Сталкер

- Не напрягайся! – Мари прикрикнула на меня. Её угрожающая забота стояла в горле как кость. Но я примирительно подняла руки вверх, не пытаясь поднять коробку с вещами. Я помогала подруге с переездом. Не думала, что её игра в отношения может так далеко зайти, но Мари и Атсуши готовились пожениться. И опять без капли обоюдных чувств. Просто бизнес. После брака Атсуши получит то, что так давно хотел – часть акций в бизнесе родителей и пять помещений тренажерных залов, которые планирует переделать в спа-центры. Мари же получит полную свободу от приемных родителей. Она вот-вот окончит свою спортивную карьеру, и уже имеет предложение стать наставником молодежной сборной, а также уже заключила несколько контрактов с брендами спортивной одежды и питания. Сначала она просто хотела разорвать всякие связи с опекунами, но поняла, что это вызвало бы целую череду драм и привлекло бы к её фигуре ненужное внимание. Она обсудила всё со своим «парнем», и он предложил вариант с брачным договором. А также Мари поговорила с родителями. Не знаю подробностей, но, видимо, под предлогом брака и контракта между семьями моя подруга смогла установить подобие границ. Мари даже заключила официальный договор между ней и приемными родителями. Это для меня вообще было за гранью добра и зла, не понимаю, как это юридически возможно. Но главное – подруга была счастлива. Родители Атсуши подарили загородный дом для семьи. Хотя жить в нём их сын не планировал (но не собирался об этом говорить родителям), так как его бизнес требовал пребывания в городе. Однако дом надо было использовать. Мари переедет в него, чтобы создавать иллюзию семейного быта, а также будет проводить раз в два месяца торжественный «семейный» ужин. В общем, все счастливы, а Мари нужно переезжать. - Оставь коробки! - Ну я же пришла помогать! Мари хмыкнула. - Я звала тебя помочь, но не с этим. – подруга распахнула дверь спальни и я увидела то, что вызывало во мне чувства гордости и легкой зависти – коллекцию манги. - Боже! Сколько же её?! – я зачарованно пробегала глазами по полкам. Мари улыбнулась и пафосно провела руками перед своим сокровищем. - Всё! Я в недопонимании попыталась пересчитать тома на полках. - Как?! Сто пятидесятый том ещё не поступил в продажу! Подруга заговорщицки мне подмигнула. - Скажем так, в издательстве работает мой фанат. И он… периодически преподносит мне такие подарки по почте. - И ты молчала?! – моему возмущению не было предела. - Ну сейчас ведь говорю. Он недавно объявился. Прислал мне сто сорок пятый с открыткой. Потом другие. – Мари с любовью провела рукой по корешкам книг. - Постой! А откуда он вообще знает про мангу, которую ты любишь? Подруга пожала плечами. - Он писал, что является другом редактора в журнале, где печатают мою рекламу. А тому редактору я как-то рассказывала, что люблю легкие истории в жанре романтики, особенно «Историю о первой любви». Я задумалась, такая причина как-то не могла меня успокоить. Всё казалось таким… странным. - Мне кажется, тебе лучше игнорировать его. Тем более, ты сейчас будешь в другом месте жить. Лучше, чтобы про него меньше знали. Но Мари лишь отмахнулась. Я попыталась её переубедить, пока мы перекладывали тома в коробки. И через пару часов моих увещеваний добилась прогресса. - У меня нет контактов этого парня, но я напишу редактору в журнал. Пусть фанат через него томики передает, если уж моя лучшая подруга такой паникёр. Я выдохнула. - Эй! Кто-нибудь дома? Вы в курсе, что у вас дверь открыта? – голос от входа отвлёк нас, и Мари пошла встречать гостя. Им оказался Атсуши. Я видела Атсуши всего лишь дважды за это время, но он был неплохим человеком, как мне показалось. - Я привез документы и десерты к чаю! – определенно, в нём было что-то симпатичное! Атсуши когда-то пытался заниматься теннисом, но его карьера закончилась , так и не успев начаться. Зато быстро раскрылся его бизнес-потенциал. При этом Атсуши следил за модой и собственным телом. Когда он с Мари стоял рядом, можно было только позавидовать тому, как идеально они смотрятся вместе. Два прекрасных и идеальных человека. Которым абсолютно плевать друг на друга. - Атсуши-кун! Я совсем забыла, что ты должен был заехать. Мы тут в процессе сбора вещей. Ты ведь помнишь, Хину-тян? Я приветственно кивнула. Парень одарил меня обворожительной улыбкой, которая на меня вообще не подействовала. А чего он хотел? В моей жизни было столько красивых… существ. Один Деркила чего стоит! Возможно, из-за этого у меня испортился вкус - жеманные красавцы могли вызвать во мне приступ умиления, но никак не восторг и загадочное сердечное «ту-дум!». Бывший спортсмен, уверенный в своей восхитительности, не ожидал такого приёма и плохо скрыл удивление. Мари фыркнула. - Прости, Тсу-кун, у Хины «высокая» планка в отношении идеалов красоты. Я подарила подруге прищур и закатывание глаз. - А… понятно. Хина всё время меня подкалывала на тему отношений, потому как за прошлый год все мои поиски оказались обречены. Подруга списывала эти неудачи на то, что я стала «кошатницей» и вообще тайно от других влюблена в Деркилу. Но это было не так. Или не совсем так? Мне действительно нравится этот вредный король демонов (наверное, уже король). Однако это «нравится» совсем не походило на желание близости иной, чем была у нас уже. Мы были… соулмейтами? Не знаю. А проблемы в отношениях крылись в другом – ко мне вернулись мои старые кошмары. Приступы уменьшились в мире людей, но я всё равно могла вскрикивать по ночам. И не всегда человек рядом был гарантией того, что приступ меня не накроет. Наоборот, вместо любовных обнимашек во сне я дарила ухажеру пинок под зад и крики банши на ухо. После такого перфоманса отношения прерывались. Так что после третьей попытки за год я расслабилась и отпустила ситуацию. Ну его к чертям эту любовь! Мы довольно мирно провели остаток дня. Вещи были загружены и перевезены на новое место, я получила адрес Мари и приглашение на новоселье через месяц.

***

Время летело быстро. Работа-дом-работа-дом. Если честно, то было немного тяжко. Последствия проклятия периодически давали о себе знать не только кошмарами по ночам, но и покалываниями и болями. Иногда я будто начинала задыхаться. Всё это негативно сказывалось на моем пении. Выступать больше на подработках я не могла, пусть Какеру и Тоши-сан думают, что это из-за нежелания встречаться с бывшим, однако всё было серьезнее. Меня хватало на две-три песни, а потом что-то начинало сдавливать горло. Очень обидно. Пение – единственный дар, которым меня наделила природа в этом мире. И хотя долгое пение не требовалось мне по основной работе – там хватало теории, а выводить отдельные ноты или долго объяснять что-то я могла без проблем, мне всё равно было неприятно, когда я просто хотела музицировать, разучивать новые композиции, развивать свои способности и… просто не могла всё это делать. Оставалось только верить в то, что, как и кошмары, приступы уменьшатся и потом пропадут вовсе. Тем более возвращение в Макай было не за горами – весна в самом разгаре, цветение вишни почти прошло. Воздух был влажным и насыщенным. Мари благополучно переехала, и они назначили дату свадьбы на осень. Свадьба пройдет в западно-японском стиле. Так как часть партнеров Атсуши была иностранцами, они будут приглашены только на церемонию у «алтаря» (сценка у фальшивой арки в костюме и белом платье и какой-то дядя семьи, имеющий лицензию на проведение церемоний), а для «родни» устаивается другое мероприятие в классическом японском стиле. Семьи уже официально объявили об этом событии, и на нескольких билбордах появилась новость о том, что такой-то канал получил эксклюзивное право на съемку мероприятия и фотографии появятся уже в середине сентября. Я же продолжала жить свою жизнь, не имея возможности встретиться с подругой из-за её занятости и интереса прессы к её фигуре. Закончив рабочий день и попрощавшись с коллегами, с которыми посидели в ближайшем баре после работы, обсуждая кривую и непонятную инсталляцию, выставленную прямо у ворот нашего учреждения, я побрела на станцию. Ехать мне нужно было не меньше часа, поэтому следовало поторопиться. И тут сработали инстинкты. То, что так упорно вырабатывал во мне Фурфур во время «тренировок». Сначала меня резанул чей-то острый взгляд. Я дернулась, будто оступилась, и аккуратно посмотрела по сторонам. Мне показалось, что какая-то фигура из прохожих качнулась, будто не желая попадаться на глаза. - Хмм… - протянула я задумчиво, и продолжила путь на станцию. Фигура, выждав пару минут у стены дома, последовала за мной. Теперь я это видела ясно. Что ж, вот и ещё один минус после уничтожения замка Деркилы. Все запасы сырья для духов, скрывающих запах людей, также испарились. Не осталось ничего. Но так как навещать меня у Салливана мог только он, Деркила и Ишет, я об этом не беспокоилась. Было лишь немного жалко, что подарить Мари было нечего после возвращения. Подруга же вообще не расстроилась, так как больше переживала о моей сохранности после приключений – вид моей потрепанности и седины её напугал, поэтому о войне я умолчала, сказав лишь о том, что перенапряглась во время экспериментов. После чего Мари и стала превращаться во время наших общих посиделок в курицу-наседку (Ишет бы понравилось). Резюмируя, можно сказать, что без духов стало труднее. Я так привыкла их использовать по вечерам после работы, чтобы не привлекать внимание выпивох, что уже забыла, что тебя вообще могут заметить. А тут ещё и какой-то мутный преследователь. Вор? Извращенец? Судя по внешнему виду, мужчина или парень среднего телосложения. Мешковатый спортивный костюм с капюшоном. Немного прихрамывает? Я поторопилась. Нужно успеть добраться до станции, где больше света, есть камеры и сотрудники, имеющие право задерживать подозрительных лиц. Конечно, можно было зажать этого типа в переходе, но кто знает – нет ли у него при себе оружия? Маны в кольце было совсем мало, да и кто мне даст распеться… Можно было резко ткнуть его в кадык и врезать по яйцам, но если в подростковом возрасте отмахивание ногами от пьянчуги могло никак не повлиять на мою жизнь, то если сейчас меня поймали бы за членовредительством, то обязательно сообщили бы на работу. А я, черт возьми, педагог. Стыд, срам, что подумают дети и их родители? Ых, во всех жизнях проблемы похожи… Я уже вошла на станцию, но, к сожалению, никого из персонала не увидела. - Чёрт… - постаралась занять удобное место в самой светлой части платформы. Рядом со мной было ещё несколько таких же людей. - Простите. – преследующий тип нерешительно потоптался рядом и внезапно обратился ко мне. Я попыталась состроить самую невинную моську из доступных. - Да? Молодой человек лет двадцати пяти-двадцати семи скинул капюшон. - Н-Наоки-кун? – вот кого я точно не ожидала увидеть в Токио – бывшего парня Мари. Парень улыбнулся. Хотя прошло уже почти десять лет с нашей последней встречи, я не могла не узнать эти насупленные брови и волевой подбородок. Всё, что я знала о нём, это что они с Мари разошлись, после того как опекуны увезли её из приюта. Мари была очень занята тренировками и привыканием к новому месту и режиму, что никаких сил на отношения уже не оставалось. А Наоки всё чаще расстраивался, что его девушка просто не может всё бросить и приехать поддержать его на очередных соревнованиях. По итогу они взяли перерыв, который затянулся на три месяца. За это время Наоки сошелся с какой-то девушкой из спортивного колледжа, поэтому разрыв прошел почти безболезненно. Мари за время перерыва от отношений была так перегружена другими вещами, что приняла расставание спокойно, но оставаться друзьями тоже не собиралась и просто сменила номер, разорвав всякие контакты с Наоки. Я тоже не интересовалась бывшим своей подруги, тем более, после разрыва с Какеру успела также поменять номер, и старые контакты мне стали недоступны. - Что… что ты тут делаешь? - А просто увидел тебя, но…знаешь, побоялся так сразу подойти. Не знал, помнишь ли ты… Подумал, что ты идешь в сторону станции, как и я. И я тебя уже тут смогу догнать. - А, понятно. – я вежливо улыбнулась, и мы ещё минут шесть поговорили о прошлом. Как он учил меня дзюдо по просьбе Мари, как выступал на татами, как делал карьеру в спорте, но, к сожалению, получил травму, несовместимую с профессией. И вот теперь он подрабатывает в небольшом спортзале, где проводит тренировки. И вообще, как так удачно получилось, что мы встретились. Ох, было бы замечательно, если как в старые-добрые времена мы собрались бы в каком-нибудь кафе все вместе: Наоки, я и Мари. Я кивала и поддакивала, посматривая на табло. На мою удачу, когда разговор зашел на тему встречи с Мари, подошедший поезд распахнул свои двери, и я, всё ещё сохраняя улыбку на лице, выдала Наоки визитку. - Ой, да… обязательно как-нибудь встретимся. Вот визитка с моими контактами, давай потом свяжемся. Я так устала и хочу домой. - Понятно… - расстроенно протянул Наоки, рассматривая картонку в руках. – А ты на какой станции живешь? Может, мы могли бы выпить кофе тут недалеко? Ты ещё успеешь потом на последний поезд. - Ох, прости, Наоки-кун. Но мне ехать почти до последней станции. Наоки кивнул и помахал мне, когда я зашла в вагон. Ответила на его прощание и прошла вглубь вагона, где можно было ухватиться за поручень. Поезд тронулся с места. Можно было расслабиться на час, если бы не одно но… Сцена, которую я наблюдала через переднюю камеру телефона. Наоки, убедившись, что я отвернулась и уткнулась в телефон, быстро прошел в соседний вагон. «Чёрт! Так и знала, что это неспроста. Ага, заметил и боялся подойти. И поэтому почти двадцать минут за мной тащился как привязанный! Ждёт другого поезда, ну-ну, да сейчас тут кроме этого состава никакой другой и не идёт, придурок!». Я ругала парня про себя последними словами, а сама продумывала план отступления. Жалко, что Наоки перед тем, как сесть на поезд, выкинул мою визитку. Значит, сразу понял, что она фальшивая (держала парочку таких для прилипчивых пикаперов). А как он это понял? Логично предположить, что ему известно, где я работаю. Вряд ли бы при знании моего номера он стал бы донимать меня в реальности. Откуда только он достал информацию о месте работы? Вопросы… Но об этом подумаем позже. Я изменила позу, будто уступала пространство человеку рядом, и теперь могла посматривать на другой вагон. Наоки нужно было следить за мной, поэтому он занял позицию у прозрачной двери, держась боком и прикрываясь парочкой пассажиров. Увидев, как я повернулась, он резко двинулся в сторону, чем вызвал непонимающие взгляды близко стоящих людей, но потом понял, что я «продолжаю залипать в телефоне» и вернулся к наблюдению. Отслеживая Наоки по костюму и убитым спортивным кроссовкам сквозь челку, закрывающую глаза, я придумывала план. Фурфур всегда поговаривал, что побеждает «хитрейший», но «хитрость» - не всегда результат скорости. Хитрость проявляется обдуманностью плана. Лучше отступить, чтобы рассмотреть все варианты. У меня их было немного. Первый – выйти на ближайшей станции и обратиться за помощью. Но если там есть только дежурный, который находится не на месте? Наоки следил за мной из соседнего вагона не просто так. Он понял, что слова про станцию также могут быть фальшивкой и решил убедиться лично, где я выйду. Раскрывать своё место проживания я не собиралась. Второй – обратиться к кому-нибудь из пассажиров. Но не факт, что они поверят мне и захотят помогать. Да и как потом доказать, что Наоки меня преследовал, а не просто вспомнил, что этот поезд тоже едет в нужную ему сторону. Третий – обмануть его и выйти на другой станции, а там постараться скрыться. Вариант самый привлекательный, но как это сделать? Поезд начал замедлять свой ход, и по ворчанию окружающих стало ясно – на станции настоящее столпотворение. А это шанс. Шанс ускользнуть. Я сделал вид, что готовлюсь выходить и боковым зрением заметила, что Наоки тоже пошел к выходу. Прямо перед дверьми стояла уже целая толпа на вход и несколько людей на выход. Створки ада раскрились! В смысле, двери вагона разъехались и люди устремились зайти внутрь. Я сделала шаг на платформу. Наоки его повторил и тут же отошел от толпы, постаравшись скрыться за колонной. Он искал в толпе темноволосую девушку с ярко зеленой сумкой, в классическом костюме. Вот только нигде её не было. Парень посмотрел по сторонам, даже подошел к вагону и заглянул внутрь. Не найдя искомое, от поторопился прочь, посчитав, что я уже успела проскочить мимо. Вот только я всё ещё была в вагоне. Просто на мне был похожий мешковатый спортивный костюм, синий рюкзак на груди и длинные яркие ногти, которыми я клацала по телефону, пожевывая жвачку и выдувая ей пузыри. Большие солнечные очки с легким затемнением спокойно позволяли мне посматривать за окружающей обстановкой. Воспользовавшись шумом и суматохой, я, выйдя на станцию, тут же развернулась и пропела полушепотом «Отпусти и забудь», представляя, как героиня меняла свой наряд. Магии хватило. И я просто протиснулась с другими в вагон. Правда, пришлось встать почти у дверей. Зато смогла убедиться, что Наоки ушёл. Возвращение домой было немного напряженным. Я настороженно поглядывала по сторонам, хотя понимала, что если Наоки пытался выследить меня в вагоне, то он не может знать, где я живу. Но успокоиться это не помогало. Страшно представить, что было бы, если бы не мои приключения в Макае. Всё же выживание в джунглях и последние события там меня немного закалили. Я не запаниковала и не действовала необдуманно. Но теперь надо было разбираться с тем, как быть дальше. Я сразу же связалась с Мари, посчитав, что именно она является целью Наоки. Мари долго не брала трубку, я даже начала беспокоится, но в конце концов она сама мне перезвонила через десять минут после моих безуспешных попыток. Посвятив её в события последних часов, я смогла выдохнуть, и мы стали размышлять вместе. - Так если всё же обратиться в полицию? - На основании чего, Мари? Ты ведь понимаешь, что пока всё это лишь косвенные признаки сталкера. И помнишь, как девочку из соседнего класса моей старшей школы преследовали? Но что тогда сказали в полиции? Он просто смотрит издалека, а девочка сама вызывающе себя ведет. Ты уверена, что у меня так не получится? - Но и просто ничего не делать тоже неправильно! Может, ты призовёшь Дер-чана? Попросишь у него духи или ещё какие-то вещи для самообороны, раз сейчас не можешь пользоваться магией? Я прикусила губу. Маны почти не осталось. Может, призвать разок Деркилу я бы могла. Но только раз и минуты на две-три. Но как крайняя мера – пусть будет. Я нашла несколько печатей призыва и сразу убрала их в передний карман сумки, чтобы потом не забыть. - Слушай! А если пойти тем же путем, что и та девочка? – голос Мари отвлек меня, я на секунду задумалась, вспоминая подробности этой старой истории. - Можно попробовать… Выходные прошли в легком стрессе, хотя я заранее постаралась подготовиться. Купила брелок с громким сигналом, кинула к сумку дезодорант, чтобы прыснуть в глаза в крайнем случае. Выдвинулась на работу я новым маршрутом. Доехала до соседней станции и там проехала немного на такси (прощайте мои сбережения!). Заранее я собрала с новостных порталов объявления о розыске преступников, стараясь подобрать максимально похожего человека. Нашла несколько портретов и приготовила распечатки, которые заблаговременно разместила на доске с объявлениями в фойе. Первые уроки заставили меня немного забыть о преследовании, но во время перерыва я заметила, как несколько девчонок обсуждают какого-то типа за воротами. Конечно, это был Наоки. Он был на другой стороне дороги и делал вид, что разминается. У него всё ещё была спортивная фигура, поэтому разговоры учениц были в духе «О, красивая задница» и «Да ты что, это же тот ещё старпёр, ему за 20!». Пора было приводить план в действие. Если честно, план был… рискованным. Он мог и не сработать. Я прошла в учительскую и пожаловалась, что ученицы заметили подозрительного мужчину, который уже с прошлой недели часто появлялся перед школой. Старалась говорить очень обеспокоенным тоном, добавляя нотки испуганности, и это сработало. Пара других учителей сходили к окну посмотреть на улицу, вернулись и подтвердили, что какой-то спортивный угрожающего вида парень стоит недалеко от ворот. Наш завуч, довольно эксцентричный мужчина, тут же принял стойку охотничьей собаки и куда-то ушел. Я тихо последовала за ним и увидела, что тот не стал выходить для разборок (чего я немного боялась, ведь Наоки просто бы заявил, что меня ждёт, так как мы договорились о встрече), а сразу набрал номер местного отделения полиции. Не знаю, что он им сказал, но довольно скоро приехала машина. Вид полиции напугал Наоки, он попытался уйти, но его попросили проследовать в отделение. И тут Наоки совершил глупейшую ошибку, он попытался сопротивляться и скрыться. Полицейские сработали быстро, скрутив его и поместив в машину. Завуч, просматривая сцену от входа, решился подойти только после того, как «подозреваемого» поместили в салон автомобиля. Издали мне трудно было разглядеть, но завуч потрясал в воздухе бумагами (как потом поняла, теми самыми распечатками с портретами преступников). Полицейский, видимо, удивился, а потом поблагодарил завуча. Мужчина горделиво посмотрел на здание школы, из окон которых выглядывали ученики и учителя. В своих мыслях он уже, как мне кажется, мелькал в местных новостях. Не буду разрушать его минуту славы. Но на сегодня я могу быть спокойна. Наоки нужно будет ещё постараться доказать, что он не является участником преступления, потребуется время для подтверждения его алиби. А он знает только моё имя. Но не может назвать ни телефона, ни адреса. Девочку из моей школы тогда окончательно спасло то, что один из фотороботов, что она сама накопала и подсунула неравнодушному учителю, оказался ориентировкой именно на этого типа, поэтому преследования и прекратились. Наш же план состоял лишь в отсрочке. Мари уже обратилась к Атсуши, и они используют связи семьи. Мари подала историю именно как погоню за ней (ведь это действительно было так), а уж семьи, что готовятся к такому официальному браку, явно заинтересованы в том, чтобы всё прошло без проблем. Моей задачей было добыть отсрочку, и я это сделала. Остаток дня прошёл спокойно. Заканчивали мы довольно поздно из-за приближающихся каникул. Нужно было подготовить отчеты по работе, новые планы, годовые контрольные. Я уходила последняя. Сама виновата, откладывала в течение дня всю текучку и пришлось задержаться. Даже дежурный учитель ушёл раньше. А я всё возилась с какими-то папками, нотными тетрадями и прочими бумагами. И вот свобода! По времени как раз успевала на предпоследний поезд. В мыслях я уже была дома в пижаме и с кружкой чая, поэтому ослабила бдительность. Когда я проходила мимо инсталляции, чья-то крепкая рука ухватила меня за плечо и попыталась развернуть. Моё тело среагировало, я выкрутилась и пнула. Рука метнулась к сумке. Почему именно сейчас она показалась мне бездонной? Я нашаривала рукой брелок или дезодорант, стараясь сохранять дистанцию между нами. - Что тебе надо?! Наоки безумно ухмыльнулся. Больше он не скрывал всё милой улыбкой. - Удивлена? Не ждала меня? Я молчала. - Представляешь, но дзюдоисты довольно часто после окончания карьеры уходят в полицию. Мне повезло, что в отделении, куда меня доставили, был мой знакомый. Я просто совсем немного подождал. И вот я здесь. - Ещё раз спрашиваю. Чего тебе надо?! – я медленно двигалась в сторону школы. Охранник ещё не закрыл её, поэтому можно было скрыться там и запереть двери. Наоки будто не слышал меня. Он тоже зеркально двигался со мной, пытаясь приблизиться. Словно мы были на татами. - А тебе всего лишь надо было послушно организовать встречу. - Что ты хочешь от Мари?! Имя подруги вывело его из оцепенения, и он остановился. - Быть с ней. Я понял только недавно. Почти год как она стала так… сиять. Я был дураком, что не был рядом. Я мог бы стать её менеджером. Мы могли бы стать настоящей семьей. - Она выходит замуж! - Это ошибка! Она принимала все мои подарки! Она одумается, если мы поговорим! Моя рука нащупала телефон. - Если я позвоню ей по громкой связи, ты успокоишься и отстанешь? – нужно выгадать время для маневра. Глаза Наоки загорелись, а в руках блеснул какой-то странный предмет. Горелка? Газовая горелка? - Звони! Я сделала вид, что ищу ее имя в списке контактов, а сама написала Мари с просьбой позвонить в полицию и предупреждением, что Наоки опасен, вооружен и хочет с ней поговорить. Всего несколько шагов, и я развернусь и забегу в здание. Видимо, Наоки что-то понял, поэтому резко разорвал дистанцию между нами и попытался отнять телефон. Я заблокировала его и кинула в сумку. К сожалению, Наоки перекрыл дорогу в школу и начал наступать на меня, он снова вцепился в сумку, а я по бряцанию смогла наконец-то услышать и достать брелок, который тут же включила в режиме мигающего света и шума. К сожалению, реакция Наоки оказалась непредсказуемой. Вместо того, чтобы отпрянуть, он как бык, привлеченный тряпкой, кинулся на меня и толкнул. Если бы мы были на обычной площадке, я бы просто кувыркнулась через себя и получила бы фору. Но что-то резко вонзилось мне в спину, и, посмотрев вниз, я с ужасом осознала, почему сумка, несмотря на то, что я её уже не держу, так и не вывалилась из моих рук. Удар был такой силы, что даже сумка, которой я прикрывала живот, накололась на часть инсталляции. Открыла рот, но из него вырвался хрип, и я закашлялась кровью. Плохо дело! Просто отвратительно! И больно! Как же, черт возьми, больно! Наоки, осознав произошедшее, сначала подбежал и попробовал прикоснуться к трубке, торчащей из сумки. Его пальцы тут же окрасились кровью, и он, будто испугавшись, обтер их о штаны. Я посмотрела ему в глаза, но он отвел их, а потом боком подошел вплотную и залез прямо в сумку! Не снимая её с штыря! Нашарив телефон, он попытался его включить, но понял, что на нём есть пароль. - Пароль! Дай мне пароль! Я злобно прищурилась и сильнее стиснула зубы. Хотелось орать от боли. - Я вызову скорую! Просто… дай пароль! Я молчала, пытаясь сохранить хоть толику сил. И вот тут Наоки по-настоящему сорвался. Он врубил горелку и направил пламя прямо на сумку и трубку. - Сукин сын! – выкрикнула я, так как сдерживаться было уже невозможно. Я чувствовала, как начинает гореть и плавиться покрытие сумки. Как вспыхнула квитанция в кармашке и… - Пшшш… - Что за… - Наоки с непониманием уставился на поваливший из кармашка дым. Я попыталась рассмеяться, но не получилось. Раздался хлопок, и на мгновение нас окружила завеса. - Ты в курсе, что дернула меня прямо с совещания? Нет, спасибо тебе, конечно, за это. Оно было ужасно скучным, но мы же договаривались… - Кто здесь?! – истерично закричал Наоки. В опустевшей школе тоже мелькнул свет. Наконец-то охранник, что возвращается с обхода, что-то услышал! Туман рассеялся. И остались только четверо. Безумный Наоки, трясущий моим заблокированным телефоном, большой кот породы мейн-кун, я и инсталляция, торчащая за мной и из меня. Наоки с непониманием посмотрел на кота перед собой. - Дер-чан… - я подала голос, и Деркила посмотрел на меня. Потом перевел взгляд на Наоки. Не знаю, что тот увидел, так как парень закрыл обзор своей спиной, но секунду спустя Наоки заверещал и побежал. Деркила кинулся за ним и настиг его уже у ворот. Я не могла повернуться и посмотреть, что там случилось. Услышала дикий крик, а потом рассмотрела кота, бегущего ко мне. - Дьявол! Нужно успеть! Моя кровь… - я успела улыбнуться ему, а потом новый хлопок, и Деркила испарился. Мана закончилась. Я постаралась зажать рану и покричать – телефон лежал на земле, поднять его не было возможности. Стоило только снять тушку со штыря, как я не протяну и получаса и умру от кровопотери. Взгляд стал туманным, я услышала голос охранника, а потом мне в лицо ударил луч фонарика. - Боги! Какой кошмар! – я была согласна с его оценкой ситуации, а потом этот тип позвонил в скорую и… снял меня с этой инсталляции! Я заорала, уже не сдерживаясь. - Всё будет хорошо! Помощь приедет через пятнадцать минут! – попытался успокоить меня сердобольный охранник. «Твою ж мать… этот сраный мир реально хочет меня укокошить… Помоги мне, Деркила!». Не знаю, кому нужно было сказать спасибо. Мари, что сразу же после моего сообщения позвонила в полицию и потом в скорую, или всё же скорая, вызванная охранником, приехала раньше и почти одновременно с полицией. Я уже тогда плохо соображала. Полиция нашла тело Наоки, валяющееся прямо на входе, а потом увидела охранника, зовущего на помощь. Меня окружили огоньки и пятна, а потом я провалилась в темноту. Периодически мои глаза открывались и я выхватывала какие-то объекты вокруг себя. Операционная. Врач. «Вколите ей успокоительное! Что-то не так! Это чудо!». Последнее, что я запомнила – дверь. Она самая. В палате было тихо и темно. Но дверь манила меня. Однако ни одним пальцем я не могла двинуться ей навстречу. Кажется, я заплакала от бессилия. Какие-то датчики моргнули и включилось оповещение, ко мне в палату попытались войти. - Дверь заклинило… - Что?! Надавите сильнее! - Не выходит! - У пациентки сейчас будет приступ! Ломайте! Дверь будто зарябила, как поверхность пруда от брошенного камня. Я попыталась повернуться и рвануться вперед к ней. Но она просто… пропала. А я впервые поняла, что дверь, по крайней мере, в мире людей можно просто «пропустить». - Приготовьте операционную! - Каталку сюда! Слёзы сдавили горло, а боль снова стала невыносимой. Темнота – друг молодёжи? Как бы не так. Но философски обмозговать это, мне было не суждено. Подвинься тьма, я тут рядом посижу.