Глава 8. Искра в ладонях

Проход через портал прошёл на удивление гладко. Джинкс даже не пошатнулась. Всё ощущалось словно они просто съехали с небольшой горки, мягко и ровно. Совсем не так, как это бывало с порталами Зиггса, когда тот утащил её в Бандл Сити и обратно, а потом они оба долго хохотали от адреналина. Тогда, это было похоже на свободное падение сквозь фейерверки. По всей видимости, у Тристаны порталы были другими, более плотными, выверенными. Или, может, для стрелков вроде неё даже выделялись особые «коридоры» для таких переходов. Во время перемещения она держала Джинкс крепко, почти железной хваткой, от которой та едва ли дёрнулась. В какой-то момент их взгляды все-таки пересеклись на долю секунды. Джинкс чувствовала себя злой, униженной этой вынужденной опекой, готовой сцапать пулемёт и доказать всем свою силу прямо сейчас, несмотря ни на что. А Тристана смотрела с сосредоточенным, даже колючим выражением, в котором сквозила откровенная досада. Возможно, вся эта ситуация ломала ей какие-то планы, и было видно, что Зиггс был единственной причиной, по которой она согласилась во всём этом участвовать. Когда же они уже оказались в укрытии, новой мастерской Зиггса, Тристана только фыркнула: — Вообще, это мой первый выходной за два месяца, чтоб ты знала. Так что не воображай там себе ничего, синеволосая. — Чего это, интересно, я могла себе вообразить? Вообще нет до тебя никакого дела.— зло пробурчала Джинкс в ответ. Зиггс, стоявший чуть в стороне, даже не обернулся, только уши у него чуть дрогнули. Джинкс села в углу, привалившись к стене. Живот все еще немного тянуло, время от времени, но она старалась не зацикливаться на этом. Убеждая себя в том, что скоро все пройдет, как было в прошлый раз, пару недель назад. Потому, она даже не стала жаловаться на это и Экко перед уходом. Она молча, почти машинально поглаживала живот. Ребенок толкался как обычно, давая о себе знать, будто бы то и дело вытягивал свой маленький кулачок вверх. Зиггс, тем временем, возясь с горелкой, колдовал над очередным «успокаивающим» коктейлем из чего-то шипучего, фиолетового и подозрительно парящего. Тристана присела неподалёку, молча занялась чисткой своей пушки. По видимому, это была ее медитация. Джинкс видела, что она явно недовольна, даже откровенно раздражена ее компанией. Очевидно, рассчитывала приятно провести время с Зиггсом, а тут навязалась «опять эта синеволосая». И всё же, хотя они и не вели себя перед ней как парочка голубков, но и холодными их назвать было нельзя. Как по-приятельски слаженная команда. Но когда Джинкс, недовольно поджав губы, ушла за угол «по нужде», по сути просто с ведром, которое Зиггс ей сунул с видом, что это самая естественная вещь на свете, а потом вернулась обратно, застегивая ремень пониже живота, на бедрах, её взгляд невольно зацепился за них двоих. Тристана всё так же сидела с пушкой, но уже чуть расслабившись. А Зиггс осторожно склонился к ней сзади, одной лапой чуть приобнимая за плечи, поглаживая, и что-то тихо шепча ей в пушистое ухо. Почти трогательно. У Тристаны чуть дрогнул уголок рта. Промелькнула даже не улыбка, а скорее тень короткой, ленивой ухмылки, без намёка, что она собирается отстраниться, хотя личное и должно оставаться личным. И тогда, Джинкс заметила также что, у Тристаны, как и у Зиггса, было проколото одно ухо. Маленькое кольцо поблёскивало в мягком свете лампы. Общий бунтарский дух? Кто же из них сделал это первым? Джинкс почему-то для себя всегда считала, что Зиггс обзавёлся серёжкой уже здесь, в Зауне, в знак своей «свободы», как он сам любил выражаться. Хотя вполне мог и в свои… юные годы. Юные? По йордловским меркам, Зиггс, она так понимала, был всё ещё молод. Он никогда не называл ей своего возраста прямо, но судя по каким-то его намёкам и рассказам о всяких приключениях, Джинкс прикидывала: должно быть, ему было минимум лет шестьдесят. По-своему это было даже забавно. И тогда, почему-то в голове тут же всплыло другое, свое, личное, как она сама когда-то прокалывала уши Экко. По его же просьбе. Да, в память об дурацкой альтернативной вселенной, где они, мол, тоже были вместе. Он всё ещё носил те серьги. Возможно глупо, но да, Джинкс это даже нравилось. Как только увидел её, возвращающуюся, Зиггс тут же отстранился, мордочка расплылась в широкой ухмылке, а голос стал громче и веселее: — О, гляди-ка, а моя гостья даже не попробовала сбежать через канализацию! — и подмигнул Джинкс, возвращаясь к своим колбам, будто и не было этого чуть более интимного момента только что. Джинкс только хмыкнула в ответ, уткнувшись взглядом куда-то в сторону. Но внутри у неё что-то странно сжалось, она даже сама не поняла отчего именно. «Ну, на крайняк они могут дождаться пока я засну. Или притворюсь, что...» — подумала про себя Джинкс, снова устраиваясь у стены. И тут: ХЛЮП. Джинкс дёрнулась. Что-то теплое выплеснулось из нее. Она посмотрела вниз. Под ней была быстро растущая лужа воды. — Во... блин. Тристана тут же подняла голову. На пару секунд просто уставилась на Джинкс, рот ее чуть приоткрылся. А потом поднялась с резкостью, отставив свою пушку в сторону. — Только не говори, что это то, что я думаю. Она сделала короткую паузу и сухо добавила: — Скажи, что ты просто обоссалась. Джинкс медленно посмотрела на неё снизу вверх. — Если бы. Тристана стиснула кулаки. — Зараза. Чёрт-чёрт-чёрт. Она уже двигалась, будто оценивая, осматривая помещение. — Зиггс! Бросай свою херню, и не взрывайся, если увидишь кровь! Зиггс подскочил, чуть не опрокинув горелку. — Что?! Почему кровь?! — Она рожает, гений! — Тристана схватила какую-то тряпку со стола. — Прямо сейчас! Зиггс метнулся к Джинкс. — Дорогуша, ты же говорила, что ещё рано! — Да я сама не знаю! Это всё... просто происходит! — Джинкс зашипела, сжав зубы. — Слишком быстро. Всё внутри будто... Она согнулась, схватилась за живот. Опоясывающая волна боли прошла по ней, как удар током. Теперь это стало явным, и намного сильнее того, что она испытывала ранее. Уже совсем не как та легкая боль, напоминающая менструальную. Зиггс, с каким-то гортанным бормотанием, уже колупался в своем рюкзаке, достал оттуда округлую штуковину, шаробомбу или вроде того, на которой поблёскивали крошечные руны. Та мигнула у него в лапах. — Я… это… Я попробую открыть портал, — затараторил он, — Я метнусь! За Экко, или... медиком, у Поджигателей был один, или, чёрт, да за кем угодно, мать его!... — Не вздумай. — Тристана резко повернулась к нему. — Ты сейчас не в себе. В таком состоянии сейчас откроешь портал прямо в Пилтоверскую канализацию. Или улетишь в глубокую шахту под Билджвотером. И нам же ещё придётся тебя оттуда вытаскивать. — Пф-ф… да не…! — Зиггс нервно закусил губу. Бомбочка в его лапе мигала всё слабее. — Как тогда, ага? — простонала Джинкс, держась за низ живота. — Когда ты попытался вернуть нас в Демасию, а мы оказались, черт подери, в Шуриме? Зиггс на секунду замер. — Оу… — А всё потому что ты взорвал то долбанное дерево! — продолжала Джинкс сквозь зубы. — Оно же стояло там, как храм! Ты сначала ещё ходил вокруг него, молчал, весь дёрганый… и сжёг его к чертям! А нас потом трое суток вели к цивилизации стрёмные кочевники! Тристана моргнула глядя на Джинкс, потом медленно повернулась к Зиггсу. Тот нервно дёрнулся. — Мне показалось, что оно смотрело на меня. Сурово. Осуждающе. Тристана на секунду оцепенела. А потом вдруг резко вмазала ему по затылку. — Оно стояло там тысячу лет, ты тупой кретин! Я бы тебя за это во Фрельйорде заморозила к чёртовой матери! — Ай! Ну! Я же… ну… — захныкал Зиггс, прикрываясь ушами. Тристана мотнула головой и раздражённо развела руками: — Мой собственный кристалл выгорел почти на ноль, пока я подстраивалась под ваши беременные заморочки. До утра всё, что осталось, это разве что телепортнуть чайник. Зиггс посмотрел на шаробомбу. Та мигнула еще разок и после грустно погасла. — Ладно. Так. Спокойно. — Тристана уже снимала с себя перчатки — Джинкс, думаю тебе надо лечь. Зиггс, тащи сюда всё чистое, простыни какие-нибудь, я не знаю, всё что найдёшь. И воду! — Я?! Нет, я йордл! Я не… Да у меня ни хрена здесь нет!… Я не... — он начал вертеться. — Может я сначала доделаю напиток? Он её обезболит! А меня вырубит! — Класс. Это же так важно сейчас. — пробурчала Тристана, оглядываясь. — А лечь тут и некуда… Они были в новом месте, "новая" мастерская Зиггса, временное укрытие. Дивана не было. Сам йордл спал здесь как придётся, на куче каких-то ящиков и тряпок. По полу растеклось масло, повсюду валялись болты, обрывки каких-то схем. Единственное, что более менее подходило, это был его "рабочий стол", металлический, холодный, с кривыми ножками и пятнами от химреактивов. — Охренеть. — пробормотала Тристана, и подтолкнула ящик. — Давай, помоги мне. Они вдвоём с Зиггсом сдвинули все его чертежи, банки, болты, гранаты, паучьи лапки, какие-то кристаллы. — Только аккуратно! — вопил Зиггс. — Это экспериментальный обра... — На пол! — рявкнула Тристана, и он послушно стряхнул всё к чертям. — Джинкс, ложись. Выбора все равно нет. — Мой зад тебе этого не простит. — сказала та, поднимаясь. Металл был ледяной, тело дрожало. — Ладно. — сказала Тристана. — Очевидно, я… никогда не участвовала в таком. Но я не уйду. Обещаю. Думаю, я знаю об этом не больше твоего. Но мы обе девочки. Так что… Я не знаю, наверное, для начала, дыши. Глубоко. Она на секунду замялась, чуть скривилась. — Однажды я видела, как рожала корова. — Корова? — переспросила Джинкс. — Да. Ну, которая даёт молоко. — Тристана передёрнула плечами. — Наш лагерь тогда стоял возле какой-то фермы. Фермер принимал у неё роды, и там всё пошло плохо, корова мычала как бешеная, а он тащил телёнка из неё прямо голыми руками. Джинкс невольно передернуло, не столько от отвращения, сколько от того, как легко было сейчас представить себя на месте той несчастной твари. Тристана не успела сказать больше, в это время Зиггс подскочил, и протянул ей небольшую, отвратительно пахнущую колбу. — На. Это… мой коктейль, «Медвежий Микс». Со специями. — Только глоток. — Тристана отпила немного. Глаза ее тут же закатились. — Вот же дерьмо, ты что туда кинул?! — Секретный ингредиент. — гордо ответил Зиггс. — Ты добавил туда… взрывчатку? — Только немного. Тристана поморщилась, сжала кулаки. Повернулась к Джинкс. — Ладно. Может, всё будет быстро. У тебя же это...как его там? Мерцание, да? Может оно ускоряет процесс. Я не разбираюсь, но вдруг, да? Она вздохнула. Потом произнесла, почти невпопад: — Кстати, моя подруга недавно рожала. Сказала, что это "как чихнуть". Джинкс застонала и подняла на неё ошарашенный взгляд. В этот момент её чуть ли не скрутило от новой волны боли и она схватилась за живот. Интервалы между волнами боли становились всё короче и короче, а сами волны острее. Металлический палец неприятно вдавился в кожу. В такие моменты особенно ощущалось, какой он холодный. — Как чихнуть?! — переспросила она сквозь зубы, сдерживаясь, чтобы просто не закричать. — Ага. — Тристана кивнула с мрачной иронией. — Но я бы, честно говоря, не ориентировалась на неё. Она... э-э... ну, короче, она ебанутая. В волшебном, сияющем смысле. Или в прямом. Хрен знает, как она вообще до конца беременности дожила. А может ей её феи помогали. Джинкс хохотнула, несмотря на боль. — Ты говоришь о Лулу? — Угу. — А я ее помню. Зиггс нас знакомил, когда мы тусили с ним в вашем Бандл Сити. Она весёлая. — Очень. — Показала мне целую поляну с феечками, в лесу. Они были такие прикольные, порхали вокруг, как бабочки. Ну, правда она потом сказала, что скорее всего они бы разорвали меня на куски, если бы её не было рядом. Джинкс рассмеялась, коротко, нервно. — Блин. Это худшая медицинская поддержка, какую я только могла себе представить. На миг Джинкс отрешённо уставилась куда-то мимо пушистой макушки йордлки. Она ведь всё это время надеялась, что в этот важный, тяжёлый момент рядом с ней будет Вай. Сестра и обещала, что будет. Но всё, как обычно, сложилось не так, как они рассчитывали. Тристана, тем временем, кивнула Зиггсу, и тот плеснул ей на ладони воду из фляги, после чего встала на ящик перед Джинкс. Помогла ей стянуть штаны и тут же накинула поверх ее ног какой-то грубый отрез ткани. — Вот так, почти по-больничному, да? — хмуро пробормотала йордлка. Выглядело это все, конечно, очень примитивно. — Ладно. Осмотр. Ненавижу это слово уже сейчас. Тристана подняла перед Джинкс ладонь, как в приветственном жесте, показывая, что собирается действовать. Она у неё была небольшая, по сравнению с человеческой, с короткими, чуть закруглёнными пальцами. В ней было больше силы, чем утончённости, как наверное и полагалось бойцу, стрелку. — Держись. Это может быть чертовски странно. Возможно сделаю больно. Я же не акушер. Я, просто… Тристана задумалась на секунду. — В смысле, пару ран я зашивала. У меня даже нитки с собой есть. На всякий случай... Мои пальцы, ну, наверное, покажутся тебе тонкими. Хотя по меркам йордлов... они, скорее как у огра, да-а... Она сделала паузу, вздохнула, закатила глаза. — Впрочем, похрен. Джинкс, бледная, вспотевшая, только хмыкнула: — Действительно похрен. Уже и так капец, как больно. — Ладно. Готова? — Нет. Но всё равно делай, что надо. Тристана кивнула. Уже более собранная. Потянулась к ней, не глядя, искоса, будто опасаясь, что если посмотрит прямо, её официально выгонят из какого-нибудь клуба йордлов. — Кто бы мог подумать, что однажды я буду пихать пальцы в... Ох, твою мать, Лулу, я тебе это припомню... — пробормотала она сквозь зубы. Джинкс хрипло хохотнула. — Что, она тоже рожала с тобой? — Нет. Просто однажды предложила мне секс. Думаю это была шутка. Или нет. С Лулу фиг поймёшь. — Ты отказалась? — Предпочитаю пенисы. Джинкс вскинула брови и кивнула в сторону Зиггса. — Да, я догадывалась. Запишешь этот торжественный момент в боевой дневник? Тристана скривилась. — Даже не начинай. Джинкс попыталась усмехнуться, но вышло нервно. — Поверь, у меня сейчас ни одной сексуальной мысли. — Очевидно, — пробурчала Тристана, глянув на Джинкс из-под опущенных ресниц. Через пару минут осмотра она нахмурилась. Убрала руку. Потом быстро глянула на Джинкс. — Так… так. Это пиздец. Джинкс тут же вскинулась. — Что? Что такое? Тристана спрыгнула с ящика, отёрла ладонь о штанину и быстро метнулась в сторону, хватая Зиггса за ворот. — Идём. Один момент. — Эй! Ты охренела?! — выкрикнула Джинкс, с трудом приподнимаясь на локтях. — Говоришь "пиздец", и уходишь шептаться?! Ты совсем уже? Говори как есть! Тристана отпустила Зиггса и резко обернулась к ней. — Ладно. Как есть: ребёнок идёт попой. Не головой. Предположу, что это херово. Зиггс ахнул: — Ты уверена?! — Да, блин, уверена! — огрызнулась Тристана. — Думаешь, я не отличу, где у него задница?! — Офигенно. Просто офигенно. — зашипела Джинкс, зажмурившись. — Он умирает? Мы сдохнем? — Нет! — одновременно воскликнули оба йордла. Тристана крутанула пальцами в воздухе, будто что-то завинчивала. — Попробуем повернуть. Прямо через живот. Всё равно выбора нет. Наверное будет больно. — Всё уже и так больно. — прошипела Джинкс. — Я согласна, пробуй. Через какое-то время, Джинкс корчилась от боли, судорожно хватаясь за края стола. Лицо в поту, губы искусаны. — Ты что, блин, думаешь, что я резиновая?! — почти рычала она. Тристана импровизировала. В какой-то момент вообще велела Джинкс встать. Та зашипела, ругаясь сквозь зубы, но, цепляясь за стол, сильно, так что костяшки побелели, поднялась, шатко держась на ногах. Простыня, наскоро брошенная Зиггсом, едва прикрывала её. — Может, если ты чуть походишь, ребёнок сам провернётся... — пробормотала Тристана, неумело, но крепко поддерживая её за талию, словно что-то прикидывая. Зиггс подпрыгнул рядом, хлопнув себя по лбу: — О! Точно! А если она перековырнётся, он тоже может перевернуться! Джинкси, давай, у тебя получится, я помогу! — Ты рехнулся? — ответила Тристана, даже не дав Джинкс и рта раскрыть. — Она не винтовка, которую можно трясти, пока деталь на место встанет! Джинкс злобно усмехнулась, скрежеча зубами, и упираясь пальцами в край стола: — Офигеть. Превосходная мысль: «а давай её просто потрясём!» Превозмогая боль, она все же сделала несколько шатких кругов вокруг стола, сжимая зубы так, что скулы сводило. Пальцы то и дело цеплялись за край, оставляя мокрые следы пота. А потом, йордлка приказала ей лечь на бок. От этого стало только хуже. Схватки обрушились на Джинкс, будто с насмешкой, намного сильнее. Она злобно зашипела, выкатив глаза: — Ты просто издеваешься, да?... Это всё какая-то сраная йордловская пытка! На миг, едва вскрикнув, Джинкс почти представила, как рядом с ней встаёт Экко, кладёт ладонь ей на плечо, смотрит так, как умеет только он, молча, но так, что весь мир перестает шататься, снова становясь целым. Но нет. Этого не было. Только эта опоясывающая боль, Зиггс с его бешеными глазами и Тристана, что обращалась с ней сейчас как с мясом на разделочной доске. Эта возня длилась уже больше пары часов и Джинкс больше уже не старалась держаться, и с искаженным от все усиливающейся боли лицом, орала. — Вы...мелкие, сраные уродцы, грёбаные мрази... я вас разорву обоих... когда всё это... закончится...!!! — Пугаешь меня? — фыркнула Тристана. — Я слыхала ругань и похлеще. Она едва уловимо, обменялась кивком с Зиггсом, тот в ответ едва заметно вскинул брови. Как старая привычка. Почти синхронность. — Я однажды командовала отрядом пороховых йордлов. Они ругались так, что стена краснела. — пробормотала она, почти автоматически, будто отвлекая и Джинкс, и себя. — Я все равно тебя убью... — прорычала Джинкс, но уже слабее. — Ага. Когда Зиггс подал лапу, чтобы Джинкс сжала ее, она вцепилась так, что йордл взвыл. — А-а-а! Лапу сейчас оторвёт!... Хе-хе, представляешь, Джинкс, я потом буду как пират! «Гррр, отдайте мне ваши бомбы!» — он оскалился, но пальцы Джинкс, особенно холодный металлический, впивались всё сильнее, и его голос дрогнул. — Ладно... жми, дорогуша... Вдруг рука Джинкс метнулась вперёд, пальцы сжались, как тиски, вокруг предплечья Тристаны чуть ниже локтя. — Будь все проклято! Просто… просто разрежь меня и достань уже ребёнка! Не видишь, что это не работает?! — прошипела она, глаза ее были дикие от боли. — Просто сделай это! Тристана даже не моргнула. Её выражение лица стало суровым. Она резко дернула рукой назад, легко разорвав хватку Джинкс почти отточенным движением. — Не будь идиоткой, — отрезала она. — Ты истечёшь кровью за несколько минут прямо на этом столе. Я стрелок, а не хирург. Её глаза мгновенно обратились к Зиггсу, в голосе прозвучала команда. — Зиггс, она мне мешает! Я сказала тебе держать её крепче! Тристана, сжимая живот Джинкс, все еще пыталась развернуть дитя. — Да, я держу, но она сильная, чёрт подери! — Зиггс аж вспотел от усилий. Тристана быстро оглядела их обоих. — Я одна не справлюсь, нужно чтобы ты подсобил. Но мы её так не удержим. Надо как-то зафиксировать. У тебя есть что-нибудь? Верёвка? Что угодно... Зиггс лихорадочно порылся в рюкзаке и вытащил две пары металлических щелкающих предметов. — Что это? — подозрительно спросила Тристана. — Наручники! — будто бы даже с гордостью заявил Зиггс. На пару секунд воцарилась тишина. — Я... ну, это... на случай ролевых игр… — пробормотал он. — Даже знать не хочу, мелкий извращенец, — простонала Джинкс. — Я пристёгивала тебя к трубе, когда ты игрался с горящей гранатой. Это была НЕ игра! — отрезала Тристана. — Всё равно было страстно! — отозвался Зиггс. — Да, заткнитесь вы оба! — заорала на них Джинкс, выгибаясь. — Перестаньте флиртовать при мне как два енота перед случкой! Когда они пристегнули Джинкс к трубам, Тристана снова склонилась над ее животом. — Ну давай же, маленький засранец… Чёрт, не туда… — Тристана нахмурилась, упёрлась лапами в её живот, словно пытаясь поймать какую-то невидимую ось. — Зиггс, теперь влево! Не так резко. Вот так. Давай. Переворачивайся, гадёныш… Дыши, Джинкс. Как при прицеливании, коротко. — Сука ты тупая, Трист... чтоб тебя также выкрутило! — выдохнула Джинкс, хрипло, сквозь зубы, откидывая голову назад. — Клянусь, паскуда, я тебе кишки наружу вып... а-а-а-а...!!! — Блядь. Я сейчас ей втащу. — процедила Тристана. Она стиснула зубы, закрыла глаза. — Не делай этого! — хрипло сорвалось у Зиггса. Он даже выставил лапу перед Тристаной, будто удерживая её. — Она же рожает! — Мне кажется, что я уже сама сейчас кого-нибудь рожу здесь, вместе с ней! — сказала Тристана, продолжая надавливать. — Она орёт, как будто я ей ноготь выдираю! — Ты и правда так сжимаешь, — прохрипела Джинкс, — я тебя просто сейчас застре... АААА! — Не ори! — резко оборвала её Тристана, явно теряя терпение. — Не трать на это силы. Слышишь меня? Ты же когда отстреливаешься, не ревёшь во всю глотку? Впрочем, ты, наверное, да. Вместо ответа Джинкс захрипела и выгнулась, ладони до боли впились в трубы над головой. — Чёрт… меня как рвёт наружу… не могу это остановить… хочу тужиться...— выговорила она со сдавленным, каким-то почти животным звуком. — Не могу… остановить…! — Ещё рано! — Тристана вскинулась, и впервые за все это время повысила на нее голос. — Терпи. Слышишь? Нельзя! — Сука, да не могу я это удержать! — прорычала Джинкс, содрогаясь, запрокидывая голову. Зиггс дёрнулся было, не зная как поддержать, и лишь растерянно пробормотал: — Охренеть…! Джинкс втянула воздух и тут же взвыла так громко, что уши Тристаны дёрнулись. Та вдавила ладони глубже, сильнее. — Ты хочешь, чтобы он сдох?... Или чтобы вылез? — Я… не могу… — прошептала Джинкс, задыхаясь. — Я знаю. Ребенок... умрёт… Все умирают из-за меня... Когда Джинкс подняла глаза, на миг, Тристана действительно выглядела как командир. Она выпрямилась, схватила её за подбородок. — Ну, этого ещё не хватало. Прекрати это. Сейчас не время для такой фигни. Ты истеричка? Это было сказано жёстко, без сантиментов. Джинкс моргнула. — Что? — Прекращай. Я тебя не знаю. Честно, мне похер кто там из-за тебя помер. Плевать, что было в прошлом. Ты здесь и сейчас. Слушай только меня. Не лезь в голову, не отвлекайся на свои дурацкие мысли. Она посмотрела на Зиггса, пнула его под столом: — А ты. Не сюсюкай с ней! Размазня. Мне нужно чтоб она собралась. Мы почти у цели. — Ладно, ладно! — всхлипнул тот, уже весь в мыле. — Давай. Еще рывок. Сейчас. В эту сторону. Они вдвоём надавили, аккуратно, но решительно. Джинкс выгибалась и кричала. — Да. Получилось, черт подери! — воскликнула Тристана, и с силой стукнула кулаком по столу. — Он встал как надо! Теперь, наверное, тужься. Не тормози. Зиггс тут же метнулся, и быстро, суетливыми движениями отстегнул наручники от трубы. Металл с лёгким щелчком упал на пол. Джинкс вскинула голову, как зверь, которому вдруг вернули свободу. Тристана в это время схватила стоящую на краю стола бутылку, полупустую, жирную, с остатками заунского подсолнечного масла, которую Зиггс использовал то ли для жарки, то ли для чистки резьб. — Чёрт, я запомню это навсегда. — выговорила она и нанесла масло на вход, без пафоса, просто чтобы всё пошло хоть как-то помягче. Джинкс громко застонала, снова схватилась за край стола, зажмурилась. Сделала вдох. И словно бы не только мышцы, но и некая горячая внутренняя волна всколыхнулась в ней. Будто что-то вдруг включилось, вспыхнуло. Потуга, и всё. Как будто само. Как будто малыш сам прошёл путь, вытолкнутый не только болью, ее усилиями, но и чем-то большим. Ребенок буквально выскользнул. Тристана едва успела подхватить его, прижав к себе. — Ну… офигеть. — пробормотала она. И вот он, кричащий, живой, абсолютно реальный, даже с чуть приоткрытыми, чуть мерцающими розовым глазками, и маленькими кулачками, слипшимися от крови и первых мгновений жизни. Тристана держала его, мокрого, плачущего, тёплого, кажется и сама еще не веря в то что это правда произошло. — Всего-то надо было повернуть тебя, маленький сверкающий гадёныш...! — пробормотала она, глядя на него.— И, чёрт возьми, подсолнечное масло. — Чего? — простонала Джинкс. — Забей. Тристана быстро достала нож, короткий, острый. Мельком глянула на пуповину. Отрезала, перевязала каким-то старым ремешком. — Ну, что… У тебя пацан. — сказала она, криво улыбаясь. — Страшненький, но милый. Он орёт. Думаю это хорошо. Хочешь подержать? — Давай уже, — почти без сил прошептала та. Малыш показался ей крошечным, но удивительно тёплым. Джинкс взяла его на руки осторожно, как гранату с выдернутой чекой. Он орал, буквально захлебываясь в крике. Джинкс выдохнула и чуть улыбнулась. — Привет. Ты выжил... Ну, значит, справишься. Со мной не легко, да? Она смотрела на него во все глаза. Как на чудо воплоти. Малыш был смуглым, куда темнее Джинкс, но светлее, чем его отец. Кожа его была покрыта остатками родовой слизи, крохотные кулачки дрожали и сжимались, а глаза на миг раскрылись, странно мерцающие, будто в них плавали розовые искры, прежде чем он зажмурился и снова заверещал. Зиггс плюхнулся прямо на пол, обессиленный. Уставился на младенца: — Он… он светится. Это нормально? — Без понятия. — сказала Джинкс. Тристана привалилась к стене. — Ну-у, — сказала она, запуская пальцы в волосы. — До сегодняшнего дня я еще немного сомневалась, хочу ли детей. Зиггс посмотрел на неё. — А теперь? — Теперь, точно нет. И ни дня без контрацепции. Зиггс криво усмехнулся, присел рядом, смотря на Джинкс и ребенка с тем выражением, как будто наблюдал за настоящей магией. И тут же достал откуда-то из-за спины бомбочку: — Надо устроить салют! *** Когда Экко вошёл в помещение, он просто ожидал, ну может, увидеть сердитую Джинкс, может, сварливую Тристану, и, возможно, Зиггса, торчащего из дымящейся колбы. Но вместо этого была... песня. Нет, не песня. Пьяный напев, что-то вроде: ♫ Бомбы светятся в ночи, и младенцы тоже, чёрт возьми… ♫ Перед ним, Зиггс, покачиваясь, танцевал медляк без музыки с Тристаной, которая уткнулась ему в плечо и выглядела так, будто готова застрелиться, но держалась за него крепко, или же наоборот, это она удерживала его. На столе, прислонившись к стене, сидела Джинкс. Растрёпанная, бледная. На руках у неё был малыш. Его глазки мерцали. Будто внутри прятался крохотный розовый фонарик. Экко застыл в дверях, с порога не зная, что делать: рвануть к Джинкс, спросить, закричать, проверить как ребёнок. Он сделал шаг. Джинкс повернулась и встретила его улыбкой. Той самой, где и победа, и страх, и облегчение, и боль, все было вместе. Она кивнула в сторону Зиггса: — Он в шоке. — Ну, он же столько пережил сегодня. — иронично отозвалась Тристана. Экко подошел к столу. Медленно. — Это...? — спросил шёпотом. — Ага. — Джинкс кивнула. — Он уже испортил мне всё, и я уже его люблю. Экко присел рядом. Осторожно. Пальцы коснулись волос Джинкс. Потом маленькой ручки ребёнка. Мерцание внутри него было слабое, как и в её зрачках сейчас. Но было. — Трист помогала мне. — ухмыляясь пояснила Джинкс. — Я не разрешала тебе сокращать моё имя. — тут же отозвалась та. — Зиггс сокращает. — парировала Джинкс. — Потому что знает меня с детства! — Мне теперь тоже можно, — лениво протянула Джинкс. — Ты же это… моя... какое там это модное слово про роды?.. Дула? Дуня? — Дула. Вроде.— поправил Экко, всё ещё в шоке. — Ну, вот. Моя дула. С пушкой. — Джинкс хихикнула. Экко медленно переводил взгляд то на Джинкс, то на малыша. — Хочешь? — тихо спросила она. — Что? Она чуть улыбнулась. — Подержать. Экко протянул руки, и она, чуть затаив дыхание, передала ему ребёнка. Тот показался ему невероятно маленьким и лёгким, почти невесомым, но от этого стало только страшнее. Экко прижал малыша к себе чуть неловко, так, будто боялся сломать, и взгляд его дрогнул. Он на миг зажмурился, словно сдерживая что-то. — Он такой... тёплый, — произнес он охрипшим голосом. — Надеюсь, не перегревается, — пробормотала Джинкс. — Хотя в меня пошёл, наверное. — У него... глаза? — Да. Немного блестят. Пока не знаю, повод ли это паниковать. Он не ответил, только чуть плотнее прижал ребёнка к груди, укутывая своими руками, будто боялся, что тот возьмёт, и вдруг исчезнет. И впервые за долгое время у него с Джинкс не было слов. Только одинаковый ритм дыхания. — Он твой. — сказала она. — Наш, представляешь? Это мы с тобой его сделали. Он ничего не ответил. Только кивнул. И не отдал его обратно сразу. *** ~Спустя пару часов ~ Экко сидел на полу, все еще держа малыша на руках. Джинкс, немного выжатая, но вполне себе довольная лежала на столе, раскинув руки. Волосы прилипли к щекам, в глазах было как будто тихое пламя. Она смотрела на них обоих и дышала уже ровно. В стороне, Тристана застёгивала ремни на своем поясе и поправляла наплечники. Портал, уже открытый ею заранее, слегка мерцал в тени дальней стены. Джинкс шевельнулась, и, свесив голову с края стола, глянула на Тристану вверх ногами: — Эй! Та остановилась, хмуро глянув на нее через плечо. — Спасибо. — сказала Джинкс, по-прежнему вверх ногами. — Ты очень помогла. Я не забуду этого. Тристана хмыкнула, потянулась поправить пушку на ремне. — А вот мне бы хотелось забыть. Ну… ладно. Она выглядела немного усталой, но всё ещё такой, почти сказочной. Маленькая, крепкая, аккуратная, как из какого-то упрямого солдатского мифа. И, наверное, действительно хорошенькая. Джинкс подумала, что теперь вполне может понять, почему Зиггс пронёс это свое чувство к ней сквозь годы. — Уже поздно. — Джинкс протянула руку назад, немного наощупь. — Ты теперь с этим навсегда. И я запомню тебя здесь, такой. Вот так. И весь этот… хренов балаган. Тристана все-таки подошла. Не улыбнулась, но губы чуть дрогнули. Совсем не нежные пальчики сжали ладонь Джинкс. Хватка у Тристаны была твёрдая, краткая, но очень решительная. Экко тоже поднял на йордлку взгляд. — Спасибо. Серьёзно. За то, что ты была рядом. Он говорил тихо, но искренне. — Я не был с ней. А ты была. Это важно. Тристана кивнула, не меняясь в лице: — Ну, кто-то же должен был. Повисла небольшая пауза. — Ты справилась лучше, чем я ожидала. — продолжила Тристана, глядя на Джинкс чуть искоса. На мгновение прищурилась, потом, почти незаметно улыбнулась. — Молодец. — добавила она. — Не расслабляйся. Зиггс вдруг шумно спрыгнул с ящика, стряхивая с лап то ли какие-то мелкие блестки, то ли порох. — Ладно, вы тут, это… захлопните за собой дверь, ага? Мне после сегодняшнего определенно нужен выходной! Или выспаться. Или взорвать что-нибудь. Увидимся наверное завтра! Он уже почти шагнул к порталу, но остановился, рывком вытащил из кармана крошечный металлический замочек на цепочке и сунул его Джинкс. — Повесь на дверь, дорогуша. От нежелательных гостей. Джинкс коротко фыркнула, с усталой, но искренней улыбкой. — Эй, кажется, кого-то ждёт веселье, да? Тристана закатила глаза. — После такого-то? Ха. Сомневаюсь, что мне захочется чего-то в ближайшие месяцы. Зиггс чуть нервно хохотнул, сделал неуклюжий поклон, и плюхнулся в портал спиной. Тристана лишь фыркнула и потянулась поправить наплечник. Джинкс глянула на неё снизу вверх. — Еще увидимся, да, Трист? Та кивнула. Затем развернулась, и тоже шагнула в портал. Джинкс смотрела в сторону портала пока тот окончательно не схлопнулся. Подумала, что если бы на месте Тристаны была Вай, всё было бы иначе. Наверное больше тревоги. Возможно даже слёз. Больше... эмоций, которые ломают, когда ты и так разваливаешься. А тут была резкость, пальцы в крови и голос, который просто говорил с ней твердо. И, чёрт побери, это было правильно. Иногда рядом нужна именно такая помощь. Не близкая. Но достаточная.