3. Разберись в его чувствах

      Эмма закружилась. Закружилась не только в собственном доме, но и в далеких-предалеких мыслях, продолжающих водить хоровод вокруг возлюбленного, так часто мельтешащего перед глазами, что в какой-то момент даже облокотилась на него, тяжело выдохнув и произнеся вроде: «Какой сегодня день?». Его большие руки казались такими согревающими и приятными — имела бы возможность навсегда остаться в крепких, успокаивающих объятьях, осталась бы и не подумала о других, немаловажных событиях её жизни. Даже, чудилось девушке, он странно убаюкивал одним своим присутствием, тем более таким, до звёздочек перед глазами нужным. Не заметила, как пришла Хината с Такемичи, позже услышав неловкий смех юноши на шутку Майки и продолжающего его подкалывать Рюгуджи. Младшая Сано быстро сняла с себя фартук, наскоро выходя с кухни, уже заканчивая со всеми приготовлениями, и с улыбкой поздоровалась с пришедшими самыми первыми гостями. С не меньшей симпатией те ответили ей и по очереди обнялись, только вот дальше по коридору прошлись лишь парни, а девчонки завернули туда, откуда хозяйка вышла.       — Ну так что, посидим с ними или сразу пойдём? — задала вопрос Хина, наклоняясь и заглядывая в нескольких метрах окно. — Там вроде тучи собираются.       — Я со всем здесь закончила, — осмотрела покрытые крышками тарелки на столе, вспоминая, что где находилось, но не успела продолжить: услышала лукавый голос подруги.       — А мне кажется ещё кое-что незаконченное направилось с моим парнем и твоим братом в другую комнату.       — Вот как раз на этот счёт я и хотела поговорить, — специально понизила тон Эмма, вынуждая её подойти ближе и быстренько присесть на стул. Сама же оперлась на край мебели.       — Слушаю, — также усаживает голос, только теперь склоняясь и вовсе к шепоту.       — День рождения у него скоро. Подарок подарить надо, с тобой сходить хочу.       — А что хочешь подарить-то? Время к восьми идёт, магазины, может, уже позакрывались.       — Да торговый центр в пару кварталах отсюда точно не закрылся, — отводит взгляд на пару секунд, как бы раздумывая, стоило ли говорить о презенте сейчас. — Сумку, такую небольшую, через плечо, — произносит едва ли не одними губами.       — Аа, — понимающе улыбается Тачибана, чуть отстраняясь и облокачиваясь на спинку. Вдруг послышалась звонкая трель из коридора, означающая, что кто-то активно хочет попасть к ним домой — Эмма первое время не реагирует, уже слыша быстрые шаркающие шаги, и лишь замечает в темноте удлиненного помещения Дракена, молниеносно и так внезапно поймавшего девичьи глаза, ненарочно наблюдавшие за мелькнувшей фигурой. Моргает, сбрасывает непонятное наваждение и вновь смотрит на довольную, как наевшийся сметаны кот, Хину. Вздыхает.       — Пойдём тогда сейчас? Пока дождь не начался, — на этот раз и Сано следит за вьющимися вереницей тучами и мысленно решает сменить юбку-шорты на джинсы. Подруга поднимается с места. — Свою сумку ещё возьму и переоденусь немного, — кивает головой в коридор, и та следует за ней, чуть не сразу оказываясь в просторной комнате.       Хината здесь не в первый раз, потому всё кажется неизменным, знакомым с какой-то недели назад, когда они устраивали домашние посиделки без ночёвки. Ведь проводить её тогда должен был Такемичи — их отношения нравились Эмме: они слушают друг друга, ходят за руки, в любой момент могут обняться или, может, чуть больше. Уважают, улыбаются искренне, без утайки, без подтекста, так, точно оставляли между собой какую-то собственную загадку, ответ на которую могли найти в глазах партнёра. Прекрасно. А что она бы видела в тёмном взоре Кена, признавшись в чувствах? Сано хотела взаимности, хотела услышать и о его влюбленности тоже, пусть совсем просто, наивно, но открыто, чувственно, словно-таки никого больше и не существовало для них.       В комнате пахло сыростью, и вместе с тем же они услышали ворчливый голос Баджи:       — Вот же геморрой, блять, с этим дождём. Как назло, только сел и прямо у дома облило, а у вас здесь ещё сухонько, ебануться.       Обычно парни старались сдерживать свой поток матов в присутствии девушек, однако Кейске не видел их и не знал, в какой же близости находились подруги. Переглянулись, прыснув от смеха. Тут же раздался тон Казуторы:       — Ну-ну, Баджи, не расстраивайся. У меня тоже волосы мокрые. Где, кстати, Эмма? — названная в момент нахмурилась и следом расслабилась, не понимая причины, почему Ханемия мог интересоваться ею. Хината неоднозначно мотнула головой, как бы спрашивая, однако та просто пожала плечами, разводя руки в стороны.       — Всем сегодня она зачем-то нужна, — с непонятно давящей интонацией пробасил Рюгуджи, кажется, почти останавливаясь за комнатой. Она тихонечко приблизилась к закрытой двери, конечно, понимая, что подслушивать нехорошо, однако не тогда, когда это касалось её личности. — Ну? Говори.       — Эй, сбавь обороты, Дракен, — приглушенно смеётся Казутора. — Ничего личного, просто Чифую не придёт, а так яростно просил передать книжонку, — шуршит каким-то пакетом, наверняка, показывая его другу, ответившему лишь через тяжёлые пару секунд. Эмма же готова танцевать прямо сейчас от радости, наконец-то почти (!) получив заветную часть манги, пропавшую, точно чёртом из каждого прилавка украденная. Прикусывает губы в попытке сдержать порыв и вдобавок осознает, с каким же рьяным чувством отвечал Рюгуджи на заинтересованность друга в её персоне. Может, это и вправду было больше, чем простая забота после суматошного дня?       — Тогда отдай мне. Я передам, — настойчивый голос всё больше и больше влюбляет в себя младшую Сано, волнительно вслушивающуюся в диалог за дверью. Обращала ли она когда-нибудь внимание на подобные нотки в выдаваемом молодым человеком тоне, шероховатом, словно пытающемся отстоять то ли что-то, то ли кого-то? Навсегда бы запомнить Дракена таким, хоть и вообще не видела его. Как жаль: несомненно, за его глазами стоило бы наблюдать сейчас.       — Ну я бы её все равно сегодня встретил... — протягивает Ханемия, словно-таки играясь. — Ладно, держи, только не смотри на меня так! — кажется, Кен всё же получил, что желал. Послышалось шуршание пакета.       — Сейчас вернусь. Найдёте без меня Майки? — усмехается и, получая в ответ неоднозначное фырканье и ироничный мат, стремительно приближается ко входу в комнату возлюбленной. Называть так с каждым днем становилось по-необычному приятно.       Лёгкий стук, от которого у него же в груди всё и переворачивается.       — Эмма, ты здесь? — достаточно громко произносит парень, перебирая между пальцами тонкие, влажноватые ручки пакета с увесистой мангой внутри. Дверь не то чтобы быстро, однако скоро приоткрывается, и на пороге появляется маленькая, будто мышонок, девушка с большими любопытными глазами. Знающими. Дракену вдруг приходит мысль, что она без проблем слышала происходящее здесь — точно слышала, ведь вчера ей удалось отсюда же уловить звук только открывающейся двери. Чёрт. Закидывает руку на затылок в немом смущении и отводит глаза вбок, протягивая нужную вещь. Уши алеют, не имеющие возможности скрыться от юркого девичьего взгляда.       — Ты, кажется, утром об этом говорила. Чифую просил передать через Казутору.       — Ох, спасибо... — счастливо растягивает уголки губ, принимая и уже разглядывая обложку. — А где он сам? Надо бы тоже спасибо сказать.       — У Майки, — сразу отчеканивает Рюгуджи, отпуская ситуацию, и более спокойно наблюдает за Эммой. — Успеешь поблагодарить, не забудь и самому Чифую написать.       — Да, конечно, — кивает, чуть прикрывая дверь. Они стояли совсем близко, в паре десятков сантиметров, настолько, что Сано могла уловить тонкий, остаточный шлейф от вчерашнего парфюма юноши: видимо, забыл взять на ночёвку, а, может, и специально не брал. В любом случае, ей становилось неловко от никак не успокаиваемой улыбки на замеревшем лице. В груди всё трепетало, искрилось, будто пузырьки в шампанском.       — Вы, наверное, с Хинатой не собирайтесь никуда. Баджи сказал, дождь вот-вот начнётся, да и... — прислушался, вновь на короткое мгновение поднимая глаза к потолку. — Кажется, уже пошёл, — точно по привычке, хмыкнул. — Если будет скучно, идите лучше к нам, хорошо?       — Ага! — она должна была остаться здесь подольше, наедине с ним, глядящим тысячный изученный раз в её глаза, ведь... Разве причина имеет место в подобном случае? Однако тишина начинала приобретать странный оттенок, вынудивший Дракена вновь заговорить:       — Ладно, я пойду, — черт, и почему ему нужно всё так сухо закончить? Эмма едва ли не теряет терпение, не хмурится и злится, шумно проглатывая последние частички «нормальности»... И улыбается, слегка расстроенно отводя глаза.       — Удачи, — лепечет, поджимая к груди пакет, и уже делает шаг назад, только вот мужская рука вмиг останавливает её, укладывается на макушку, требуша волосы. Девушка вскидывает голову, теперь растягивая уголки насыщенных губ более искренне. Всё это лишь заморочки, не стоящие долгих размышлений. Кен тоже улыбался, по-доброму смотрел в глаза и лишь спустя несколько секунд убрал ладонь с головы. Но не до конца: впервые чересчур волнительно, непозволительно для собственных принципов прочертил кончиками пальцев девичий висок, скулу и коснулся нижней линии челюсти, ведя к подбородку. Она шокированно вглядывалась в завороженного него, отчётливо оставившего след на её устах, будто бы поцеловал. Взор Дракена слишком сильно отпечатался, срывая прежнее дыхание. И, усмехнувшись, ушёл, большим пальцем мазнув чуть ниже губ.       — Не скучайте.       — А-ага.       Дождь буквально испортил все планы подруг на сегодняшний вечер, изворотил их окончательно, особенно когда загоревшаяся идеей расставить всё точки над чувствами Кена Хината попросила пребывающую в тумане опустошающей влюбленности хозяйку дома дать ноутбук. Сано, в лёгком забвении, с яркими пунцовыми щеками до конца не расслышав просьбу, наклоняется к ящику и вытаскивает нужную вещь, протягивая той без лишних слов.       — Ну, Эмма! — нахмуренно выдаёт Тачибана, не выдерживая летящего образа, и быстро открывает браузер — молчит, лишь недоуменно смотрит. А она, к собственному удивлению, натыкается на незакрытую вкладку. — Ты зря времени не теряла, да? Разбиралась с собой... — взгляд подруги исчезает в углу, сбрасывая с щёк румянец.       — Было дело, — наконец, выдыхает и плюхается на кровать рядом с подругой. — Просто знаешь, я уже запуталась... Ну до произошедшего сейчас. Как мне вообще могло прийти в голову сомневаться в нечто подобном? — задаёт вопрос сама себе, не надеясь на ответ, и вдруг впивается взглядом в заполняющуюся нажимающими по клавишам пальцами строчку. — Что ты... — медленно хлопает глазами, наблюдая за азартно улыбающейся Хиной. — Ищешь?       — Я не вижу полной картины, согласись. Сколько бы не наблюдала за вами, какая-то загадка да оставалась...       «Как понять...       — Несомненно, что-то есть, но лучше для тебя же будет убедиться в этой прямо сейчас, переварив собственными, — ткнула Эмму пальцем в лоб, — мозгами.       «... что ты нравишься парню»       — Ты серьёзно?       — Я столько раз объясняла тебе на примере меня и Мичи, что больше не знаю иного выхода. И эти признаки нам сто процентов помогут, — щёлкает на кнопку, открывая один из первых сайтов с оценкой, гораздо выше остальных. Заинтересовавшаяся девушка вмиг прочитывает предисловие и самостоятельно листает вниз.       «Метод 1: Язык тела и поведение»       Конечно, Дракен часто смотрел ей в глаза. Очень часто. Либо путешествовал от одной части тела к другой, и порой младшая Сано совершенно не была против. Чему тут противиться? Тому, что любимый человек наконец-то заметил её и не прочь осмотреть полностью? Она и не считала подобное признаком влюбленности, о чем и говорило послесловие пункта, объединённое с не менее дурацким — улыбкой. Что теперь о каждом встречном думать, как о судьбе? Пожалуй, Эмму это только разозлило. Далее — более весомым оказался факт — «желает касаться чаще» и «в общей компании обычно повернут к Вам». Насчёт последнего сомневалась, но вот незамысловатый, привычный физический контакт существовал. Хотя они же столько лет едва ли не живут под боком у друг друга! За исключением сегодняшнего случая, всё кажется максимально простым и не вызывающим любви. К тому же, «старается быть рядом всегда». Старался ли Дракен всерьёз? Обычно из-за стечений обстоятельств в виде её старшего брата, Майки, им приходилось быть рядом. Только что же было сегодня... Зачем потребовал, или, может, так попросил в мальчишеской манере, у Казуторы передать мангу самому? Ведь тому абсолютно ничего не мешало просто подождать, пока девочки не вышли из комнаты.       Ладно, парочку признаков из этой категории Эмма закрепляла в голове, и по выражению лица Хинате всё больше становилось понятнее. Эти двое просто-напросто не могут пересилить себя же. «Не переживайте, — усмехается та в глубине души, — друзья вам помогут, как бы это ни звучало, разжечь огонёк».       «Метод 2: Близкое знакомство»       Специально ли Рюгуджи появлялся рядом с ней там, где его отродясь быть не могло? Поджала губы, стряхивая с себя воспоминания, и сразу метнулась к другому подпункту. Списывались ли они? Достаточно редко, ведь едва ли не каждый день он приходил в дом Сано, и переписку можно вполне просто заменить живым общением. Хоть и максимально коротким. Девушка отметила внутри себя данную строчку — стоило ли попробовать писать ему без причины? И как отреагирует на подобное?       Разговоры на личные, тяжёлые темы... Задумалась. Они ведь откровенно всё переживали вместе. Ни где-то там с кем-то, а зачастую, хоть Майки и Кен не желали слишком сильно впутывать её в разборки между группировками, именно Эмма была рядом, когда очередная выматывающая и совсем не приятная бойня заканчивалась такой же, отнюдь не радостной победой. Были случаи, когда столкновения становились лишними, ненужными, и осадок на душе приобретал меловой, железный привкус. Махнула страничку вниз.       Подарки только на праздники, однако другие знаки внимания вполне имели место быть. Подать собственную куртку, когда резко похолодало вечером, помочь что-нибудь достать с верхней полки, без слов купить, например, мороженое на прогулке в парке. Иногда это мило. Вместо какой-то взгрустневшей улыбки пришла более яркая и осчастливленная.       Комплименты, как бы Эмма не задумывалась, Дракен делал: неоднозначно, совсем мельком, точно читает новости в их районе. «Красиво», «Хорошо», но ведь сегодня похвалил её готовку! Причём так открыто и с удовольствием, что сейчас она постепенно стала складывать пазлы. Впервые много всего, на первый взгляд, простого влияет на очевидные признаки влюбленности. Может, и вправду у девушки есть шанс?       — Ну что, есть продвижение? — интересуется Хина, заглядывая в большие глаза, отражающие экран.       — Мм, наверное?       «Метод 3: Прямой подход»       Как и гласил первый подпункт, Сано повернулась на вникнувшую в текст подругу.       — И что ты думаешь? Я ему, ну, нравлюсь? — Тачибана ненадолго задумалась, опуская глаза вниз.       — Мне кажется, да, — коротко улыбнулась, перекладывая ноутбук на ноги и полностью ложась спиной на мягкую постель. — Вы часто вместе, он не упускает момента посмотреть на тебя...       — Рядом мы из-за Майки, Хина, — чуть не закатывает глаза, будто бы пытаясь отстранить от себя эту мысль. Мысль, что прямо сейчас нравится Дракену.       — Нет, Эмма, — твердит девушка, сведя брови к переносице. — Ну-ка листни дальше сайт, — махнула рукой, слегка задевая внешней стороной ладони предплечье Сано, моментально скосившей взор на продолжение.       — Единственное, что здесь ещё предлагают, так это признаться ему.       — Значит...       Она отрицательно мотает головой из стороны в сторону, опять же перемещая гаджет на покрывало, не хлопая крышкой, а оставляя включенным.       — Я не готова.       — Ты столько ждёшь... — вдруг расстроенно поджала губы Хината, отводя глаза к потолку. — У Дракена же скоро день рождения. Может, все-таки решишься?       — А если нет? — помедлив, отвечает. — Я не хочу портить праздник.       — Тогда давай, знаешь, что сделаем, — спустя уже несколько тяжёлых минут, снова сменив настроение, подруга резко приподнимается. — Ты же хочешь сумку ему подарить? — кивает. — Положи внутрь записку.       — Открытку я в любом случае закину.       — Да я не про открытку. Признайся ему в этой записке, — и, как в подтверждение, продолжает, взмахнув ладонями, — «я люблю тебя».       Внезапно Эмма задумывается более серьёзно, ведь чего стоит бросить подобное письмецо... И, если неожиданно всё пойдёт не так, признание не окажется взаимным, можно сослаться на чувства, как к одному из самых дорогих людей в её жизни, например, Шиничиро, Манджиро или дедушка. Точно. План невероятный. Только чувствовать себя после отказа младшая Сано будет до тошноты ужасно и, наверняка, проведёт несколько дней (или недель) в затяжной, тягучей депрессии. Или все-таки обойдётся? Скручивающие живот бабочки снова взялись за дело, пьяняще ударяя не только в грудь, но и голову. Быть с Рюгуджи не только в качестве подруги... Звучит словно мечта. Примерно с семи лет. Девушка соглашается, встречая радостные глаза Хинаты.       — А теперь давай посмотрим, какую модель ему можно подобрать, чтоб в магазине долго не возиться.       — У меня есть кое-что на примете, — смеётся хозяйка, снова укладывая ноутбук на бёдра.       Прошло от силы полчаса. Дождь продолжал только разгоняться за окном, превращаясь в настоящий нескончаемый ливень; подоспела и молния, с треском вбивающаяся в землю и сопровождающаяся раскаленным, точно звон колоколов, громом. Выходить в такую погоду на улицу осмелился бы сумасшедший, собираясь оказаться в плену стихии, потому большинство жителей Токио преспокойно оставались дома, под крышей, дожидаясь обещанного прогнозом солнечного утра. Некоторые в страхе выключали электрические приборы, другие же игнорировали: Эмма и Хина сидели в комнате без света и со светильником на батарейках, доедая тарелку с бутербродами, попутно обсуждая разные темы: от школьных сплетен до парней. А те совершенно и не волновались по поводу плохой погоды — по-прежнему рубились в приставку, также подчищая не только купленную, но и приготовленную Эммой еду. Что и стало причиной следующей ситуации.       — Казутора, во втором раунде ты хорошенько у меня отсо... шь! — громко крикнул Дракен, идя на кухню спиной вперёд, словно совершенно позабыв о присутствии девушек, но не совсем: в последнем слове всё же сдержался, шикнув окончание.       — Ротик не забудь подтереть, — саркастично смеётся Ханемия с другой комнаты, пока заглянувший на кухню проигравший не удивляется и сдержанно охает, увидев стоящую у плиты Эмму и поедающую свежие бутерброды Хинату. Последняя покрытая крышкой большая тарелка стоит на столе точно в ожидании этого молодого человека, отнюдь не желающего спешно уходить. Вторая девушка вдруг широко раскрывает глаза, проглатывая сразу большой кусок, и подскакивает на месте.       — Ой, точно! — вытирает крошки с губ. — Я забыла телефон в сумке! — и суматошно убегает в комнату, проскакивая между косяком двери и самим Дракеном. Младшая Сано удивлённо смотрит ей вслед, бросая взор на кухонный стол, где как раз лежал мобильник Тачибаны. Цокает. Она сделала это специально и не постеснялась. Однако не собирается теряться в присутствии парня.       — Я сейчас сделаю ещё немного, забирай оставшуюся, — кивает в сторону еды и возвращается к поджарившимся кусочкам квадратного хлеба. Только успевает перевернуть последний, как свет в небольшой люстре моргает. Дракен поднимает тарелку, снимая крышку. Скрипучий, режущий уши треск, сопровождающийся потерей освещения на кухне, моментально заставляет коротко вскрикнуть от испуга Эмму и резко отвернуться от источника Дракена.       — Чёрт, — раздражённо протягивает парень, как-то машинально оказываясь возле девушки после мнимой опасности в виде лопнувшей лампочки. — Походу кончилась наша игра, — убедившись быстрыми глазами, очертившими скрытую во тьме фигуру Сано, в безопасности, он вернулся к исходному положению, приближаясь к выходу. Дверь закрыта. — Что за... — стукнув по дереву, в следующую же секунду кричит: — Майки! Баджи! Казутора, еб твою налево! — никто не отвечал, а Кен злился на ситуацию, в которой оказался, но точно не на застрявшую здесь вместе с ним Эмму без единого источника света. Совершенно одни. Услышал тихий топот и смех.       — Я выбью эту дверь, — тяжело отчеканивает, не находя больше выхода.       — Успокойся, — Сано даже не понимала, почему продолжала так спокойно себя вести. Выключает газ, лопаточками снимая со сковороды потемневший хлеб. — Зато они остались без нас и еды. Порадуются да выпустят, — Дракен оборачивается, еле разглядывая в кромешной темноте недалеко стоящую возлюбленную, и делает пару шагов, наощупь поворачивая, как нужно, стул и садясь. Бьётся локтем о край стола и снова шикает.       Девушка сначала вполне нормально, кое-как складывает в большую тарелку поджаренные кусочки и собирается, взяв её в руки, поставить на поверхность перед Кеном, однако, не рассчитав силу, с грохотом опускает, по-детски охнув.       — Блин, — тихо лепечет и слепо моргает, практически не ощущая присутствия молодого человека, — а ты с какой стороны вообще?       — С левой, — услышав, будто бы на автомате, делает шажок в этом же направлении. Носком задевает его стопу, задерживает дыхание, точно вот-вот упадёт, и руками пытается за что-нибудь уцепиться. Правая нога панически заплетается о другую, перед глазами все плывёт, и Эмма, зажмурившись, боязно выдыхает имя парня, дерганно протягивающего руки и сжимающего их на талии. Её же ладони оплелись совсем как вьюн вокруг крепкой шеи, едва дрогнувшей от таким образом нахлынувшего тела.       В этой напряжённо гудящей тишине они слышат бешеное сердцебиение друг друга. Не упускают возможности. Чёрт, мягкий, еле уловимый аромат младшей Сано заставляет сдавленно вдохнуть не менее нужный кислород у груди той, в которую странно вписался носом из-за прижатых на затылке локтей. Девичьи открытые бедра умещаются меж одного его, и Рюгуджи просто-напросто едва ли не впервые страшно от собственных движений. Куда Эмма сейчас поднимется? Ноги опять заплетутся, и кто-нибудь из них что-то себе повредит. Её колено задирается выше (ему казалось, сейчас сойдёт с ума), совсем осторожно опирается на сиденье возле его паха, и в итоге та принимается за разговор:       — Давай немного так посидим? — чуть не шепчет, осознавая неоднозначность позы, в которую попали. — Глаза... — ослепительно горячие руки, двинувшись на жалкий миллиметр, вырывают из неё кроткий выдох. До безумия, до звёздочек и помутнения во взгляде головокружительно. — Глаза п-привыкнут к темноте.       — Конечно, — с неизвестной робостью вдруг проговаривает Дракен, чувствуя девичье волнение в собственных ладонях, несмотря ни на что уверенно держащих тонкую талию. Что-то нужно было делать. Или нет. Ему неожиданно показалось, что за всей этой смущенностью и прерывчатым дыханием просто не могло открыться больше, однако же сам выстроил стену принципов и из-за своих эгоистичных желаний парень ни за что не стал бы рушить её. Даже не обращая внимание на взаимно влюбленную в него Сано. Очередное «или» и тёплые ладошки вынуждают скверно выдохнуть и опять девчонку затараторить:       — Кстати, как игра? — уже вполне нормально осматривает привычное помещение, но не спешит вырываться из подобных объятий. Он так рядом и совсем не пытается отстранить её от своего тела. Эмма тает, ощущая жаркое дыхание в области груди: кто бы мог подумать, что закрытое пространство понравится только наедине с возлюбленным.       — Неплохо, — низкий, хрипловатый тон приятно щекотит скрытую кожу, и теперь, словно-таки ненарочно, Кен подставляет щеку, а не нос к ватной, точно свежее тесто, плоти девушки. — Только из-за того, что последний поединок проиграл, пришлось за едой идти. Обычно ходил Майки или Баджи, — Эмма смеётся, и её тихий хохот подхватывает усмешка парня. — Я даже не помню, кто из них больше продул.       — Бедные, — улыбается, опуская голову вниз, к аккуратно заделанным ею же волосам.       — Да им либо не везёт, либо и вправду играть не научились.       — А сколько ты раз выиграл? — Эмме казалось, что всё это нереально. Как могла очутиться в ситуации, где будет на волоске от того, чтобы полностью лежать на Дракене? Запертая в темноте. Худые пальцы взметнулись к косичке, пока тот что-то нечленораздельно промычал, наверняка, вспоминая собственный счёт. Осторожно обвели кончик, невесомо прошлись по длине и ноготком дотронулись до кожи головы.       — Мм, вроде девять побед и два поражения, — даже не желал думать о том, что делала девичья ладонь, еле заметно скользящая по площади макушки. Также не горел спрашивать, чувствуя, как мурашки перебегали с ног до поясницы, а там и до груди с шеей. Главное, чтоб его волнение, скорее всего, перешедшее от вдруг успокоившейся Сано, не было отмечено ею.       — Здорово, — расслабленно радостно произносит, не прекращая тянуть уголки губ. — Тогда можно я кое-что сделаю? Если не понравится, то... Просто отодвинь меня.       Рюгуджи приподнимает в удивлении брови, раскрывает глаза и каменеет где-то в области поясницы от всеми цепями контролируемых эмоций. Накаляется, но продолжает молчать до некоторых пор, когда нежная ладонь возлюбленной укладывается на его скулу и поворачивает к себе; когда она чуть-чуть ближе опускается к замеревшему лицу.       — Что ты хо... — пальцы слепо находят мужские уста, невольно мажут по ним в отличие от плавно, совсем невинно прикоснувшихся к уголку бархатных губ Эммы. Дракен запоздало, бегло моргает, снова вдыхает до головокружения сладкий запах и, не осознавая, срывается с петель.       Правая грубоватая ладонь слишком быстро нашла податливую щеку, прижалась, будто в жару ко льду, и на миллиметр потянула вперёд, которого вполне хватило, чтоб со всей проклятой жадностью, вышедшей на волю, дотронуться до бесподобных уст младшей Сано. В мгновение другое с изменчивой чуткостью смять, ощутить во всей красе дурманящее, участившееся сердцебиение. Они совершенно не напрягались, не пытались перепрыгнуть свои нулевые навыки в поцелуях, однако понять это нахлынувшее забвение, опустошающим эхом разносившееся в голове, с каждым трепещущим движением становилось всё меньшей задачей.       «Это какое-то безумие», — подумала Эмма перед тем, как сесть к нему на колени.