Глава 7 Амулет

Тени смыкались за спиной, поглощая следы шагов. Гермиона двигалась осторожно, будто боялась разбудить спящее здание. Мрачные коридоры Малфой Мэнора казались бесконечными, но она знала — это лишь иллюзия. В одном из аврорских отчетов девушка вычитала, что площадь поместья соперничает с Хогвартсом, разве что без бескрайних лесов за стенами. Десять минут спустя, после сотни глупых мыслей и нелепых ассоциаций, они остановились перед массивной кованой дверью, украшенной запутанными узорами. — Зачем тебе хлебные крошки? — Лорд Малфой аристократически приподнял бровь, в голосе зазвучала сладкая, как яд, ирония. — Проголодалась? — Ты лезешь в мою голову! — Гермиона резко скрестила руки, но хищный взгляд уже отметил этот жест. — Ты очень громко думаешь, Грейнджер. — Это магловская сказка, — сквозь зубы пояснила она. — Дети бросали крошки, чтобы найти дорогу из леса. — Умно, — хмыкнул он. — Нирма! Перед ними с тихим хлопком возник домовой эльф, чуть моложе Добби, с огромными испуганными глазами. — Принеси мисс Грейнджер хлебных крошек. — Простите, сэр, но у нас нет хлебных крошек. — Как же так? — Малфой притворно удивился. — Неужели в этом огромном поместье не нашлось ни одной забытой крошки? Что скажут о нас гости, Нирма? Беги, исправляй это вопиющее недоразумение. Через мгновение Нирма вернулась, держа в дрожащих руках серебряный поднос со свежей булкой. — Очень смешно, — фыркнула Гермиона, но не удержалась — аромат теплого хлеба разлился по мертвым коридорам. Эльф смотрел на нее с немым ужасом, будто ожидая кары за неподобающее угощение. Сжалившись, она отломила кусочек. — Спасибо, Нирма, — улыбнулась девушка, слуга с опаской перевел взгляд на хозяина и исчез. — Ты распугаешь всех эльфов своей добротой. Гермиона мысленно послала ему парочку непечатных заклинаний, пока пальцы невольно кромсали хлеб. — Ты так усердно возводишь ментальные стены, что скоро у нас тут появится собственный магловский Берлин, — лениво бросил он, прислонившись к гобелену и почти сливаясь с орнаментом. — Иди к черту. Блондин лишь хмыкнул, оттолкнулся и направился к двери. Она распахнулась сама, открывая пространство, где древняя магия пеплом оседала на плечи. Темно-зеленые обои обволакивали стены, словно змеиной кожей. Сотни свечей парили под потолком, отбрасывая мерцающие блики на пустую, но величественную комнату. Малфой шагнул вперед, остановившись у громадной стены, вздымающейся к пятиметровому потолку. Рукава черной рубашки по-прежнему были закатаны, обнажая бледную кожу. Волосы — идеально небрежные, будто только что покинули руки стилиста. Так нелепо — стоять в древнем поместье и вспоминать дешевые магловские парикмахерские, традиционно названные в честь своих хозяек. Сотни заведений красовались вывесками: «Мари», «Алекс», «Джулия», «Аннет». А внутри кудрявая и вводящая в немой ужас визажистов Гермиона смиренно ждала своей участи на металлическом стуле, листая потрепанные журналы с примерами работ. Именно там она видела идеальные укладки, с взъерошенными волосами, как правило, получавшие самые дурацкие названия, вроде «Фьюжн» и «Помпадур». Драко Малфой мог бы быть на обложке любого из этих каталогов. Постер с его портретом ярким фонарем привлекал бы женщин, словно мотыльков, летящих на его чары и сгорающих в жарком пламени. Девушка никогда особо не задумывалась о внешности мужчин рядом с собой, воспринимая противоположный пол как нечто бесполое, обладающее некоторыми характерными качествами, но по большей части не сильно отличающееся от нее. Сказывался многолетний опыт дружеского общения с Уизли, Поттером, Долгопупсом и другими парнями, всю жизнь окружавшими ее. Но Малфой был будто другим сортом человека. Он привлекал внимание, он заставлял всматриваться, смотреть, думать и нервничать. И вот опять гриффиндорка чувствовала себя неуверенно, подходя сзади к мужчине, который выглядел словно у него в запасе все время этого мира. Хлеб все еще хрустел в руках, потерявший тепло в холоде ее ладоней. Сейчас, стоя в шаге от самого неоднозначного мерзавца Англии, Гермиона снова чувствовала себя маленькой девочкой, что случайно забрела в кабинет ко взрослым. — Что это? — А ты как думаешь? Гермиона всмотрелась в переплетающиеся линии. Они то сходились, то расходились, сливаясь в единую точку. ー Это фамильное древо, ー тихо прошептала она. ーГобелен Малфоев, ー маленький пальчик завороженно очерчивал имя «Драко Малфоя», обвитого ветвью дуба и змеей. — Умная девочка. Десять баллов Гриффиндору. Она стиснула зубы, игнорируя привычку аристократа хвалить со снисхождением. Сотни чистокровных глаз презрительно следили со стены. — Вон там, под потолком, — Малфой указал вверх, где среди рун и узоров мерцало нечто золотое с кровавыми рубинами. — Почему амулет здесь? — Веками он охранял мой род. — Драко Малфой сделал паузу. — Хотя, если быть честным, большую часть времени побрякушка просто неплохо смотрелась в интерьере. — Но ты сказал, что после Клеопатры он впервые сделал выбор. — Прямых доказательств нет. Возможно, были другие, но следов не осталось. — Как ты понял, что амулет выбрал меня? — Ты задаешь слишком много вопросов, Грейнджер. Призови его — и если я прав, он придет. Если нет... ну, значит, я зря потратил твое драгоценное время. Гриффиндорка наколдовала манящее заклинание. Замок содрогнулся. Золотой амулет сорвался с гобелена, а нити-щупальца потянулись за ним, прежде чем оборваться с тихим шелестом. Она ожидала холода, тьмы, зла. Но в ладони реликвия была теплой. Живой. Как маленькое солнце. ー Невероятно! ー с улыбкой и блеском в глазах Гермиона повернулась к мужчине и протянула ладонь. На мгновение ей показалось, что он задержал дыхание и сам до конца не верил, что все получится. — Как я и говорил. Амулет выбрал тебя. В его голосе было что-то странное. Досада? Разочарование? Смирение? Гнев? Он не рад, что амулет сделал ее своим носителем? Это было предсказуемо. Навряд ли Драко Малфой был готов расстаться с такой могущественной реликвией. Точно не по своей воле. ー И что теперь? ー с придыханием спросила ведьма. Почувствовала, как магия окутывает ее, скользит по коже, нежно касаясь локонов, медленно переливаясь куда-то вглубь ее души. — Надень его. И он исполнит желание. — И ты… просто отпустишь меня? — Мне стоит добавить пару «Круцио» для традиции? — Это не смешно, Малфой. — А ты уже достала вопросами, Грейнджер. Она хмыкнула. Казалось, он получает удовольствие от этих перепалок. — Спасибо, — голос дрогнул, но взгляд был твердым. Лорд Малфой аристократично кивнул и перевел взгляд на выход. Гермиона сжала крепче амулет и шагнула вперед. Но что-то тянуло ее назад. Будто оборванные нити все еще цеплялись за нее. Будто поместье не хотело отпускать. Воздух вокруг ощущался тяжелым снегом на плечах, пригвождая к полу. Были ли эти чувства настоящими или вызваны магией амулета? Было ли это важно? Ведь Грейнджер не планировала больше возвращаться. Не планировала встречаться со странным существом по имени Драко Малфой, который во всем и везде находил выгоду, но ей помог просто так. Может быть он не такой, как про него говорят другие? Может быть Гарри ошибается? Она отмахнулась от этих мыслей. В конце концов это уже ее не касается.