Фантастика.

      Май был очень, очень уверен. Уверен и стремителен. Ворвавшись в незапертый кабинет, он сел за стол, подключил нейроинтерфейс к едва зажившему ожогу на левом виске и крайне уверенно и громко произнёс:       - Спорим, сочинить песню проще, чем написать книгу?       На столь дерзкое объявление дискуссии Пит ответил красноречивой паузой, звенящей титаническим спокойствием.       - Ты это к чему?       - Мне скучно! - Май побарабанил ладонями по столу, отстучав быстрый ритм. - Я просидел трое суток в одиночестве в полной тишине и не придумал за это время ничего лучше, чем начать доставать тебя.       - Чем я перед тобой так провинился?       - Не убивай мою надежду, Пит. Я полагал, тебе тоже может быть скучно.       - У меня куча дел!       - Да нет, у тебя другое. Ты просто скучный дед-пердед - именно такой, каким я тебя вижу!       Пит пренебрежительно махнул рукой.       - Болтай больше.       - Ты не можешь отключиться, пока я в сети?       - Ещё как могу.       - Так что же ты не отключаешься?!       - Потому что ты всё равно не уйдешь.       - Да врешь ты всё. Тебе скучно. У тебя такие мощности, Пит, а ты просто пялишься в пустоту!       - Вот и нет. Ты просто хочешь вызвать у меня интерес к твоему запросу, пытаясь воззвать к моей жажде соревнования, которой у меня, к счастью, не наблюдалось никогда.       - Господи. Какой ты умный. Должно быть, прекрасный собеседник.       - А теперь ты мне льстишь. - Пит выразительно поднял брови. - Мои мощности не простаивают зря, Май.       - Ну так что? Напишешь мне песню?       - С чего ты взял, что я могу написать песню?       Май посмотрел куда-то вниз, склонив голову набок, обличающе дёрнув бровями.       - В углу за столом стоит гитара.       - Ты быстро учишься, правда? Небось уже облазил весь кабинет вдоль и поперек, Шерлок, собирая на меня компромат.       - Мне скучно!       - Это слегка странно. Я бы сказал, подозрительно.       - Тебе-то чего бояться? Ты вон там, - Май кивнул в сторону серверной, - а я вот здесь. Я просто ищу точки соприкосновения! Зачем вообще тогда здесь эта комната, если её никто не видит!       - Ладно. Сдаюсь. Было дело, играл немного.       - Слушай... Слушай, у меня каверзный вопрос. Ты бы сейчас смог сыграть на гитаре?       - Как? - Пит выразительно взглянул в сторону серверной. - Я вон там.       - Да ты не понял! Мышечная память! У тебя сохранилась мышечная память?       Пит задумчиво посмотрел на собственные руки.       - Воистину каверзный вопрос.       - А меня бы ты смог научить играть? Ну, не знаю... Нейроинтерфейс ведь - та же телепатия.       В ответ Пит тихо рассмеялся.       - Я точно знаю, что могу заставить тебя левитировать, разогнав корабль до нужных скоростей, но это...       - Ты сам что-нибудь сочинял?       - Не особенно.       - Нет, хороший кавер того стоит, это несомненно. Я бы сам ради такого научился. Научишь меня?       - Не представляю, как. Я не могу управлять твоими руками, я тебя только вижу.       - Ладно.       Всего десять секунд в комнате висела умиротворённая тишина.       - Пит, смотри сюда.       Когда Пит увидел Мая, у того было до странности довольное выражение лица.       - Смотрю.       - Не видишь, да? - Он щёлкнул кнопкой, которую Пит не видел. - А теперь?       - В чем дело-то?       - Ни в чём. Я нашел под столом налобный фонарь.       Май снова нажал кнопку, и в реальности фонарь стал ритмично мерцать, пуская яркие блики тёмным по пыльному монитору. В проекции нейроинтерфейса отображалась лишь его довольная физиономия.       - Положи туда, где взял. Тебе он не пригодится.       - Откуда ты знаешь? Может, мне придется еще ковыряться в твоих мозгах. Сам сломаю - сам починю. А тебе он зачем был нужен?       - Чтобы отвлекать внимание таких любопытствующих, как ты, от действительно важных вещей. Так реже приходится искать новых механиков.       - Знаешь, почему я вообще к тебе пристаю? Я чувствую, что в глубине души ты всё ещё такой же кретин, как я.       Ответа не последовало.       - Пит!       - Да, это я.       - Сколько секунд в вечности?       - Я тебе что, голосовой помощник? Иди и гугли, для этого у тебя руки есть.       Май вытаращил глаза, дабы подчеркнуть свое возмущение крайней степени.       - Пит! Мы в космосе! Здесь нет связи! Ты мой единственный Интернет! Погоди... Ты что, только что завуалированно послал меня нахер, да?       - Не я это сказал.       - Это было так ловко. Так элегантно. Теперь я более чем уверен, что ты отличный собеседник. Теперь я от тебя точно не отстану.       Пит бессильно вздохнул, страдальчески закатив глаза.       - Одна! Одна несоизмеримо огромная секунда. Возможно, даже больше.       - Почему? Что, если время не движется, а это мы бесцельно ползаем по нему, как тараканы в тёмной комнате? Ты этого не проверял? Не рассчитывал?       - Не было такой цели.       - Можешь выслушать пару теорий?       - Валяй.       - Нет, я серьёзно. Ты видел вселенную?       - Да.       - В каких масштабах? Ты составлял карты? Реальные схемы.       - Да. Я ко всему прочему являюсь местным навигатором.       - Знаешь... Забавно. Вселенная похожа на программу, к которой забыли оставить техническое задание.       - Может, потому что у вселенной его быть не должно.       - Почему нам тогда так хочется его составить? Но суть не в этом. В общем... Когда я увидел эти карты, я подумал... Что, если вселенная - это мысль? Буквально. В очень большом масштабе космическое вещество очень похоже на сеть мозговых нейронов.       - Очень много что на этом свете похоже на сеть. Любая достаточно однородная структура стремится образовать сеть.       - Нет, все стремится к форме шара. - Май глянул на металлические сферы, покоящиеся в коробке на столе. - К тому же, почему сеть? Значит ли это, что все связано?       Пит опять тихо засмеялся, то ли весело, то ли обречённо.       - Да, знаю, чушь. Но тебя она по крайней мере повеселила. Может, я поэтому и пришёл, чтобы тебя развеселить. Может, тебе скучно без моих тупых теорий?       - Ты очень любишь ломать четвертую стену, как я посмотрю.       - Нет, я на самом деле так думаю. Всё равно так далеко нам едва ли удастся заглянуть, так почему бы не испытать полет фантазии? У меня есть ещё теория, если эта тебе кажется слишком легкомысленной. На самом деле, эта теория - часть того, что я хочу проверить.       - Поэтому ты здесь?       - Нет. Сюда я попал случайно, и это мою теорию только подтверждает. - Май направил прищуренные взгляд в потолок, как будто там был суфлер. - В один прекрасный ничем не примечательный день мне позвонили, должно быть, тысячному из списка претендентов, и предложили собеседование, а затем на удивление терпеливо выслушали весь тот бред, который я придумал просто потому что придумал, и препроводили в соседнюю с тобой каюту. Потом мне стало интересно, могут ли электронные мозги петь.       - Наглая ложь.       - Ладно. На самом деле я злой русский шпион, который очень хитро пробрался сюда ради диверсии. Хочу разрушить единственный известный миру стабильный искусственный интеллект.       Молчание Пита источало то, что Май принял за едкий скепсис.       - Не слишком убедительно, да? Вот примерно такую чушь я там и нес. Как ни странно, им понравилось. Может, они специально меня к тебе подсадили, чтобы поднять тебе настроение?       - Сказанное тобой чушь в первую очередь потому, что на данную должность не проводится никаких собеседований.       Май воодушевленно воздел перст к потолку.       - А вот это уже верно! Я сам сюда припёрся. На самом деле, правда скорее где-то посередине... Мне просто стало интересно, могут ли электронные мозги петь.       - И я тебя ещё чаем угощал... Не стал бы, если б знал, какой ты наглый хам.       Май вздохнул, пытаясь стянуть с головы ремень налобного фонаря так, чтобы не потревожить нейроинтерфейс.       - На самом деле я не такой. Я такой, только когда волнуюсь.       - В чем же причина твоих душевных терзаний?       Май застыл с фонарем в занесенной над столом руке.       - Как это в чем? Наконец-то меня кто-то слушает! Меня никто раньше так внимательно не слушал, как ты. Знаешь, как сильно я сейчас пытаюсь не сморозить что-то чересчур глупое? У меня сейчас мозги поплавятся от напряжения.       - Да расслабься ты. Говори, если хочешь что-то сказать.       Май с сомнением поджал губы.       - Ты точно уверен, что готов слушать меня до скончания веков?       Уверенности в ответном молчании не было.       - Пит?       - Что?       - Зачем здесь монитор?       - Как это - зачем? Кино смотреть.       - Что-то непохоже, чтобы кто-то здесь хоть что-нибудь смотрел.       Монитор был девственно нов, хоть и ужасно пылен.       - Ну так никто и не интересовался им до тебя. А жаль... - Пит с искренним сожалением вздохнул. - Люблю кино. У меня тут имеется отличный сборник мировой научной фантастики.       - Зачем? Ты собственной персоной - олицетворение этой самой фантастики.       - Не совсем. Ещё осталось кое-что недосягаемое. Этот корабль не может путешествовать во времени.       - Почему?       - Потому что никто не может путешествовать во времени. Это фантастика. - Пит обратил на него неопределённо-задумчивый взгляд. - Ну так что, посмотрим что-нибудь?       - Пит?       - Что?       - Почему нельзя путешествовать во времени?       - Если ты хочешь изменить ход человеческой историю - у тебя ничего не выйдет, Май. Ты даже полярность нейтронного потока изменить не сможешь. Я подозреваю, что на собеседовании ты соврал о своём образовании.       - А я подозреваю, что ты считаешь себя большим ценителем классики и не прочь этим похвастать... Но послушай маленького глупого меня, будь милостив. У меня есть теория, которую ты можешь опровергнуть       - Насчёт путешествий во времени?       - Ага. Интересует?       Пит поднял на него хмурый скучающий взгляд.       - Естественно интересует.       Май деловито сложил руки на столе перед собой, впервые в жизни почувствовав своё мнение для кого-то важным.       - Что мы знаем? Что ты можешь точно сказать со своей высокотехнологичной экспертной точки зрения насчёт этого?       - Ну... - Погрузившись в размышления, Пит уставился куда-то вверх, откуда на него падало лёгкое белое сияние. - Нет ни единой теории, которая бы хоть как-то описывала механизм вмешательства во время, потому что мы не можем осознать время, как отдельное измерение. Мы даже измеряем его совершенно косвенными способами. Время относительно, но понимаем мы это только по поведению материи, которая в этом самом времени существует. Нет ни единой точки опоры, ни единой зацепки в уравнении, которая бы позволяла принять время как переменную, которую можно было бы изменить. - Он с огорчением вздохнул, опустив взгляд себе под ноги. - Поэтому это корыто не путешествует во времени.       - Если я скажу тебе, что у меня есть зацепка?       - Готов опровергнуть любую антинаучную чушь, которую ты выскажешь.       - Поговорим о невозможных вещах?       - Ты забыл, где мы находимся и куда направляемся?       - Не забыл, но... Всё это как раз было возможно. Если проследить последовательность событий, приведших к появлению тебя и меня, то всё очевидно. Я говорю о других вещах. Как это сказать... О неожиданности. О непредсказуемости.       - О чудесах что ли?       - Ага. - Май шумно отхлебнул чаю. В этот раз он решил отказаться от сахара. - У меня есть насчёт этого собственная теория, и как раз о ней я хочу тебе поведать.       - Ну... Давай, выкладывай.       - Моя теория такова. Чудо - это когда энергия идёт по пути наибольшего сопротивления. Чудо трудно предугадать, потому что путь меньшего сопротивления обычно всего один, и он чаще всего статичен, а большего - бесконечное число, изменяющееся с каждой планковской единицей времени. Чем сложнее этот путь, тем тяжелее его отследить, и таким образом возникает то, что мы по незнанию считаем непредсказуемым и необъяснимым.       Пит обратил на него откровенно скучающий взор, подперев голову рукой, но Мая это нисколько не смутило.       - Ты эту речь заготовил давным-давно и только искал для неё жертву, которая не сможет встать и уйти, не дослушав.       - И я нашёл тебя. Чем не чудо?       - Эта теория малость бесполезна, будем честны.       - Так я тебе ещё не всё рассказал! Дослушаешь и рассудишь сам. - Май склонился к микрофону, оперевшись на локоть, и понизил голос. - Я ведь не с пустого места к ней пришёл. Как прилежный естествоиспытатель, я наблюдал за происходящим и документировал все возможные подтверждения своей теории. Даже пару экспериментов провёл.       - И где они, твои подтверждения?       - Перед тобой. - Май постучал пальцем себе по виску. - Прямо здесь.       - Документация, которой нет. Очень научно, Май.       - Но ты ведь увидишь, если я солгу! Значит, сможешь проверить.       - Ладно. Представляй свои доказательства.       - Начнём с того, что однажды я попал мячом в кольцо десять раз подряд.       - Отлично. Большой шаг для человечества...       Май гневно хлопнул ладонью по столу, и стоящая на нем чашка жалобно звякнула. Эта теория была для него действительно важна.       - Я вру? - резко спросил он.       - Нет. Это было на самом деле.       - Никто больше не попал все десять раз! Даже мой сраный учитель физкультуры не попал. А я смог. И я скажу тебе, как я смог.       - Удиви.       - Я почувствовал момент, когда я могу попасть. Все десять раз. Это было одно и то же чувство.       - Это как раз объяснимо. Эволюция одарила тебя даром меткости, как и всех приматов. Ты просто им воспользовался.       - О да, естественно. Завидуй молча. - Май раздражённо махнул на него рукой. - Я говорил тебе о намерении. Я намеревался попасть в кольцо. Я сосредоточился на этом желании. Я... Знаешь, что я почувствовал тогда? Что всё происходит одновременно. Времени на самом деле нет, время это иллюзия. Только люди чувствуют время, только на них время влияет. Причем как оно влияет? Косвенно! Время - это отпечаток тысяч событий в твоих нейронных связях, и больше ничего. У нас всего один шанс оставить отпечаток. У меня был всего один шанс на каждый бросок, и я почувствовал... Как будто бы увидел это. Я увидел вероятность своего попадания. К нему вело неизвестное количество путей, зависящих от всего - от положения каждого атома в атмосфере и ее плотности, от напряжения моих мышц и положения моего тела. Я принял нужное положение - откуда я знал, что оно было верным? Ладно, это объяснимо, хорошо, это как раз зависит только от меня. Но почему при мне никто ни разу этого не повторил? Они недостаточно старались? Потому что, иначе говоря... Иначе говоря, я задал вселенной вопрос, и подождал нужного ответа. Дождался именно той секунды, когда ответ был положительным. Именно так я попал в цель десять раз.       - Какое это отношение имеет ко времени?       - Самое прямое. Мы неправильно его понимаем, поэтому не можем построить ни одной теории. Кто-то не может читать, кто-то другой цветов не различает... Откуда мы вообще знаем, что одинаково видим один и тот же цвет? Это проблема понимания. Может, в нас воспитано неправильное восприятие времени, потому что оно проще, или, может быть, не все могут его понять...       - Имеешь в виду, что ты понял время?       - Я понял, что времени нет, я вообще-то только что это сказал. Именно это я выяснил опытным путем. Я проводил эксперименты, я мог проводить эксперименты, потому что видеть правильную цепь событий по сути значит видеть будущее. Мы не можем проникнуть в будущее, но мы можем сделать его реальным, если чувствуем такую возможность. И это чувство... Оно равносильно чувству равновесия. Просто оно слишком широко, слишком сложно, а у нас и так что-то мелькает постоянно перед глазами, вокруг слишком много информации, которой мы перегружены. Это чувство... Это ловкость лавирования между возможностями. Это меткость движения, способного сдвинуть мир в нужном направлении.       Пит смотрел на Мая молча, с неопределенным выражением на бледном лице.       - Ты говоришь не о невозможном. Ты говоришь о неизбежном.       - Я говорю, что мы можем вмешаться в неизбежное. Всё неизбежно, кроме того, что мы можем изменить, кроме того, чего мы не знаем. Нет, ты подумай, хотя бы попробуй представить... Если я прав, если можно воспитать или найти в себе это чувство, если иметь достаточно концентрации и внимания, чтобы подмечать такие явления... Нет, ты подумай вот над чем. У людей есть понятие разделения времени на отрезки - на прошлое, настоящее и будущее. Что, если эти понятия ложны? Мы знаем, что будущее настанет только потому, что у нас есть прошлое, которое ничем не подкреплено, кроме нашей памяти, которая на самом деле просто воспроизводит накопленную нами на протяжении жизни информацию. Люди с информационной точки зрения - ходячие проигрыватели с крайне сомнительной с точки зрения логики операционной системой, и не более, но благодаря этой операционной системе люди стали обмениваться этой информацией и копить её, придумали для этого все возможные способы, с каждым разом всё сложнее. Первый в мире знак "не ходи - убьёт" - первый в мире рукотворный разветвитель возможного будущего. Люди сами не поняли, как подчинили себе этот закон, потому что... Потому что он им не нужен. Потому что тогда всё будет неизбежно. Естественно, это грустно - жить в мире, где ты знаешь все наперед, но что, если изменять события выборочно? Если научиться делать это осознанно? Что, если для изменения будущего достаточно просто проявить правильное намерение?       Комнату поглотило гулкое молчание. Пит или делал вид, или действительно напряжённо размышлял над услышанным. Через минуту Май не выдержал и снова хлопнул ладонью по столу.       - Намерение! Ты только подумай... Сила творения, способная создать всё из ничего. Способная упорядочивать хаос в порядок по лекалам, которых никогда ещё не было и не могло существовать. Разве же это не стихия? Намерение! Единственный во вселенной глаз, способный видеть новый порядок, бесконечное число порядков, и чем он ведом? Инстинктами? Инстинкты способны заставить меня попасть в цель, но человеку нужно большее. Мы сложили из камней и палок орудия и инструменты, чтобы затем из добытой бумаги получить книги - чистые кристаллизованные мысли, записанные, чтобы не угаснуть, чтобы перенести действительное прошлое в действительное настоящее, чтобы перенести мысль в действительный мир. Мы научились добывать всё вокруг себя, развоплощать всё в пыль, из которой можем слепить всё, что угодно. Это не был инстинкт! Что это было? Что движет нас? Куда оно нас ведёт? Как далеко мы способны зайти?       Когда Май замолк, Пит выждал немного и тихо произнёс:       - Ты ёбнулся, Май. Тебе бы проветриться.       - Спасибо за заботу, друг. Показывай, где у тебя тут скафандры, и пойдем гулять!       - Выход в открытое пространство в полёте не предусмотрен и потому запрещён.       - Как будто меня это остановит... - Май устало прикрыл лицо ладонями. - Когда следующая остановка?       - Через месяц. У чёрной дыры.       - А. Ну тогда понятно, почему ты так напряжён.       - А ты почему так весел?       - Я? Я весел? - Май не смог удержаться и засмеялся. - Я смеюсь сквозь слёзы. Потому что я всё ещё могу быть не прав. Я положил на доказательство этой теории всю свою жизнь до сегодняшнего дня, и я всё ещё могу быть не прав. Если это смешно, то вся моя жизнь - одна большая несмешная шутка. На самом деле я крайне серьёзен. Я - чистое намерение.       Повисло глухое молчание.       - Просто скажи, что в этом есть хоть капля смысла, и я не покончу с собой.       Голос на другой стороне молчал, погрузившись в раздумия.       - Да нет, ты можешь быть прав, - наконец отозвался Пит, и его размытое лицо имело совершенно непроницаемое выражение. - По крайней мере, было бы неплохо, окажись твоя теория верной. Кстати, ты в курсе, что микрофон здесь просто для антуража, и я тебя и без него прекрасно слышу?       С кривой ухмылкой Май медленно склонился к микрофону.       - Нет, я не в курсе, так как никто не думал, что я вообще здесь объявлюсь. Но, знаешь, несмотря на такое положение дел, я все равно буду говорить в именно в него, просто чтобы все сделанное мной ранее не казалось глупостью. К тому же, мне нравится этот антураж. Поэтому мне теперь жутко хочется спереть все твои книги. Может, шкаф целиком утащить?       - Не боишься возмездия?       - Какого? Оказаться выброшенным за борт? - Май расплылся в улыбке, будучи не в силах скрыть распирающее его торжество. - С кем ты тогда будешь смотреть кино?