отчётливая нотка отвращения. — Как бы я этого ни хотел, это так. Видимо, это даёт тебе... смелость. Ты просто не чувствуешь угрозы от меня. Зря. Но сейчас, закрой рот и просто иди. Эйприл открыла было рот для нового вопроса, но Генри уже отвернулся и зашагал дальше, его спина казалась ещё более прямой и напряжённой, чем прежде. Девушка же, всё ещё переваривая его слова о “частичке” его в себе и о том, каковы могут быть последствия этого “родства”, двинулась следом. Интересно, мог бы он прямо сейчас, в этом странном промежуточном мире, свернуть ей шею? Наверное, да. Но почему-то не делал этого. Язвительный хмык был последним ответом. Какое-то время они шли в тишине, которая была желанна для мужчины, но становилась всё более невыносимой для Эйприл. Но спустя несколько минут, Генри едва заметно прикрыл глаза, потому что девушка открыла рот. — Ещё долго? — спросила Картер, чувствуя, как от усталости начинают гудеть мышцы ног, а каждый шаг даётся с нарастающим трудом. — Я уже устала. Он проигнорировал её, продолжая идти вперёд с той же размеренной походкой. — Ты знаешь, где Джим и Джейн? — продолжила она напирать, повышая голос, чтобы мужчина точно её слышал. — Конечно знаешь, но не скажешь, да? Молчание. Он не изменяет себе. — Зачем ты похитил Холли? — тогда Эйприл пошла ва-банк, подходя чуть ближе, пытаясь разглядеть его профиль, уловить хоть какую-то реакцию. Генри быстро, почти незаметно, скосил на неё взгляд, и на секунду ей показалось, что в его глазах мелькнуло... что-то. Раздражение? Сомнение? Или просто усталость от её назойливости. — Она должна быть там, — наконец ответил он. — Как и они. Эйприл нахмурилась. Они? Кто “они”? Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и тревожный, как и всё в этом месте. — Конечно, ты не скажешь, кто, — с горечью заметила она, понимая, что ответа не дождётся. Они снова замолчали, пока пустошь вокруг становилась всё более бесплодной, краски выцветали, лишённую жизни. — Ты помнишь мою маму? Генри напрягся, когда она увидела, как его плечи окаменели, а кисти рук, спокойно висевшие до этого вдоль тела, на секунду сжались в кулаки и тут же разжались, словно он с трудом подавил порыв точно уже свернуть ей шею. — Ты похожа на неё. Эйприл не знала, радоваться этому или нет. Скорее, нет, потому что для неё не было комплиментом. Это было напоминание о связи, которую она не выбирала, о наследии, от которого теперь не могла отказаться. Мужчина резко остановился, и тогда Картер замерла рядом, едва не столкнувшись с ним. Он же медленно поднял руку и указал куда-то вдаль, на небольшой склон, который до этого момента казался частью унылого пейзажа. — Там, — произнёс он. — Там ты увидишь то, что нужно. Не бойся, оно тебя не укусит. Девушка скептически посмотрела на него, всем своим видом давая понять, что фраза “оно тебя не укусит”, внушает не доверие, а желание бежать без оглядки. Она выгнула бровь, и на её лице отразилась глубокая ирония. — Отлично, — пробормотала Эйприл, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало от неопределённости. — А ты? Ты не пойдёшь со мной? Девушка вышла чуть вперёд, вглядываясь в указанное место. Оттуда веяло чем-то странным, что заставило её плечи содрогнуться от внутреннего холода, хотя воздух вокруг был неподвижен и сух. — Я не могу, — ответил Генри. — Он не пускает меня туда. Это место… только для тебя. — М? — переспросила Эйприл, оборачиваясь к нему и чувствуя, как внутри разрастается пустота. Он смотрел на неё, и на одно короткое мгновение его лицо и взгляд стали почти человеческими. В нём мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее страх. — Нет, слушай, — заговорила она быстро, чувствуя, как к горлу подкатывает паника, сжимая его пальцами сильнее. — Если там меня сожрут или это навредит ребятам... как я... — Девушка снова посмотрела на склон, а затем перевела взгляд обратно, собираясь высказать ему всё, что думает о его планах и замерла. Генри исчез. Супер. Просто замечательно. Эйприл осталась одна посреди этого мёртвого мира, и её собственные сомнения обрушились на неё с новой силой. Стоит ли верить Генри? Это же классическая ловушка: заманить, показать что-то “важное”, а потом навредить. Или использовать её, чтобы навредить другим. Вдруг это очередное видение, призванное сломать её? Вдруг, если она сейчас шагнёт туда, то навсегда застрянет здесь, или, что ещё хуже, поможет Векне открыть врата по-настоящему? Девушка чувствовала, что балансирует на грани между правильным решением и роковой ошибкой. Один неверный шаг, и всё, что ребята с таким трудом построили за последний год, рухнет. Но если не идти, если отвернуться... что тогда будет с Холли? С Джимом и Джейн? С Макс, у которой почти не осталось времени, и каждый удар сердца мог стать для неё последним? В этот самый момент до её ноздрей донёсся слабый, но отчётливый аромат. Тонкий, сладковатый, почти невесомый, но настолько необычный для этой мёртвой земли, что Картер невольно замерла, затаив дыхание. Её ноги понесли её вверх по склону и когда Эйприл поднялась на гребень, то остановилась. Здесь, среди сухой, потрескавшейся земли, ютился маленький, чахлый кустик. С бледно-зелёными, почти бесцветными листьями, и едва держащимися цветками. Это были фиалки. Запах усилился, и заполнил собой всё пространство вокруг, заставляя её голову кружиться от странного дежавю. Эйприл медленно приблизилась, опускаясь перед кустом на колени. Она протянула руку, собираясь коснуться нежного лепестка, но замерла. Не трогай цветы. Выдерни... выдерни корень. Эйприл замерла, вглядываясь в куст. Лепестки слегка дрожали, словно растение чувствовало её приближение и боялось. Она снова посмотрела на свои пальцы, замершие в миллиметре от фиалки. И повинуясь голосу, отвела руку в сторону, к самому основанию стебля, и, стиснув его, дёрнула. Куст не поддался. Она дёрнула сильнее, упёршись ногами в сухую землю, напрягая все мышцы, и в ту же секунду ощутила, как что-то острое вонзилось ей в ладонь. Какого…? Эйприл отдёрнула руку с сдавленным шипением, прижимая её к груди. На ладони, прямо посередине, зиял глубокий порез. Кровь потекла по коже, капая на сухой песок, оставляя на нём тёмные пятна. Но куст... куст зашевелился. Из-под земли медленно, показались тонкие, извивающиеся корни. Они уходили не просто в песок, а в темноту. Картер почти не чувствовала боли. Или чувствовала, но сейчас это было неважно. Девушка, стиснув зубы, ухватилась за скользкий ствол другой рукой. Она потянула, напрягая все мышцы, от плеч до колен. Ничего. Но ей удалось ощутить что-то. Эйприл ощутила, как под её пальцами, там, глубоко в земле, что-то ритмично пульсирует. Как сердце. Оно живое. Она рванула растение в последний раз, и в тот же миг резкая боль пронзила всё её тело. А затем всё потемнело. Эйприл распахнула глаза и судорожно вцепилась пальцами в подушку. Дыхание было рваным, горло саднило, а сердце бешено колотилось, мешая нормально дышать. Взор, затуманенный остатками сна, постепенно сфокусировался, и до неё дошло, что она лежит в своей комнате. Дома. Девушка с трудом приподнялась на локте, пытаясь восстановить дыхание, и перевела мутный взгляд на будильник. До него оставалось двадцать минут. Она провела там всего несколько часов? Но казалось, что намного больше… Потом Картер ощутила, как саднит ладонь. Она села на кровати, и поднесла правую руку к глазам, тут же замирая. На коже, там, где во сне был глубокий порез, красовался розовый, ещё не успевший до конца зажить шрам. Не свежая ранка, а след, что заживал уже не один день. Кожа вокруг него была гладкой и ровной, без признаков воспаления. Как? Девушка резко откинула одеяло и, подошла к окну. Она рывком распахнула шторы, впуская в комнату свет ноябрьского утра, который неприятно ударил по глазам. Может, ей показалось из-за полумрака? Но нет, шрам остался. Это была правда. Какого чёрта? Картер несколько раз глубоко, настойчиво вздохнула, стараясь унять панику. Вдох на пять, задержка на шесть, выдох на семь. Ещё раз. И ещё. Но эти упражнения не могли заставить этот шрам исчезнуть. Эйприл вышла в коридор и направилась в ванную, желая умыться и привести мысли в порядок, хотя прекрасно понимала, что это не поможет. Холодная вода обожгла лицо, смывая остатки сна, но не тревогу, что засела в груди и, казалось, пустила там корни, как тот самый куст в Изнанке. Картер приложила холодные пальцы к шее и ключицам. Тело горело, хотя в доме было прохладно. Здесь должно быть так жарко? В этот момент снизу донёсся грохот, за которым последовала сдавленная ругань. Девушка чуть не подпрыгнула на месте, а затем быстро спустилась вниз и замерла на пороге гостиной. — Твою мать! — выругался Стив, тряся ушибленной рукой, и только потом заметил её, застывшую в дверном проёме. В его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся чувством вины. — Разбудил, да? Прости. Эйприл и забыла, что кто-то был в её доме. За этот год она настолько привыкла к одиночеству, что даже визиты матери по средам, которую она дожидалась с сожалением, казались ей вторжением. Девушка оглядела разложенный диван, а потом строго посмотрела на Харрингтона, который стоял посреди комнаты. — О, ты же хотела выкинуть беднягу, — начал он смущённо, но с надеждой на понимание, кивая на диван. — А тут просто фиксаторы заклинили и... Он подошёл к дивану и, пока Картер проходила мимо него на кухню, аккуратно сложил его обратно. Механизм работал бесшумно. Чёрт. — Я сказала не трогать диван, — бросила Эйприл через плечо, стараясь, чтобы в голосе звучало как можно больше раздражения, хотя мысли её всё ещё были заняты совсем другим. — Брось, простого “спасибо” достаточно, — парировал Стив, следуя за ней на кухню. Эйприл облокотилась о столешницу, ощущая на своих лопатках его пристальный взгляд, а затем буквально почувствовала, как тот скользнул ниже. — Я всё равно его выкину, — процедила она, резко разворачиваясь. Парень успел поднять глаза, к её огромному сожалению, и теперь смотрел прямо на неё, в упор. — Ты серьёзно? — устало уточнил парень, и в его голосе послышалась обида. — Если тебя не просят о помощи, — перебила Картер, направляясь к холодильнику и открывая дверцу, — то будь любезен, послушай человека и не делай этого. Девушка достала упаковку вафель и положила их на столешницу, слыша позади раздражённый цокот, но проигнорировала его, принимаясь готовить завтрак для себя и для Дастина, который всё ещё спал наверху, доставая тарелки. — Да, я совсем не голодный, спасибо, — заметив только две тарелки, саркастично прокомментировал Стив. — Хорошо, — сухо бросила девушка и, с грохотом, доставая третью тарелку, поставила её на стол. — Разбуди Дастина. Я думаю, он не собирается в школу, но мне нужно на работу, а вы езжайте на радиостанцию, я подъеду позже. Нужно будет позвонить Чарли. Ребята наверняка видели его вчера в больнице, и... — Во-первых, дай ему поспать подольше, — пожал плечами Харрингтон, прерывая её размышления, и его голос звучал неожиданно мягко. Эйприл чуть слышно хмыкнула, не оборачиваясь. Заботливый какой. — А во-вторых, ты серьёзно собираешься на работу? Картер сунула вафли в тостер, с характерным щелчком нажав на рычаг, и тот начал медленно опускаться. — Представь себе, — отрезала она, разворачиваясь к нему лицом. — Наше ночное рандеву не освобождает меня от трудовой повинности. Из тостера начал доноситься аппетитный, чуть сладковатый запах разогретого теста. — Может, лучше отдохнёшь? — заботливо предложил парень, от чего у Эйприл всегда всё внутреннее сжималось в тугой комок. Картер вцепилась пальцами в край столешницы, чувствуя, как подушечки онемели от напряжения. Вафли с тихим щелчком подскочили в тостере, заставив её вздрогнуть. — Я уже брала отгулы. Возьму ещё один, меня точно выкинут, несмотря на нехватку работников. Девушка ощутила, как Харрингтон встал рядом. Он достал горячие вафли и переложил их на тарелку, пока она, машинально взяв бутылку с кленовым сиропом, начала поливать ими выпечку. Немного и на автомате. А потом остановилась, осознав, что делает. Стив любил есть их именно так, хотя старался употреблять как можно меньше сахара и даже кофе себе никогда не подслащивать. Но сироп, был его единственным, маленьким послаблением, о котором Эйприл знала. Парень заметил её заминку, но промолчал, и тогда она, чуть стушевавшись, кое-как завершила процедуру, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки. — Спасибо, — коротко сказал Харрингтон, и слово это, прозвучало как нечто большее, чем простая благодарность за завтрак. — Я не могу взять отгул, — Картер решила сменить тему, разворачиваясь к нему лицом полностью. — Но обязательно приеду к вам после. Мне… есть, что рассказать. Она заметила, что воротник кофты парня замялся, и, не удержавшись от этого жеста, аккуратно поправила его, чувствуя под пальцами тепло его кожи и мягкость ткани. Стив смотрел на неё, и девушка чувствовала этот взгляд: глубокий, тёплый, от которого внутри всё переворачивалось. А затем, подняв взгляд, замечая уже совершенно другое чувство в этом взгляде и резко опустила голову, чувствуя, как горят уши. Хуже и быть не могло. В этот самый момент раздался шум открывающейся входной двери, застав обоих врасплох. Девушка резко повернула голову на звук, а затем так же резко посмотрела на парня, её глаза расширились от внезапного осознания. — Какой сегодня день? — спросила Картер, уже смотря на календарь, замечая число. — Среда, — ответил Стив, чуть нахмурившись, но не успел спросить, в чём дело, когда до неё, наконец, дошло. Дура. Какая же она дура. Не теряя ни секунды, девушка быстро подошла к нему, положила руки на плечи и, слегка надавив, заставила его опуститься на корточки, пряча за столешницей. — Что ты делаешь? — Стив был в мягком, но искреннем шоке, когда звуки шагов в прихожей стали совсем близкими. — Просто сядь и сиди, — шёпотом, попросила она, вкладывая в голос всю свою мольбу. — Прошу тебя. Парень, хоть и с явным непониманием, подчинился и опустился на корточки, но посмотрел на неё и тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, что происходит какой-то абсурд. — Эйприл? — голос матери раздался совсем рядом, и женщина, аккуратно повесив пальто на вешалку в прихожей, появилась на пороге гостиной. — Мама, — ровным, насколько это было возможно, тоном поздоровалась Картер, обходя столешницу. — Ты так рано. Она чуть улыбнулась, но улыбка получилась натянутой и, наверное, слишком широкой. Женщина, оглядела дочь внимательнее. — Ты не одна, — заметила Вирджиния. Она перевела взгляд с дочери на разложенные на столе тарелки. — В прихожей мужская куртка, — продолжила мать, подходя ближе и всё ещё оглядывая пространство гостиной. — Это моя, — тут же парировала Эйприл, наблюдая за матерью. — И мужские кроссовки, — добавила Вирджиния, звуча насмешливо. Картер чуть прочистила горло, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Именно сегодня он решил снять, чёртову, обувь?! — Это… — начала было она, пытаясь придумать хоть какое-то правдоподобное объяснение, вертя в голове десятки вариантов, отбрасывая их один за другим. И в этот момент она почувствовала запах гари. Вафли. Девушка резко развернулась, подошла к тостеру и, чертыхнувшись сквозь зубы, выхватила подгоревшие пластинки, тут же прикладывая кончики обожжённых пальцев к уху с болезненным шипением. — Здравствуй, — воспользовавшись моментом, мать подошла ближе и заглянула за столешницу. Эйприл выдохнула, поражённо опустив голову. Стив, уже поднимался на ноги, чувствуя себя неловко в такой, сомнительной позе. Он выпрямился во весь рост, провёл рукой по своим растрёпанным волосам, пытаясь придать им более-менее приличный вид, и посмотрел на женщину. — Здравствуйте, — произнёс парень, стараясь смотреть Вирджинии прямо в глаза. Харрингтон постарался улыбнуться своей самой обаятельной улыбкой. Получилось у него, впрочем, не очень. — Ноги не затекли? — насмешка была явной. — Я спортивный, — ответил Стив, пожимая плечами. Картер еле слышно простонала, уставившись в столешницу. Господи, это ужас. Просто ужас. — Мам, — попыталась вмешаться она. Но женщина только несколько раз цокнула языком, не сводя глаз с парня. В этом резком звуке было столько материнского неодобрения и усталой уверенности в своей правоте, что Эйприл закатила глаза. — Вы хоть предохраняетесь? — спросила она, не испытывая и капли смущения. На этот раз Эйприл не сдержалась и, прикрыв глаза, провела ладонью по лицу, чувствуя, как под пальцами горит кожа. Это происходит на самом деле. Это не сон, не кошмар, не видение Генри. Её мать стоит на кухне и спрашивает Стива Харрингтона об их методах контрацепции. — Он помог починить диван, — сказала девушка, не зная, зачем вообще что-то объяснять. — В семь утра? Картер не нашлась, что ответить. Внутренне она сдалась, понимая, что выглядит глупо и неубедительно. — Что ты хотела? — спросила она, выкидывая подгоревшие вафли в мусорное ведро, стараясь вести себя максимально естественно, хотя получалось из рук вон плохо. Женщина перевела взгляд с дочери на парня, а затем снова на дочь. — Это не для чужих ушей, — Вирджиния кивнула в сторону Стива, давая понять, что хочет поговорить наедине. Эйприл только хмыкнула, чувствуя, как внутри поднимается едкая волна иронии. Слишком поздно для секретов и приватных разговоров матери и дочери. — Тебя не было дома вчера вечером, — продолжила мать, и оба молодых человека напряглись. Женщина взяла одну из вафель, предназначенную Харрингтону, и с чувством откусила её, пристально глядя на дочь. — Думала, куда ты могла деться. Но сейчас, полагаю, поняла. В уголках губ Вирджинии мелькнула едва заметная, понимающая усмешка, которая, впрочем, не коснулась её глаз. Она перевела взгляд на Стива, осмотрела его с ног до головы. — Я была у Стива. Потом он отвёз меня сюда и остался. Слова вылетали быстро, и девушка сама не знала, зачем пытается оправдаться. Ей двадцать один год, и её личная жизнь не касалась никого, особенно матери. — Не нужно передо мной отчитываться, — Вирджиния откусила ещё кусок и бросила вафлю обратно на тарелку. Эйприл захотелось горько рассмеяться. — Я зайду позже, — женщина бросила последний взгляд на дочь, и мягко улыбнувшись, перевела взгляд на Стива и задержала его на нём на секунду дольше, чем следовало. Потом развернулась и вышла, захлопнув за собой входную дверь. Картер выдохнула, прикрывая глаза ладонью, а затем провела ею выше, к линии роста волос, запуская пальцы в растрепанные пряди, сжимая их на затылке. — Она не поверила. В этот момент на пороге показался заспанный Дастин. Парень был в всё той же порваной футболке, его кудри торчали в разные стороны, а глаза ещё не до конца открылись. Он сонно оглядел их обоих, переводя взгляд с девушки на парня и обратно, явно пытаясь понять, почему атмосфера такая напряжённая. — Что-то случилось? — спросил Хендерсон, с силой потирая заспанные глаза, чтобы быстрее проснуться. На этот вопрос и Эйприл, и Стив лишь синхронно вздохнули, и Дастин, не дожидаясь ответа, понял: что-то случилось. И это “что-то”, явно неподгоревшие вафли, запах которых он почувствовал ещё наверху.