I. Бесстыдники

      – Ну ты хотя бы подумай…       – Эрен, нет!       Армин не был уверен, какие именно сейчас эмоции преобладали в нем больше: гнев, шок или же смущение. Но одно он знал точно – идея Эрена сама по себе была бредом полнейшим, и он ни в коем случае не позволит Йегеру воплотить задумку в реальность.       – Ну неужели тебе не интересно, как Ник выглядит… – Эрен плотоядно улыбнулся, выдержав недолгую паузу, – там.       Конечно же, блять, интересно. Армину было интересно, как Николь выглядит везде. Но...       – Нет, Эрен. И ты не смей.       Это все гормоны, думалось Армину. Они-то пройдут. А вот девочек нужно уважать всегда.       Арлерт упорно игнорировал влажные сны с участием невысокой темноволосой девчушки, старался не замечать неловких недоразумений по утрам после таких вот сочных картинок вожделеющего мозга. Но, но, но…       Первое, и самое важное на взгляд Армина – девочки, милые и невинные девочки, хрупкие, как бутоны цветов, красивые и изящные, как тонкие стебельки… Нет-нет, они не заслуживают такого похабного, грязного отношения к себе… Да даже мысли о таком допускать – грех! Девушки, милые девушки, священный Грааль невинности, наичистейшие, созданные для того, чтобы их осыпали цветами и воспевали оды об их красоте.       А что до второго… Армин прекрасно понимал, что как только он увидит животрепещущую картинку реальности, это божество в самом его первозданном виде, то…       То отстирывать простыни придется каждое утро.       – Ну ты зануда.       Зато Эрен желал увидеть все это прекрасное, невинное, животворящее… и прочее. Во всей красе, в общем. Чтоб было, что представлять в душе.       Не сказать, что Эрен как-то жаловался на неразвитость собственного воображения, но неповторимая реальность на то и неповторимая. Хотелось своими глазами увидеть эти сочные формы, аппетитные округлости, каждую складочку, растяжку. Родинку, каждую-каждую детальку…       – Это пошло.       – Это нормально.       Оба уставились друг на друга, не желая уступать даже в зрительном контакте.       – Это нормально, когда встречаешься с девушкой. И то… – Армин тут же покраснел от собственных слов, – тогда, когда она захочет.       «Да все она хочет», - промелькнуло в темной головушке Йегера, но озвучивать мысль он не решился: предоставил этот шанс Николь.       – Какой ты неинтересный.       – Правильный!       – Занудный.       – Разумный!       На этом их высокоинтеллектуальная перепалка подошла к концу. Но это не означало, что Эрен сдался…

***

      – Эй, Армин, – бросил Йегер вслед другу, когда тот отстал от компании сослуживцев, – поможешь мне?       – Да, конечно, – без раздумий согласился Арлерт и спокойно направился вслед за другом. К слову, с их последней недомолвки прошла уже парочка дней.       Вечереет поздно, поэтому, несмотря на то, что время близилось к шести, солнце закатываться за горизонт не собиралось. Лицо обдувал теплый ветерок, лаская иссушенную кожу, забираясь проворными ручонками под свободную футболку. Армин улыбнулся, устало потянувшись. К слову, пахло влажной листвой и свежескошенным сеном. При желании можно было услышать также нотки приторно-терпкого аромата, что издавали бутоны васильков.       Весна в самом своем соку.       – Что случилось? – Армин слегка напрягся, завидев темную черепицу невысоких домиков, коими являлись парные в данной части территории Разведкорпуса.       – А? Да так, – негромко протянул Эрен, не отрывая взгляда от одной из бань, – девочки сказали, что у них там пол прохудился. Саша чуть в дыру не полетела…       – Бедняжка, – рассеяно пролепетал Арлерт.       – Ага, – Йегер на миг замер: как раз из той бани, на которую он так пристально смотрел, стали выходить девочки, одна за другой. – Вот, как раз-таки и вышли. Идем?       Армин без раздумий кивнул, уверенно шагая за другом. И даже недоуменный взгляд Кристы ни коем образом его не напряг.

***

      – Итак, где... – начал было блондин, аккуратно ступая по деревянной решетке, коей был устлан пол бани.       – Тихо.       А вот в этот момент Армин почувствовал неладное. В предбаннике послышалось копошение и приглушенные голоса.       – Эрен!       – А ну-ка! – Армину нагло прикрыли рот широкой ладошкой, затолкали за угол с чугунным чаном. – Не пали контору.       Сказать, что негодованию Арлерта не было предела – вообще ничего не сказать. Но стоит ли сейчас поднимать шум и ругать непутевого Эрена?       А вдруг Николь ему не поверит? Поймет не так… Назовет извращенцем и со слезами на глазах убежит отсюда. Нет-нет-нет…       – Зачем я тут, Эрен? – почти что слезно спрашивает блондин, теснее прижимаясь к не такой уж горячей, но достаточно теплой шершавой стене печи. – Ты и сам мог…       – Вдвоем не так страшно.       Было непонятно, что больше смущало Йегера: его собственная трусость или же мысль о том, что от стягивающих с себя одежду девочек их отделяет одна лишь стена…       – Я тебя прибью.       – Или скажешь спасибо.       Дверь скрипнула. Оба юноши тут же замерли, боясь даже выдохнуть.       Честно… Эрен не был на сто процентов уверен, что мыться последними придут Николь и Астрид. Просто так совпало, что Вебер упомянула утром, мол, поможет Асти в конюшне после обеденной тренировки, но в итоге их обеих не было на ужине, и Эрен как-то прикинул по-своему. Ну и из бани вышли все девочки из сто четвертого корпуса, кроме как раз-таки этих двоих. Все сходится, да? Вот Йегер и решил рискнуть.       Правильнее было бы доверить все эти умозаключения Армину, но тот упрямо отказывался даже говорить о подобном. Зануда.       – Я вспотела, как ебаная лошадь после скачки за стеной, – первой в баню ожидаемо влетела Николь. Эрен почувствовал легкий мандраж, что охватил рядом сидящего друга.       Точно, Армин же не знал, что Николь любит использовать крепкое словцо время от времени. Как-то она скрывала от него этот факт. Хотя… быть может дело в ее аккуратной груди, что сейчас трепыхалась от ее резких движений. Армин смотрит на нее слишком пристально.       – Дырку прожжешь, – не удержался Эрен. Блондин хотел было также вставить пару ласковых в свое обращение, но удачно вспомнил, где они находятся и чем, собственно, занимаются. Как-то… не до споров стало.       Эрен, тем временем, осмелев, рискнув чуть выглянуть дабы пройтись взглядом по комнатке, отыскать то, за чем пришел…       – Не оскорбляй моих красавиц, – слышится насмешливый голос из предбанника. Эрен ощущает сухость в рту и давление на ширинку штанов.       Вдруг его руку крепко сжимают, отчего юноша вздрагивает и оборачивается. И тут же видит широко распахнутые, внезапно потемневшие глаза Армина. Затем переводит взгляд на Николь.       Девушка, к слову, успев вылить на себя ковш с прохладной водой, сейчас нагнулась к нижней полке, усиленно разыскивая душистое мыло.       – Я же знаю, что Леви тут его прячет…       «Он сейчас помрет», - подумалось Эрену, отчего на уста легла легкая усмешка. Но вдруг стало не до смеха.       Легкой поступью Астрид зашла в затянутую легким полумраком комнатушку и с размаху кинула в Николь кусок мыла. Та, к слову, его тут же поймала.       – Может капитан и простил тебе пропажу вина, но кражу его банных принадлежностей, что-то мне подсказывает, он тебе не простит.       Наконец в поле зрения показалась она.       «Ладно, я тоже сейчас помру».       Астрид явно спустилась с гребаных небес. Иначе как объяснить наличие такого идеального тела при отсутствии регулярных тренировок?       Нет, нет, это был не дар божий, нет. Она сама была божеством, изящным, чересчур прекрасным, да настолько, что жизнь отдать не жалко за одно лишь касание к этой манящей, поблескивающей от капель пота коже, чересчур мягкой и такой аппетитно-округлой груди, к этим…       О, боже, эти бедра – явно не из этого мира. Они слишком превосходны, слишком отменны, они…       – Эрен, – протяжно тянет Армин. И Йегер понимает, о чем тот говорит.       – Да. Знаю.       Больше мальчики не проронили ни слова. Они старались сидеть настолько тихо, насколько вообще было возможно. Их взгляды были прикованы к объектам собственного обожания, а мозг упрямо впитывал желанные картинки реальности, запоминал, откладывал на потом… На ближайшую ночь.       Армин и Эрен разошлись в том же безмолвии, в котором провели все это время в бане. Йегер даже испугался, что сломал друга, настолько тот был погружен в собственные мысли. Но разглядев внушительную выпуклость на штанах блондина, понял, что тому стоит побыть наедине хотя бы ближайшие полчаса.

***

      – Чего смотришь? – усмехнулась Николь, поправляя вновь спавшую лямку майки. Взгляд Эрена, до этого прикованный к ее ключицам, тут же переместился на лицо.       – Нет-нет, все… Все в порядке.       Некоторое время Йегер немного смущался присутствия Николь: все же он и ее увидел голышом в тот день, и теперь ему казалось, что он неосознанно перешагнул черту дозволенного в их дружбе. Вот за это ему было стыдно.       – Точно? Или не насмотрелся?       Сначала Эрен не понял. Потом не понял еще. А потом как понял.       – Т-ты…       – Да ладно. Это же нормально, да? – Вебер усмехнулась, обернувшись к столешнице с собственным УПМ. – Немного некультурно, чутка некрасиво, совсем слегка бестактно, но в целом…       – Как ты узнала?!       Эрена накрыл шквал эмоций: среди них была и неловкость, и жгучий стыд, и ужас от осознания, что Астрид тоже знает.       – Хреново ты прячешься.       Эрен судорожно сглотнул, ощущая , как липкий ком нарастает в горле, перекрывает дыхание. Чертова… Вебер!       Ладно.       – Мы.       – Мм?       Она резво дергает за нужные ремешки. Затягивает их настолько, насколько ее душе угодно: словно сама создала это устройство. Словно родилась с УПМ в руках.       – Я говорю… Мы, – Эрен решает бить тем же оружием, – мы хреново прячемся.       Выпавший из пальцев ремешок с коротким гулом падает на стол. Николь не нужно оборачиваться, чтобы Йегер знал, что она покраснела похлеще макового бутона.       – Ч-чт…       – Да, нам понравилось. Спасибо.       Юноша неловко улыбается, даже немного пугливо, боясь того затишья, что настало. Инстинкт самосохранения вопит, что пора валить. Желательно сразу за Стену.       К слову, у Эрена нет повода не послушаться его.